О том, как жизнь победила, побеждает, победит

О том, как жизнь победила, побеждает, победит

Укринформ
14 мая, в День памяти украинских Праведников мира, рассказываем историю, которой уже 80 лет, которая воплотилась в настоящем и которая снова закончится разгромом нацизма

Нынешняя – новейшая война в Украине заслонила, как гора, ту, давнюю уже Великую войну – Вторую мировую. С ее ужасами. Жертвами. Палачами. Предателями. Героями. Праведниками. Нынешнее – свежее горе – плотно заслонило то, предыдущее. Уже свежая, травмированная память постоянно кровоточит. Уже новый крик от боли – на весь мир – звучит из Украины. Но нам нужно помнить. Помнить все. И прошлое, и то, что становится прошлым прямо сейчас. И плохое, и хорошее. Ибо все это – наша общая история, которая делает нас – именно нами и потому как давала, так и ныне даст силу победы, и еще – побеждать – всем, кто жил до нас и будет жить после нас: украинцам, евреям, крымским татарам, молдаванам, ромам – всем-всем. Для кого Украина – родина.

Голоса последних свидетелей той войны вот-вот утихнут. И их уже никогда не услышишь. Вслушаемся, запомним…

Добро, необходимость его творить – они, как эстафета

Эту историю о своей маме рассказала Светлана Александровна Васильева – моя землячка, давно проживающая в Киеве. Рассказ о событиях 80-летней давности дался ей – человеку преклонного возраста и которого отнюдь не назовешь сентиментальным (госпожа Светлана прошла Афганистан, заведовала военным госпиталем), крайне тяжело. Она рассказывала, преодолевая боль. Физическую и эмоциональную. Память – она тоже болит.

Люда Пигнастая родилась в 1912 году в многодетной семье Никифора и Марии Пигнастых. Жили в Андреево-Ивановке – городке на севере Одесчины. По старой привычке местные называли свою деревню не именем большевистского начальника, а Черновой – так, как она называлась до 1927 года. Подобных городков к началу Второй мировой войны в краю было немало: Троицкое, Ширяево, Богдановка, Домановка… Одни были больше, другие меньше, но «русским миром» здесь и не пахло – подавляющее большинство населения края до Второй мировой войны – украинцы. 30 %, а иногда и 40 % – евреи. Жили мирно.

Одеса, Потьомкінські сходи, початок 50-их років. Людмила Пігнаста – у верхньому ряду в центрі (в темній сукні в горошок) разом з учнями Андрієво-Іванівської середньої школи, яких привезла на екскурсію
Одесса, Потемкинская лестница, начало 50-х годов. Людмила Пигнаста – в верхнем ряду в центре (в темном платье в горошек) вместе с учениками Андриево-Ивановской средней школы, которых привезла на экскурсию

Люда дружила с еврейской девочкой Катей Флиг, у которой были братья – Яша (Янкель) и самый маленький – Гершко. Девочки вместе играли, ходили в школу, вместе уехали в Одессу учиться в педагогический институт. Люда на географа, а Катя на филолога.

Жизнь была тяжелая? Это не то слово. Чего только стоило пережить Голодомор. В 1933 году отец Людмилы поехал подводой в Одессу и забрал опухшую от голода дочь-студентку домой. По дороге заехал на Привоз купить 100 г тюльки. Там к Никифору Пигнастому пристала крайне изможденная женщина, полька, судя по произношению: «Спасите, умираю! Заберите с собой! Я умею хорошо шить…» Она не плакала, только лихорадочно шептала-умоляла сухими губами и хватала мужчину за руки. Никифор пожалел. Посадил Елену к дочери на повозку и привез в родное село.

Мы не знаем, как сложилась ее судьба, кроме того, что тогда в 1933 году она выжила. Зачем здесь вспоминать об Елене? А чтобы еще раз почувствовать: добро, способность его творить, оно, как эстафета – передается от родителей детям и вы еще не раз вспомните об этом законе жизни, читая текст.

