Евгений Захаров, правозащитник
В колониях и СИЗО маски для заключенных не предусмотрены
14.05.2020 14:08

Практически все инфекционисты Украины говорят, что страна проходит пандемию по оптимистическому сценарию. Но сохраняется ли баланс: безопасности (здоровья) и прав человека?

Оправданно ли было пренебрегать правами человека ради общественного здоровья и не аукнется ли нам такое нарушение впоследствии?

Об этом Укринформ говорит с правозащитником, председателем правления Украинского Хельсинского союза по правам человека Евгением Захаровым.

- Евгений, как вы оцениваете карантинные меры безопасности с правовой точки зрения?

Правительство было решительным в борьбе с эпидемией, но допускало ошибки с правовым оформлением карантина

- Правительство было решительным и динамичным в борьбе с эпидемией, его стоит за это поблагодарить.

Хотя, бесспорно, были ошибки с правовым оформлением карантинных мер. Принимались нормативные акты и постановления Кабмина, которые ограничивали права человека. Хоть они и имели легитимную цель, но согласно Конституции эти меры должны быть введены законом. На это не обращали внимания, делали, как проще. И получили определенные негативные последствия.

Потому что эта демонстрация мэра Черкасс и горсовета, которые практически сняли карантин с 1 мая в том объеме, в котором он был объявлен, связана именно с вышесказанным. Власти в Черкассах хорошо понимали, что им за досрочное прекращении карантина ничего не будет, потому что постановление с правовой точки зрения слабое.

К этому же можно отнести внедрение мобильного приложения «Дия». Напомню, что каждый, кто находится на самоизоляции, должен был поставить себе это мобильное приложение, которое «следило» – нарушает ли человек состояние самоизоляции или нет.

Опять же, это мотивируется исключительно карантинными мерами и соображениями безопасности других людей. Но на самом деле то, что происходит, – это снятие информации с каналов связи, а это ничто иное, как оперативно-розыскное мероприятие, которое можно применять к тем, кто готовит или совершил тяжкое или особо тяжкое преступление, только по решению суда. Не просто суда: председателя Апелляционного суда или его заместителя, и только в том случае, если другим путем получить эту информацию невозможно.

Фактически мероприятие мотивировано, продиктовано тем, чтобы человек не стал источником инфицирования для своих сограждан, является нарушением прав человека. Но отказаться нельзя, потому что за это штрафуют.

Эти примеры показывают, что желание пренебрегать правами человека, руководствуясь целесообразностью, может завести к конфликтам и общественным боям. Пока этого не произошло, но делать так нельзя.

И это тенденция — пренебрегать правами человека, когда действуют исключительно по причинам политической целесообразности. Я ее наблюдаю во всех украинских парламентах и во всех украинских правительствах. И в этом – причина того, что тормозится наше общественное развитие и прогресс.

Я считаю, что в ситуации с карантином нужно было принимать закон о чрезвычайном положении

Нельзя бояться называть вещи своими именами. Есть здесь нечто общее с тем, что войну или военный конфликт на Востоке мы назвали АТО, а это потянуло за собой неправильную квалификацию совершенных преступных действий и стало причиной того, что они не расследуются.

Я считаю, что (в ситуации с карантином – ред.) нужно было вводить чрезвычайное положение, парламент должен был подтвердить Указ президента об этом, принять закон, который бы действовал 30 суток, и ввести эти ограничения законом. Можно еще продлить на 30 суток по необходимости. И никакой мэр никогда бы не осмелился это нарушать.

- Недавно один из руководителей Минздрава признался, что на старте карантина они ориентировались на Италию, ограничения копировали с Китая, формируя чувство массовой тревоги. Оправданы ли такие запугивания? Оправдано ли сидение под замком пенсионеров, которым это просто бьет по иммунитету?

- Видите, если взглянуть на результат, нельзя не признать такие действия оправданными. Развитие эпидемии идет медленно, мы существенно отсрочили во времени угрозу, у нас нет большого количества подтвержденных случаев, нет такой смертности.

