Александр Драбинко, митрополит УПЦ МП
А Янукович посмотрел на митрополита и говорит: "Да он уже все"
22.11.2016 15:51 889
  •  
  •  
  •  

23 ноября ушедшему предстоятелю Украинской Православной церкви, блаженнейшему Владимиру Сабодану исполнился бы 81 год. Мне кажется, что сегодня, спустя два с хвостиком года после кончины митрополита Владимира, его духовные чада, ученики беспокоят усопшего молитвами и просьбами не меньше, чем когда он был здесь, рядом.

Церковь, которую он строил так творчески и вдохновенно, которую так осторожно проводил сквозь искушения, чью репутацию так защищал, находится не в лучшем состоянии. Дело давления на предстоятеля расследуется в Генпрокуратуре, последние месяцы и дни его жизни изучаются "под микроскопом", а сопутствующие процедуры (как то - заседание Регламентного комитета по лишению иммунитета Вадима Новинского) превращаются в событие для всех центральных СМИ. Но у меня нет никакого сомнения относительно того, ведут ли такие события к оздоровлению церкви. Почему? Блаженнейший Владимир сам благословил (в переводе с языка церковных людей - принял, одобрил) это расследование. Это была его воля, его сознательное "Да".

Я хорошо помню дни прощания с блаженнейшим Владимиром. Мы с друзьями последний раз поцеловали ему руку в Успенском соборе, а потом сидели и обсуждали, что будет дальше. Одни говорили, что сворачивание курса на обретение самостоятельности УПЦ МП неизбежно. Другие верили, что преемник сохранит украинский вектор. Но все понимали, что возможна опасность абсолютного искажения его взглядов. "Россияне его отольют в бронзе и начнут приписывать ему то, чего не было, то, чего он не говорил", - горько прогнозировал мой товарищ, мирянин с хорошим богословским образованием. Не все прогнозы сбылись. Памятник Владимиру действительно есть, из гранита, а не бронзы. Есть его музей и фонд памяти. Издаются книги, документы, воспоминания - его память есть кому беречь.

Я думаю об этом в кабинете музея блаженнейшего Владимира, примыкающему к храму, где служит митрополит Александр Драбинко, который более 15 лет был секретарем митрополита. Этот кабинет - почти точная копия кабинета Владимира в Лавре. Здесь его дешевая нокия, часы, его чашка, портрет мамы.

- Владыка, я календарно разделила дело давления на блаженнейшего Владимира на такие этапы. Первый этап - конец 2011 года, второй - 2012 год и начало 2013 года, третий этап - конец 2013 - начало 2014 года. Если я права, вспомним первый этап - конец 2011 года, митрополит серьезно болеет.

- Да, если говорить о ноябре-декабре 2011 года, в это время он был болен, был в стадии комы, митрополит был на грани. И тогда наши синодалы (члены Синода, фактического "правительства УПЦ МП" - автор) взяли на себя ответственность и, как говорят светским языком, делегировали себе его полномочия. Хотя не надо было спешить хоронить. Надо было подождать. Начиная где-то с Рождества 2012 года, по-моему, митрополит начал помаленьку-помаленьку отходить. Мы начали выезжать служить, еще, помню точно, был снег, это была зима. Он целый 2012-й год до сентября был активным. В апреле-мае мы отпраздновали 20-летие его служения. На Пасху мы служили в Покровском монастыре полную службу, а потом поехали в больницу. Потом весь май ездили по епархиям.

- Но, начиная с 2011 года, активно распускают слухи о его недееспособности?

- Да. Доходило до того, что пытались давить на Ирину Карабань - врача и просили, чтобы она дала справку о том, что он недееспособен, и надо выбирать нового предстоятеля.

- Кто просил? Янукович? Путин?

