Закон о языке: щит или летальное оружие?

Закон о языке: щит или летальное оружие?

636
Ukrinform
«Пущай» всякому, кто вместо «остановка» скажет «останівка», тут же рубят голову...

Прежде всего отмечу: я являюсь стойким сторонником того, чтобы в Украине все ее граждане говорили на украинском языке. И на этом – железобетонном – основании выступаю категорически против провокационной затеи некоторых народных избранников, которые проталкивают в Раде очередные «языковые» законопроекты. Обоснование простое: пользы от них не будет никакой, а вот нездоровые настроения в обществе они могут взбудоражить. Собственно, уже будоражат...

На язвительный вопрос, читал ли автор эти законопроекты и что там нашел неуместного, отвечу вопросом в ответ: а кто из тех, которые ревели на сепаратистских сборищах в Донецке, Луганске, Харькове или Симферополе в феврале-марте 2014-го, был знаком с содержанием Закона №5029-VI (Кивалова-Колесниченко)? Или, по крайней мере, с коротеньким законопроектом 1190, которым Рада этот закон отменяла? Рев не прекратился даже после того, как и.о. президента Турчинов громогласно пообещал ветировать недавно принятый закон. Но где и когда толпа руководствовалась логикой и здравым смыслом?!

Смысл в принятии нового закона о языке мог бы быть, если бы авторы руководствовались логикой Макара Нагульнова: «Пущай контра голову подымает – поднятую голову рубить легче». А что? Пришлют те тридцать, или шестьдесят ГО, которые выступили в поддержку «языковых» законопроектов, отряды своих активистов на Восток – и «пущай» они всякому, кто вместо «остановка» скажет «останівка», тут же рубят голову. На мобильной колоде. Ятаганами. Хлеба от этого больше не станет, зато эмоций от таких зрелищ народу хватит на несколько будущих поколений. Боюсь только, не хватит кровожадности слабонервным интеллигентам.

А более всего меня умилили аргументы типа: «А вот во Франции (Польше, Литве) языковые законы действуют». Ребята (и девушки), я что-то пропустил? Неужели Англия решила пересмотреть итоги Столетней войны и вторглась в Аквитанию?! А французский фронт под Бордо держат, в основном, англоязычные выходцы из Мартиники и Реюньйона? Как у нас под Станицей и в Авдеевке процентов на 80 - русскоязычные бойцы.

Перенимать европейский опыт – это похвально. Но только во всей его (опыта) полноте – или если там и здесь условия тождественны. Скажем, с Украиной в смысле языковых практик наиболее тождественной является Ирландия. Только там последствия английского владычества можно сравнить с тем, что у нас насадила Московия. Поэтому, как на «Изумрудном острове» дела с государственным языком?

Все прекрасно: официальных языков – два, причем ирландским владеет аж 43 процента населения. А на Западном побережье правительство даже запретило использовать английский на вывесках. И некоторые программы на телевидении ведутся на языке коренного населения. Только не думайте, что я тут иронизирую – сто лет назад им владело не более 15%.

А вот еще пример – правда, не европейский. Хотя... Икона мирового реформаторства, премьер Сингапура Ли Куан Ю как-то признался: «Мы использовали те преимущества, которые Великобритания оставила нам: английский язык, юридическую систему, администрацию, лишенную партийных пристрастий...». Тем временем, английский – язык колонизаторов. Не говоря уже о юридической и административной системе. Я не о полезности подражания колониальной системы – я о том, что следует осторожнее оперировать примерами международного опыта. Хотя расширение сферы применения английского нам точно не помешало бы.

* * *

Думаю, следует определиться, что для нас важнее: немедленное принятие радикального закона «о языке» – или реальное его распространение во всех сферах жизни. «Шашечки – или ехать?» И если вы уже настаиваете на использовании французского опыта, то не стоит ли воспользоваться примером министра Людовика XV Анн-Робер-Жака Тюрго?

Французские пейзаны середины XVIII века воспринимали картошку примерно так же, как семьдесят лет спустя ее восприняли удельные и государственные крестьяне севера Московии. Попытки властей насильно засадить Поволжье и Урал этим овощем, как известно, натолкнулись на массовые (до полумиллиона человек) вооруженные бунты. А что во Франции? Вот рассказ Александра Герцена: «Знаменитый Тюрго, видя ненависть французов к картофелю, разослал всем откупщикам, поставщикам и другим подвластным лицам картофель на посев, строго запретив давать крестьянам. Вместе с тем, он сообщил им тайно, чтобы они не препятствовали крестьянам красть на посев картофель. Через несколько лет часть Франции была засеяна картофелем».

Другими словами, гораздо продуктивнее, и без риска массовых возмущений (не важно, мгновенных или отложенных – ведь значительная часть «русскоязычных» будет считать себя ущемленными) применять экономические методы вместо полицейских. Доплаты, налоговые льготы, государственные премии, поездки к украинцам зарубежья или, хотя бы, к галичанам и буковинцам. И не доплачивать тем, кто упорно не желает изучать украинский. Но для этого совершенно не нужен Закон – достаточно спрятанных в бумажных недрах «Правительственного курьера» постановлений Кабмина или вообще незаметных приказов министерств и ведомств.

Без законов тоже не обойтись, но они должны касаться изменений в уже действующие законы. Я бы оставил предложенное авторами дополнение к ст. 338 Уголовного кодекса «Надругательство над государственными символами», где к Государственному Флагу, Государственному Гербу и Гимну Украины прилагается «публичное унижение или неуважение государственного языка». Особенно мне нравится предложение внести изменения в статью 9 Закона Украины «О выборах народных депутатов Украины». А именно: «1. Депутатом может быть избран гражданин Украины, который... владеет государственным языком в соответствии с уровнем, определенным Национальной комиссией по стандартам украинского языка». Ну, и так далее.

