Ирина Мак, актриса театра и кино
Я очень боялась, что образ Кайдашихи прицепится ко мне, потому что эта женщина слишком яркая
Видео 09.12.2020 16:50

Актриса театра и кино Ирина Мак уже 26 лет с успехом играет на сцене Киевского академического театра драмы и комедии на левом берегу Днепра. Также она снялась в более чем 40 различных кинопроектах, но знаковой для нее стала роль современной Кайдашихи в сериале «Поймать Кайдаша», который вышел как раз в разгар локдауна.

Колоритный, женственный, немного сварливый, но такой человеческий и без чрезмерного гротеска образ героини классической повести Нечуя-Левицкого многим пришелся по душе.

19 ноября на большие экраны Украины вышел фильм «Номера» по пьесе Олега Сенцова, который был снят еще два года назад, когда режиссер находился в российской тюрьме, и вот только сейчас вышел в широкий украинский прокат. Здесь у актрисы совсем другая роль - гоноровой первой леди, которая зовется "Вторая", потому что живет в мире, где у людей уже нет имен…

О том, не боялась ли Ирина Мак стать заложницей своего удачного образа Кайдашихи; продолжит ли она сниматься в фильмах Сенцова; о театральной роли, о которой она мечтала, и какой для нее стала ее Энни в новом спектакле «Дом» Тамары Труновой, а еще о варениках, о том, как воспитать сына-актера (когда не хочешь, чтобы он им стал) и о современном мировом кинематографе – читайте в нашем интервью.

- Ирина, кинолента "Номера" снята как фильм-спектакль, съемки в ней были близки к вашей театральной работе?

- "Номера" - это кино об обществе, в котором нет имен, есть только номера и четкое распределение: мужчины – нечетные, женщины - четные. То, что оно снято как фильм-спектакль, и является, наверное, наибольшей сложностью, потому что это не чистый фильм, и это – не чистый спектакль.

К сожалению, у нас было очень немного времени, потому что пьеса - это всегда скелет, который должен обрастать. Мы пытались в сжатые сроки максимально нарастить мясо на этот скелет и быстро отснять его, чтобы благодаря фильму прозвучало имя Олега Сенцова в качестве напоминания о его овобождении.

ТАК СЛУЧИЛОСЬ, ЧТО СЕНЦОВ ПРИ ПЕРВОЙ ВСТРЕЧЕ СКАЗАЛ МНЕ: "Я БУДУ ТЕБЯ СНИМАТЬ ЕЩЕ»

- Вы сыграли персонажа по имени или по порядковому номеру "Вторая". Кто она? Расскажите о ней...

- У моей героини имя Вторая, но в иерархии - она первая леди (потому что пара Первого). Как по мне, этот персонаж у Олега выписан объемнее и разноплановее остальных. По своему статусу она должна быть в курсе всего происходящего. Она рулит ситуацией и своим Первым тоже, потому что он как раз из тех мужчин, которыми надо управлять. Она четко знает порядок, знает, кому что сказать, кому что подсказать. Моя Вторая - женщина с характером и цельный человек.

Еще интересная штука – когда мы снимали, режиссеры поставили нам задачу придумать какие-то истории, которые происходят за пределами того, что видит зритель, для того, чтобы ярче и интереснее раскрыть своих персонажей. И мы с Витей Ждановым (он играл Третьего в этом фильме) придумали историю, что когда-то он был Первым и у нас был роман.

- С момента начала съемок до выхода фильма на экраны прошло два года. Сейчас, я знаю, вы продолжили сотрудничество с Сенцовым и снялись в его следующем фильме «Носорог», который мы увидим, вероятно, в следующем году.

- Да. В фильме «Носорог» у меня роль мамы главного героя.

- Как чувствуете, у вас с этим режиссером может сложиться тандем на многие фильмы?

- Не знаю. Как-то так случилось, что когда Олега освободили и он приехал встретиться со всеми актерами «Номеров», то уже тогда, при первой встрече, сказал мне: «Я буду тебя снимать еще». Я сказала: «Хорошо». А сама думаю, многие говорят, что будут снимать, но не всегда так складывается. Потом прошло время, мы встретились еще раз после премьеры фильма в Берлине, и он снова говорит: «Я тебя позову на пробы». Прошло полгода и он меня позвал. Все сложилось.

