Рустем Умеров, народный депутат Украины, секретарь Комитета ВРУ по вопросам прав человека
Турция - эффективный посредник в попытках освобождения политзаключенных из Крыма
21.12.2021 15:30

Недавно в Анкаре состоялась конференция на тему нарушения прав крымских татар в Крыму. Речь шла о делах политических заключенных, нарушении прав и ограничении свобод на временно оккупированном полуострове, использовании Россией пропаганды и информационного влияния для продвижения своих нарративов в Крыму и мире. Участие в ней советника президента Турции и представительницы правящей партии продемонстрировало, что эти вопросы – в поле зрения наших международных партнеров стратегического уровня.

О действенных инструментах противодействия агрессору, ненасильственном сопротивлении, которое крымские татары продолжают оказывать в Крыму, о роли международного сообщества в деле освобождения политических заключенных и восстановления контроля над украинскими территориями, инструментах государственной поддержки граждан Украины на временно оккупированных территориях говорим с Рустемом Умеровым, народным депутатом Украины, секретарем комитета Верховной Рады Украины по вопросам прав человека, деоккупации и реинтеграции временно оккупированных территорий в Донецкой, Луганской областях и АР Крым, города Севастополя, национальных меньшинств и межнациональных отношений, заместителем руководителя постоянной делегации в ПАСЕ, сопредседателем группы по межпарламентским связям с Турцией.

СОПРОТИВЛЕНИЕ ВРЕМЕННОЙ ОККУПАЦИИ РОССИИ В КРЫМУ ПРОДОЛЖАЕТСЯ ПОСТОЯННО

- Рустем, в Анкаре недавно состоялась конференция, на которой говорилось о нарушении прав человека на временно оккупированной территории АР Крым. В своем выступлении вы отметили, что Россия делает все возможное для подавления ненасильственного сопротивления крымских татар в Крыму. О каком сопротивлении идет речь?

- Ненасильственное сопротивление - это привычные вещи, которые сегодня являются частью жизни и быта крымских татар в Крыму. Это сопротивление существует на разных уровнях и охватывает разные возрастные категории.

Во-первых, на человеческом, бытовом уровне. Кто-то не покупает товары у тех, чьи взгляды не разделяет, кто-то не идет работать в определенные организации или учреждения. Даже поддержка убеждения, что рано или поздно полуостров будет деоккупирован, уже является своеобразным сопротивлением.

Во-вторых, постоянный обмен мнениями дает правильные посылы и уверенность. И это не касается политики, это другое измерение. В Крыму оккупационные власти видят опасность даже в том, что крымские татары встречаются больше, чем по трое. Поэтому любые действия, которые говорят о том, что мы не смирились и не примем оккупацию, это и есть сопротивление. Оно ни на миг не прекращалось.

Здесь следует учитывать, что политика России в Крыму далека от правового поля, направлена на этнические чистки. У них свое видение, другого для них не существует. В свою очередь, цивилизованные страны не могут выдвинуть против России другие инструменты, кроме политических и правовых. Их никто не боится, но считают прямое противостояние рискованным, поскольку такой непредсказуемый в действиях оппонент может уничтожить и себя, и других. Мы же должны делать свое дело: отстаивать свои принципы и защищать себя на всех уровнях. При этом необходимо учитывать, что рано или поздно придет время, когда власть в России изменится. Временная оккупация Крыма, агрессивная политика РФ затянула мир в кризис, который уже длится восемь лет. Восстановление Украиной контроля над своими территориями станет разрядкой для всего мира, тогда этот кризис будет преодолен и напряжение будет снято.

ИНФОРМАЦИОННЫЙ ФРОНТ ДЛЯ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ АГРЕССОРУ ДОЛЖЕН БЫТЬ МОБИЛИЗОВАН

- О нарушении прав человека в Крыму говорим постоянно и на разных уровнях. Какие из инструментов, которые сейчас применяются, наиболее эффективны?

- Первое - это публичность и привлечение международного сообщества. Знаете, серьезной проблемой сегодня является то, что как в Украине, так и за рубежом уже устали от войны, смерти и плохих новостей. Каждый пятый житель Украины, то есть 20% населения – не интересуются вопросом Крыма. Случаями нарушения прав человека на полуострове интересуются только 15% из тех, кому не безразличен вопрос Крыма.