- Тут стоит разделить на два крыла это все дело и круг желающих. С одной стороны, было желание определенных лиц занять кресло или порулить в церкви, а второе - было желание власти, рассматривая церковь как электорат, иметь такого живого, действенного предстоятеля, кого-то вроде патриарха Кирилла при Путине. Власть на то время хотела, чтобы был кто-то такой красивый и деловой, с крепким словом при Януковиче. Но митрополит Владимир достаточно активно себя чувствовал в 2012 году. При этом Янукович очень хотел, чтобы после празднования 20-летия предстоятельства Владимира в 2012 году избрать нового предстоятеля - митрополита Антония. Так власти было невтерпеж. Поэтому, заставляя блаженнейшего отречься от должности, в качестве элемента давления появилось дело монахинь против меня. В июне 2013 года меня посадили, в августе месяце 13-го года, оказалось, что у митрополита опухоль на кишечнике. Потом, после операции, метастазы пошли в легкие и почки, печень. В сентябре начали делать первые обследования.

- Сентябрь 2013-го, уже третий этап?

- Это сентябрь уже 2013-го. Лечебное дело находилось в больнице. И хотя у меня - право на решение при лечении, меня отстранили от этого процесса, я лишился возможности контроля, не знал - на чем ему делали операцию. Мне сказали, что там надо сделать какое-то маленькое хирургическое вмешательство. Через 2 недели я только узнал, что там была опухоль в 2 кулака.

- Я читала ваш дневник в ЖЖ (LiveJournal - ред.), где вы писали, что у митрополита дважды изымали печать церкви. Как это было?

- Первый раз в сентябре месяце в 2011 году. Но в апреле ее вернули. А второй раз печать забрали по приказу тогдашнего министра МВД Захарченко в 2013 году. Тогда был скандал с делом монахинь, затем приказ о моем увольнении со всех занимаемых должностей, на что блаженнейший наложил рапорт: не уволить, а отстранить на период расследования. Министр внутренних дел Захарченко сказал, что надо отдать печать митрополиту Антонию. Я приехал в Феофанию, поставил на стол печать. Зашел митрополит Антоний, спрашивает: "Блаженнейший, ну что, я забираю?" Блаженнейший пожал плечами, тот взял печать и ушел. А блаженнейший сидел так, как я, в кресле своего кабинета и спрашивает: "Саша, ну как тебе это?" А потом будто риторически спрашивает: "И кого ты мне подсунул?". Это один из эпизодов той истории.

- Вы знаете, все говорят, что митрополит Антоний - это была ваша кадровая ошибка.

- Это неудачная попытка подготовки преемника, поскольку никого другого не было. Я и сейчас думаю, что если бы митрополит Антоний не поддался тогда уговорам Януковича и не договаривался с кремлевским лобби, то и его судьба, и его роль в церковной истории могла быть совсем другой. Ему очень хотелось уже быть предстоятелем. Ну посмотрите ситуацию, митрополит Владимир периодически попадает в больницу. Дважды или трижды туда приезжал Янукович. Я помню 23 ноября 2011 года, в день рождения Блаженнейшего. Янукович приехал в больницу и говорит мне: "Да он уже все". Я прошу его: "Подождите. Ну давайте, если он не встанет - будем проводить собор". Тогда и пообещал Януковичу, что где-то в мае месяце проведем собор и выберем нового предстоятеля. Подготовка шла по полной.

- А зачем вы обещали это Януковичу?

- А для того, чтобы они не трогали митрополита в больнице. Надо же было чем-то торговать. Надо было давать обещания. Я и обещал, что угодно обещал. Почему я эти бумаги поподписывал? (Имеются в виду бумаги на охрану во время заключения - автор). Да я подписывал бы, что угодно, лишь бы дали возможность хотя бы какой-то промежуток времени быть возле митрополита, тогда я был готов придумывать какие-то новые конфигурации, чтобы как можно дольше протянуть эту историю. Но, возвращаясь к митрополиту Антонию. Им надо было выбрать кандидатуру. Среди кого мне было выбирать? Вы хорошо знаете состав Синода. Переберите мысленно кандидатов и скажите, какой у нас был выбор?