«То зрелище разрывало сердце и нам – маленьким детям»

А потом пришла Великая война. Одесчина очутилась под оккупацией. В Андреево-Ивановке побывали и румыны, и немцы. Первые, прежде всего, искали коммунистов. Проверяли так: «А ну, прочти на память «Отче наш» или «Символ веры»!». Прочтешь – отпустят. Нет – значит, коммунист, безбожник – расстреляют.

Нацисты сразу принялись за истребление евреев, согласно маниакальным антисемитским планам Гитлера. Сгоняли людей, как скот, в большие группы, кого-то убивали сразу, подавляющее большинство отправляли в Домановку (ныне поселок городского типа Николаевской области). Там была военно-полевая комендатура и местный лагерь смерти. За время оккупации – с октября 1941 по март 1944-го в Домановке было уничтожено более 10 тысяч евреев: одних расстреляли, другие умерли в муках от голода, холода, антисанитарии, болезней.

Медаль і диплом Праведника світу
Медаль и диплом Праведника мира

Страх, паника и отчаяние охватили дома – еврейские и украинские – тоже. Как-то, вспоминает Светлана, уже зимой 1942 года по улице гнали небольшую группу евреев из Березовки то ли на Богдановку, то ли на Домановку. Среди них сразу же бросалась в глаза одна фигура. Это была пожилая женщина, очень дородная, вероятно больная и совершенно голая. «Мать всплеснула руками, метнулась в дом, схватила первую попавшуюся одежку и бросила несчастной. Та каким-то чудом поймала ее, прикрылась так спереди, но после очередного удара полицая нагайкой, накрыла плечи… Это зрелище разрывало сердце и нам – маленьким детям».

Почесне посвідчення Праведника світу Людмили Пігнастої
Почетное удостоверение Праведника мира Людмилы Пигнастой

…А сейчас – этот рассказ рвет сердце нам. Это боль незаживающей памяти, усиленная нынешним нацистским нашествием на Украину, которое случилось ровно 80 лет спустя. Это напоминание о том, что и нам невозможно забыть.

Как все Пигнастые спасали Катю Флиг

Родителей Кати Флиг не расстреляли. Они, прячась в копне сена аномально холодной зимы 1942 года, замерзли насмерть. Их окоченелые тела вскоре нашли. Супруги умерли в объятиях, пытаясь согреть друг друга.

Услышав о случившемся, Людмила Пигнастая, к тому времени уже учительница Андреево-Ивановской школы, сказала родным: «Я сделаю все, что только смогу, но спасу Катю. Я ее не отдам им». Это даже не было вопросом выбора – спасать или не спасать – это было естественное движение души – единственно приемлемое в этой ситуации. Несмотря на угрозу расстрела.

Людмила Никифорівна з онуком Русланом; початок 70-их
Людмила Никифоровна с внуком Русланом; начало 70-х

И Люда привела подругу. Скрывали Катю, где только могли. «Однажды мы видим, во двор входят немцы. Катю быстро уложили на детскую кровать, накрыли всем, что было, какими-то ковриками, а нас, нескольких детей, усадили сверху. Строго приказали: «Молчите!» Немцы зашли, туда-сюда порыскали по углам и вышли. Хоть нас и не трогали, но мы сидели словно окоченевшие. А мама поседела. В 30 лет», – вспоминает Светлана Александровна и не может сдержать слез.

Пряталась Катя и на печи в доме бабушки – Марии Семеновны Пигнастой: «Опять же: лежит она там, накидывают на нее всего, но со временем не выдерживает и шевелится, а я малая, удивленно смотрю на это и начинаю пальчиком показывать, а она мне в ответ на мигах: "Тссс!".

Укрывали Катю и у родственников по разным далеким селам: в Журавке, Кошарах.

Кто как выжил и кто как жил

Впрочем, как ни скрывались, какими осторожными не были, все же нацисты Катю выследили. Кто-то донес из односельчан. Сначала ее этапировали на Домановку, а затем в вагоне для скота – в Кенигсберг. Оттуда должны были отправить в один из концентрационных лагерей Австрии на верную смерть, но освобождение города Красной армией весной 1945 положило конец ее мытарствам. И именно здесь Катя Флиг встретила любовь всей своей жизни – солдата-освободителя Семена Вайсбейна, которого потом все родные и близкие называли странным именем Сюня. Он дошел до Берлина.

