Сергей Пономаренко, Герой Украины
Эта война напоминает партию в шахматы между умным человеком и клиническим идиотом
21.06.2022 11:00

До 2014 года Сергей Пономаренко не имел никакого отношения к военному делу, кроме разве что военной кафедры, которую закончил, учась в вузе. Работал менеджером в сфере логистики, а перед началом российской агрессии – управляющим магазина. Впрочем, когда началась война, сразу пошел в военкомат.

Тогда же, в 2014-м, он выбрал себе нетипичный цифровой позывной.

– Я был командиром взвода и номер моей машины был 334. Две последние цифры выбрал для псевдо. Я им очень нервировал врагов, прослушивавших нас,  – смеется офицер. – Обычно как: в разговоре идет позывной, понятно, что это кого-то вызывают, а затем цифровым кодом докладывают, что произошло. Когда меня вызывали и в рации звучало, например, «тридцать четыре, четыре, пять» – ничего не было понятно. Просто насыпаются какие-то цифры, а что нужно делать, кто куда поедет… Ну, так у меня этот позывной и остался.

После демобилизации в 2015 году Сергей вернулся домой к гражданской работе. Затем работал в военном комиссариате. Незадолго до полномасштабного вторжения россии уволился из рядов Вооруженных сил Украины. Как оказалось, ненадолго.

– Я ожидал нападения. Еще в начале февраля связался с побратимами, с которыми воевал на Донбассе. Я был уверен, что россияне сразу отключат связь по всей стране, поэтому мы заранее прописали маршруты выдвижения, часы и места встречи, – вспоминает он. – Связь не отключили, а полномасштабное вторжение произошло. 24 февраля я закрыл все срочные дела на работе, 25-го выехал, а 26-го уже был в 3-й ОТБр.

«ВТОРАЯ АРМИЯ МИРА?! ДА ВАС ПРОСТЫЕ МЕНЕДЖЕРЫ БЬЮТ, КАК МУХ НА ПОДОКОННИКЕ!»

Эти несколько месяцев, по словам Сергея, пронеслись, как один долгий день. Сон по 2-3 часа в сутки, несколько выездов в день, постоянные бои. Каждый день снимал на телефон короткие видео с описанием событий. Собственно, только благодаря этим мини-дневникам он может восстановить сейчас в памяти то, что и когда происходило с начала полномасштабного нападения россии. Анализируя этот период, Сергей отмечает: наш враг подлый и коварный, не останавливается ни перед чем.

– Честно скажу: я и сегодня не исключаю возможность применения тактического ядерного оружия. Потому что им нужна хоть маленькая победа, а шансов на какой-либо успех нет ни на одном из направлений. Их очевидное преимущество на сегодняшний день – в численности. Эта война напоминает партию в шахматы между умным человеком и клиническим идиотом. И все вроде бы понимают, что умный победит, но есть нюанс – у разумного 16 фигур на поле, а у идиота – 160. Вместе с тем уже все поняли, что их «мощное войско» – миф. Вторая армия мира? Да вас простые менеджеры бьют, как мух на подоконнике!!!

По словам командира, в его подразделении все бойцы мотивированы и упорны, даже те, кто до конца февраля не имел никакого боевого опыта. Каждый готов сражаться и защищать свою землю.

– О таком коллективе можно только мечтать. Когда готовимся к выезду и я определяю выезжающие экипажи, ребята даже обижаются: «А почему опять они, они в прошлый раз ездили, теперь давайте мы поедем». Это очень классно. С такими людьми хочется работать. Знаю много мобилизованных ребят, которые дадут фору кадровым военным.

У Сергея, кстати, есть правило, которому он не изменяет с 2014 года – не отпускать ребят самих на задание.

– Если выезд нужно производить одной машиной, еду я. Если больше, чем одна – я и еще кто-то. Понимаете, если отправляешь бойцов, а сам остаешься, ты сеешь зерно сомнения: насколько это опасно, если он сам не хочет ехать, а нас отправляет.

«Я ДАЖЕ НЕ ДУМАЛ, ЧТО ПРИ СКОРОСТИ ПОЛЕТА СНАРЯДА ОКОЛО 850 М/С ТЫ ЕГО ТАК ЧЕТКО ВИДИШЬ»

Во время боя, по словам командира, организм переходит в режим автоматической работы. Все происходит как бы само собой.

– Когда со шлемофоном бегу к машине, всегда чувствую волнение, а потом оно проходит. Хотя это не значит, что нет никаких чувств. Танковое сражение – это смесь адреналина, страха и жажды сделать свою работу быстро и точно, – перечисляет он.

