«Освобождённые» россиянами: корейская версия

«Освобождённые» россиянами: корейская версия

Укринформ
После разделения в 1948 г. Кореи на КНДР и Республику Корея все советские, а потом и российские правители поддерживали прочные связи лишь с первой из них.

Главной причиной такого положения вещей стал тот факт, что северная часть Кореи стала фактически советской зоной оккупации после Второй Мировой войны. Следовательно, там установился сходный с советским коммунистический режим, обретший все признаки очень глубокой диктатуры. Однако южная часть, Республика Корея, имеет не менее весомые причины для того, чтобы не проявлять дружественности в отношениях со всеми московскими режимами. Всё потому, что часть корейских территорий по сей день находится под российским контролем. Как же так получилось и почему вопрос до сих пор не урегулирован?

Когда речь идёт о спорных территориях вблизи российско-корейской границы, то имеется в виду Южно-Уссурийский край, в частности Олений остров (Ноктундо). Согласно общепринятой для российских политиков и историков точке зрения, появление этих территорий в границах российской империи соответствовало положениям Пекинского договора 1860 г., а уже в 1990 г. СССР и КНДР подтвердили его положения в новом соглашении. На первый взгляд, как говорится, не подкопаешься. Но так ли это на самом деле?

По состоянию на 1860 г. Кореей правила династия Чосон, имевшая ряд обязательств перед Китаем согласно договору 1637 г., ограничивающих её суверенитет. Текст договора до наших дней не дошёл, однако ход истории показывает, что это были в основном ограничения торгового характера, а также послабления для китайских подданных в вопросах передвижения по корейской территории. Однако для российских властей наличия самого по себе факта подписания какого-то соглашения о принятии верховенства со стороны китайских монархов уже было вполне достаточно для ведения прямых переговоров по корейским территориям именно с Китаем. Как раз в тот период Китай был ослаблен «опиумными войнами», что как нельзя лучше подходило для склонения его властей к «сговорчивости».

Официальная российская историография причиной, побудившей самодержавие к борьбе за владение приграничными корейскими землями, называет формирование сухопутной границы с Кореей как предпосылку для упрочения торговых связей. Также создавался сухопутный коридор для более удобной колонизации захваченного ранее Дальнего Востока. На самом же деле, реальность была несколько иной. После первой экспедиции в Корею в 1854 г. во главе с адмиралом Евфимием Путятиным россияне начали активно распространять миф о том, будто бы страна находится под огромнейшим давлением Англии, Франции и США, посягавших на её суверенитет путём принуждения местного правительства категорически не давать согласия на ведение торговли российскими купцами. Это же обстоятельство мешало якобы и «торговому» продвижению (читать – экспансии) российской империи в Южной Азии. Собственно, был придуман классический повод для «освобождения» из-под вражеского владычества.

Однако для военного вторжения у россиян после позорно проигранной в 1856 г. Крымской войны сил не осталось. Поэтому было принято решение о ведении переговоров с Китаем, который как раз в то время находился под контролем российской православной миссии. Согласно упомянутому выше Пекинскому договору, заключённому в 1860 г., российско-китайская граница проходила по рекам Амур, Уссури и Сунгари, через озеро Ханка, до реки Тумыньдзян. Однако представители корейского правительства мало того, что не привлекались к переговорам, но и не были вообще ознакомлены с их результатами. В 1882 г., обещая вернуть территории, российская империя с Кореей подписали неравноправный торговый договор, выгодный лишь для россиян. Никакого возврата захваченного края не произошло, а в 1883 г. во время экспедиции по нему царские чиновники отмечали отсутствие каких-либо российских традиций и соблюдение местными жителями чисто корейского образа жизни. Очередные попытки корейцев вытребовать от самодержавия возврата законных территорий также заканчивались ничем. Но и покоряться также никто не собирался.

Заключение в 1990 г. подтверждающего договора между СССР и КНДР с юридической точки зрения выглядит весьма сомнительным. Дело в том, что в 1948 г. КНДР и Республика Корея приняли собственные конституции с одним взаимоисключающим пунктом. Так, Северная Корея не признавала власти в Южной Корее вообще и самопроизвольно распространяла действие своей конституции на всю территорию Кореи до 1948 г. В свою очередь, основной закон Республики Корея предусматривал распространение норм только на её территорию, а лишь после официального объединения – на всю Корею. Поэтому принятие правительством КНДР решения, задевающего интересы Республики Корея, выглядит весьма сомнительным с точки зрения его юридической силы.

Национальная академия СБУ

* Мнение автора публикации может не совпадать с позицией агентства

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-