Могила вчительки на сільському кладовищі
Могила учительницы на деревенском кладбище

Женились в Одессе, там родили двоих сыновей, Леонида и Александра. А потом, как во многих еврейских семьях из Союза, в конце 80-х Леонид эмигрировал в Израиль, а Александр – в США. Именно туда, в Лос-Анджелес, эмигрировала и Екатерина Вайсбейн. Жить с семьей сына не захотела, жила на старости лет в отдельной квартирке с самым страшным воспоминанием о трех месяцах в доменовском лагере, где мукой были не столько голод и холод, сколько невероятная грязь и антисанитария, когда не было возможности помыться.

И еще – как молния из прошлого освещает то время: самый маленький из семьи Флиг – Гершко – тоже выжил. Его, крепкого высокого юношу из Домановского концлагеря брали на сельхозработы в качестве батрака. И так получилось, что в него влюбилась местная девушка Маруся. Ее семье каким-то чудом удалось выкупить из лагеря Гершку Шлемовича Флига. Впоследствии оформили документы, по которым он стал называться Иваном Петровичем Шевчуком. «В моей семье евреев нет! Ни одного! Слышали?..», – с вызовом повторяла даже в брежневские времена Маруся. Иван Петрович тихо молчал, не говоря ни слова. На людях он жене никогда не противоречил.

Выжил и Яша Флиг – офицер, комбат, шесть раз ранен на войне. Но это отдельная история.

Не дали Гитлеру «решить еврейский вопрос», не дадим и путлеру «решить вопрос украинский»

А на Люду Пигнастую тоже донесли. За то, что скрывала еврейку, и будто бы была коммунисткой. И оклеветал тоже свой, местный. Атрофированная совесть всегда питается подножным кормом злорадства. Женщину забрали в Одессу, в гестапо. Подвергали пыткам, требовали признаться, что она коммунистка. Коммунисткой она никогда не была, а где ее муж?.. Откуда ей знать? На фронте... Наверное, ее бы расстреляли, если бы на одном из последних допросов переводчиком не был мужчина, который обратил внимание на нетипичную фамилию и вспомнил, что когда-то хорошо знал дедушку Людмилы. Так что ей чудом удалось выйти из гестапо живой.

Правда, напоследок она получила в застенке страшный удар по голове, потеряла сознание. После того ее, без перестану, мучила страшная головная боль. Жизнь стала невыносимой. Обследовали ее уже после войны, оказалась опухоль. В 1946 году решилась на сверхсложную операцию. Спас Люду известный одесский хирург-невропатолог.

Кстати, врач был еврей. Не дали тогда Гитлеру «окончательно решить еврейский вопрос». И Людмила Пигнастая тоже была среди тех миллионов людей, которые остановили извергов. И снова напрашивается параллель с 2022 годом, когда новые изверги принялись решать «украинский вопрос». Вас ждет то же самое, ждите…

Не для того живем, чтобы дать прошлому кануть в Лету

В 1946 году дочь Людмилы Никифоровны Светланка пошла в школу – в первый класс. Это была «солянка» из разных по возрасту детей: и тех, кому было 7, и 9, и даже 12 лет. «Я пошла в первый класс, и у меня было темно-вишневое шерстяное платьице и передник! Представляешь? Все подходили ко мне и осторожно касались того платьица… Материю на него привезла Катя из Кенигсберга – выменяла на что-то и привезла для меня…»

Подарункова медаль на честь 75-річчя пані Людмили від родини Вайсбейнів
Подарочная медаль в честь 75-летия Людмилы от семьи Вайсбейнов

Катя Вайсбейн и Людмила Пигнастая поддерживали дружеские отношения на протяжении всей жизни. Времени на длинные письма не было, каждую закрутил водоворот своей судьбы, но все же драгоценную, испытанную в страшные времена нить человеческой общности не теряли. Время от времени звонили по телефону друг другу. Делились родственными радостями или огорчениями, поздравляли с днями рождения или праздниками. Плакали и смеялись.

