Виктор Бронюк, украинский музыкант, лидер группы "ТіК"
Мы готовы ехать на концерты в Россию только на танке
09.09.2018 09:00 682

История группы "ТіК" началась весной 2005 года, с тех пор он собирался на репетиции и понемногу набирал популярность. Фронтмен группы Виктор Бронюк в 2006 году написал песню «Олени» и записал ее вместе с группой «Ляпис Трубецкой». Произведение сразу стал визиткой "ТіКа" и поднялось на высшие ступеньки украинских радиостанций. Сегодня фронтмена группы узнают на улице, берут автографы и фотографируются. "ТіК" выступает на топовых фестивалях Украины, а также за рубежом. О жизни группы, музыке и концертах в прифронтовой зоне Виктор Бронюк рассказал в интервью корреспонденту Укринформа.

- Легко ли вашей группе попасть на радио или телевидение?

- У нас с этим никогда не было проблем. Мы группа провинциальная и живем в Виннице сегодня. Там посещать какие-то музыкальные тусовки не всегда есть возможность да и, собственно, желание. Когда есть потребность у тех или иных авторов программ, то они приглашают, мы формируем график и приезжаем. Всегда есть желание поделиться, нам скрывать нечего.

- Как изменилась жизнь группы после увеличения украинских квот на радио и телевидении?

Главное – не бояться показывать свой музыкальный продукт и выносить его в массы

- Мы особенно не испытывали ничего как до, так и после. С самого начала были «неформатом» для радиостанций. Я до сих пор не понимаю, что такое «формат», но есть рыночные требования. Для того, чтобы твой продукт крутили радиостанции, надо формировать его в соответствии с требованиями потребителя. Ты хочешь, чтобы твою музыку крутили на радио, но ты записал ее непонятно где. Приходишь на радио, и там тебе скажут, что она будет выпадать из общего контекста. Но сегодня есть интернет, и он дает широкие возможности. Если есть желание двигаться, то для этого есть все. Главное – это не бояться показывать свой музыкальный продукт и выносить его в массы.

- Кто приходит к вам на гастроли и есть ли те, кто ездят за вами по концертам?

- У нас шоковая возрастная категория. Я всегда шучу, что к нам приходят в социальном срезе от студента до президента и от пионера до пенсионера. Меня радует тот факт, что на концерты идут семьями. Нередко можно увидеть, что в одном ряду сидят папа, мама и детки. Есть такое, что приезжают люди из других городов и даже стран. Это всегда радует. Когда работали в пограничной зоне, возле польской границы, украинцы из Польши приезжали на концерт. Работали недавно в Измаиле – и там были люди из Болгарии, Молдовы и Румынии. Было такое, что на автомобиле еду по Европ, а на болгаро-румынской переправе шел таможенник, который когда-то стажировался на границе Румыния-Черновцы, и он меня узнал. Говорит, что знает меня как украинского певца. Это приятно.

- Вы ездили с концертами за границу. По вашему мнению, где в мире больше всего интересуются украинской музыкой и с чем ассоциируют Украину?

- Если честно, то не интересовался такой статистикой. То, что сегодня есть интерес к Украине и украинского и то, что определенные художественные и культурные мероприятия становятся трендовыми – это очень классно! Для того, чтобы они пользовались успехом на мировом уровне, следует учитывать условия рынка. Все же, если мы хотим показать Украину в плоскости всего мира, то это нужно делать в позитивном смысле. Недавно был за границей, и там меня спросили – откуда я. Ответил, что из Украины. Мне сразу говорят: "А, да это Янукович, коррупция, Чернобыль и бандиты". К сожалению такое явление есть.

- Выгодно зарабатывать музыкой в Украине стоит ли ехать где-нибудь за границу, например, в Москву?

Почему я должен ехать петь песни в страну, которая пришла забрать территорию моего государства, которая убивает моих друзей и родственников?

- Мы же не поехали. И никогда туда не собирались. Когда-то нас пригласили в Москву на фестиваль "5 звезд". Мы туда поехали с песней "Олени" и прошли в финальную серию. Было это еще в 2008 году, когда попали в ту тусовку. На то время я работал в Винницком горсовете. Они не понимали того, что можно работать чиновником и заниматься музыкой. Нас тогда спросили: "А можете спеть песню "Олени" на русском языке". А я спросил, как они себе это представляют. После этого встал Кобзон и говорит на украинском: "Ребята, пойте на украинском, а я им буду переводить"... Месяц или полтора назад нам звонили из Перми и спрашивали, сколько будет стоить, чтобы группа "ТіК" приехал на концерт к ним. Я ответил, что на самом деле это им будет стоить немного: нужно лишь купить и заправить танк на котором мы и приедем.

- То есть если предложат, то согласитесь только на танке?