За это время подразделение Сергея Пономаренко приняло участие во многих боях. Сначала Сергей говорит, что не может выделить определенное столкновение. Впрочем, почти сразу рассказывает о двух эпизодах, которые запечатлелись в памяти.

– Первый – когда помогали 95-й бригаде. Мы всю ночь планировали операцию, в 4 утра на танке выехали на позиции. Поскольку местность была незнакома, к нам посадили на броню бойца, ориентировавшегося в этих местах. Доехали до места, где нужно было выполнять задачу, и заметили, что по полю катаются два танка. Я у пехотинца спрашиваю: «Вам еще кто-то помогает? Это наши или нет?» Он отвечает: "Сейчас посмотрим". Спрыгнул с танка, добежал до посадки – отчаянный паренек. Когда подъехали к этим танкам на расстояние, где-то, 500 метров или даже ближе, боец выглянул из-за посадки, помахал, что это не наши и начал бежать. Завязался бой. Два танка врага, один наш и между нами посадка. Снаряды косят посадку, но пролететь ее не могут. В какой-то момент я понимаю, что так дела не будет. Кричу наводчику: «Перезаряжай на бронебойный!». Он, как лом, его посадка не остановит. После первого же выстрела один вражеский танк взорвался, а второй, спрятавшись за огнем и дымом, скрылся.

Финал второй истории, о которой рассказывает «34», можно без преувеличения назвать счастливым.

– Это был момент, когда наш танк был подбит. Я даже не думал, что при скорости полета снаряда около 850 м/с ты его так ясно видишь и провожаешь глазами весь его путь. В последний момент вспомнил, что нужно открыть люки, чтобы не сдетонировал БК. Все, что я успел сделать, пока провожал этот снаряд взглядом, – поднять руку и открыть люк. Дальше – попадание. Но все кончилось нормально. Экипаж эвакуировался, а механик-водитель, прежде чем выскочить из танка, включил заднюю передачу. Мы отбежали, дождались, пока наш танк отъедет назад, сели на него. В результате нам не только удалось вывезти свой танк, но и дотянуть другой, с подбитым двигателем. Еще и тяжелого 300-го сумели забрать.

«НУЖНО УЧИТЬ ИСТОРИЮ, ПОТОМУ ЧТО ВРЕМЕНА МЕНЯЮТСЯ, А НАШ ВРАГ – НЕТ»

После вопроса о жизненных ориентирах, помогающих ему выдержать тяжелые испытания, Сергей Пономаренко на мгновение задумывается.

– Мой старший брат умер, когда ему было два года, и я всегда понимал, какой болезненной была эта потеря для родителей. Мать часто говорила: «Ты у нас остался один, поэтому очень хочется, чтобы ты прожил свою жизнь правильно». И это чувство, что нужно жить за двоих, держит и движет мною.

О своей личной мотивации к Победе Сергей Пономаренко кратко говорит: «Трое детей».

– Война подошла к ним очень близко. Буквально через неделю после начала полномасштабного вторжения мне на телефон пришло первое сообщение от россиян с моим точным адресом, мол, мы знаем, где твоя семья. Я предвидел это, потому что был уверен, что есть в их списках. Поэтому первое, что сделал, – спрятал семью, чтобы не дать врагу ни малейшего шанса достать ее. Я очень не хотел, чтобы наши дети видели войну. И рассказывать им о ней тоже не очень хочу. Единственное, что сказал бы: учите историю, потому что времена меняются, а наш враг с давних времен – нет. И если так сложится, что эта война не закончится распадом россии, думаю, через 50-100 лет мы снова вернемся на этот круг. Они не могут иначе. У них на подсознательном уровне заложено, что нужно не развивать свое, а забирать чужое.

Несмотря на то, что война продолжается, Сергей Пономаренко считает, что украинцы уже вписали героическую страницу в мировую историю.

– Когда я был маленьким, дед с бабушкой много рассказывали о Второй мировой. Что они делали, как жили. И я всегда думал: «Повезло же людям застать такие времена, внести свой вклад в победу. Вот было бы классно, если бы я сподвигся на что-нибудь подобное». Домечтался... Но ни о чем не жалею. Мы уже выиграли. Украина однозначно признана миром, а россия - заблокирована. И это уже не изменится, – уверен он.

Алина Логвиненко, Сергей Лысенко

Фото – Арсен Федосенко

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-