- Прекрасно сложилось. В «Номерах» - вы жена Первого (которого играл Александр Ярема), а в следующем проекте – вы стали «женой» Третьего (актер Виктор Жданов) – современным воплощением колоритного образа Маруси Кайдашихи. Не могу обойти вниманием этот сериал, потому что мне показалось, что для вас это была знаковая роль.

- Абсолютно согласна с этим. До этого были роли в кино, но эта роль - роль, которой я боялась (не знаю, Наташа Ворожбит говорила вам или не говорила) и даже отказывалась от нее, потому что, когда читала «Кайдашеву семью», очень невзлюбила эту героиню, а я не люблю играть тех, кого я не люблю.

Я НЕ ЛЮБЛЮ УКРАИНСКИЙ ГРОТЕСК, ОН ДЛЯ МЕНЯ СЛИШКОМ ПЛОСКИЙ И НЕИНТЕРЕСНЫЙ

- Мне Наталья Ворожбит сказала другое: «А когда Ира Мак пришла на пробу, села и произнесла свой монолог просто по-человечески, проживая его изнутри, с такими настоящими интонациями, что я поняла, это не может быть другая актриса». Получается, режиссер вас сразу фактически утвердила на Кайдашиху, а вы сомневались?

- Когда уже шли съемки и мы где-то половину проекта отсняли, я написала СМС: «Наташа, если бы ты знала, как я тебе благодарна за то, что сейчас со мной происходит! Я просто представить не могу, что это было бы, если бы я отказалась от этой работы!».

Дело в том, что когда я пришла на пробы (наверное, стыдно в этом признаваться, но это так), то я даже не дочитала повесть «Кайдашева семья». Я не люблю украинский гротеск, он для меня слишком плоский, неинтересный. Фильм «Кайдашева семья» 1993 года я тоже смотрела неполностью, те куски, где есть как раз Кайдашиха. И мне тоже не понравилось - ну слишком прямолинейно, ты не знаешь, откуда ноги растут!

Когда я пришла на пробы, то спросила: «Наташа, если мы будем играть гротеск, то я, наверное, даже пробоваться не буду, потому что это не моя территория». Она говорит: «Нет, пробуй, как ты себя ощущаешь». Мы немного изменили образ во время съемок, это не тот человек, который был в сценарии.

- Вы ее изменили, а она вас не изменила? Что-то вы от этого персонажа для себя взяли?

- Нет. Я как человек уже сформировалась. Меня уже трудно переделать, тем более такой, как Кайдашиха! Я видела этот персонаж, я в него влезла, я его сделала и я из него вылезла.

БОЛЬШИНСТВО НАШИХ СЕРИАЛОВ, ТАКОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, ПИШУТСЯ ПО ОДНОМУ ШАБЛОНУ, ТОЛЬКО ИМЕНА МЕНЯЮТСЯ

- Режиссеры часто соглашаются на импровизации от актеров?

- Мне как-то везет, что на изменения соглашаются и режиссеры, и даже продюсеры. Это огромное счастье, когда тебе разрешается импровизация.

Но большинство наших украинских сериалов, такое впечатление, пишутся по одному шаблону, только имена меняются и некоторые сюжетные линии. Читаешь сценарий и понимаешь, что люди даже так не говорят в жизни! И тебе, элементарно для того, чтобы оно звучало естественно, надо эти тексты немножко менять. Если есть возможность что-то добавить, убрать, доиграть, то это просто суперская история!

Есть литературно очень хорошо выписанный текст, а есть человеческий язык, вот такой, на котором говорят. И даже когда ты в совершенстве владеешь украинским языком, все равно чувствуется, что это всего лишь хорошо выписанная территория и история. Бывает, что актеры просто не владеют языком, но бывает, что достаточно немножечко тот литературный текст обработать, и все было бы хорошо.

Очень чувствуется, когда автор пишет историю, которую он пережил, услышал или «подслушал», а когда - придумал на бумаге.

- У вас есть невероятно прожитый в кадре эмоциональный переход, когда Лаврин говорит о беременности Мелашки – и Кайдашиха, которая готова ту невестку просто съесть, вдруг кардинально меняется – она растрогалась, расцвела, потому что у них в семье снова будет ребеночек.

