Гибридная война России против Украины: уроки и выводы

Аналитика 24.10.2016 14:34 1747

2,5 года российской военной интервенции против Украины обнажили уязвимые места в системе международной безопасности

НЕОБХОДИМОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ

Уже два с половиной года прошло с тех пор, Россия цинично оккупировала, а после и аннексировала украинский Крым, и начала вооруженную агрессию против Украины на Донбассе.

Подавляющее большинство ведущих международных и отечественных политологов, военно-политических экспертов, военных специалистов и аналитиков сходится во мнении, что в рамках реализации коварной неоимперской «гибридной политики» Россией была развязана и сейчас продолжается против Украины так называемая «гибридная война», то есть полноценная война — «гибридная» по форме и «асимметричная» по содержанию. Ее отличие характеризуется как ведением агрессивных военных действий под прикрытием незаконных (неформальных) вооруженных формирований, так и одновременным использованием широкого спектра политических, экономических (в т. ч. энергетических и торгово-экономических), а также информационно-пропагандистских мер, с которых, как правило, и начинается эта «гибридная война», и сопровождающих ее на протяжении всего периода военных действий. Ряд ведущих экспертов Запада не без основания называют ее еще «войной нового поколения» или «войной новой генерации».

Российская стратегия такой войны направлена, прежде всего, против слабых мест Украины и Запада (США/НАТО), а не против их силы. Война нового поколения отличается от большинства экспертных взглядов-оценок на "... гибридный конфликт тем, что она сочетает в себе непоказательную, скрытую поддержку государством-агрессором незаконных вооруженных формирований с ее непосредственным, полноценным и даже с элементами бравады вмешательством на всех ее этапах и во всех формах" (определение экспертов американского исследовательского Фонда «Потомак»), . Отдельные аспекты этой стратегии проявлялись ранее в Чечне, Молдове и Грузии, но в Украине эту стратегию Россия одновременно и тестирует, и совершенствует.

Вместе с тем, за это достаточно длительное время (2,5 года) ни в Украине, ни на Западе так и не было проведено тщательного исследования по анализу и оценке выводов и уроков этой «гибридной войны», которые должны лечь в основу развития сектора безопасности и обороны как отдельных стран, так и коалиций стран в условиях проведения «войн нового поколения» («войн новой генерации»). Приятным исключением стало исследование «Война нового поколения России» американского исследовательского Фонда «Потомак» под руководством его президента — ведущего эксперта по вопросам международной безопасности и военной стратегии — доктора Филиппа Карбера, где были освещены десять наиболее важных военно-стратегических и оперативно-тактических уроков, «...которые армия США должна вынести из этого российско-украинского конфликта, ...наиболее масштабного конфликта в Европе после окончания Второй мировой войны».

И это неудивительно, так как этот с мировым именем ученый-международник и военный эксперт около двух десятков раз лично побывал на Донбассе, в том числе непосредственно в боевых порядках в зоне конфликта. Кстати, сокращенная версия исследования доктора Филиппа Карбера в соавторстве с военным экспертом Джошуа Тибольтом «Война нового поколения России», предоставленная ими специально для Центра «Борисфен Интел», была опубликована в журнале геополитической аналитики «БИНТЕЛ» № 2.

Эксперты Независимого аналитического центра геополитических исследований «Борисфен Интел» еще в апреле 2016 года завершили промежуточное аналитическое исследование по итогам двух первых лет (2014-2016 гг.) российско-украинского конфликта на тему «Вооруженная агрессия России против Украины: особенности подготовки и проведения; новые вызовы и угрозы», результаты которого были апробированы как в Украине, так и за рубежом и нашли соответствующие признание и поддержку. Сегодня мы продолжим это исследование по основным выводам и урокам «гибридной войны» России против Украины, которые, на наш взгляд, могут быть полезными для совершенствования и развития секторов безопасности и обороны в условиях планирования, подготовки и проведения Россией «войн нового поколения» против объединенной Европы (Европейского Союза), США/НАТО и других стран, в т. ч. на постсоветском пространстве.

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ВЫВОДЫ И УРОКИ

Начиная еще с развала Советского Союза, Российская Федерация, в нарушение действующих норм и правил международного права, беспардонно продолжила практику его «гибридной политики» по отношению к международным организациям и другим странам, в т. ч. постсоветским.