* * *

Кстати, об экономическом поощрении. Мне пришлось на протяжении последней недели прочитать много проникновенных слов о том, как гнобили и уничтожали нас за наш язык на протяжении сотен лет. А вот о том, надо ли отблагодарить тех украинцев, которые на Востоке и Юге работали на развитие и прославление родного языка, не услышал ни одного слова. Хотя могли бы вспомнить хотя бы Василия Голобородько. Украинский поэт с мировым именем жил в самом сердце Донбасса – под Алчевском. Квартиру в Луганске он получил стараниями того самого Ефремова, которого теперь судят за государственную измену, а «родная» украинская власть о нем забыла, и он, беженец на своей земле, вынужден в 72 года снимать жилье в Ирпене. Ни один из тех 33-х депутатов, которые родили законопроект на защиту государственного языка, не поинтересовался: «А где живет наша национальная гордость? В каких условиях?»

Ну, кому нужен такой закон, если он даже людей с таким послужным списком на языковой ниве не пытается защитить (там об этом вообще ни полслова)?! Вот для чего он нужен его авторам – я, кажется, догадываюсь. Дело в том, что, собственно, оно и так было понятно: для обеспечения соблюдения нового закона понадобится огромная разветвленная сеть контроллеров. А как иначе, если «свободно владеть государственным языком обязаны» куча народа, начиная от Президента и вплоть до «медицинских работников государственных и коммунальных заведений здравоохранения». Плюс не меньшее количество кандидатов на все эти должности. Требования же «относительно соответствующего уровня владения государственным языком... определяет Национальная комиссия по стандартам государственного языка» (ст. 7-8).

На вершине пирамиды – Национальная комиссия (кто мне объяснил бы, на кой черт она нужна, когда в стране действует Институт украинского языка НАН Украины?); далее идет Центр украинского языка (вопрос: «На кой?..»), который организовывает и проводит экзамен на уровень владения украинским языком». Вы представляете себе вакханалию, которой будет сопровождаться подобная экзаменационная сессия для миллионов (!) чиновников и претендентов? А затем неотвратимо начнутся не менее ожесточенные выяснения отношений с экзаменаторами тех, кто не пройдет испытаний.

А какая это бездонная коррупционная кормушка... Или кто-то будет иметь наглость заявить, что в эту... сеть попадут одни только Квинкции Цинциннати?

Условно я бы разделил сторонников этого документа на две категории. Первая – вполне возможно, те, кто надеется слупить с этого немалую коррупционную ренту. Вторая – это в основном те русскоязычные деятели культуры (и их окружение), кто давно потерял пассионарность, не полагается уже на собственный талант и надеется добавить авторитета с помощью специализированной государственной институции.

Да, из воспоминаний. За двадцать лет журналистской карьеры я видел в Луганске Юрия Андруховича 1 (один) раз, Любко Дереша 1 (один) раз и один раз Юрия Покальчука (визиты Сергея Жадана не считаются – он уроженец Луганщины). С Покальчуком в местной газете «Молодогвардеец» мы организовали интернет-конференцию – поток вопросов, заинтересованность была сумасшедшей. Я и не догадывался, что такое количество луганчан читало «Озерный ветер»... Господин Юрий обещал приезжать еще, и, к сожалению, где-то через два года умер. А до того, очевидно, тяжело болел...

* * *

Наверное, я много кого из классиков упустил, но тем не менее – Донбасс с его потенциально семимиллионной аудиторией практически не интересовал ни культурных деятелей, ни проукраинских (как считалось) политиков. Чаще всех наведывался к своим руховцам Вячеслав Чорновил, но только до марта 1999-го. Поэтому местному украинству оставалось вариться в собственном соку. «Сока» оказалось недостаточно, чтобы язык сделать модным. Престижным. Между прочим, именно этого боятся московские «либералы», которые, за неимением перспектив у себя на родине, мечтают стать нашими проводниками. Думаю, перебьются. Не с их багажом сюда сунуть.

Собственно, мы – прямые потомки тех, кто научил Московию и письму, и изящной словесности. Если для Ломоносова «Грамматика» Мелетия Смотрицкого стала «вратами учености», то Достоевский «и иже с ним» вышли из «Шинели» Гоголя. И это не преувеличение выдающегося эпилептика: после Пушкина русская литература почти вышла на широкий европейский путь – и вынуждена была резко повернуть на «Миргород», а дальше - вообще на губернский город NN с его мертвыми душами...

Наша проблема – комплекс неполноценности. Мы никак не придем к очевидной мысли, что сами способны навязывать свою волю врагу. В языковом вопросе – прежде всего. А начать следует с простого. Скажем, с вопроса: как по-русски будет «в Украине». «На» или «в»? Все слышали, как на него отвечают и Медведев, и либералы с «Эхо Москвы». Неправильный ответ. Ведь «их все» Александр Пушкин не только считал, но и писал, и печатал – правильно:

Незапно Карл поворотил
И перенес войну в Украйну.

Или:

Старик Палей из мрака ссылки
В Украйну едет в царский стан.

Кто-то подумает, что так поэту понадобилось, чтобы соблюсти размер стиха. Но вот с вполне прозаического комментария к тексту поэмы: «...Последний в виде нищего ходил из Польши в Украйну и обратно». То что, московские «метры» Пушкина авторитетом не считают – элементарно не читали?

Напоследок еще раз подтвержу свою позицию: украинским языком должен владеть каждый гражданин Украины. Это будет его щит, а в некоторых случаях – еще и летальное оружие.

Михаил Бублик, Северодонецк.

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-