В целом, принятые меры были правильными, я это поддерживаю, потому что мы спасли наших людей от того, через что прошли другие – в Испании, Великобритании, Италии, Соединенных Штатах.

Если приоритет – жизнь человека, карантинные ограничения понятны

Подход Швеции оказался неправильным, если в качестве приоритета брать жизнь людей, потому что там смертность значительно выше, чем в тех странах, где были строгие карантинные меры.

Перегнуло ли правительство палку? Возможно. Но ведь люди очень разные. Одни боятся и прячутся, другие игнорируют меры, потому что устали от карантина. И наши небольшие всплески заболевания – прямое следствие невыполнения указаний и рекомендаций государства.

Я понимаю, почему было сделано то, о чем вы спрашиваете. Потому что огромная часть людей внутренне не соглашалась с теми ограничениями, которые наложило государство. Но если приоритет — жизнь человека, это все понятно.

Акты, которые противоречат правовому сознанию, не будут работать никогда, и наш карантин это подтвердил

17 тысяч штрафа за нарушение карантина – это перебор. Но все нормы, которые были перебором, не работали. Я ни разу за два месяца не увидел, чтобы полиция проверяла документы на улице, несмотря на обязательность их ношения. Не видел, чтобы людей пожилого возраста загоняли домой. Штраф? А сколько людей их реально оплатили? Акты, которые противоречат правовому сознанию, не будут работать никогда, и наш карантин это подтвердил.

- Вам не кажется, что ошибкой было закрывать небольшие магазины, однако разрешать работать большим?

- Это явная дискриминация, которая вызвала справедливую реакцию общества. Возможно, вместо и закрытия рынков можно было как-то разрешить индивидуальную торговлю с соблюдением санитарных норм, дистанций. Но у нас в Харькове они почти не закрывались.

- А как вы оцениваете позицию правительства относительно контроля потока трудовых мигрантов?

- Правительство сделало за несколько дней взаимоисключающие заявления. Желание удержать людей здесь – старые советские рудименты. Ни в коем случае нельзя заставлять людей жить и работать там, где хочет государство. Ни в коем случае! Они на это не согласятся. Но несмотря на эти попытки, самолеты с трудовыми мигрантами все равно улетают. И в Британию, и в Финляндию. Правительство сделало все, как надо, но немного опозирилось и показало, что в его составе есть советские люди.

В колониях и СИЗО средства персональной защиты от коронавируса предусмотрены для персонала, но не для заключенных

Но я хотел бы сказать о еще одной ошибке в борьбе с коронавирусом. Это судьба людей в закрытых учреждениях, гериатрических пансионатах, психиатрических больницах, учреждениях выполнения наказаний, следственных изоляторах. Там существует большая угроза вспышки эпидемии. Там же люди вообще себя никак не могут обеспечить. 52900 заключенных в исправительных колониях и следственных изоляторах и 28 000 персонала. Не может быть, чтобы в стране эпидемия, а там ничего не было.

Но впоследствии выявили, что COVID-19 есть у работников, поэтому понятно, что он есть и у заключенных. Эти работники контактировали с другими работниками и заключенными, а ситуация известна с двадцатых чисел апреля.

Условия, в которых проживают заключенные, – идеальны для распространения вируса. А тесты не делают, однако рапортуют о десяти случаях. Я считаю, что этого не может быть! Меры безопасности принимают, в некоторых колониях дезинфекцию делают очень тщательно, но не везде. То же касается средств индивидуальной защиты: они дошли до колоний в апреле, но они предусмотрены для персонала и медицинских работников, а не для заключенных. И решительных шагов в этом направлении я не вижу. Это угроза, которая существует и может выстрелить сильно.

Окончательную оценку делать рано, мы получили отсрочку, а как оно будет развиваться – увидим. Но все будет зависеть от того, как власти будут учить медицинские и правовые уроки этого этапа.

Лана Самохвалова, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2020 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-