А однажды Катя сказала: «Я не оставлю эту историю просто так. Не для того я выжила – мы обе выжили, чтобы она канула в Лету». И она сделала все от нее зависящее, чтобы прошлое не было забыто – при первом же случае обратилась в Центр «Яд ва-Шем» в Иерусалиме. На иврите это и означает – «память».

«Хочу, чтобы надо мной пел жаворонок…»

Людмила Никифоровна прожила 81 год. Последние годы жила в Киеве, у дочери. Учительствовала аж 20 лет после пенсии – до 75 лет в 150-й школе, фактически через дорогу от их дома на Большой Васильковской (тогда улица Красноармейская). Преподавала географию; была классной руководительницей. Все дети для нее были как родные и они ее обожали. Ушла в мир иной Людмила Никифоровна 22 мая 1993 года. Проститься с ней пришло много людей. Преимущественно молодежь. В день ее рождения – 1 апреля – Светлана Александровна и сегодня принимает звонки со всего мира от благодарных учеников, которые помнят свою любимую учительницу. Она была очень мудрой и деятельной женщиной. Невероятно быстрой на добро. Она утешала, радовала, спасала. Ее житейские советы и практические наставления, или просто слова поддержки многим помогли. И ученикам сложных послевоенных 40-х, и неопределенных 80-х.

…Она завещала похоронить себя на родине, у родительских могил. «Хочу, чтобы надо мной пел жаворонок…» Она любила этих маленьких степных птичек, которые приносят в Украину весну и как будто соединяют своим серебристым пением степь с небом. Опускают небесное на землю и поднимают земное на небо.

Послесловие:

Родные выполнили завещание Людмилы Никифоровны. Похоронили ее в родном селе.

А по приезду в Киев их ждала неожиданность. Письмо из посольства государства Израиль. В нем – официальное сообщение о том, что «Яд ва-Шем» признал Пигнастую Людмилу Никифоровну Праведницей народов мира.

Одна з найбільш уцілілих ділянок єврейського кладовища в селі Андрієво-Іванівка
Один из самых уцелевших участков еврейского кладбища в селе Андриево-Ивановка

На приеме в посольстве были родные. Награду получал младший внук – Артур. Впоследствии он уехал в Израиль, где в Иерусалиме, на Аллее Праведников музея Яд ва-Шем видел дерево, посаженное в честь своей бабушки.

В недекоммунизированной до сих пор Андреево-Ивановке сейчас снова весна и война. Деревня утопает в цвету. Увеличилось число людей. Это преимущественно одесситы и николаевцы с детьми, которые приехали к родным, убегая от российских обстрелов. В сельских магазинах – разговоры о войне. Кто ушел, кто вернулся…

От старых еврейских домов, которые оставались здесь еще в 80-х, нет уже и следа. Как будто и не было никогда. Дух Чернового, неповторимый дух украинско-еврейского городка, окончательно покинул его. От немалой еврейской общины, которая была здесь 100 лет назад, тоже не осталось и следа. Разве что старое еврейское кладбище, что на горе, недалеко от скотобойни. Полуразрушенное и заброшенное. В августе оно вообще исчезнет в кустарниках. Не подберешься…

В деревне доживают век две еврейские женщины. Ехать к детям в Израиль они отказались. У них тоже своя семейная история спасения во время Холокоста. Их родителям удалось выжить. Рядом были украинцы, которые не побоялись посмотреть в глаза смерти. Поэтому жизнь победила.

Светлана Шевцова, Киев

Справка:

2 февраля 2021 года ВРУ приняла постановление о праздновании ежегодно 14 мая Дня памяти украинцев, спасавших евреев во время Второй мировой войны.

По состоянию на 1 января 2021 г., согласно данным израильского Центра памяти «Яд ва-Шем», 2673 гражданина Украины удостоены Государством Израиль звания Праведника народов мира за спасение евреев во время Холокоста.

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-