Среди прочего, это нашло свое отражение в отмене Государственной думой РФ в декабре 2015 года примата международного права (основных принципов международного права, которые являются императивными нормами) в национальном законодательстве страны. То есть, теперь Россия «легитимно» не будет придерживаться взятых на себя (в соответствии с международными договорами и соглашениями), подписанных и ратифицированных ею обязательств, а также имплементированных в свое внутреннее (национальное) законодательство норм и стандартов, «...которые будут противоречить ее национальным интересам». Указанное подтверждается рядом геополитических выводов и уроков, вытекающих из результатов «гибридной войны» России против Украины в течение двух с половиной последних лет, а именно:

невыполнение (игнорирование) Россией международных договоров и соглашений по вопросам поддержания международной безопасности, сохранения государственности, защиты независимости и территориальной целостности суверенных государств (Устав ООН /гл.I, гл.VI, гл.VII, гл.VIII/; Хельсинкский заключительный акт /1975 г./; Меморандум о гарантиях безопасности в связи с присоединением Украины к Договору о нераспространении ядерного оружия /так называемый «Будапештский меморандум» от 05.12.1994 г./) и как следствие — потеря ею международных авторитета и доверия;

невыполнение (игнорирование) Россией межгосударственных договоров и соглашений с Украиной (Соглашение между Украиной и Российской Федерацией о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины от 28.05.1997 года; Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и Российской Федерацией от 31.05.1997 года; Договор между Украиной и Российской Федерацией о российско-украинской государственной границе от 28.01.2003 года) и как следствие — потеря ею международных авторитета и доверия стран-членов СНГ;

отсутствие действенности (влияния) международных глобальных и региональных институтов безопасности (ООН, ОБСЕ, ЕС, Совета Европы, СНГ) или их несостоятельность (или нежелание) вмешательства при решении современных международных (межгосударственных) конфликтных ситуаций, вооруженных конфликтов и локальных войн и как следствие — потеря ими международного авторитета;

решение Российской Федерацией межгосударственных противоречий путем неадекватного и чрезмерного задействования военной силы вне рамок имеющихся механизмов международной безопасности. Перенос внимания в военных конфликтах на асимметричное применение военной силы незаконными (неформальными) вооруженными формированиями, а также смещение акцентов в ведении военных конфликтов на комплексное использование военных и невоенных инструментов (политических, экономических, информационно-психологических и т.д.), что принципиально меняет характер классической вооруженной борьбы.

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ВЫВОДЫ И УРОКИ

В рамках гибридной войны Украина столкнулась з такими факторами:

Разрыв научно-технических и оборонно-промышленных связей между Украиной и Россией (в условиях военной агрессии России против Украины),  в условиях которого крайне важной и критически необходимой является задача создания замкнутых циклов производства в Украине основных (базовых) типов вооружения и военной техники — путем как обновления технологической инфраструктуры на существующих, так и создания новых оборонных предприятий, в том числе в кооперации с западными и другими странами.

Факты преступного «государственного мародерства» Российской Федерацией на оккупированных территориях Крыма, отдельных районов Донецкой и Луганской областей по вывозу в Россию оборудования, технической и технологической документации высокотехнологичных (наукоемких) оборонных предприятий и объектов электротехнической, металлургической и химической промышленности, а также транспорта и энергетики.

Использование Россией широкого спектра проблемных вопросов по поставкам энергоносителей в Украину, прежде всего природного газа (объемы, сроки, ценовая политика, кабальные условия предоплаты и оплаты) — в качестве фактора давления на Украину, а также поставок энергоносителей в Европу транзитом через Украину (объемы, транзитная политика, маршруты поставки) — в качестве фактора давления на Европу и Украину.

Усиление торгово-экономического давления на Украину, как одной из форм экономической войны России против Украины, путем:

— систематического нарушения Российской Федерацией действия норм и правил Договора о зоне свободной торговли СНГ, подписанного 18.10.2011 г., а с 2016 года — отмены Российской Федерацией (в нарушение положений и требований Всемирной торговой организации — ВТО) режима зоны свободной торговли с Украиной; введение Российской Федерацией против Украины продовольственного эмбарго и запрета на транзит украинских товаров в другие страны СНГ по территории России;

— нарушения под давлением Российской Федерации странами-членами Евразийского экономического союза (Арменией, Казахстаном, Киргизстаном, Беларусью и самой Россией) норм и правил ВТО в ходе проведения антидемпинговых и специальных защитных расследований.

