Родом из хаты под стрихой

Родом из хаты под стрихой

432
Ukrinform
Уникальные визуальные материалы, формировавшиеся художником на протяжении двух десятилетий, легли в основу книги об украинской хате

Там легко дышалось и мирно спалось, там целые поколения вырастали здоровыми и крепкими. Не зная понятий экологичности и энергоэффективности, наши предки, руководствуясь только хозяйственной целесообразностью, разработали технологию их строительства. Беленькие хаты под соломенной стрихой в окружении вишневого сада в свое время были символом украинства, а впоследствии – насмешливым клише «шароварности» и свидетельством бедности. Сейчас разве что дауншифтеры возвращаются к истокам, ища там что-то сакральное. Эти приземистые хатки, покрытые снопами, уходят в прошлое навеки, как и воспоминания о наших бабушках и дедушках, которые выглядывали внуков, сидя на завалинке. А вместе с ними – целый пласт нашей истории и традиций.

Собственно, эти хаты под стрихой до недавнего времени мало интересовали и автора. И только пост в «Фейсбуке» Народного художника Украины, фотографа, коллекционера, краеведа и мецената Владимира Козюка о намерении издать книгу с фотографиями, где они изображены, заставил взглянуть на все иначе.

Владимир Козюк
Владимир Козюк

Вдруг вспомнилась баба Ира, которая жила на холме неподалеку от родителей, ее приземистая хата под снопами, и как мы из них дергали соломинки, чтобы выдувать разноцветные мыльные пузыри. Чтобы добраться до той крыши, приходилось вылезать на старую сирень, затем, прижавшись к стене, вымазаться в извести, которой она была побелена. После этого уже и солому можно было дернуть. А она была слежавшейся, поросшей зеленым мхом, пахло прелостью и сажей из дымохода. Как не удивительно, но и через 40 лет этот запах – такой реальный, будто вчера шкодничала...

СТРИХА В ОБЪЕКТИВЕ

- Книга будет крутая, аналогов ей нет, и никто уже ничего подобного не сделает. Потому что благодаря Богу и людям мне удалось собрать и сохранить свидетельства того, чего уже никогда не будет. «Хата под стрихой» – это 20 лет труда, которые вылились в 270 страниц, – рассказывает Владимир Козюк. – Из той хаты вышел ты, в той хате родилась Украина. На время фотографирования в 85 таких хатах еще проживали люди! Это не была ностальгия, скорее – стечение обстоятельств, которое дало возможность осознать, понять глобальное значение уже исчезающей хаты под стрихой для украинцев, для Украины, и, прежде всего, – для самого себя. За двадцать лет поисков нашел около 450 хат под стрихой! Много это или мало – не знаю, но посетил около 800 сел. Большинство – в Винницкой области. Пешком, на велосипеде, на автобусе, с друзьями на авто, на такси, и, наконец, на собственном авто.

Их трудно было искать. Приходилось выезжать на какой-то холм весной или зимой и высматривать с помощью бинокля. В селе Краснополь Житомирской области, откуда была родом моя бабушка, председатель сельсовета даже не знал, что у них в селе такие хаты есть. А я с помощью бинокля отыскал аж четыре, подошел ближе – нашел еще две. А председатель говорил, что никогда даже не обращал внимания: бабушку – хозяйку одной из таких хат – хорошо знал, а что хата под стрихой – даже не замечал. Вообще, на них в селах часто начинали обращать внимание только после того, как я их начинал рисовать.

Владимир рассказывает, что первые хаты под соломой сфотографировал еще в 1996-98 годах.

- Я тогда как раз начал рисовать, думал, что бы такого интересного сделать? Проходил мимо одной из таких хат и увидел, как вдруг из-за кустов выныривает белая стена, а на нее так красиво солнце падает! Вспомнил картины Левченко, Васильковского, Бигуненко, – они все такие хаты рисовали. И сделал собственных 10 этюдов, – говорит художник. – Показал своему учителю, а он говорит: зачем ты их выдумываешь? Старайся рисовать с натуры. Я говорю: да это же с натуры! А он - разве еще такие есть? Ответил, что пять таких хат видел в селе, где родители живут. Пришлось даже показывать фотографии, что они действительно существуют.

Позже, когда захотел перевести этюд в картину, понял, что не хватает деталей. Тогда я купил фотоаппарат, чтобы фиксировать детали. Потому что на этюде передаешь эмоции, а для картины этой информации мало. Скажем, нужно отобразить, как лежит какая-то балка, а в памяти сохраняется не все. Поэтому привозил много снимков. Показал их ныне уже покойному этнографу из Киева Алексею Доле. Он сказал, что это крутой материал, поскольку такие здания встречаются уже очень редко.