- Ну точно не Агафангел. Не Илларион. Не те, кого мы называем кремлевским лобби.

- Кого мне было противопоставить им? А Антоний был ректором. Мы смотрели на него с надеждой на то, что он будет поддерживать митрополита и делать то, что нужно для церкви. Тем более, его давно знали. Он получил много преференций - он ректором стал, и завканцелярией был. Ну, и он отдавался этой работе. Было видно, что человек толковый. Но не моя беда, что он решил идти другим путем. Это была не ошибка, а неудачная попытка. Я видел в нем чуть ли не единственного интеллектуального человека, способного противостоять людям, скажем так, старой закалки. Тем более, за него ручался Балога. Здесь уже я скажу прямо и честно - за него ручался Виктор Балога, что он будет держать проукраинский курс. Нам давались обещания, что будет поддержана политика митрополита Владимира, что его светлая память будет сохранена, будет сформирован новый Синод, новые структуры.

- А Балога на каких ролях тогда был?

- Мы с ним давно знакомы, его хорошо знал митрополит Владимир. Он еще был председателем Закарпатской ОГА в 2000 году, когда мы первый раз к нему ездили. Виктор Балога души не чаял в митрополите. Митрополит также его любил. Он частенько у нас в гостях бывал, он и с Ющенко приезжал. Фактически тогда он, приведя Ющенко, выровнял после 2004 года нам ситуацию с Януковичем. Нас вляпали в выборы в 2004 году с поддержкой Януковича. Благодаря Балоге, мы потихоньку, помаленьку, когда он был главой администрации, наладили отношения с Ющенко. Нам тут же место под собор тоже выделили в тот же период. То есть у нас были конструктивные, хорошие взаимоотношения. Тогда было освящение памятника Голодомора. Отчетливой стала и проукраинская линия. Порой я думаю, что именно после 2004 года, после того, как митрополита подставили в 2004 году, он кардинально, в том числе благодаря общению с Балогой и Ющенко, поменял свое видение. Он понял, что уже в Советский Союз Украина не вернется. Мы идем исключительно только направлением украинизации. Начались тогда диалог с КП и УАПЦ. Помните документ об осуждении в 2007 году политического православия, в 2009-м был сформирован новый устав с определенными поправками.

То есть, пошла, пошла и пошла лавина самостоятельности сверху, и катилась и она уже вниз. И Москва очень боялась, что она накроет все. А здесь болезнь митрополита подкосила. Мы Антония как раз хотели в это время поставить для того, чтобы в 2012-м году тогда, чтобы эту линию продолжить. Поскольку я брал на себя основной такой удар, чтобы отбиваться от старой гвардии, то ему надо было идти в этом же русле.

- Его брали вторым Драбинко, а он стал Агафангелом?

- Получилось, как получилось.

- Государство не должно вмешиваться в дела церкви. Это есть во всех документах покойного митрополита. Но может ли государство вмешиваться в дела церкви, если в них активно вмешивается государство-агрессор?

- Это уже политический вопрос. Уточним вопрос. Идет ли речь о вмешательстве в дела церкви, об отношении церкви к этому процессу. Это не сугубо церковное дело, это не дело внутренней жизни или канонического устройства, это вопросы, касающиеся политических взаимоотношений, когда церковь уже перестает быть исключительно церковью, а становится еще и гражданами государства, совокупностью граждан, религиозной организацией. В дела еклесии церкви самой, Христовой церкви вмешиваться - Боже упаси, но как религиозной организации, зарегистрированной на территории государства Украина, я ставлю три точки.

- Владыка, вопрос о ваших деньгах. Оппоненты упрекают вас состоянием.

