Богдан Струтинский, гендиректор-художественный руководитель Национальной оперетты
Для одного из мюзиклов покупали настоящий французский рожок, потому что так прописано в лицензионном соглашении
Видео 07.09.2019 09:30

Вы давно были в оперетте? А на мюзикл давно ходили? А знаете ли вы, что эти два похода можно легко объединить?

15 сентября Киевский национальный академический театр оперетты открывает сезон, и именно под его крышей вас ждет целое разнообразие музыкальных жанров. Кроме основного – оперетты, в репертуаре есть опера, мюзикл, музыкально-драматические спектакли, оперы-буффа, зингшпиль и много экспериментальной музыки.

О новом качестве своего театра Укринформу рассказал его руководитель, народный артист Украины, председатель НСТДУ Богдан Струтинский.

ЖАНРА ОПЕРЕТТЫ В УКРАИНЕ ИСПОЛНЯЕТСЯ 85 ЛЕТ

- Богдан, мы встретились с вами накануне открытия 85-го театрального сезона. Отличается ли подготовка к юбилейному сезону от подготовки к обычному?

- Каждый сезон для нас очень ответственный. Мы планируем много работы и наша результативность измеряется тем, удалось ли это реализовать.

Если говорить о юбилейном сезоне, то, конечно, мы волнуемся, поскольку это не только наш юбилей как театра, это – самому жанру оперетты в Украине исполняется 85 лет. К тому же, жанр сегодня существенно трансформируется.

Если мы, например, сейчас спросим у людей: а что такое оперетта? То окажется, что очень многие не знают! Знают оперу, а оперетту представляют себе, как повелось с советских времен – кто-то поет диким голосом (смеется).

Мы же строим свой очень сильный и качественный театр как современный музыкальный бутик, в котором есть разные музыкальные жанры.

На сегодня имеем уже 5 сцен и каждая из них – со своим характером. Мы наполняем их разными проектами и, соответственно, разным зрителем. Бывает, человек, который приходит в оперетту, говорит: "слушайте, а чего это у вас, например, идет Бах или Астор Пьяццола? Я говорю: а почему они не могут у нас идти?

То есть люди привыкли мыслить стереотипно, что оперетта – это исключительно жанр оперетты. Но мы вышли далеко за рамки самого жанра: у нас в театре на сегодня – это еще и опера, мюзикл, музыкально-драматические спектакли, оперы-буффа (итальянская шуточная опера – ред.), зингшпиль (форма музыкального спектакля, в котором сочетаются пение и диалоги – ред.), а также очень много барочной или экспериментальной музыки.

ПЕРВАЯ ОПЕРЕТТА БЫЛА НАПИСАНА КАК ПРОТЕСТ ОПЕРЕ И ВЫСМЕИВАЛА КОСНОСТЬ ОПЕРЫ

- Если углубиться в различия между жанрами музыкального театрального искусства, то чем в первую очередь оперетта отличается от оперы или музыкально-драматического спектакля?

Первые оперетты были похожи на быстрые «агитки»: что-то произошло днем, а на вечер – уже есть оперетта на злободневную тему

- Придите в театр – увидите! (смеется). Разумеется, отличий очень много. Самому жанру скоро будет 160 лет, его основатель Жак Оффенбах написал свою первую оперетту как протест против оперы – так он высмеивал ее косность.

Тогда оперетта была свежей кровью, «непослушной девчонкой», которая всех будоражило. Она была похожа на быструю «агитку» или «ролик»: что-то произошло днем, а на вечер уже сделали оперетту на злободневную тему. То есть, это очень демократичный жанр.

Если мы возьмем различия, то, конечно, это – куплетна форма и сочетание в одном спектакле хора, музыки, драматической игры и хореографии. Обязательный элемент оперетты – танец, в опере могут быть использованы только элементы балетной хореографии.

Оперетта - это музыкальное комедийное произведение. Опера – это музыкально-драматическое произведение, в котором действие развивается как трагедия или драма.

В оперетте вокальное исполнение сочетается с обычной речью. В опере вокал может быть дополнен речитативом.

По сравнению с опереттой опера имеет более сложную композицию, но не имеет синергии жанров.

Разница с мюзиклом в том, что это – совсем другая музыка как стилистически, так и в аранжировке и подаче.

Если возьмем первую и вторую волну развития мюзикла, то отличие еще и в драматическом тексте: в мюзиклах Ллойда Уэббера, которые стали началом зарождения современного мюзикла, нет драматических текстов, весь сюжет ведется только через музыку и хореографию.