Приедем в Крым, когда там будет украинский флаг, а сейчас нет такого желания

- Ну, почему только на танке? У нас есть много красивых боевых машин. Шутки-шутками, но почему я должен ехать в страну, которая пришла забрать территорию моего государства, которая убивает моих друзей и родственников? Почему после этого я должен к ним ехать и петь для них песни? Как-то в этом году уже не очень звонят, но в прошлые годы было много звонков из Крыма. Звонили и приглашали: "Приезжайте, ну чего вы? Мы же хотим, чтобы вы приехали, потому что когда вы приезжали, то было супер". Мы приедем туда, когда там будет украинский флаг, а сейчас не имеем такого желания.

- Как относитесь к коллегам, которые ездят в Россию с концертами?

Когда враг приходит на твою землю, то нужно меняться в своей голове и менять приоритеты

- Я к ним не отношусь. У каждого своя голова на плечах, им по 21 году, они сами понимают, что делают. Осуждать их – неблагодарное дело. Все ходим под одним Богом. У меня двое маленьких детей, и может, когда-то еще и внуки будут. Они меня спросят – что дед делал в это время, а мне важно, какой я дам ответ. Я отвечу, что не сидел в погребе, когда надо было. Когда кто-то считает, что музыка – без границ и аполитична, то это конечно хорошо, но когда враг приходит на твою землю, то нужно меняться в своей голове и менять приоритеты.

- Ездили в АТО поддерживать ребят и на прифронтовые территории с концертами?

В Торецке семья, голосовавшая за вождей «куриных республик», в конце нашего выступления уже кричала: «Слава Украине!»

- Да, и ездим до сих пор. Я помню первые дни освобождения Краматорска, когда на площади собралась многотысячная толпа людей, и когда нам наши коллеги, работавшие в международных миссиях, сообщили, что им запретили выходить на улицу, потому что была 90-процентная вероятность террористических актов. И тут ты стоишь на сцене, и боишься, потому что у какого придурка может хватить ума бросить гранату или оставить где-то пакет. И эти мысли до сих пор не покидают, потому что страна живет в состоянии войны. Скопления людей для неадекватных врагов нашего государства является хорошей мишенью.

Побывав на прифронтовой территории, на передовых позициях, уже не сможешь быть таким, как раньше

Когда работали в Торецке, люди стояли под деревьями и боялись выходить. Нам потом рассказывали очевидцы, что мы сделали большое дело, ведь у этих людей уже несколько лет ощущение ненужности. Говорят: "Я сегодня видела семью, которая ходила голосовать за вождей так называемых куриных республик, а в конце вашего выступления они кричали:" Слава Украине!". То есть, существует некая работа, которую мы также должны делать. Упоминают 2014-2015 годы, когда выкупались и отвозились туда автомобили. Меня удивляют вопросы о том, сколько мы потратили на помощь в те времена. Я говорю, что не собирал таких сведений. Побывав там, уже не сможешь быть таким, как раньше. Когда ты видишь это воочию, то можешь анализировать процесс и делать адекватные выводы.

- Расскажите истории, связанные с поездками.

- Неоднократно приходилось бывать на передовых позициях и выступать на танках и боевых машинах. В прошлом году работали в Донецкой области и решили – пока было время – приехать в акустике сыграть ребятам. А у нашего тромбониста очень сильная аллергия на амброзию. И как раз в период ее цветения. Он весь красный. Мы немножко поработали, а с нами ехал мой кум Юра, который написал свою книгу, и вот, пока ребята отдыхали между песнями, я представил Юру, и он рассказывает. У него было что рассказать, слова подошли. Слушателями были ребята, знавшие друг друга не один год. В это время, когда Юра рассказывал, сбоку стоял тромбонист, и из глаз у него катились слезы. В какой-то момент, когда люди его увидели, то возникла долгая пауза. Никто кроме меня не знал, что у человека аллергия. Я потом вмешался и сказал: "Не переживайте, это у человека так проявляется аллергия".

- Что говорили вам люди на оккупированных территориях?

Сегодня очень мало кто говорит, как мы будем жить после войны. Украина еще достаточно долго будет отхаркивать эти военные события

- Когда мы работали в Авдеевке, люди подходили и говорили: "Мы помним ваш приезд. Припоминаем, что вы не побоялись". Подходили мужчины со слезами на глазах: "Вы же передайте им в Киеве, что здесь не все сепары, здесь есть нормальные, адекватные люди, и мы ценим, что вы к нам приезжаете". С одной стороны, печально, но люди уже, наверное, привыкли к войне. И они живут с войной, а кто-то на ней зарабатывает. Сегодня очень мало кто говорит, как мы будем жить после войны. Как и все войны, эта скоро закончится. Наступит такой день, когда надо будет понимать, что делать дальше. Это очень тяжелый процесс, и Украина еще долго будет отхаркивать эти военные события, поскольку это непростой период для любой страны. Наверняка для каждого гражданина важно качественно выполнять свою работу, независимо от того, где ты. То ли ты ученик за партой, то ли президент страны, то ли водитель общественного транспорта, то ли певец.

Дмитрий Семенюк, Кропивницкий

Фото автора

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» и «PR» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-
*/ ?>