ВОЕННЫЕ ВЫВОДЫ И УРОКИ

Данная группа проблем характеризуется, в первую очередь, следующими факторами.

Увеличение численности, модернизация и реформирование Вооруженных сил Российской Федерации путем создания новых «ударных оперативных сил» (в составе восстановленных и новых ударных войсковых формирований — мотострелковых, танковых, воздушнодесантных /десантно-штурмовых/ дивизий и специальных формирований) на Западном и Юго-Западном стратегических направлениях, а также принятие на вооружение новых образцов оружия и военной техники, комплексов и средств разведки и РЭБ, систем и средств защищенной связи, автоматизированных систем управления войсками и оружием.

Тут нам всем важно понимать и помнить, что запугивание силой всегда было важным элементом российской политики (на сегодняшний день «гибридной политики» России), к которой следует относиться очень серьезно. Особенно с учетом современных реалий, которые вытекают из соотношения (сравнения) военной силы Российской Федерации на Западном и Юго-Западном стратегических направлениях с военными возможностями НАТО в Европе, которое сейчас не в пользу Альянса, прежде всего, что касается основных боевых танков (ОБТ), боевых бронированных машин (ББМ), реактивных систем залпового огня /РСЗО/ и артиллерийских систем (в т. ч. самоходных).

Сосредоточение основных усилий при планировании и проведении мероприятий оперативной и боевой подготовки штабов и войск Вооруженных сил Российской Федерации при отработке на Западном и Юго-Западном стратегических направлениях (как правило, в условиях внезапных проверок готовности войск и сил во взаимодействии с другими силовыми структурами и органами центральной и местной власти, а также СКШУ типа «Запад» и «Кавказ») задач наступательного характера (в том числе путем проведения глубинных рейдовых операций /действий/ на территории условного противника), переброски войск и техники всеми видами транспорта и своим ходом на большие расстояния (в том числе с Центрального и Восточного военных округов) с целью наращивания наступательного потенциала своих войск на наиболее успешных операционных направлениях, развертывание органов боевого управления и всестороннего обеспечения в полевых условиях и тому подобное.

В случае с Украиной, подобного рода внезапные проверки и учения использовались для оперативной маскировки массового перемещения войсковых формирований Вооруженных сил РФ в рамках их подготовки к незаконной аннексии украинского Крыма и циничной агрессии на Востоке Украины.

То есть, в то время как армии США, стран НАТО и ЕС в течение последних двух десятилетий отрабатывали на учениях задачи участия их национальных и объединенных военных контингентов в международных миротворческих операциях, армия Российской Федерации в то же самое время занималась модернизацией и реформированием для проверки и практической реализации новых концепций создания и применения «ударных оперативных сил» российских войск в условиях подготовки и проведения «операций нового поколения» («операций новой генерации») — то есть, так называемых «гибридных войн».

Радиус поражения развернутых на оккупированном Крымском полуострове российских систем вооружения противовоздушной и противокорабельной обороны, а также планируемых к передислокации и развертыванию в Крыму ракет оперативно-тактического ракетного комплекса (ОТРК) «Искандер-М» и дальних ракетоносцев-бомбардировщиков Ту-22М3, по оценкам западных и отечественных военных специалистов, будет способен охватывать более 90 % акватории Черного моря.

При таких обстоятельствах, при желании, Россия может заблокировать Черноморские проливы на Юго-Западном стратегическом направлении (эта задача отрабатывалась еще до оккупации Крыма), используя силы, расположенные на Крымском полуострове, при поддержке войск и сил Южного военного округа и Черноморского флота ВС РФ.

Аналогичным образом Россия может заблокировать Балтийские проливы на Западном стратегическом направлении, используя силы, расположенные в российском анклаве — Калининградской области (с учетом развертывания в анклаве ракет ОТРК «Искандер-М»), при поддержке войск и сил Западного военного округа и Балтийского флота ВС РФ.

По имеющимся оценкам ведущих западных специалистов, которые совпадают с результатами анализа экспертов Центра «Борисфен Интел», последний вариант может предшествовать началу военной агрессии Российской Федерации против стран Балтии и Польши с использованием феномена «Сувалкского коридора» /"Suwalki Gap"/ . И на самом деле, он  очень угрожающий и достаточно реальный.