Но я думаю, что эти различия не так важны, важно то, насколько качественен товар, насколько он актуален и привлекателен для украинского зрителя. Поэтому мы стараемся в этом плане не останавливаться.

- Вы сказали, что театр оперетты работает на 5 сценах, хочу уточнить, где именно они находятся?

- Это – главная сцена Киевского национального театра оперетты на 793 места. Я хотел бы проанонсировать, что 5 декабря у нас там состоится премьера «Баядеры» Имре Кальмана, мы уже получили разрешение от Ивоны Кальман, его дочери. Это будет огромный проект, которым я очень горжусь.

Дальше – это наш «Театр в фойе» – салонный театр в одном из фойе, где люди сидят за столиками при свечах, там играется Оффенбах, Доницетти, Бах, Моцарт, то есть музыка совсем другого плана. Эта сцена очень популярна, билеты практически невозможно найти и это нас очень радует.

- Там ограниченное количество зрителей?

- Да. Только 90 мест. Далее – мы уже год как открыли нашу молодую сцену «Stage_Lab». Это экспериментальная площадка для молодых режиссеров и драматургов. Там мы играем моноспектакли или спектакли разных жанров камерного формата, максимум на несколько человек.

Сейчас на этой сцене у нас играется авторский моноспектакль «Георг Отс», «Аккомпаниатор» Марселя Митуа, затем будет Фрэнк Синатра.

Также на «Stage_Lab» мы поставили экзистенциальную романтическую комедию «# На краю света».

То есть, мы создали лабораторию для молодых актеров, режиссеров, которые хотят себя реализовать – они работают у нас на главной сцене и хотят попробовать еще что-то, увидеть себя в другом качестве.

Спектакли на этой сцене проходят параллельно со спектаклями на главной. Начинаются с разницей в полчаса – на главной в 19.00, на «Stage_Lab» - в 19.30. У нас очень хорошая звукоизоляция, что позволяет играть два спектакля одновременно.

Далее мы имеем «Сцену 77» – это сцена под крышей на 100-120 мест.

- Почему именно «77»?

- На нее ведут 77 ступенек (смеется). Это очень современная сцена, чтобы вы поняли: там очень хорошее и световое, и музыкальное, и шумовое оборудование, чтобы было слышно каждый вздох и видно каждое движение.

Мы открывали ее кардинально экспериментальной работой молодого режиссера Влады Білозоренко по повести украинской писательницы Марии Матиос – это было первое прочтение «Москалицы».

Сейчас играем там «Любовный монолог» по мотивам пьесы Маркеса на музыку Астора Пьяццоллы, где выступает наша солистка Ася Середа-Голдун.

В конце сезона мы сделали на Сцене «77» проект «Разговор, которого не было» – молодой театральный режиссер Игорь Николаев посвятил постановку университетскому товарищу Александру Терехову, чья жизнь преждевременно оборвалась.

А в феврале этого года состоялась премьера эксцентрической трагикомедии «Оркестр» по Жану Аную о жизни и отношениях в женском оркестре. По провокационному замыслу режиссера Анны Горской все женские роли там исполняют мужчины.

Наша 5 сцена – это «АРТ-Центр им. Ивана Козловского» Национального академического театра оперетты, который расположен в самом центре Киева на ул. Крещатик, 50-Б.

Это современный центр, на сцене которого проходят различные культурные события: драматические и музыкальные спектакли, концерты классической и современной музыки, творческие вечера и встречи с известными художниками, реализовываются международные арт-проекты и выставки.

НАШЕЙ СВЕРХЗАДАЧЕЙ БЫЛО СОЗДАТЬ РЫНОК МАЛЕНЬКИХ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫХ ТЕАТРОВ

- И весь этот огромный художественный микс сведен под крышей театра оперетты? У вас прямо холдинг с разными направлениями получился!

- Правда. И у нас есть специальные люди, которые ведут и развивают эти направления как отдельные бренды.

Нас интересует не старая форма: «я работаю в театре, я все знаю, я артист, не трогайте меня». Нет! Мы должны быть демократическими и не бояться переступать барьеры. Мало того, чем больше ставишь перед собой вызовов – тем больше растешь!

Нашей сверхзадачей было создать рынок маленьких экспериментальных театров. Мы достигли этого, и очень успешны в этом плане.

- Если говорить об определяющем показателе успешности – заполненных залах, то увеличилось ли сейчас количество зрителей. И изменился ли за последние годы ваш зритель?

