Маруся Звиробий, военнослужащая десантно-штурмовых войск ВСУ
У украинских мужчин было 8 лет, чтобы научиться хорошо воевать
16.05.2022 14:08

Известная военная, доброволец, руководитель инструкторских групп «Марусины медведи» Маруся Звиробий рассказала о том, как в условиях полномасштабной войны учит, координирует военных в своем подразделении и готовит их к выполнению боевых задач. Известно, что ее «медведи» – это один из элитных проектов украинской армии, эти ребята выполняют самые сложные задачи на передовой и в тылу врага. Итак, как попасть в это подразделение и о чем сразу спросят на собеседовании? Сколько времени в условиях тотальной войны можно позволить себе на подготовку военных и почему даже четыре дня экспресс-занятий перед отправкой на фронт лучше, чем ничего?

 Об этом – в эксклюзивном интервью Укринформу с Марусей Звиробий.

 "МАРУСИНЫ МЕДВЕДИ" – ЭТО ВОЕННАЯ ЭЛИТА, У НИХ СВОЯ ИСТОРИЯ

– Расскажите подробнее о "Марусиных медведях" - как они появились?

– Мое подразделение создано в 2014 году в начале войны. Именно тогда я стала командиром добровольческого батальона "Правого сектора", который назывался "Марусины медведи". Почему такое название? Потому что "Маруся" - это мой позывной, а первый боевой командир, который в то время готовил ребят из моего подразделения, имел позывной "Медведь". Наши бойцы из подразделения ездили на подкрепление к побратимам-добровольцам и ВСУ, где их так и называли: "Медведи" приехали. Чьи - Марусины. Так это название и закрепилось. Всю войну, то есть последние 8 лет, я занимаюсь подбором, обеспечением, координированием и обучением таких групп.

В 2014-2015 годах мы работали как добровольцы, а с 2016-го я пошла на контракт в десантно-штурмовые войска, где уже официально готовила взводы контрактников на полигоне ДШВ. Название закрепили в выпускных документах, где наши воспитанники значились как выпускники экспериментальной роты спецподготовки «Марусины медведи».

– Марусины медведи – это военный бренд, элита в армии Украины?

– В наших войсках много прекрасно подготовленных подразделений, и да, "Марусины медведи" - как раз среди достойных. Специфика моей работы заключалась в создании взводов, которые потом не распылялись по подразделениям, они служили и выполняли задачи вместе. Приобретенный опыт позволяет создавать боевые семьи, где побратимство - это основа команды и ее религия.

– Можете сказать о приблизительном количестве людей, которых смогли обучить за годы войны?

– Подсчитать достаточно сложно, но речь идет о нескольких тысячах граждан с начала войны. Это и добровольцы, и гражданские, и военные. При учебном центре только за год мы выпустили больше батальона бойцов отдельными взводами в разные бригады ДШВ.

С НАЧАЛА ВТОРЖЕНИЯ МОИ МЕДВЕДИ РАБОТАЛИ В КИЕВЕ И ИРПЕНЕ

– Насколько знаю, сейчас, с момента полномасштабного вторжения, вы успели выпустить одну группу и набираете следующую.

– Да. Группа подкрепления нашего взвода уже набрана, начинаем обучение.

– Горячая фаза войны корректирует подготовку – ее продолжительность, насыщенность?

– Конечно, времени на подготовку меньше в этих условиях. 24 февраля я не проходила службу и после первых же бомбардировок, отправив семью в безопасное место, стала в ряды ТРО и начала набирать роту. У нас было 55 бойцов, тренировались под обстрелами, работали в Подольском районе в сотрудничестве с местной полицией и СБУ по вызовам на группы ДРГ, ставили свои блокпосты, минировали подступы к Киеву, обретали боевой опыт в Ирпене перед зачисткой города. График был бешеный, но "медведи" выполняли все поставленные руководством задачи. Не перебирали.

– То есть вы готовили часть киевской терробороны?

– Да, ребята работали в подкреплении братских батальонов ТРО, страховали группы ГУР и ВСУ, которые зачищали город и микрорайоны от врага, были заложниками артиллерийских дуэлей, что позволило отточить свои навыки определенным образом, укрепить морально-психологическое состояние. Конечно, с огромными рисками, но рисковали наравне все граждане в те дни.