В то же время Кремль реализует в Крыму совсем другую повестку дня. Россия создала себе настолько мощный имидж изгоя, что сегодня никого не удивит ни один из ее новых наступательных шагов. С 2014 года Россия убила десятки тысяч людей по всему миру, в Крыму, в войнах на Донбассе и в Сирии. Поэтому сегодня люди часто морально не готовы к известию об эскалации напряженности на украинской границе и возможности полномасштабного нападения на Украину. Но это очень опасный подход.

Нам важно максимально мобилизовать информационный фронт. Поэтому круглые столы, конференции, телеконференции, общение на разных уровнях – и даже простых людей – это мощный инструмент для того, чтобы Крым оставался в повестке дня, события на полуострове не терялись среди других. Поверьте, это спасает человеческие жизни. Точно знаю, что крымские татары не покинут свою родину и никогда не согласятся на временную оккупацию Крыма. Поэтому мы продолжаем ежедневную ненасильственную борьбу на дипломатическом и коммуникационном фронтах и призываем других это делать.

- В ходе конференции в Анкаре речь шла о пропаганде и информационном влиянии. Вы отметили активное использование соцсетей и искусственное создание так называемых лидеров мнений. Насколько это действует?

- Осуществляется мощное финансирование и создают новых лидеров мнений для того, чтобы ювелирно продвигать нарративы, что Крым якобы российский. Финансируется не только пропаганда, но и создание новых нарративов. Это имеет свое влияние, но и мы не складываем рук, декларируя постоянно, что это – территория Украины и наши граждане. Мы должны сейчас сфокусироваться на образовании, предоставлять больше помощи для получения образования на материковой Украине или по программам обмена со странами-партнерами.

Есть и другие сферы, где поддержку должны усиливать. Например, в спорте. Для всего мира Крым временно оккупирован, и мы способствуем, чтобы наши спортсмены из Крыма были представлены во всех видах спорта на международных соревнованиях. Также в сфере культуры. Это о поддержке культурного обмена с Украиной и диаспорами за рубежом, демонстрации того, что на временно оккупированной территории поддерживается украинская, крымскотатарская культура. Продолжается работа и на религиозном направлении. Сегодня существует возможность получать религиозное образование и в Украине, и в Турции, и в других странах, коммуницируя через Киев. Желающих получить теологическое образование не в России много. Мы как Украина демонстрируем своими действиями, что заинтересованы в развитии и поддержке связей с гражданами на оккупированных территориях.

НЕСОКРУШИМОСТЬ ДУХА ПОЛИТИЧЕСКИХ ЗАКЛЮЧЕННЫХ, НЕСМОТРЯ НА ДАВЛЕНИЕ И ПРОПАГАНДУ, ПОРАЖАЕТ

- Какова тенденция за эти восемь лет? Количество политических кейсов уменьшается или увеличивается, от чего это зависит?

- Сопротивление будет продолжаться, поэтому всегда будет тренд на повышение. Они будут придумывать новые вещи, усиливать давление и продолжать действовать по принципу «будут люди – будут дела». Придумывать все что угодно, лишь бы вытеснить крымских татар на материковую Украину. Давление будет расти и мы благодарны нашим гражданам за их государственническую позицию и стойкость.

- Противодействие агрессору часто ломает человеческие судьбы... Каково моральное состояние среди крымских татар в Крыму в целом?

- Наша борьба – это всегда новый опыт и новые вызовы. Это всегда трудно и эмоционально. Однако надежды мы не теряем, потому что правда на нашей стороне, и ее нужно защищать. В глазах и голосах политических заключенных вижу и слышу не только надежду, но и мощное стремление к борьбе. Они говорят: мы все видим, слышим, мы всегда рядом. То есть говорят нам те слова, которые должны были бы мы им говорить. Их дух несокрушим. Мы как государство делаем все возможное и говорим им об этом. Они сталкиваются с пропагандой, стереотипизацией, ежедневным давлением на наше сопротивление, их стойкость пытаются сломать различными путями противодействия и влияния. Но правда на нашей стороне, мы должны продолжать отстаивать свою позицию.

АДВОКАТОВ, КОТОРЫЕ РАБОТАЮТ ПО ПОЛИТИЧЕСКИМ ДЕЛАМ, СЕГОДНЯ ХВАТАЕТ, НО КОЛИЧЕСТВО ЭТИХ ДЕЛ РАСТЕТ

- В ходе дискуссии вы напомнили о последних событиях в Крыму, в частности о двухмесячном содержании политзаключенного Андрея Захтея в карцере, об аресте адвоката Эдема Семедляева и задержании активистов в день его освобождения. Какая поддержка действенна для политических заключенных и их семей?