То есть, если готовиться России к масштабной войне с Западом (НАТО/США, ЕС), то вновь сформированные 1-я гвардейская танковая и 20-я гвардейская общевойсковая армии Западного военного округа ВС РФ (включая две вновь сформированные дивизии /танковую — в г. Богучар Воронежской области и мотострелковую — в г. Ельня Смоленской области на Западном стратегическом направлении — это достаточно удобный инструмент для их применения в масштабной (обычной) войне.

Таким образом, это может быть одним из возможных вариантов развязывания Россией масштабной войны, который сохраняет свою актуальность — против НАТО и объединенной Европы (ЕС), то есть — Третьей Мировой войны с непредсказуемыми последствиями.

Что же касается особенностей ситуации на Юго-Западном стратегическом направлении, то, по оценкам экспертов Центра «Борисфен Интел», вектор угрозы возможного начала масштабной войны России против Запада (США/НАТО, ЕС) постепенно «сползает» на южный фланг НАТО.

Именно здесь находится узел стратегических противоречий между Россией и Западом (США/НАТО), а также Украиной, связанный с проблемными вопросами, требующими неотложного решения, а именно: российская оккупация и последующая аннексия Россией украинского Крыма; беспрецедентное наращивание военного потенциала РФ на Юго-Западном стратегическом направлении (включая вновь создаваемую мотострелковую дивизию в г. Новочеркасск Ростовской области, в т. ч. на Крымском полуострове и в акватории Черного и Средиземного морей; постоянные посягательства России на контроль над черноморскими проливами; планы России по размещению на территории Крыма ОТРК «Искандер-М» и базированию дальних ракетоносцев-бомбардировщиков Ту-22М3; принятие решения Варшавским саммитом НАТО о введении начального уровня оперативной готовности комплекса противоракет в Румынии (в Девеселу) системы ПРО Aegis Ashore США/НАТО в Европе и другие.

По ряду оценок российских военных экспертов, не Польша и не страны Балтии, а именно Болгария и Румыния — наиболее уязвимые члены НАТО. По их же оценкам, наиболее уязвимым регионом Европы являются Балканы. Кроме того, по мнению отдельных независимых экспертов, в результате продолжения российской политики геноцида по отношению к крымскотатарскому народу, сопротивление которого неуклонно растет, Крым может ожидать прецедент Косово.

А насколько велика вероятность того, что Россия попытается использовать «крымский» и «балканский» факторы в своем противостоянии с Западом (США/НАТО, ЕС)? Достаточно велика, и этот фактор не является абсолютно неправдоподобным! Ведь еще два с половиной года назад никто на Западе также не думал, что украинский Крым будет захвачен и аннексирован Россией. Никто на Западе даже не ожидал тогда ничего подобного!

Вместе с тем, этот вопрос является предметом отдельного исследования, результаты которого будут опубликованы экспертами Центра «Борисфен Интел» в ближайшее время.

Оккупированные российскими войсками (российско-террористическими силами) украинский Крым и отдельные районы Донбасса фактически превращены в исследовательский полигон для испытаний и тестирования как модернизированных и новых российских вооружений и военной техники, так и для применения запрещенного (неконвенционного) вооружения, а также для проверки новых концепций создания и применения российских войск, в том числе информационных и специальных операций.

Так, среди идентифицированных на сегодня образцов модернизированного и нового вооружения и военной техники Вооруженных сил Российской Федерации следует отметить:

— Танк Т-72Б3;

— РСЗО «Град», «Смерч», «Ураган», «Торнадо»;

— Бронеавтомобили «Рысь», «Тигр», Урал-63095 «Тайфун»;

— Самоходный миномет 2С4 «Тюльпан»;

— Тяжелую огнеметную систему ТОС-1 «Буратино»;

— Зенитно-ракетные комплексы «Тор», «Бук-М1» и «Бук-М2»;

— Зенитный ракетно-пушечный комплекс «Панцирь-С1»;

— Комплексы радиотехнической разведки «Зоопарк-1М», 1Л222 «Автобаза», 1Л267 «Москва-1»;

— Автоматизированный комплекс радиоконтроля «Торн-МВ»;

— Комплексы радиоэлектронной борьбы «Ртуть-БМ», «Шиповник-Аэро», «Леер-2» (ВДВ), 1Л269 «Красуха-2», 1РЛ257 «Красуха-4», МКТК-1А «Дзюдоист»;

— Беспилотные летательные аппараты (БПЛА) «Тахион», «Форпост», «Орлан-10», «Элерон-3СВ»;

— Переносной зенитно-ракетный комплекс 9К333 «Верба»;

— Реактивный пехотный огнемет «Шмель-М»;

— Радиолокационные станции 1Л271 «Аистенок» и ПСНР-8М.