А я в то время уже больше 50 таких хат нашел. Привез этнографа в с. Котюжинцы Калиновского района, – мне сказали, что там тоже есть такая хата. Я тогда нарисовал этюд с натуры. Потом нашли в этом селе еще хату бабы Марии. Он сделал запись. Потом другую нашли, перекрытую рубероидом, позже – еще одну. Он похвалил, мол, молодец, интересная тема, продолжай, этого никто в Украине не делает. Потому что хотя бы кто-то должен заниматься «в полях» историей и этнографией! Ведь даже многие ученые подходят к этому формально, переписывая друг у друга то, что уже давно известно, – рассказывает Владимир.

ЭКСПЕДИЦИЯ К СОСЕДЯМ

Собственно, чтобы не переписывать ни у кого, пришлось и автору отправиться «в экспедицию». Хорошо, что не надо было далеко ехать, объект исследования – разрушенная хата-болотянка – нашлась на соседнем с родительским дворе, в Лучинцах Мурованокуриловецкого района. Во времена застоя вместо соломы ее перекрыли шифером, а в 80-х ее по тогдашней моде одели в цементную штукатурку-«шубу».

А экспертом по строительству хат под стрихой оказался отец, Николай Николаевич. В свои 77 он не только видел, как их строят, но и сам в юности не раз ходил на субботник. Собственно, в такой хате и сам вырос, – только в 60-х годах прошлого века бабушкину хату перекрыли шифером.

- Когда-то у нас сначала хаты под стрихой строили на слупах, а потом, когда было трудно с материалами – то и болотянки, – рассказывает отец. – Когда строили хату на слупах, то выбирали прежде всего большие камни на углы. В них выдалбливали ямку (мазейка называлась), в которую вертикально ставили четырехгранные столбы – их и называли слупами. В слупах вырезали вертикальные прямоугольные желобки. Между ними ставили перемычки, которые служили основой для окон и дверей – варцабы. Сверху на слупы по периметру дома ставили горизонтальные обтесанные поленья – плотвы. На них – перпендикулярно к плотвам и параллельно земле укладывали балки. Это была основа для потолка.

Для того, чтобы сформировать стены, на слупах с двух сторон набивали планки, которые образовывали желобок. Затем вырезались длинные палки, по 10-12 см в диаметре – их называли дыли, которые потом горизонтально, параллельно земле вставляли друг над другом в желобки до самого потолка. Но сначала дыли обвивали по спирали пучками ржаной соломы (рожь вырастала высотой до 1,5 м), обмазывали влажной землей (болотом) – говорили, что дыли валькованные. Таким образом строился каркас стены.

Стены набрасывали замесом из болота с опилками – смесью половы с мелкой соломкой. Месили это все ногами, собирались вместе. Чем больше соломы, тем прочнее стена, потому что тогда она не лопается и не осыпается. Но это уже делали тогда, как "выбросят верх".

Потолок аналогично делался, как и стены: обвитые дыли клали на балки, сверху заливали болотом с опилками, снизу тоже формировали из этой смеси. В сенях потолок не делали – там был сплошной проем, через который виднелась стриха. Там ставили лестницу, по которой вылезали на чердак.

Когда высыхало – на выровненные стены и потолки наносили слой глины с опилками. Потом ее несколько раз белили известью с песком, а затем белили начисто уже без песка (на Подолье говорили – помазать хату), добавляя в известь только синьку. Если в хате хозяйка долго не белила – говорили, что у нее хата не мазаная.

Под хаты-болотянки обязательно делали фундамент. Из мокрой земли и опилок делали «кирпичи» – лампачи, перед тем, как строить из них стены, их высушивали на солнце. Другая технология – это когда стены строились из вальков – кругляка из болота и опилок. Их устанавливали в рядах наискосок, каждый ряд – под противоположным наклоном, чтобы получалась «елочка». Здесь в основе древесины не было даже по углам.

Возле хаты делалась завалинка – выступ стены вдоль фундамента. Она была разной ширины, на ней даже можно было сидеть как на скамейке. Обычно ее «подводили» красной глиной, или болотом. На зиму на завалинке вертикально укладывались снопы из осоки и кукурузы, чтобы утеплить дом и защитить стены от снега и дождей.

ПОД СОЛОМЕННОЙ КРЫШЕЙ

- А чтобы крышу сделать соломенный – надо было отдельно нанимать мастера? – спрашиваю у отца.