- Де-факто мы знаем обо всех наших политических заключенных, держим с ними контакт через различные каналы, прежде всего через семьи, адвокатов, правозащитные организации. Это дает много информации по созданию кейсов в правовом поле для передачи международным партнерам, доказательства их необоснованности, в том числе относительно обвинения в терроризме.

Может казаться, что большого прогресса не видно, но за почти восемь лет мы не останавливались ни дня и не остановимся. В 2014 году мы начали работать с правозащитными организациями и правозащитниками из России, которые имеют либеральные взгляды. Почему так? Потому что у нас на тот момент не было людей, которые разбирались в российских реалиях. Не могу сказать, что там существуют суды, но нам была нужна правовая помощь. За восемь лет уже приобрели определенный опыт, у нас 30-40 адвокатов, которые работают по делам политических заключенных. Большинство из них проживает на временно оккупированной территории – в Крыму, они получили удостоверения адвокатов. На сегодня правозащитников хватает, но и количество политических дел растет. С каждым нашим политическим заключенным работает один или два адвоката. Наши правозащитники сейчас ездят по всей территории России для оказания правовой защиты.

Еще один вопрос, решение которого было бы действенной поддержкой, - это увеличение количества консулов в нашем посольстве в РФ, чтобы они могли чаще посещать наших политических заключенных. Наши консулы делают очень много, мы им благодарны за это.

Важна поддержка семей политических заключенных. Например, отдых на материковой Украине или в других странах детей, чьи отцы – в российском плену. В этом году мы реализовали такой проект совместно с Турцией. Действенной поддержкой будет принятие закона о политических заключенных.

ЗАКОНОПРОЕКТ О ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННЫХ: ТО, ЧТО ДЕЛАЛОСЬ ДЕ-ФАКТО, БУДЕТ ДЕЛАТЬСЯ И ДЕ-ЮРЕ

- Этот законопроект уже на рассмотрении парламента, какова его роль?

- Этот документ дает определения, алгоритмы и процедуры. В частности - кто такие политические заключенные, какова процедура получения статуса лица, лишенного личной свободы в результате вооруженной агрессии против Украины, что необходимо для получения денежной помощи. Этот законопроект - результат действий, которые де-факто предпринимались в течение восьми лет. С его принятием это будет и де-юре – к нему будет легко апеллировать. Это станет важной поддержкой и защитой для политических заключенных и их семей, еще одним действенным инструментом нашей борьбы.

- Что является неотложным в сфере предоставления государственных услуг гражданам с временно оккупированных территорий?

- Все государственные услуги, которые мы предоставляем на данный момент, намного лучше, чем те, которые получают на временно оккупированной территории. И уровень этих услуг постоянно улучшается. Украина меняется в лучшую сторону, и этот прогресс заметен для тех, кто приезжает с временно оккупированных территорий. Речь идет о предоставлении медицинских, административных услуг, отдыхе и т.д.

Через админграницу переходят ежегодно примерно 1,5 млн человек. В целом средняя цифра ежедневных переходов - 3 тысячи, летом – 7 тысяч. Во временно оккупированном Крыму находится около 3 млн наших граждан. Крымских татар до оккупации было примерно 300-350 тысяч. После временной оккупации выехали около 25 тысяч, но часть из них вернулась впоследствии в Крым. Практически все активное ядро находится в Крыму.

Добавлю, что наличие украинского паспорта позволяет всем гражданам наслаждаться поездками в Европу и другие страны.

- Вы отмечали на конференции, что предоставление медицинских услуг в Крыму в условиях пандемии недостаточное. В частности речь шла о том, что кареты скорой помощи часто не приезжают в те районы, где живут крымские татары. Чем это обусловлено?

- Это временная оккупация, поэтому здесь объяснения два: это делается намеренно и это делается потому, что они не вытягивают. Российская Федерация не настолько мощная и не настолько сервисноориентированная, как Украина. Если спросить рядового нашего гражданина в Крыму о лекарствах, то ответ один – лекарства привозят из Украины. Так же те, у кого есть возможность, обращаются за медицинской помощью в Украине.

