Марк Фейгин, адвокат Романа Сущенко
Нужно предельно жестко артикулировать позицию: недопустимо так обращаться с журналистами-международниками
22.10.2016 12:12 2308
  •  
  •  
  •  

В деле нашего коллеги, незаконно задержанного в Москве во время частного визита Романа Сущенко, существенных новостей в последние дни не было. Важные события ожидаются как раз с понедельника-вторника. Однако в нынешнем глобальным мире нет изолированных процессов, ни судебных, ни исторических. И целый ряд свежих новостей, о Сенцове и Кольченко, об украинской журналистке в России Ксении Бабич, очень важны для понимания того, что происходит с «делом Сущенко».

Но сначала все же – о событиях следующей недели. Мы разговариваем с адвокатом Романа Марком Фейгиным.

ЗАСЕКРЕЧИВАНИЕ ДЕЛА ИЗ-ЗА «ГОСТАЙНЫ» УСЛОЖНЯЕТ ЗАЩИТУ

-Планы на следующую неделю совершенно определенные. 27 октября в четверг в 10:10 в Мосгорсуде будет рассматриваться наша апелляционная жалоба на содержание под стражей. К сожалению, из-за «гостайны» заседание суда будет закрытым. Поэтому журналисты, общественность не смогут увидеть состязательную часть, полемику сторон процесса. Но для нас это заседание очень существенно для дальнейшей работы. Особенно в связи с планами обжалования данного решения в ЕСПЧ из-за нарушения норм Европейской конвенции прав человек.

-Уточните, пожалуйста, какие нарушения имеются в виду?

-Их много. Например, недопуск к задержанному консула Украины. Лишь через полторы недели Геннадий Брескаленко смог попасть к арестованному. При том, что Роман Владимирович сразу просил об этом. Согласно международным нормам, это очень существенное нарушение, поскольку подобное общение должно быть гарантировано. Есть также нарушения по времени задержания и другие…

-Что еще планируется по делу Сущенко на следующей неделе?

-Будет проведен ряд экспертиз, о которых мы говорили ранее. Это, скорее всего, в понедельник-вторник. Ну а мы с Романом Владимировичем, тем временем, готовим письменные показания. А также собираем документы из Украины. Как, возможно, вы помните по прошлым подобным делам, могут быть проблемы с тем, чтобы эти бумаги были приняты российской стороной. Так что занимаемся и этим.

-Вы недавно выступали в Праге с лекцией о политзаключенных в России. А перед этим российские власти не выпустили вас в Вильнюс на Форум свободной России. Вы там собирались, среди прочего, говорить о получении Романом Сущенко статуса политзаключенного в РФ. Как тут дела?

-Это статус предоставляется с учетом ряда обстоятельств. В частности нужны документы из судебных органов, чтобы вообще было понятно, о чем идет речь. Чтобы стала ясна политическая ангажированность, противоречие законам. Хотя и это не обязательно. Ведь в сегодняшней России иногда сами законы абсурдны. В случае если они по принципу определенности противоречат международным правилам, то статус политзаключенного также предоставляется. Как, например, в истории с Ильдаром Дадиным, получившем реальный срок за выход на пикеты, митинги… Возвращаясь к делу Сущенко, как я уже говорил, тут властью заявлено наличие «государственной тайны». И из-за этого есть сложности с получением документов. Но, в любом случае, я уверен, что Роман Владимирович заслуживает статус политзаключенного и, несмотря на некоторые препятствия, его получит.

ДЛЯ ВОЗВРАЩЕНИЯ ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННЫХ НУЖНА КРОПОТЛИВАЯ РАБОТА

-Накануне встречи «нормандского формата» вы настойчиво напоминали о необходимости поставить перед Путиным вопрос об украинских политзаключенных и, в первую очередь, о самом свежем примере – Романе Сущенко.

-Именно так. В этом смысле очень важно, что как заявил президент Украины Петр Порошенко, на саммите в Берлине вопрос об освобождении Романа Сущенко и ряда других украинских граждан все-таки обсуждался. Это чрезвычайно существенно! Когда проблема проговаривается, начинают складываться договоренности, со временем нарабатывается возможный алгоритм действий.

-На данный момент – какими вам видятся перспективы освобождения Романа Сущенко и других украинских политзаключенных?

-Со времени задержания прошло три недели. Многое изменилось, многое стало яснее. Это мое личное впечатление, но думаю, что освобождение его без обмена сейчас уже маловероятно. Никакого другого варианта, кроме обмена, я не вижу. И тут нужно сказать, что две пятничные новости сильно изменили картину, прояснили ее. Первая новость – письма Министерства юстиции России Минюсту Украины о том, что передача Сенцова и Кольченко в Украину невозможна на основании того, что у них обоих, якобы, имеется «российское гражданство». О чем свидетельствует такое заявление? Ясный сигнал, что позиция Кремля ужесточилась. И до конца года никого из украинских политзаключенных отпускать, менять не будут. Как я и говорил ранее, кажется вам же. Для возвращения политзаключенных в будущем Украине нужна постоянная, кропотливая работа, переговоры. Говоря конкретно о деле Сущенко. Судебный процесс может затянуться – на год, на два года. Но это не значит, что до того надежды на обмен нет. Моя задача – процессуальными, а также публичными, политическими методами всячески «продавливать» обмен, ускорять его.

В ОТНОШЕНИИ СУЩЕНО ВЕЛАСЬ ОПЕРАТИВНАЯ РАЗРАБОТКА

-А какую вторую новость пятницы вы бы хотели отметить?

-Перед тем напомню о месседже, забрасываемом в публичное пространство для блокирования поддержки арестованного журналиста-международника: «А вдруг в деле Сущенко что-то нечисто? Вдруг он и вправду шпион?». А теперь посмотрите на новость про обыск и допрос в Москве Ксении Бабич, внештатной корреспондентки украинского телеканала. Это тоже сигнал, что арест Сущенко и обвинения, выдвинутые против него – не случайность. Это целенаправленная программа – преследование журналистов. Ни пункты такой программы, ни ее промежуточные и конечные цели нам не известны. Но сам вектор понятен. Также понятно, что против Романа Владимировича российскими спецслужбами велась оперативная разработка. С целью заполучить его была подготовлена ловушка, причем с использованием его многолетних семейных и дружеских контактов. Однако повторюсь, это все настолько просто, что никакой «бондианой» в «деле Сущенко» не пахнет… Поэтому наша задача сейчас – помочь Украине, международной общественности сформулировать по данному случаю предельно жестко артикулированную позицию. Нельзя так далеко заходить за красную линию. Недопустимо так обращаться с общепризнанными журналистами-международниками. Должна быть ясная и четкая цель освобождения Романа Сущенко. Дело в данном случае не в нем одном, а и в других политических заключенных, как нынешних, так и, возможно, будущих. Если уж такие грубые нарушения норм остаются не замеченными и проходят безнаказанно, то дальше количество подобных задержаний, арестов, преследований будет возрастать.

-Каким важным тезисом вы бы хотели закончить наш разговор?

-Обратите внимание, что в Берлине после окончания второй части переговоров, уже трехсторонних, Путин, в отличие от Меркель и Олланда, не вышел для полноценного общения с журналистами. Почему у него не было настоящего пресс-подхода? Потому что ему нечего сказать. А он неуютно себя чувствует, когда не готов разговаривать на какие-то темы. В частности, и по Роману Сущенко. Прошло три недели. Нам обещали предоставить доказательства вины. Где они? Нету.

Олег Кудрин, Таллинн.

Фото: Павло Багмут, Укринформ.

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-