- И нанимали людей, и сами делали, – это должен был уметь каждый хозяин. Еще до того, как потолок сделать, все балки, на которых он базируется, «выпускали» за пределы стены наружу по крайней мере на полметра, чтобы была на хате стриха. К балкам с обеих сторон крепились стропила, которые над хатой сходятся треугольником. Их укрепляли на треть высоты сверху перекладиной. Это называлось «выбрасывать верх». Перпендикулярно поверх стропил через каждые полметра набивали круглые латы – латили крышу. Вот теперь уже можно было накрывать (пошивать) хату.

- А из чего ее делали?

- Для того, чтобы сделать соломенную крышу, использовали преимущественно ржаную солому, потому что она длинная и имеет цельный стебель, – тогдашние сорта ржи росли до 1,5 метра. Из нее делали снопы, перевязанные перевяслами. Снопок имел в диаметре сантиметров 30. Солому в нем делили надвое, один из пучков перекручивали на 360 градусов, получая в результате два меньших, связанных между собой снопа. Это уже был гладкий сноп – солома в нем уплотнялась, он делался более плоским. Их готовили столько, чтобы хватило на всю хату. Снопы рядами привязывали к латам перевяслами, срезанным боком кверху – «колосками» вниз.

Перекрывать хату начинали снизу вверх, снопы ступеньками ложились друг на друга, образуя толстый двойной слой покрытия. Это так на ровной части крыши, до самого верха. Углы крыши пошивали более толстыми снопами, расправляя обрезанные концы соломы веером.

На верху крыши в снопы забивали колышки, потому что острие и бока вокруг нее не накрывали снопами, а просто соломой, которую плотно напаковывали перпендикулярно к снопам. Колья удерживали ее, чтобы она не сползала вниз. А чтобы ее не сорвал ветер, сверху вдоль всего острия крыши прижимали жердями – набитыми на острый угол тяжелыми дубовыми сваями.

Соломенная крыша могла служить хате до полувека. Со временем солома поростала мхом, который делал ее еще менее проницаемой для влаги. Если же солома прогнивала, и крыша начинала протекать, ее ремонтировали, заменяя новыми снопами те, которые уже отслужили.

К тому же, соломенные крыши – это еще и стратегический запас корма для скота. Если зима была долгой и суровой, селяне иногда разбирали снопы на клунях и давали их на корм животным.

УКРАИНСКИЕ СТРИХИ В ПОДНЕБЕСНОЙ

Прозаичные, казалось бы, вещи, – балки, болото, опилки... Но когда видишь их на холсте в целостном образе, воссозданном художником, – щемит. Возможно поэтому еще в 2004 году первая винницкая выставка живописи Козюка «Хаты под стрихой» имела взрывной эффект. Хотя раньше художественное сообщество эту тему не воспринимало.

- Коллеги считали меня из-за этих хат чуть ли не дурачком, потому что в то время модной была абстракция. На выставках даже пейзажей не было, не говоря о том, чтобы такие хатки встретить. Говорили – то, что я делаю, никому не нужно, нужно писать авангард, искать что-то свое. Я отвечал, что можно искать все, что угодно, а мне хочется рисовать хату, пейзаж, хату в пейзаже. И неважно, модно это или нет – имеет значение то, что в душе. Вот душа поет – я и хочу это передать, – рассказывает Владимир. – А потом, можно сказать, что именно хаты под стрихой сделали меня Заслуженным художником Украины.

Когда работы с хатой под стрихой попали на форум и выставку самого высокого мирового уровня в рамках Первого Международного культурного ЭКСПО-2016 Шелкового пути, который проходил в прошлом году в китайском городе Дуньхуан, а потом еще и были закуплены для Национального музея Китая, понял, что все это было не зря, вся эта работа кому-то нужна. Приобрели китайцы два пейзажа и две работы с хатами, – на одной изображена хата из села Дерешова Мурованокуриловецкого района, на другой – из Кислицкого Томашпольского района. Это дало силу и веру в себя. А когда авторитетные люди в искусстве из Поднебесной приехали еще и сюда, понял, что есть настоящий шанс для возрождения украинской культуры. Вся та база исследованного и собранного послужит еще всем, кто ценит свое, родное, украинское.

Книга «Хата под стрихой» увидит свет уже совсем скоро, – издание готовят к печати тиражом 1000 экземпляров. В целом, этот проект готовился 10 лет. Не только финансовые кризисы в стране и события последних лет оттягивали его появление, – издание искало свою форму. Там представлены не только фотоработы в сопровождении научных и научно-популярных публикаций, – о подольских жилищах от триполья до современности. Есть там и мысли наших выдающихся современников о том, чем для них является эта хата под стрихой.

Антонина Мних, Винница

Фото Владимира Козюка


При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-