ДИАЛОГ ОТНОСИТЕЛЬНО ОСВОБОЖДЕНИЯ ПОЛИТЗАКЛЮЧЕННЫХ ИЗ КРЫМА НЕФОРМАЛЬНЫЙ: ЧЕРЕЗ ПОСРЕДНИКОВ, ДИПЛОМАТОВ, ПАРТНЕРОВ

- В ходе пресс-марафона президент Украины Владимир Зеленский сказал, что рассчитывает на помощь президентов Турции и США в вопросе освобождения украинских военнопленных и заложников, которые удерживаются в ОРДЛО и в России. Какова вероятность того, что крымских татар, которые сейчас находятся в заключении, обменяют?

- На сегодня в Крыму незаконно заключенным остается 121 человек, из которых 80% – это крымские татары (всего в Крыму и ОРДЛО в плену – примерно 450 человек). Здесь следует учитывать, что в России считают Крым своей территорией, соответственно все задержанные – это якобы их граждане, которых они не хотят кому-то отдавать, обменивать. В этой парадигме мы продвигаем правду, потому что это наша территория и наши граждане. РФ демонстрирует таким образом две вещи: что отдавать якобы своих граждан не будет, а для внутреннего спроса показывает, что это террористы, которых нужно дольше держать за решеткой. Пытается из политических заключенных сделать уголовных арестантов.

Мы же стоим на том, что это политические заключенные, которые пострадали за свои убеждения и защиту своего видения, что они граждане Украины на временно оккупированной территории. Как государство, делаем все возможное, чтобы продвигать свое видение в мире, заручиться поддержкой международного сообщества, и чтобы оно, в свою очередь, осуществляло давление на Россию. У нас нет прямых переговоров. Мы стараемся поддерживать контакт через Трехстороннюю контактную группу, но ее работу РФ блокирует. У нас нет площадок для контакта. Они не хотят видеть и слушать, потому что знают, что проигрывают. Давление со стороны международного сообщества, что бы ни говорили в Москве, - понимают, и санкции имеют свое действие. Мы ценим эту поддержку и приветствуем любые усилия, которые могут помочь положить конец войне с Россией. Мы готовы работать с международными партнерами.

Что касается обменов, то они происходили в рамках Трехсторонней контактной группы, Минского и Нормандского форматов, но там мандат идет на отдельные районы Луганской и Донецкой областей. Что касается АР Крым и Севастополя, то как раз этот диалог неформальный – через посредников, дипломатов и партнеров. Турция - один из таких стратегических и эффективных партнеров, через которых мы пытаемся донести мысль, что арестованные люди являются политическими заключенными, которых мы хотим либо обменять, либо вызволить. Мы уверены в том, что нашу точку зрения турецкие дипломаты доносят до оппонентов. Турция – на нашей стороне, разделяет наше видение, поддерживает наш суверенитет и территориальную целостность, не признает временную оккупацию Крыма, но при этом имеет политические, дипломатические и экономические отношения с РФ. С США у РФ более сложные отношения. Поэтому Турция может стать эффективным посредником для снятия существующего напряжения и решения других вопросов, ее роль важна и перспективна.

- Крымскотатарская диаспора чувствует постоянную поддержку и помощь со стороны Турции. Большое количество крымских татар приехали в Турцию уже после 2014 года и пустили здесь свои корни. По вашим оценкам, какая часть из них готова вернуться в Крым после деоккупации?

- В Турции, по разным подсчетам, проживают от 4 до 8 млн крымских татар. В целом диаспора живет и развивается тогда, когда ее пополняют новые люди. Если иммиграция не продолжается, то происходит процесс старения диаспоры. Поэтому приезд новых мигрантов из Крыма для турецкой диаспоры – это положительный момент. Другое дело, что за эти годы люди, которые приехали напрямую из Крыма после временной оккупации или через Киев или Херсон, осели здесь, наладили жизнь и быт, создали новые родственные связи. Поэтому принять решение о возвращении им будет непросто, даже когда появится такая возможность. Все будет зависеть от условий, которые будут созданы для возвращения. Чем привлекательнее они будут, тем больше людей вернется. На самом деле, диаспора может играть важную роль не только из-за возвращения, но и оказать мощную поддержку после деоккупации, например, инвестициями.

КРЫМСКАЯ ПЛАТФОРМА ПРОДОЛЖАЕТ РАБОТУ НА ВСЕХ УРОВНЯХ

- Создание Крымской платформы и международная поддержка этой инициативы Украины стали мощным сигналом о том, что временная оккупация Крыма находится в повестке дня на разных уровнях. Какие активности происходят на этой площадке на данный момент?