Вместе с тем, среди запрещенных образцов вооружения Вооруженных сил Российской Федерации на Востоке Украины обнаружены и идентифицированы следующие:

— Кассетная боевая часть реактивного снаряда РСЗО 9К58 «Смерч»;

— Боевой элемент 9Н235 кассетной боевой части реактивного снаряда РСЗО 9К58 «Смерч»;

— Противопехотные мины ПМН-2 и МОН-50.

Среди наиболее важных оперативно-тактических и военно-технических уроков в контексте применения модернизированных и новых российских вооружений и военной техники особого внимания заслуживают следующие:

— широкое применение российскими оккупационными войсками сил и средств (в т. ч. новых образцов) радиоэлектронной борьбы (РЭБ)

Россия использует радиоэлектронную войну на Донбассе для достижения четырех основных целей: первоочередное уничтожение органов управления и узлов связи массированным ракетно-артиллерийским огнем по работе любых источников электромагнитного излучения, характеристики которых могут уточняться с помощью беспилотных летальных аппаратов или средств радиоэлектронной разведки (РЭР); блокирование любых средств электромагнитной связи; подавление беспилотных летательных аппаратов путем создания помех управлению или прохождению GPS-сигналов; создание препон для применения вражеской артиллерии и минометов путем вывода из строя (предварительной детонацией) артиллерийских или минометных снарядов, которые имеют электронные взрыватели;

— активное использование беспилотных летательных аппаратов (БПЛА или дронов) с обеих сторон фронта

При этом Россия достаточно эффективно использует БПЛА для разведки, наблюдения и рекогносцировки; определения координат целей для нанесения массированных ракетно-артиллерийских ударов в режиме реального масштаба времени, а в последнее время и в качестве мини-бомбардировщиков в т. ч. с зажигательными боеприпасами, нацеленными на места хранения топлива и боеприпасов.

Сочетание небольших размеров БПЛА, их ограниченного радиолокационного профиля или инфракрасных характеристик, а также сложность выявления БПЛА (как правило, непосредственно над или уже после прохождения цели), делает использование против них ракетных систем класса «земля-воздух» маловероятным и дорогостоящим;

— интенсивное применение российскими оккупационными войсками массированных ракетно-артиллерийских обстрелов

Повышение эффективности систем воздушного наблюдения на базе БПЛА в сочетании с массированными обстрелами артиллерии и РСЗО привели к новому уровню интенсивности современного традиционного боя.

Россия искусно использует сочетание действия усовершенствованных обычных боеприпасов, средств дистанционного минирования, кассетных боеприпасов (для поражения сверху) и термобарических боеприпасов, что имеет катастрофические последствия при их использовании во время спланированных массированных огневых ударов. Результаты конфликта на Донбассе показывают, что ракетно-артиллерийский огонь является причиной примерно 80 % всех жертв.

В то же время комбинация беспилотных летательных аппаратов с артиллерийскими системами и возрастающая роль контрбатарейных радаров и контрбатарейного огня на поле боя снижают возможности противодействующей стороны по нанесению огневых ударов, заставляя противника постоянно менять позиции;

— возрастание роли и места тяжелой бронетехники на поле боя

Роль и место основных боевых танков (ОБТ) остаются решающими на современном поле боя, при условии оборудования их средствами противодействия противотанковым ракетным комплексам (ПТРК) и ручным пехотным гранатометам (РПГ).

Так, современные российские Т-72Б3 имеют модернизированную броню, оборудованы системой динамической защиты, новой версией 125-мм пушки и, самое главное, усовершенствованной компьютеризированной системой управления огнем с улучшенной оптикой и современными приборами ночного/всепогодного видения.