- В оперетте всегда аншлаги. Это и есть ответ на ваш вопрос.

А зритель действительно меняется. Разумеется, мы сохранили традиционного зрителя, который верен нашему театру и любит жанр оперетты. Но и получили качественного молодого зрителя, который пошел на мюзикл.

Мы начинали с первой и второй волны мюзиклов, например, с постановки «Моя прекрасная леди» Фредерика Лоу. А потом захотели пойти в лицензионные мюзиклы и получили от Бродвея разрешение на постановку мюзикла «Целуй меня, Кэт! или Укрощение строптивой» Коула Портера, и поставили его в 2013 году. Он до сих пор успешно идет и даже гастролирует, а это большой успех.

Далее – мы поставили мюзикл «Бал в Савойе» Пола Абрахама. Затем получили разрешение на постановку «Sugar, или В джазе только девушки».

Мы не можем себе позволить лицензионные мюзиклы, потому что Украину не рассматривают на мировом рынке мюзикла как игрока

Одна из наших последних работ – мюзикл «Семейка Аддамс», который поставила у нас литовская команда, получился очень классно. Режиссер-постановщик – довольно популярный молодой литовский режиссер Кестутис Стасис Якштас. Также их сценограф, художник по свету, балетмейстер. Я видел этот мюзикл в Литве, мы с Каунасским государственным драматическим театром работаем очень давно, постоянно ездим туда на гастроли, делаем совместные проекты.

А на февраль у нас запланирована премьера мюзикла «Портрет Дориана Грея». Мы уже получили разрешение, хотя там были довольно сложные технические условия.

- Сколько стоит поставить мюзикл? Это дороже, чем любое другое музыкальное представление?

- Берите блокнот, ставьте две точки – и я буду диктовать до утра (смеется). Во-первых, мы не можем себе позволить лицензионные мюзиклы, потому что Украину не рассматривают на мировом рынке мюзикла как игрока.

Я, например, не могу четыре года получить лицензию на «Les Misérables» или «Отверженные» Клода-Мишеля Шонберга. Права находятся у Кэмерона Макинтоша, который заработал на нем вместе с кино 860 миллионов фунтов стерлингов, и ему украинский рынок просто не интересен! Когда мы показываем наш доход, который мы ожидаем, это для них копейки и они не хотят нас даже рассматривать!

А второе, это, собственно, сама стоимость. Например, чтобы получить лицензию на постановки Эндрю Ллойда Уэббера, мы должны оплатить больше, чем 200 тысяч евро за лицензию на три года. Понятно, что нереально.

У нас есть бродвейский мюзикл «Скрипач на крыше» Джерри Бока, права на который мы ждали пять лет! Потому что они хотели получить сначала 30 тысяч евро. Переговоры продолжались очень долгое время, и только два года назад, когда мы вступили в ассоциацию «Opera Europa», благодаря ее директору Николасу Пейну мы получили эту лицензию.

НАШ ЗРИТЕЛЬ ПРИВЫК К РЕПЕРТУАРНОМУ ТЕАТРУ. МАКСИМУМ МЫ ПРОДАВАЛИ ЧЕТЫРЕ СПЕКТАКЛЯ ПОДРЯД

- Помимо сложностей с получением лицензии, существуют ли еще какие-то требования к постановке мюзикла? Возможно, технические параметры надо соблюсти?

- Да, эти требования есть. И на сегодня в Украине нет ни сценической площадки (в том числе и наша сцена пока что не подпадает под эти стандарты), где бы можно было поставить долгоиграющий мюзикл по блочной системе.

Если мы сейчас вспомним известный американский мюзикл «Анастасия» на либретто Терренса Макнэлли, то представьте, там по сцене едет поезд! То есть, строится специальная декорация, которая не демонтируется, потому что спектакль играется каждый день.

Психология же нашего украинского зрителя еще не готова к такому. Максимум мы продавали четыре спектакля подряд. И то в активные месяцы.

Наш зритель привык к репертуарному театру: мы сегодня играем один спектакль, после спектакля демонтируем декорации и играем другой. А в декабре так вообще три разных спектакля в день на одной сцене – две сказки и вечерний спектакль.

А насчет того, сложно ли выполнить технические требования, то я вам скажу, что на некоторые мюзиклы приходится покупать специальное оборудование. Например, докупали рок-инструменты для симфонического оркестра. А вот для «Целуй меня, Кэт!» покупали настоящий французский рожок, который сейчас не используется нигде. Но его надо было найти, потому что только он передает шекспировскую эпоху – это был тогда главный инструмент. И он прописан в лицензионном соглашении.