- Мое общее видение: мы как Украина делаем очень важные и правильные вещи, и Крымская платформа – одна из них. Это мощный ответ на гибридную войну. Мы продемонстрировали свою способность действовать сообща. Крымскую платформу поддержало международное сообщество. И что важно, внутри страны мы не делились «на своих и чужих». У Крымской платформы четыре измерения. На уровне руководителей государств и на правительственном уровне за восемь лет был приобретен значительный опыт, есть поддержка и понимание, которые Крымская платформа консолидирует еще больше. На внешних территориях Украину защищают мощные дипломаты-государственники.

Третье измерение - парламентское. Это более четырех сотен бойцов, которые действуют в интересах Украины. Каждая поездка делегаций в ПАСЕ, ООН, любые форматы взаимодействия с нашими партнерами на парламентском уровне являются эффективными. Мы всегда декларируем наше видение относительно Крыма, политзаключенных, обеспечения водой, обороны, евроинтеграции и вступления в НАТО. Например, делегация Украины в ПАСЕ инициировала создание Крымской платформы на уровне этой организации. Но думаю, на парламентском уровне мы можем делать больше.

Четвертый уровень - экспертный. С 2014-го года в Украине появилось много неправительственных и общественных организаций. У нас уже есть аналитические центры и влиятельные эксперты, которые продвигают нашу повестку дня и внутренне, и регионально. Здесь мы уже выходим за пределы Украины и занимаем лидерские позиции.

Крымская платформа – это не только мощный сигнал, это также действенный инструмент, в котором не ограничены измерения, который ведет к победе в политической борьбе. Уже обеспечены адвокация, продвижение, применение правовых механизмов, в частности защита через суды. Работа Крымской платформы продолжается на всех четырех уровнях.

- Уже дважды планировался (и приходилось отменять по веским причинам) визит спикера Великого Национального Собрания (Парламента) Турции в Украину. Планируется ли визит в ближайшее время?

- За последние годы отношения на политическом уровне были очень интенсифицированы, как на уровне президентов, так и на уровне правительства. Парламентский уровень может казаться на этом фоне не столь активным. Конечно, пандемия помешала, но общение поддерживается. На данный момент предложены три потенциальные даты визита украинской парламентской делегации в Турцию с насыщенной программой в Анкаре и Стамбуле. Это будет визит группы дружбы. Ожидаем и визит спикера парламента Турции в Украину, этот вопрос также обсуждается. В начале следующего года планируется визит президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в Украину, в повестке дня этого визита будут, в частности, вопрос освобождения политических заключенных, строительство жилья, соборной мечети и другие.

МОДЕЛЬ ХОРВАТИИ ПО РЕИНТЕГРАЦИИ ТЕРРИТОРИЙ - НАГЛЯДНЫЙ ПРИМЕР ДЛЯ УКРАИНЫ

- Возможна ли для Украины реализация азербайджанского или другого сценария для возвращения территорий?

- Считаю, что у нас всегда должен быть план Б. План А, бесспорно, политико-дипломатический план Б – это наподобие того, как действовала Хорватия, ее модель реинтеграции позволила вернуть оккупированные территории мирным путем. И эта модель может быть для нас хорошим и наглядным примером. Мы должны наращивать свои силы, обороноспособность. Это наш приоритет. Мы обороняемся, не наступаем, и должны проработать все возможные варианты развития событий и быть к ним готовыми. Я не говорю о необходимости подготовки к наступлению, но должны быть проработаны все возможные планы по отстаиванию своих суверенных прав. И для временно оккупированных территорий должен быть план. Мы не знаем, что завтра будет происходить в России.

Все со временем становится на свои места. В России долго не смогут еще настолько «прикручивать гайки», держать свое население в таких условиях. 20 лет уже держат. Не думаю, что выдержат еще 20 лет. Мы восстанавливаем страну уже 30 лет, улучшаемся и развиваемся. У нас есть внутренний механизм регулирования – население выходит на майдан и баланс сил сохраняется. Мы фактически вычищаем то, что произошло в нашей истории во времена колониальной политики царской России и в период СССР. И наша задача - сделать Украину прогрессивной, развитой, современной страной и идти своим путем.

Ольга Будник, Анкара

Фото автора

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-