- (Улыбается). Вот через такие штуки создается объем персонажа. А в момент, когда она с этими детьми играет? Здесь она ругает невестку, а здесь она же ее детей в попу целует. Здесь она на Омелька кричит, а здесь – сидит над ним, плачет, когда он вдруг заговорил после инсульта. Как оно в людях есть, так оно есть в этом персонаже.

- То есть вы пытались показать, почему Кайдашиха такая, откуда у нее эта сварливость, сквернословие, что вызвало это?

- Да, потому что я таких женщин знаю, я их видела. Она не знает, что такое жить для себя, она привыкла жить в пахоте, знает, что должна быть эта работа, работа, работа, да еще и нужно управлять мужчиной, а по-другому с ним нельзя, потому что он «пйоть». Придумал себе причину, будто жена его гуляла - вот и пьет.

Так же и у нее есть причина – она хозяйка в этом доме, а тут приходит одна невестка, начинает права качать, приходит вторая. Надо было просто по-другому все расставлять, надо было отпускать детей из дома, нельзя жить всем вместе, не бывает счастья, когда такие разные люди живут вместе.

- Но ведь это модель украинской семьи – когда под одной крышей живет большая семья из нескольких поколений!

- Поэтому они так и живут, как Кайдаши!

- Такая модель семьи - не ваш вариант, и вы такой свекровью не будете?

- Я своего малого уже отправила. Видите, ему 23 года, я все "малого" да "малого" (смеется). Он уже живет отдельно, и я очень хочу, чтобы он был полностью самостоятельным. Территорию с кем-то делить я не хочу - имеется в виду невестка. Все должно быть отдельно – у них своя жизнь, у меня своя. Я была мамой долгое время, я заботилась, я была нужна, я это все отдала, сейчас, будь любезен - сам, все, что надо, помогу, но все отдельно.

Я ОЧЕНЬ БОЯЛАСЬ, ЧТО ОБРАЗ КАЙДАШИХИ "ПРИЦЕПИТСЯ" КО МНЕ, ПОТОМУ ЧТО ЭТА ЖЕНЩИНА СЛИШКОМ ЯРКАЯ

- Вы не переживали, что к вам этот образ «прицепится» и вас будут воспринимать только как Кайдашиху?

- Был такой момент. К сожалению, так часто происходит - тебя приглашают на роль, ты ее делаешь классно и тогда тебя только на такие типажи и зовут. Я этого очень боялась, потому что знала, что эта женщина слишком яркая. У меня было несколько предложений в таком же ключе, я от них отказалась.

- То есть, сознательно решили не эксплуатировать этот свой удачный образ?

- Да. У меня есть короткий метр, называется «Mia Donna» (режиссер Павел Остриков), там я сыграла такую «женщину-суржик». Мне очень хотелось сделать такого персонажа, мне его предложили, я его сделала и для себя эту тему закрыла.

И тут мне предлагают Кайдашиху. А она чем-то похожа на тот персонаж, хотя немножко другая. Я и ее сделала. И теперь все то, что мне предлагают похожее на Кайдашиху, я не хочу больше продолжать. Это не интересно ни мне, ни зрителю, который скажет: «А! Так это опять Кайдашиха. Мы уже это видели» (смеется).

- После выхода сериала вас, наверное, стали еще чаще узнавать на улице?

- Да. Раньше тоже узнавали, но не идентифицировали, откуда мое лицо им знакомо (смеется)! У меня была очень смешная история – садилась я как-то в поезд, проводница смотрит мои билеты, а я спрашиваю: «Надо паспорт показывать?». Она разнервничалась и возмущенно чуть ли не криком ко мне: «Вы не первый раз со мной ездите, что вы тут начинаете переспрашивать понятные вещи?!». Я говорю: «Я первый раз в вашем поезде». Потом, когда она узнала таки во мне актрису, а не постоянную пассажирку (как ей сначала показалось), боже, она так извинялась! Накрыла стол, пригласила подружек и хорошо поужинали (смеется).