Терроборона стала уникальным явлением. Это люди, большинство из которых не служили ранее. И мне пришлось подбирать новое подразделение "медведей", обеспечивать, учить так же, как мы это делали в десантно-штурмовых войсках. Потому что на момент вторжения россии в центральную часть Украины, все, кто служил ранее, конечно, оперативно присоединились к своим бригадам. Но иметь дело с полными новичками, найти им профессиональных инструкторов по всем необходимым дисциплинам и обеспечить боеспособность — это как раз моя профессия. Поэтому очередное подразделение молодых "медвежат", хорошо поработав в терробороне, впоследствии, когда зачистили Ирпень, решили всем составом мобилизоваться в ряды ДШВ. Сейчас эти бойцы, пройдя еще дополнительно тщательную дополнительную подготовку для десантников, работают на юге страны. Все происходит очень быстро, за считанные недели. Такой темп задает сама война, и мы не отстаем, наоборот. Заряженные, мотивированные бойцы сами ищут возможности наиболее оперативно добраться до сведения счетов с оккупантами. У нас есть потери с начала войны, поэтому настроены все на максимальное уничтожение врага.

На данный момент поставлена задача срочно доукомплектовать наши группы. События на востоке и юге развиваются молниеносно, ВСУ освобождают поселки и нуждаются в поддержке. Работаем в этом направлении в том числе.

– Люди, которые сейчас к вам приходят, уже имеют военный опыт или нулевые, как было в феврале в ТРО?

– Мы подбираем всех желающих, очень разный опыт, каждому находим работу в обороне, но требования достаточно высокие, потому что это не задачи позиционной войны, нужна физическая сила и выносливость.

ЕСЛИ МУЖЧИНЫ ПРИХОДЯТ В ВОЕНКОМАТ "НУЛЕВЫМИ" - ЭТО И ИХ ПРОБЛЕМА ТОЖЕ

– Сколько сейчас у вас на подготовку времени – которого, как известно, на войне нет?

– Обычно в условиях войны его действительно нет. Но мои инструкторские группы практиковали именно экспресс-подготовку. Это связано со спецификой службы в добробате в 2014 году, там не было времени, приходилось помогать бойцам в рамках того срока, который отведен им перед выездом на фронт. Обычно речь шла о неделях, а иногда и днях. Классическая подготовка в ВСУ длится от 4 месяцев. Но война по своему усмотрению корректирует эти сроки. Когда мало времени, мы с инструкторами выстраиваем работу так, чтобы они могли научить ребят только основному из своих военных профессий. Было такое, что приезжают добровольцы, у которых всего 4 дня. Вот чему можно научить за 4 дня? Для профессиональных инструкторов это вопрос на засыпку, но мы не можем отказать бойцам. Это история из разряда "есть плохой вариант и еще хуже". "Еще хуже" - это когда он едет вообще без подготовки на передовую. А за эти четверо суток (не дней, а суток! потому что в таких сроках обучение идет очень насыщенное) мы даем все, что успеем закрепить: основы огневой подготовки, тактики, тактической медицины, саперного дела. Он должен не стрельнуть себе в ногу, уметь держать автомат, наложить турникет, положить раненого в безопасное положение, смотреть под ноги на растяжки и мины и знать, что он не должен их трогать, потому что не имеет специальной подготовки. Только самое главное из этих дисциплин — но это лучше, чем ничего.

В предыдущие годы войны наша экспресс-подготовка занимала 1,5 месяца, и это считалось очень быстро, слишком быстро. Сейчас нет и такой возможности – идет агрессивная война по всем городам страны и нужно пополнять ряды армии срочно. Поэтому официальная подготовка в ВСУ занимает меньше месяца. Но у наших мужчин – и я постоянно на этом акцентирую! — для того, чтобы научиться нормальному военному делу, было в запасе 8 лет с начала войны. И если они были настолько безответственны, что на сегодня приходят в военкоматы с нулевыми знаниями – это проблема лично их тоже.

– Такой была ситуация, когда с 24 февраля люди штурмовали военкоматы и записывались в ТРО?