- Что имеется в виду "деньги"? Я бы хотел, чтобы мне четко сформулировали - это благополучие, достаток, количество этих денег, их распоряжение. Никто же меня не спрашивал до этого времени, а сколько мы из тех денег или из тех квартир, упомянутых в государственном реестре, тратим на паломников, на школу-интернат для детей с неполноценным зрением, на медикаменты солдатам в Киевский госпиталь, на поездку в АТО за свой счет, на содержание музея, зарплату нашим сотрудникам. Да и священники те, которые были при митрополите Владимире, трое из них, они не получают зарплату из собора, я им лично плачу из тех денег, которые оставил митрополит, они аккумулируются, выходят какие-то проценты и я отдаю их ребятам в качестве зарплаты, квартиры сдаются в аренду, и за эти деньги снова функционирует фонд. Завтра будет конкурс рисунка, 150 работ подали про митрополита Владимира, 20 тысяч гривен стоят подарки для детей. Музей никаких преференций ни от кого не получает, фонд живет, и все то, что делается, - это исключительно из тех средств, которые были оставлены митрополитом Владимиром, я их аккумулировал, и они работают. О деятельности можно посмотреть, она есть и на сайте, она есть на сайте фонда - сколько людей приходит и просит. Также требует вложений школа в Славянске. Ремонты обходятся недешево, в общем я туда направил около 100 тысяч гривен уже. Этого же никто не спрашивает, да и говорить об этом неудобно, почему я буду объяснять?

- А у вас, говорили, есть еще какой-то дом?

- Дом на Печерске, возле дома владыки Павла. Старый дом, относительно которого десятки лет идут споры, там никто не живет, он стоит законсервированный, когда-то там хочу сделать мемориал митрополита Владимира, то есть у меня есть экспонатов очень много, там какие-то картины остались, иконы. Даст Бог лучших времен, и можно будет там сделать такой экскурсионный, офис какой-то может быть впоследствии того же фонда. Я его, возможно, и продал бы и деньги раздал бы. За что я его сейчас продам? За те мизерные копейки, которые могут за это дать? Он стоит себе, пусть стоит. Я повторяю: все, что я имею на сегодня - это то, что мне оставил митрополит Владимир.

- Знаете, я наблюдала за поведением Вадима Владиславовича, который по делу давления на Владимира проходит в качестве соучастника. Я также читала обращение Синода на его поддержку. Мне кажется, или они пытаются представить митрополита Владимира почти как сторонника Москвы?

- Кто-кто, а я то уж знаю, что думал митрополит Владимир, как он высказывался относительно определенных лиц и определенных событий, мне бы было просто неудобно повторить те слова, которые он использовал. Я скажу просто, что неутешительные, очень нелестные характеристики он давал своим собратьям из-за то, что они делали.

- Вы говорили, что, когда была инаугурация Януковича, куда пригласили патриарха Кирилла, то Владимир сказал: хорошо, что не моими руками.

- Да, тогда они Кирилла пригласили в Лавру. Мы говорим, ну, как же, Ваше Блаженство, он приехал, а вы же все-таки - предстоятель церкви. А он в ответ: "Слава Богу, не моими руками". Патриарх РПЦ даже не говорил, что он приедет, не предупреждал - просто взял и приехал.

- Тарас Чорновил написал о том, что в деле давления было два свидетеля. Один Андрей Деркач, который будто устраняется от дела Блаженнейшего сейчас.

- Я не скажу, что он устраняется, это будет ясно, когда будут показания в суде. Я знаю, на каких мероприятиях он был, и о чем он может свидетельствовать, что он конкретно знает. Сделает ли он это или не сделает, на сегодня я не знаю. Также не знаю, почему он сказал, что не будет голосовать за снятие неприкосновенности с Новинского, но это его право заявить.

- Но Чорновил еще сказал такую штуку, что у церкви всегда были спонсоры. Но когда решили подвинуть Блаженнейшего, Андрей Деркач якобы отказался принимать в этом участие, поэтому вместо него прислали Новинского.