Кстати, лицензию могут не дать, если в театре не будет достаточно большого микрофонного фонда. Все должно быть высококачественное и эстетичное.

Поэтому мюзикл – это очень дорогое удовольствие. Но, поскольку у нас есть цель, чтобы наш театр технически соответствовал всем требованиям, максимально делаем все для этого. Уже сделали реконструкцию звука и света, на сегодня у нас все в цифре. Мы единственный театр в стране, который имеет такой качественный и мощный пульт. Лучше, возможно, есть только на крупнейшем музыкальном фестивале Украины «Atlas Weekend», или у Леди Гаги (смеется).

- У вас же в театре и джазовые фестивали проходят?

- Если мы уже начали об этом говорить, то это еще одна составляющая Национальной оперетты. У нас два мощных фестиваля. Международный музыкальный фестиваль «О-Fest», которому уже 7 лет. Обычно он проходит в Буче и на Спивочем поле в Киеве, но в этом году мы попытались его сделать возле Арки Дружбы народов. Были представители из 15 стран.

А также огромный Международный художественный фестиваль «Carpathian Space» в Ивано-Франковске, где в этом году было 22 локации или спейса, и более 20 стран. Там только самих участников больше двух тысяч – такой вот масштаб.

Искусство - универсальный язык и эффективное средство коммуникации, поэтому мы не ограничиваемся, что мы вот только академический театр и все. Мы мыслим широко.

МЫ - САМЫЙ МАЛЕНЬКИЙ ТЕАТР СРЕДИ ВСЕХ НАЦИОНАЛЬНЫХ ТЕАТРОВ В УКРАИНЕ

- У вас большой творческий коллектив?

- Мы - самый маленький театр среди всех национальных театров в Украине. Когда в 2009 году мы получили статус национального, наши штатные единицы не были, к сожалению, приведены к норме, поэтому нам, конечно, не хватает людей. Но мы не собираемся останавливаться, сидеть и ходить. У нас масштабные качественные проекты и огромное желание их делать.

Сейчас все, что мы зарабатываем, например, с билетов – тратим на зарплату внештатных работников, поскольку дополнительно добираем 70 людей в наш штат. Если бы государство нам покрыло эти 70 единиц, то, конечно, мы бы могли сделать еще больше интересных проектов.

- Это представители технических профессий?

- Нет, не только. В основном технический состав, но есть и художественные специальности, например, люди, которые работают в производственных цехах бутафории, реквизита. Также добираем дирижеров.

Можно сказать, что у нас несколько отдельных больших коллективов: оркестровый, далее – хор, то есть, артисты, которые на сегодня формируют трупы, это – артисты-вокалисты и артисты мюзикла и драмы, и, разумеется, это еще балет.

И все эти коллективы, каждый со своей психологией, ты должен свести в один большой и качественно сбалансированный коллектив. Поэтому, к сожалению, у нас сегодня есть определенные потребности и определенные проблемы в этом направлении.

Я ужасно не люблю слово «проблемы», потому что считаю, что если об этом говорить, то как бы приближать их. А режиссеры немножко суеверные люди (смеется).

- Костюмы и декорации – это большая часть расходов бюджета театра?

- Именно из-за оформления сцены, костюмов и декораций – оперетта, как и опера, очень затратный жанр. Конечно, есть направления авангардного театра, где к декорациям отношение проще. Но, если посмотреть современную оперу в Гранд-опера в Париже, то я вам скажу, что иногда она еще дороже, чем классическая! Там только техническое оснащение сцены стоит больше 300 тысяч евро.

Конечно, мы можем поставить критический фонд бедного театра, сделать какую-то авангардную вещь, а потом сказать: «Вау!». И такие небольшие спектакли у нас все же есть.

Но, если мы хотим создать действительно шоу, то должны понимать, что мышление современных украинских зрителей, особенно молодежи, уже совсем другое. Они увидели много чего в YouTube, и если уж приходят в театр – то им нельзя показать что-то недоделанное, недопетое или недошитое! Это не вызовет у них любовь и этим нельзя воспитать.

А мы хотим, чтобы зритель пришел, увлекся и стал нашим.

- У вас есть детский репертуар?

- Есть и очень интересный. Раньше у нас было семь детских проектов, на сегодня постоянно действующих только пять.