А сейчас благодаря Кайдашам меня узнают очень и очень часто. Приятно, конечно, но как-то я даже не знаю, как вести себя в этот момент…

- Что значит, не знаете? Это слава, ею надо наслаждаться! Вами же когда-то было принято решение поступить в театральный институт. Тогда ведь, наверное, мечталось о славе?

- Вот поверьте, никогда не хотела славы. Я просто хотела быть актрисой. Как говорится, ты имеешь то, чего хочешь и о чем мечтаешь. Странно, не знаю, почему так, но я никогда не мечтала быть очень известной, обеспеченной, жить как звезда, чтобы меня все узнавали. Может, из-за того, что я из очень скромной семьи.

СЫН ПОШЕЛ В АКТЕРЫ, ХОТЯ Я ЭТОГО ОЧЕНЬ НЕ ХОТЕЛА

- В семье до вас не было актеров?

- Никогда. Я первая.

- И ваш сын Макар Тихомиров уверенно пошел по вашим стопам.

- Пошел, хотя я этого очень не хотела.

- Неужели не хотели? Он же буквально рос в театре и с детства уже начал играть в кино - в 10 лет начал сниматься в сериале «Сердцу не прикажешь».

- Да. Макару был 1 год и 1 месяц, когда я вернулась из декрета в театр – он, бедный, со мной там спал в гримерке. Работать было невозможно, потому что ты все время думаешь о ребенке, а он был очень шустрый - пошел в 10 месяцев, и лазил там везде по всему зданию нашего театра и по подвалу тоже.

Прошли годы, и вот для съемок в сериале нужен был маленький мальчик, и нас обоих позвали на пробы. Я пробы не прошла (смеется), а он прошел! Я не очень обрадовалась, потому что это - 100-серийка, это на год. Я была против, но папа Макара сказал: «Ира, что он будет там слоняться по улице? Пусть идет зарабатывает деньги».

- То есть, в 10 лет он уже начал зарабатывать свои первые деньги!

- Я его сразу предупредила, говорю: «Сын, это тяжело, это «я не хочу», «мне надоело» - не сработает». И он пошел. Однажды, когда его в 7 утра забрали на съемочную площадку и привезли ко мне в театр в 7 вечера (а он так ни разу в кадр и не вышел), он смотрит на меня и говорит: «Мама, я больше не хочу». Говорю: «Все, поздно, друг. Работай». Такой у него был первый актерский опыт.

- И этот опыт не прошел для него даром - мы увидели Макара Тихомирова уже во многих фильмах, в том числе – на большом экране в роли киборга Мажора в фильме Ахтема Сеитаблаева.

- Так получилось, что мы с Ахтемом вместе играли в одном спектакле в Театре на Левом берегу, и Макар был на нем, сидел за кулисами. Ахтем после спектакля говорит: «Это что, твой? Уже такой взрослый? Дашь мне его на пробы?». Говорю: «Ну, пусть идет». Сын тогда первый раз попал к Сеитаблаеву в мини-сериал «Чемпионы из подворотни». А уже в «Киборги» Ахтем его пригласил после того, как увидел его работу в сериале «Водилы».

То есть, если кого-то интересует, я его не проталкивала (смеется). Я наоборот хотела, чтобы у него была какая-то другая профессия. У него математический склад ума, он очень быстро учил языки, и мне хотелось для него чего-то более стабильного. Потому что наша профессия нестабильна. Но случилось, как случилось.

- Ваше влияние, что поделаешь. Вы же, кстати, передали ему "в наследство" спектакль "Зрители на спектакль не допускаются", в котором сначала играли, и даже премьеру отыграли вместе?

- Да, Макара уже начали вводить в спектакль, и получилось так, что его партнерша (роль, которую я когда-то играла) как раз ушла из театра. И я вернулась в этот же спектакль на эту же роль и сыграла с сыном два спектакля.

ЕСТЬ ВЕЧНЫЕ ТЕМЫ, КОТОРЫЕ НАДО РАССКАЗЫВАТЬ НА СЕГОДНЯШНЕМ ЯЗЫКЕ И ЭТИМ ПРИВЛЕКАТЬ К КЛАССИКЕ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ ЛЮДЕЙ

- Сегодня есть такая и театральная, и кинотенденция к осовремениванию классических произведений. Это, по вашему мнению, больше позволяет переосмыслить классику, или все же дает возможность большее количество людей ознакомить, и заинтересовать нашей классической литературой, драматургией?