- Роль этих двух людей в церкви и жизни митрополита даже нельзя сравнивать. Андрей Деркач серьезно нам помогал. Он подал это представление, с которого началось дело, он спросил у митрополита Владимира благословение. Он пришел к нему с папкой, в которой было обращение в Генеральную прокуратуру о давлении бывшей власти на митрополита Владимира, и спросил: "Ваше Блаженство, я долго колебался - подавать, не подавать. Вот как Вы благословите, так и будет: скажете нести в прокуратуру - понесу, не скажете нести - не понесу. Я не знаю, что делать, потому что, в принципе, замешан и наш православный друг, Вадим Владиславович. "Бог благословит". Митрополит благословил это. Нас было восемь свидетелей в это время за столом. Блаженнейший сидел в коляске, Деркач подошел, стал на колени возле него, спросил и получил ответ. У меня фотография есть.

Новинский тоже был давно в церкви.

Предвыборная "гонка" на должность предстоятеля началась уже в 2012 году. Вы же помните, тогда рассматривались кандидатуры Агафангела, Иллариона, Павла, Антония, моя, весь этот сыр-бор тянулся очень давно. Но впоследствии стало понятно, что ставка сделана на Антония, и фактически он уже позиционировался как преемник в течение всего 2012 года и начале 2013-го. Новинский в это время уже отговаривал владыку Павла, чтобы тот не участвовал в гонках, на что владыка Павел очень на него был обижен.

А однажды в мае месяце, накануне синода, Блаженнейший все-таки решил, что надо было укреплять Антония, мы ему прописали отдельные полномочия, которые фактически дублировали предстоятельские. На что Новинский, придя от владыки Павла немного навеселе, если можно назвать это "немного", прочитал эти полномочия и говорит: "О, оказывается, как в церкви легко рулить". Деркач тогда был, и он это видел, он был давно в таких, как бы, почти родственных связях с митрополитом, со мной, то есть это человек из узкого круга близких людей, которые очень переживали из-за того, что происходит; мы с Блаженнейшим дома у него были, Владимир родителей его венчал.

А Новинский появился в Украине, гражданином стал в 2012 году. Для Новинского митрополит Владимир - это цветок, но без ствола и без корней, он не знал его с начала. Для него это - да, предстоятель. Но переживаний, которые мы пережили за десятки лет общения с митрополитом, у него не было, он знал его визуально. Для него сегодня один предстоятель, это хорошо, завтра - второй, в таком контексте. Для меня с Деркачом это совершенно другой человек и совершенно другие отношения.

- Не было для церкви таким потрясением то, что ушли эти денежные люди из Партии регионов? Действительно церковь не продержится без таких людей, как Новинский, по деньгам.

- Мы называем человека спонсором, меценатом, если мы видели какие-то конкретные проекты, которые делаются. А насчет Новинского... Он может пожертвовать владыке Антонию, например, на семинарию или телеканал "Глас" для чего-то; или заказать какой-то очередной фильм - гадость обо мне; или некоего фотографа прислать, чтобы тот побегал, поснимал из-под полы и сделал сенсацию, что он что-то красивое снял или нарисовал, что я в парке Шевченко сижу с айфоном; или биг-борды по Киеву развесить, полнолуние дурака, а потом все это в кучу аккуратно собрать и преподнести митрополиту Онуфрию: видите, какой он аморальный тип, он там обматерил, здесь он ездит в очках за 5 тысяч. А это китайская подделка, очки водителя.

Спонсоры сегодня одни, завтра другие. Мы такого уже Нусенкиса пережили, который хотел быть рулевым в церкви. Помните собор, как он в 2009 кричал, что никогда и никакой автокефалии не будет. "Это сборище, это не собор", - кричал он. На что услышал от митрополита Владимира: "Не забывайтесь, Виктор Леонидович"...

Без таких спонсоров, как мой оппонент, не продержится СПЖ (околоцерковная медиа-структура, которая дискредитирует курс на автокефалию), без таких денег не продержатся тролли, которые работают, и прочая шантрапа. Да, возможно не будут на вертолетах летать руководители чартерами на Афон и в Москву, Питер, но без этого можно обойтись.

А церковь продержится, она - "столп и утверждение истины".

Лана Самохвалова, Киев

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-