Основной боевой танк Т-90 также имеет все эти усовершенствования, но его наиболее важным атрибутом является интегрированная система активной защиты. Используя радар для обнаружения ракеты, приближающейся к танку, эта система защиты выстреливает, как из дробовика, плотной завесой из «картечи» (аэрозольных гранат), препятствующих работе головке самонаведения противотанковой управляемой ракеты.

Учитывая опыт войны на Донбассе, Россия разработала также модульные системы активной защиты для их использования и для ОБТ Т-80, Т-72 и Т-64;

— уязвимость легкобронированных боевых машин пехоты

Легкобронированные боевые машины пехоты (БМП), мобильность и огневая мощь которых имеют приоритет над живучестью, являются уязвимыми для противотанкового оружия, автоматических пушек среднего (30 мм) калибра, артиллерийских кассетных и термобарических боеприпасов. При поражении, экипажи боевых машин пехоты, как правило, несут значительные потери убитыми или тяжело ранеными, поэтому они также нуждаются в оборудовании интегрированными системами активной защиты;

— важность завоевания превосходства в воздухе

Российские оккупационные войска создали сегодня на Донбассе очень плотную сеть мобильной ПВО. Сочетание интегрированных и объединенных в единую сеть самоходных систем ПВО с переносными зенитно-ракетными комплексами (ПЗРК) фактически вытеснило украинскую авиацию из собственного неба.

Именно поэтому перед Украиной стоит актуальная задача — завоевания превосходства в воздухе путем адекватного подавления и уничтожения вражеских средств ПВО, а также их защищенных баз и позиций.

ИНФОРМАЦИОННО-ПРОПАГАНДИСТСКИЕ ВЫВОДЫ И УРОКИ

Основным выводом и уроком информационно-пропагандистской войны России против Украины, как важной составляющей «гибридной войны», является ее беспрецедентный характер по своему содержанию, масштабам и направленности:

во-первых, информационная война началась задолго до военной агрессии России против Украины и продолжает сопровождать ее на всех этапах, оперативно адаптируясь под текущие цели и задачи;

во-вторых, информационно-пропагандистские и дезинформационные проекты, операции и мероприятия, направлены на все слои населения и все регионы Украины, а также население России и стран Запада — соответственно, с разными целевыми установками и задачами;

в-третьих, главная цель информационной войны в Украине — ликвидация государственности Украины; в России — получение поддержки населения для оправдания действий руководства России; для стран Запада — дискредитация действий руководства Украины и ее Вооруженных Сил.

Карикатура Сергей Елкин

С началом сопротивления Украины военной агрессии Российской Федерации на территории Донецкой и Луганской областей, а также оккупации и аннексии украинского Крыма, информационная политика Российской Федерации трансформировалась в тотальную военную дезинформационную агрессию, направленную на демонизацию в глазах российского и мирового сообщества действующего руководства Украины.

Противостоять российской дезинформации возможно только в тесном взаимодействии с информационными ресурсами демократических стран Запада, направляя и координируя совместную работу не только в плане разъяснения текущих российских информационных акций, но и на их упреждение и активное противодействие.

Таким образом, два с половиной года российской военной интервенции против Украины обнажили уязвимые места как в секторах безопасности и обороны Украины, объединенной Европы (ЕС) и США/НАТО, так и в системе международной безопасности в целом.

Учет уроков «гибридной войны» России в Украине, которые должны вынести из российско-украинского конфликта на Донбассе армии Украины и ведущих стран Запада, однозначно будет способствовать развитию и усилению секторов безопасности и обороны как отдельных стран, так и коалиций стран в условиях проведения «войн нового поколения» («войн новой генерации»).

Продолжение Россией «гибридной войны» против Украины в масштабах и формах текущего года приведет к постепенному истощению Украины на фоне возможного прекращения/ослабления международных санкций против России. При таких обстоятельствах урегулирование российско-украинского конфликта потребует поиска новых и значительно более рациональных вариантов.

Затягивание во времени разрешения конфликта безусловно приведет его в состояние «замороженного», что почти автоматически и к радости путинского Кремля «ставит крест» на европейских и евроатлантических перспективах Украины на неопределенный срок, а также ведет к возможности потери государственности Украины.

Юрий Радковец, вице-президент Независимого аналитического центра геополитических исследований «Борисфен Интел», кандидат военных наук, доцент, генерал-лейтенант запаса

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-