– Вот когда мы собирались в ТРО с 24 февраля, там вообще не было ни времени, ни возможностей для подготовки. Гражданским «нулевым» выдавали на руки автоматы, пулеметы, гранаты, патроны и мне на вопрос, где их тренировать, в ответ показали ту сторону, с которой наступают россияне, со словами: «Марусь, смотри, орки там, вот там и тренируйтесь». И это было актуально. Мы так и поступали. Не ныли и не жаловались. А во время таких тренировок в нашу сторону периодически летели "Грады". Поэтому когда после ТРО мы пришли в учебный центр ДШВ, где тебя будут обучать целых 15 дней, и ты пристреливаешь автомат, тебе в ответ ничего не летит — это подарок! Поэтому каждый мой боец был за это лишь безгранично благодарен учебному центру, переложив на себя лично ответственность в своей неподготовленности за предыдущие военные годы.

СЕЙЧАС РАБОТАЮ ДЛЯ БАТАЛЬОНОВ, КОТОРЫЕ НЕПОСРЕДСТВЕННО ЗАЧИЩАЮТ ГОРОДА И СЕЛА ОТ ОРКОВ

– К вам в подразделение тяжело попасть? Есть очередь? И как с вами связываться — здесь работает цепочка из шести рукопожатий или есть официальный канал?

– На данный момент не набираю в свои подразделения, потому что выполняю другие задачи, но по заказу руководства могу набирать группы для нужд наших бригад. Требования ставлю очень завышенные, потому что это работа для батальонов, которые непосредственно работают на зачистках орков. Перед тем, как объявить новый набор, сообщаю об этом на своих страницах в Facebook. Можно также писать в личку, чтобы присоединиться. Дальше последует собеседование и обучение, которые дают шансы оказаться на передовой в команде хорошо отобранных и подготовленных кадров. С группами сейчас работают профессиональные инструкторы учебного центра ДШВ. У них есть определенные программы для различных военных профессий и они делают свою работу на отлично, понимая свою ответственность за результаты и принимая как должное такие короткие сроки для подготовки. Но ограничения серьезные.

– Какие сейчас требования? Рост? Вес? Физподготовка?

– Требования ставят командиры бригад, которые заказывают себе бойцов.

Есть вакансии более тыловые, с низкими требованиями. Есть работа в разведке – это, среди прочего, означает, что ты должен преодолевать 10-15 км с дополнительным грузом около 40 кг. Это, собственно, первый вопрос, который я задаю на собеседовании бойцу, стремящемуся ко мне в подразделение. Если отвечает, что да, преодолевает — тогда говорим дальше. Если здоровье немного подводит – советую обращаться в другие бригады за вакансиями, для которых более пригоден.

КТО НЕ СЛУЖИЛ ДО 27-МИ, СЕЙЧАС НЕ МОБИЛИЗУЮТ: БЕРЕГУТ ГЕНОФОНД НАЦИИ

–  Есть советы от руководителей подразделений тем бойцам, которые добровольцами вызвались в военкоматы, но их не мобилизуют, - советуют в таком случае сначала искать место в бригадах и уже потом идти в военкомат. Работает ли эта "методика" на деле?

– Да, это работает. Если ты хочешь служить, сейчас стоит обращаться сразу в бригады, однозначно. Потому что военкомат – это посредник между бойцом и бригадой, которая хочет его взять. Без посредника у тебя гораздо больше шансов попасть на службу, а не в очередь. После прохождения собеседования в бригаде тебе дают отношение и определяют должность, потом ты уже с этим документом идешь в военкомат и все, ты в ВСУ. Это занимает несколько дней. Надо понимать, что военкомат имеет ограниченные возможности стольким людям одновременно искать вакансии. А в бригаде напрямую вам вакансию найдут сразу же.

Должна отметить, что сейчас есть проблема для определенной категории граждан, которым теперь оказалось невозможно попасть на службу. Это мужчины до 27 лет, которые ранее не служили в армии. Их сейчас не возьмут на службу никак: ни по мобилизации, ни по контракту.

– С чем это связано?

– С желанием государства сохранить генофонд нации. Ведь если они не служили раньше, это значит, что на войне у них очень высокие риски погибнуть. Поэтому эта категория граждан не берется на службу во время общей мобилизации.

СЕЙЧАС НИКАК НЕ УМЕНЬШИШЬ ПОТЕРЬ: ПРИЛЕТЫ БЕШЕНЫЕ!

– Что, по вашему мнению, стоит делать уже сейчас, чтобы наши войска несли меньшие потери в боях?