- Думаю, что и то, и то. Кто-то читал классику, кто-то не читал, но есть интересные и вечные темы, которые надо рассказывать на сегодняшнем языке, чтобы они были понятны, переносить их в сегодняшнее время и этим привлекать как можно больше людей, конечно.

- Вам комфортнее играть в классическом театре или в современных постановках?

- По-разному. Сейчас так получилось, что по разным причинам «слетело» семь спектаклей, в которых у меня были большие роли. И я как раз вхожу в новую режиссуру, в ту, как вы говорите, современную. Спектакль "Дом", который сделала Тамара Трунова, – это новый для меня театр.

- Меня задело, как Тамара Трунова сказала о своем спектакле - «это не драма, это травма». Спектакли этого драматурга отличаются особой пронзительностью. Расскажите нам немного больше об этой работе.

- Это история семьи: я мать, которую зовут Энни, мои две дочери и моя сестра. На данный момент в этом доме живу я и моя младшая дочь, старшая уже живет отдельно, и сестра тоже живет отдельно со своим мужем.

Спектакль о четырех разных женщинах - у каждой свой характер, свои потребности, страхи, ужасы и воспоминания. Там есть фраза: «Почему мы всегда сюда возвращаемся?», ведь они родные - и они чужие, они любят и они ненавидят. Эти женщины одновременно убивают друг друга психологически, и не могут жить друг без друга.

Все, как в жизни – мы не хотим слишком много рассказывать о своем доме, не знаем, что происходит у людей в их домах. У всех всегда улыбка - никто не говорит о собственной боли и проблемах. Человек очень одинок, в принципе. Ты иногда даже не можешь попросить о помощи, потому что, чтобы тебе помогли, о тебе должны знать все, а ты не хочешь все о себе рассказывать... Вот об этом этот спектакль. О наших травмах, которые накапливаются и переплетаются.

- Кто ваши партнеры по спектаклю?

- Мою сестру Кэт играет Светлана Орличенко. Моя старшая дочь Джен - Наталья Кобижская, а меньшая Джо - Марина Климова.

МНЕ ЧАСТО ДАЮТ ИГРАТЬ ИМЕННО ДРАМУ, И Я ИСТОЩАЮСЬ, ПОТОМУ ЧТО ВЛЕЗАЮ В НЕЕ ПОЛНОСТЬЮ С ГОЛОВОЙ

- Когда вы играете такие эмоционально сложные вещи, как себя восстанавливаете?

- Не знаю, как это происходит у других актеров, а мне трудно. Так сложилось, что мне часто дают играть именно драму, и я истощаюсь, потому что влезаю в нее полностью с головой.

Как правило, после таких спектаклей я не могу ехать ни на презентации, ни на торжества. Мне нужно время для восстановления. Возможно, это даже непрофессионально, но, если оно черное, то я в этой черноте еще остаюсь некоторое время, к сожалению.

- Спектакль "Дом" вышел не в привычном формате, а онлайн. Хотя, с нашими карантинами, это скоро уже будет привычным явлением... Тем не менее, это совершенно новая форма работы для театральных актеров. Как воспринимаете игру перед пустым залом на камеры?

- От обычного спектакля это, конечно, отличается, потому что такой спектакль снимается почти как кино. Мы снимали кусками, у нас было три камеры, были крупные планы. Скорее, это было как игра в кино.

- В таком же формате Театр на Левом берегу Днепра уже сделал спектакль «Человек из...» белорусского режиссера Дмитрия Богославского. Сказывается ли такая новая форма существования на сцене на работе актеров?

- Нет, абсолютно не влияет. Это такое же кино, больше ничего нового в такой работе нет.

- Но ведь это все же не кино, а театр?

- Это синтез. Не знаю, мне не трудно было – ты существуешь на сцене. Возможно, если бы больше времени на это давалось, можно было бы сделать все еще лучше и качественнее.

- Есть роли в театре, о которых вы мечтали и, возможно, еще мечтаете?

- Мне очень хотелось, чтобы это была роль, в которой можно раскрыть весь диапазон своих возможностей. И так случилось, что в спектакле «Дом» это произошло.