Как правило, мы играем их или на каникулах, или в воскресенье в 12.00 часов. А еще у нас есть очень интересный проект, который называется «Выходной с опереттой». Мы туда продаем только 40 билетов на один раз. Раньше он прилагался к детской сказке: после окончания представления родители с детьми оставались и полчаса  - это был мастер-класс и полчаса – детский квест по театру. Каждый раз – по разному сценарию.

Сейчас мы уже эту услугу продаем отдельно, обычно на выходных.

ЗАДУМЫВАЕМСЯ НАД ПРОЕКТОМ, КОТОРЫЙ БЫ БЫЛ ЧИСТО ТИНЕЙДЖЕРСКИМ

- Есть репертуар для подростков? Потому что между детьми и взрослыми есть именно эта привередливая категория, и ее надо тоже привлекать к миру прекрасного.

- Надо. И мы это делаем. Например, у нас есть спектакль «# На краю света», написанный норвежским драматургом о двух подростках, которые познакомились в Интернете и придумали себе историю, что должны покончить свою жизнь самоубийством. Это продукт, написанный о подростках и для подростков. И они с удовольствием идут на него.

Сейчас мы задумываемся над проектом, который бы был чисто тинейджерским. В свое время мы уже создали подобный проект с французским балетмейстером Браимом Бушелагемом «Перемещение/Motion», в котором собрали 20 хип-хопперов из Украины.

Хотим вернуть этот проект в репертуар.

Тогда он прошел в рамках фестиваля французской культуры «Французская весна в Украине». Конечно, это дорогое удовольствие, потому что сам балетмейстер участвует в нем. Представляете, человек приехал из Парижа – гонорар, жилье. Это тянет большие расходы. Но намерение у нас есть.

- Есть ли сейчас согласованная работа между учреждениями культуры и учреждениями образования, когда школьников, например, централизованно водили на спектакли, как когда-то нас?

- Последние 4 года решением Минобразования запрещено детей снимать с уроков и вести в театр. Такой функции сейчас нет, и это большая проблема.

В свое время я обращался к министру образования и мы даже обсуждали программу, которую я хотел назвать «Урок театра».

Подобное я видел в Палермо: там каждый день в 11 часов у входа в театр собиралась куча детей. Я поинтересовался и оказалось, что в театре проходит двухчасовой урок: 1 час 45 минут дети смотрят спектакль, а потом им рассказывают о театре и дают пообщаться с актерами. И каждый театр должен создать такой спектакль в двух сезонах.

У них это финансируется муниципалитетом – театрам выделяются целевые средства на урок, который у них называется «Урок искусства».

Мы тогда встретились несколько раз в Министерстве образования, дали свои предложения, потом какой-то научный совет начал заседать. Заседает до сих пор. А дальше у меня закончилось терпение, потому что у меня много своей работы. Хотя в министерстве было много профессиональных людей, и сама Лилия Гриневич – это человек, который понимает и хочет менять страну, но, наверное, не до всего доходят руки.

Я вернусь к этому вопросу, однозначно. Уже по линии Национального союза театральных деятелей, даже написал письмо – официальное обращение с предложениями.

Когда-то Бисмарк сказал очень хорошую вещь, что если мы не будем строить школы, будет строить тюрьмы. Школа – это не просто помещение, это – контент, который вкладывается в ребенка и наполняет его. Так же и театр.

НА ПРОТЯЖЕНИИ МНОГИХ ЛЕТ ГОВОРИЛИ, ЧТО ГОСУДАРСТВУ НУЖЕН ТЕАТРАЛЬНЫЙ ОСКАР, А НАША КОМАНДА ВЗЯЛА И СДЕЛАЛА ЕГО

- Этой осенью уже во второй раз пройдет украинский «театральный Оскар» – Всеукраинский театральный Фестиваль-Премия «ГРА» («GRA»), учрежденный Союзом театральных деятелей Украины. Сколько театров подали заявки, кого отобрали, вообще, как родилась идея такой премии?

- Премия «GRA» – это Great Real Art – большое настоящее искусство. На протяжении всех лет независимости все постоянно говорили, что государству нужен театральный Оскар. Все просто говорили – и только наша команда взяла и сделала.

Мы полностью осуществили этот проект по линии Национального союза театральных деятелей Украины – от идеи до финальной реализации.

У нас есть команда неравнодушных людей, которые хотят что-то менять к лучшему – сели, сделали мозговой штурм и написали положение.