– Это очень философский вопрос в условиях, когда идет бешеная война. Ну что ты поделаешь, если она уже идет? Когда у нас большинство мужчин в стране, которые не сочли нужным раньше к этому подготовиться? Ну что ты сделаешь, если большинство граждан вообще не считали, что в стране идет война? И что это не "их война"? Теперь уже нельзя даже утверждать, что кто готовился, у того больше шансов выжить — потому что прилеты бешеные! Нас утюжат и равняют с землей теперь всех — и тех, у кого есть опыт и воевал, и тех, у кого его нет.

Поэтому сейчас имеем то, что имеем, и делать уже будем то, что сможем. Думать нужно было раньше. Чтобы такого не допустить, вся страна должна была воевать. Потому что я сейчас как слышу женщин, у которых война началась с 24 февраля, а до того это не их проблема была — меня в таких случаях зло берет! Это значит, что если в твой личный огород "Градом" врезало — то мужчины со всей страны должны прийти и тебя спасать, а когда так же прилетало женщинам в дома на востоке — ты своего не отпускала, потому что это «не твоя война». Это, знаете ли, такой эгоизм и цинизм!

НИКОГДА НЕ ПРОЩУ РОССИЯНАМ ЗАДУРМАНЕНОЙ ПРОПАГАНДОЙ СВОЕЙ ЖИЗНИ

– Чего никогда не простите россиянам?

– Я лично никогда не прощу россиянам задурманеной пропагандой всей моей жизни. Младшие классы находились возле музея Ленина. Пионерия, галстуки, «счастливое» советское детство, от которого скрывалась тщательно вся правда об украинцах. Хорошо помню, что такое расти в милитарном воспитании, соревнования по строевой подготовке в третьем классе. У меня не было никакого шанса на Киевщине познакомиться с живым творцом украинской истории, с бойцом УПА. Однажды мы семьей случайно узнали о том, что соседка, бабушка, отбыла срок в концлагере, она рассказала об этом только когда уже при свободной Украине умирала. Потому что боялась, чтобы за это детей и внуков не преследовали. Все, кто даже знал что-то о преследованиях, молчали до смерти.

И только благодаря моим учителям в школе и украинской литературе в школьной программе, мы, полусовки, понимали, что наша земля — это Украина, в составе чего-то там пролетарского, но это Украина. Наверное, поэтому я теперь защищаю Украину, а не зову россию в гости. Потому что, как ни крути, образование формирует сознание.

А те, в чьих головах Советский Союз довел свое дело до конца — у которых «адрес не дом и не улица» — воюют со мной с противоположной стороны баррикады, или орут здесь «какая разница».

КАЖДЫЙ ГРАЖДАНИН ДОЛЖЕН ЗАДАТЬ СЕБЕ ВОПРОС: ЧТО Я ЛИЧНО СДЕЛАЛ ДЛЯ ПОБЕДЫ?

– И напоследок: что сделаете сразу после Победы?

– Как только победим, заберу своих детей и где-нибудь поеду с ними отдохнуть. Я не видела их с 24 февраля – отправила всю семью из дома и снова пошла на службу Родине. Мне было бы перед детьми стыдно испугаться или убежать. Не понимаю, как могут так поступать мужчины.

Уверена, что наша победа придет быстрее, если все будут участвовать в обороне. Каждый гражданин каждый день должен задавать себе вопрос: что я лично делаю в эту минуту для того, чтобы Украина победила в войне? Чем я помогаю, пока соотечественники воюют за будущее моих детей, просят о помощи, погибают в кровопролитных боях? Я сейчас помогаю им? Если нет, то кто я для своего государства? И есть ли у меня моральное право на мир? Если вот тебя не бомбят и ты просто сидишь ждешь, когда для тебя без тебя победят — то ты мусор, а не гражданин.

– Соглашусь с вами, хотя не все в стране сейчас хотят это понимать и воспринимать.

– Знаете, некоторые правильные вещи нужно чаще озвучивать, делать их популярными – для того, чтобы дальше мы все смогли жить лучше. Вот до 24 февраля многие поклонники "какойразницы" еще могли себе позволить какие-то комплименты в сторону россии, а сейчас это не то, что непопулярно, за это могут дать по роже. И как-то сразу меньше "ваты" в стране стало. российские "Грады" поправили ватникам сознание. У некоторых людей меняется мнение ну прямо на глазах! (Саркастически.). Поэтому подчеркиваю, что это очень полезно Украине: вовремя создавать правильные тренды. Помогать и приближать победу сейчас – это тренд! Пожалуйста, делайте это!

Татьяна Когутич

Фото Юлии Бурлаченко

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-