Он еще немного наберет "мяса", наберет объема, когда мы начнем его играть. И это будет как раз то, о чем я мечтала.

В этом человеке, которого я играю, есть все. Это, наверное, роль, о которой ты мечтаешь, в которой есть полный диапазон человеческих чувств, человеческих проявлений и всего, что присуще человеку.

- Он будет идти на камерной сцене театра?

- Как ни странно, хотя я работаю в театре уже больше 25 лет, это мой первый спектакль на малой сцене. Но, не думаю, что это будет чем-то сильно отличаться от большой сцены, поскольку на большой сцене у нас первый зрительский ряд тоже очень близко.

К тому же я больше люблю играть нюансами, которые должны быть видны только при близком контакте. Поэтому для меня как раз будет именно то, что надо.

ВАРЕНИКИ НЕ ЛЕПЛЮ И ТЕЛЕВИДЕНИЕ НЕ СМОТРЮ ВООБЩЕ

- Если бы вас поставили перед выбором - кино или театр, что бы вы выбрали?

- Боже мой, я не знаю! Смотрите, с театром выжить невозможно.

- А если материальное отбросить. А говорить только вот о плоскости - театр или кино для души?

- Для души и то, и то, если это классный материал. А если еще и хорошая команда - тогда огромное счастье, а не просто профессия, и не просто заработок.

- Вы как-то сказали, что украинскому кино не хватает возможностей. Что вы имели в виду?

- Людей, которым интересно авторское кино, катастрофически мало. Можно сказать, что их даже нет.

- Вы же не зрителей имеете в виду?

- Нет, я имею в виду людей, которые, что называется, правят миром. Которые дают деньги и занимаются всей киноиндустрией: начиная от продюсеров, всевозможных фондов, бизнеса. Мало кому интересно нестандартное, авторское кино. И поэтому, когда говорят: «Это неформат, наш зритель это смотреть не будет, это неинтересная тема», мне всегда хочется спросить: откуда вы взяли эту информацию, что это не будет интересно? Вы спрашиваете у людей? Посмотрите телевизор, там же сериалы все - один в один, одинаковые! А как только что-то выходит за рамки - "нет, это неформат".

- Каналы делают замеры зрительской аудитории.

- Знаете, какие это замеры? Вот идет сериал, женщина, которая сейчас вареники лепит, просто включила где-то в комнате телевизор, и на кухне под этот звук занимается домашними делами, а рейтинги идут. Вот и все.

- Интересно, а что вы смотрите как женщина, которая лепит вареники?

- Не леплю! (смеется). Я закончила с этой историей. А телевидение я уже не смотрю вообще. Пересматриваю разные фильмы, причем, я удивлена, потому что считала, что хорошего кино в мире гораздо больше! И французское, и итальянское, и британское – хорошее, но там тоже очень много похожего, одинакового, штампы, штампы, штампы. Я думала, что ситуация с кино в мире лучше.

- Мы выяснили, что вареники вы не лепите. А в каких любимых делах находите успокоение? Может, вы вяжете, плетете, рисуете?

- Вязала раньше. Очень много, просто бесконечно. Когда-то и шила, и чего только ни делала. А сейчас нет, сейчас я очень люблю гулять. Мне домой прийти только после работы, какое-то непродолжительное время побыть, полежать или залезть в горячую ванну и все - потом я одеваюсь и ухожу из дома гулять.

- Так вы за здоровый образ жизни!

- Ну, я спортом не занимаюсь, здесь у меня проблемка (смеется). А в остальном - да. Курить бросила, еще и так получилось, что с марта даже бокала вина не выпила абсолютно. И чувствую себя прекрасно.

- Отлично! Благодарю вас за такой откровенный разговор. Итак, следующее ваше появление на большом экране - это роль мамы в фильме «Носорог», которая будет совсем не похожа на Кайдашиху, я так понимаю?

- Она тоже женщина, из села. Но там другое время и роль почти без слов.

- Уверена, вам и без слов удастся создать яркий, интересный и объемный образ, которому поверит зритель!

- Очень хочется сделать это так, чтобы вы поверили. Спасибо.

Любовь Базив. Киев

Фото: Мария Ковальчук, Владимир Тарасов

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2021 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-