Эта премия имеет очень сложную структуру: первый этап – это отбор заявок. В этом году мы уже имели около 100 заявок от украинских театров, а это больше, чем в прошлом.

- Заявки подают любые театры, которые захотели, независимо от формы собственности?

- Да, наша премия именно этим и отличается, это – разные формы собственности театров – негосударственные, государственные, коммунальные, частные и т.д.

Они подают заявку дирекции фестиваля. Далее их смотрит экспертное жюри, в состав которого входят театральные критики, профессиональные люди, которые имеют признание в сфере театра и искусства. Они отбирают 34 спектакля и начинают ездить по Украине и вживую смотреть их. Командировки экспертов полностью финансируются национальным союзом.

Когда эксперты посмотрели все отобранные спектакли, проходит заседание, где голосованием в финал допускается 12 спектаклей. В этом году шорт-лист мы открыли 5 июля.

«ГРА» – это не просто премия, это фестиваль-премия, поэтому эти спектакли мы привозим в Киев и играем на разных площадках с 24 по 30 ноября. Афиша уже сформирована, спектакли будут играться в Национальной опере, в кукольном театре, в театре Малахова, в театре Франко и награждение состоится в Национальном театре Франко.

30 ноября – пройдет церемония награждения. И именно на этот период в Киев приезжает международное жюри в составе руководителей разных театров из Европы и пересматривает эти спектакли.

- Это международное жюри будет принимать во внимание мнение украинских экспертов?

Театр - большой, классный, и, извините за слово, правильный инструмент развития государства

- Это независимое жюри, которое никоим образом не пересекается с нашими экспертами. Именно оно определяет финалистов – по одной работе-победителю в пяти номинациях: «лучший драматический спектакль», «лучший музыкальная спектакль в жанре оперы/оперетты/мюзикла», «лучший экспериментально-поисковый спектакль», «лучший спектакль камерной сцены» и «лучший спектакль для детей».

Прежде всего, задача фестиваля «ГРА» – поднять престиж театра, самой такой институции как театр. Чтобы люди понимали, что театр - большой, классный, и извините за слово, правильный инструмент развития государства.

Театр не может научить плохому, он меняет человека изнутри. И если у него что-то изменилось или зашевелилось в душе после спектакля, то он потом уже и в своем бизнесе или любом другом деле будет по-другому мыслить.

Первоисточником является понятие культуры. Культура человеческих отношений, культура ведения бизнеса, культура государственного чиновника – все это можно воспитывать на театральной площадке.

ЗРИТЕЛЬ ОДЕВАЕТСЯ ОЧЕНЬ ДЕМОКРАТИЧНО, БЫЛИ СЛУЧАИ, ЧТО И В ШОРТАХ ПРИХОДИЛИ МУЖЧИНЫ

- А воспитываете ли вы культуру одежды, в которой ходят в театр? Вы засмеялись, когда я перед интервью спросила вас о дресс-коде для зрителей. То, есть ли он в театре оперетты?

- У нас есть очень классный проект, который мы играем в рождественский период – «Штраус в оперетте» – это лучшие музыкальные произведения семьи Штраусов. Мы эти концерты играем 3 дня подряд – и могу вас заверить, что на них люди приходят в смокингах и в бабочках. То есть, на них приходит публика, которая чувствует в себе эту европейскость.

А вообще зритель одевается в театр очень демократично. Были случаи, что даже в шортах приходили мужчины. Билетеры были шокированы. Я не понимаю этого, но...

- Пускаете или отправляете домой?

- Я, конечно, не пустил бы, но ведь нет такого закона. Все ходят по-разному. Традиции, когда люди после работы едут домой и переодеваются перед театром, – уже нет. Все демократично и эстетично, но без дресс-кода. Венского стиля в одежде мы еще не достигли.

- Богдан, напомните мне, пожалуйста, на когда готовить платье к открытию театрального сезона?

- В этом году открытие – 15 сентября, но не в нашем основном здании, потому что сейчас там идет реконструкция – замена технологий и планшета сцены, чтобы можно было играть те европейские мюзиклы, о которых мы говорили. Основная сцена заработает с ноября, а малые – с сентября.

Итак, в этом году Киевский национальный академический театр оперетты откроет свой юбилейный 85-й сезон грандиозным праздничным Гала-концертом, который состоится 15 сентября в помещении Консерватории. Ждем вас!

Любовь Базив. Киев

Фото: Владимир Тарасов, Укринформ

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2019 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-