Вячеслав Кириленко, гуманитарный вице-премьер-министр Украины
Некоторые ждут, что вернутся «изгнанники» из Москвы. Не вернутся
15.11.2016 14:26 782

- И за 25 лет многое изменилось, и за последние два года изменилось, но все это дается с огромными усилиями, потому что эти тектонические сдвиги следует постоянно обеспечивать. Здесь речь идет не о каких-то экономических показателях, а о том, что у людей в головах, в сердце, и что они часто чувствуют, а реализовать не могут. Поэтому эти все чувства, эмоции, потребности, которые заложены в фундамент национальной идентичности, их надо перевести на язык законов, постановлений, решений правительства, распоряжений органов власти. И такой работы еще нужно сделать очень много. Ну, последнее дело с радио, украинскими квотами, показывает, что это реалистично, несмотря на яростное сопротивление, которое было на первых этапах этого дела.

- Недавно состоялся интересный флешмоб. Виктория Сюмар его начала в качестве контртезиса утверждению, что не хватает украинской музыки. Каждый выставлял в соцсетях своего любимого украинского исполнителя. За пару часов оказалось, как много людей слушают украинское, вдруг всплыло столько новых групп, о которых будто и не слышали. Наверное, как главный автор решения, вы чувствовали себя триумфатором?

Язык, национальная идентичность и национальная безопасность жестко взаимосвязаны

- Я не для себя это делаю, хотя и для себя также, как для украинца и гражданина Украины. Но это делается для музыкантов, для индустрии, для слушателей и для гуманитарной безопасности. Потому что когда в Украине порой не услышишь и не увидишь ничего украинского, то тогда рано или поздно у кого-то возникает вопрос: а Украина вообще существует? И не поставить ли нам под сомнение ее существование, как это неоднократно делал и делает новейший империалист Путин. Язык, национальная идентичность и национальная безопасность жестко взаимосвязаны. И я рад тому, что наконец-то это начинает понимать гораздо большее количество людей, в том числе и во власти. Это очень строгие вещи, которые затем превращаются в потребность в танках, самолетах, орудиях, патронах, которых у нас все равно никогда не будет больше, чем у России, но наша сила в другом - в нашей культуре, в нашей уверенности, в нашей способности и в нашей действенности. Поэтому я на своем месте просто стараюсь все эти идеи превращать в конкретные правительственные решения. А то, что украинских песен более, чем достаточно, так я и до того знал, без флешмобов. И это был один из аргументов специалистов, некоторые из которых оказывали сопротивление этим нововведениям, что, мол, нечего ставить в ротацию. Теперь ставят, теперь есть целые радиостанции, которые перешли полностью, 100-процентно на украиноязычный контент, и я знаю о намерениях и других сетей переходить на 100 процентов украиноязычный контент. Я знаю, что ко многим музыкантам обращаются теперь уже музыкальные редакторы, продюсеры и т.д., что давайте пишите, или то, что написано, давайте. Теперь берут, а раньше говорили «не формат», то есть я знал об этой ситуации, просто нужна была политическая воля и большие усилия, чтобы убедить тех, кто упорно сопротивлялся, добрых месяцев восемь в парламенте и вне парламента, в масс-медиа. Теперь те же люди говорят - как хорошо, что вы это приняли, так прекрасно выглядит. (Смеется).

- Об украинском кинематографе. Вы смотрели эти новые украинские сериалы, которые продуцируют каналы? В них украинец - алкаш, просто чище одет.

Пока что много сериалов на словах украинские, преимущественно снятые на русском языке или двуязычные, с перекосом в сторону русского

- Если так - это продолжение гибридной войны. Кстати, законом о государственной поддержке кинематографии (думаю, что Президент его подпишет), будет введена система государственной поддержки телесериального производства. Телеканалы могут получить через прозрачный конкурс 50 процентов сметы телесериала и 50 процентов вкладывать своих денег. Но при этом законом ставится условие - это должен быть национальный фильм, украинский язык на 90 процентов на площадке, остальные - это иноязычные реплики, ну и соответственно культурный текст и система зачетных баллов. Телеканалам очень выгодно получить половину бюджета от Госкино. Но при этом Госкино будет знать, о чем должен быть фильм. И тогда не будет тех «междустрочек», как позволяют себе некоторые телеканалы для унижения украинцев. Так как пока что много сериалов на словах украинские, преимущественно снятые на русском языке или двуязычные, с перекосом в сторону русского языка. Финансирует это сам телеканал и сам показывает. То есть, как сказал бы русский «брат»: «взятки гладки». Поэтому я, кстати, считаю, что мы как можно быстрее должны задействовать механизм взаимодействия государства и частного телебизнеса в производстве телесериалов. И тогда те вопросы, о которых вы говорите, и о которых я знаю, и о которых зрители пишут, будут сняты с повестки дня. Потому что такого рода телесериалы станут просто признаками плохого тона, и сами каналы их изымут. А сейчас они действуют так: вы хотели украинское? Ну, пожалуйста, смотрите украинское. Кое-кто так действует, ожидая, что скоро вернутся те изгнанники из Москвы, и «будет все хорошо». Не будет за таким сценарием «все хорошо». Украина здесь будет.

- Президент Америки сказал, что ему все равно - будет Украина или не будет в НАТО. А учитывая, что США там первая скрипка, не очень обнадеживающе.

- Я вас уверяю, если большинству людей в Украине будет не все равно, то мы будем в НАТО. И сейчас впервые за много лет ведется реальная работа по интеграции украинской военной и гражданско-военной инфраструктуры через внедрение стандартов НАТО к организации Североатлантического договора. Раньше было много лозунгов, даже при власти, которая поддержала вступление в НАТО, но при этом все буксовало на самом деле. Сейчас может меньше слов на эту тему, но движется, это я могу точно сказать. Поэтому мы гораздо ближе к НАТО, чем это думает кто-либо в любой стране мира.

- Вопрос про украинский язык. На каком языке говорят чиновники за дверью вашего кабинета? Не нужна ли институция - что-то вроде «Института украинского языка», например, с широкими полномочиями, просто, чтобы следить за рекламой, за городской топонимикой, за публичным употреблением и использованием языка?

- За дверью моего кабинета, в коридорах Кабмина говорят на разных языках, но преимущественно на украинском. В парламенте процент украинского языка значительно выше, чем во всех предыдущих созывах, в правительстве - тоже, соответственно и в обществе. Но мы приложили много усилий, чтобы эту языковую политику укоренить в конкретных решениях. Мое же личное видение заключается в том, что все эти сложные вопросы никогда не должны больше стать жертвой политической конъюнктуры.

- То есть?

- Не дай Бог, конечно, но представим, приходят какие-то умеренные или радикальные реваншисты к власти, понятно, что на базе де-юре действующего закона Колесниченко-Кивалова все то, что мы строим, тут же уничтожается. Поэтому мы должны поставить такие преграды и так провести политику в ближайшие 5-10 лет, чтобы потом ни у кого не возникало вопросов о национальной идентичности, характере языковой политики. Для этого нужно время, для этого нужно консолидированное видение власти, понимание всей власти, что такие вопросы не десятые в повестке дня, а первые на самом деле. И события 2014 года и до сегодня только подтвердили это.

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-