Испытание Вагнером, или Музыка - выше Преступления

Испытание Вагнером, или Музыка - выше Преступления

Укринформ
В канун открытия Байройтского фестиваля рассказываем о Рихарде Вагнере, о том, как немцы до сих пор и не без успеха реабилитируют музыку от благосклонности нацистов

25 июля в Германии начинается юбилейный Байройтский музыкальный фестиваль, целиком посвященный музыке Рихарда Вагнера. Впервые за его более чем столетнюю историю, на открытии, за дирижерским пультом будет стоять женщина, к тому же наша соотечественница - Оксана Лынив. Событие чрезвычайное. Его можно сравнить разве что с исполнением в 1904 году Соломией Крушельницкой партии Чио-Чио-Сан в опере Пуччини «Мадам Баттерфляй». Тогда это тоже был «украинский прорыв» мирового масштаба. Но: что такое феномен Вагнера? Как получилось, что его музыка стала главным саундтреком времен национал-социализма? Слушали ли Вагнера сионисты? Как кумир превратился в злодея, а потом, пройдя денацификацию, оказался где-то посередине? И, наконец, что такое Байройтский фестиваль?

Вагнер для всех, или От Ницше до «Чужого»

Рихард Вагнер (1813-1883) написал сравнительно мало. Всего тринадцать опер. Но десять из них - всемирно известные хиты, активно исполняются и по сей день. Например, у Доницетти из семидесяти опер в мировом репертуаре осталось не более семи. У Верди - не более двух третей.

На сегодня Вагнер остается самой влиятельной фигурой в музыке. Хорошо это или плохо, но это так. Созданная им музыкальная вселенная впечатляет. Ее колоссальную гравитационную силу чувствует каждый, кто к ней только приближается. Это мог бы быть гармоничный универсум, подобный тому, который создал Шекспир в литературе, или зальцбургский гений Моцарт в музыке, если бы не один существенный изъян - идеология ненависти. Посеянное Вагнером, оказалось совсем не золотым зерном, а зубами дракона, из которых вырос смертоносный нацизм. Именно это придает его творческому наследию глубоко трагический и несколько зловещий оттенок. Впрочем Вагнер продолжает влиять на культуру ХХ века.

Композитора, как и 100 лет назад, продолжают ненавидеть или любить интеллектуалы, его любит масскульт. Мюнхенская скорая помощь сигналит мелодией из «Золота Рейна», «Полет валькирий» звучит в фильме Копполы «Апокалипсис сегодня». Именно благодаря масскульту, в частности кино, рядовой зритель, далекий от оперы, узнает о Вагнере и попадает под его чары. «Вау, крутая музыка!!! Спасибо Дэвиду», - пишут посетители YouTube под фрагментом «Вхождение богов в Валгаллу» из того же «Золота Рейна». Они впервые услышали ее не в театре, а в голливудском блокбастере "Чужой: Завет". Вагнер был бы в восторге. Правда, немало и тех, кто считает его музыку бездушной. Есть и те, кто может слушать ее в гомеопатических дозах, а также те, кто принципиально отказывается ее слушать.

Фрідріх Ніцше
Фридрх Ницше

Что касается прошлого, то трудно назвать того, кого бы «болезнь» Вагнером миновала. Можно вспомнить тысячи имен, но одним из самых известных будет Ницше. Именно он назвал Вагнера «Байройтским колдуном». Но это уже после того, как отношения между двумя будущими «темными ангелами» немецкого национал-социализма существенно ухудшились. Сначала между ними были удивительно теплые отношения. Похожие на родительско-сыновние. «Строго говоря, вы, кроме моей жены, единственный приз, который я получил в жизни», - написал Вагнер Ницше в 1872 году. Услышав прелюдию к «Тристану» и «Майстерзингеров», философ признался: «Каждая клеточка, каждый нерв во мне дрожит». Позже он сравнит этот опыт с приемом гашиша. Подобное чувствовал не только Ницше. Матери викторианской эпохи запрещали дочерям слушать любовный дуэт из «Тристана», считая его крайне неприличным, полным нескрываемого мощного эротизма, буквально «сексом на слух».

Алекс Росс, один из ведущих музыкальных критиков США, колумнист The New Yorker, в своей свежей книге, посвященной творчеству немецкого композитора, пишет, что влияние Вагнера - это неразрешенный конфликт. «Это триумф искусства над реальностью и реальности над искусством... Когда мы смотрим на Вагнера, то видим душу человечества сквозь увеличительное стекло. Что мы ненавидим в ней, то ненавидим в себе; что нам нравится в ней, то нам нравится в себе».

Вагнер и «дядюшка Ади»

Вагнер был антисемитом, о чем свидетельствуют его публичные высказывания. В 1850 году он, под псевдонимом, написал эссе «Еврейство в музыке» - одиозный антисемитский текст, который появился в небольшой газетке, тиражом в 800 экземпляров. Это можно было бы списать на досадную ошибочность взглядов, ложь, но двадцать лет спустя Вагнер переиздал этот опус под собственным именем. И именно этот шаг никогда нельзя будет забыть и простить, как бы ни очищали посмертную репутацию гениального композитора его поклонники.

Неудивительно, что музыка Рихарда Вагнера стала музыкальным сопровождением Третьего рейха. И это несмотря на то, что он умер за 50 лет до того, как национал-социалисты пришли в Германии к власти. Огромную роль здесь сыграл и тот фактор, что Вагнер был любимым композитором Адольфа Гитлера.

Вініфред Вагнер з Гітлером та синами
Винифред Вагнер с Гитлером и сыновьями

Гитлер не только был фанатом творчества Рихарда Вагнера, но и близким другом семьи композитора. После смерти мужа – Зигфрида Вагнера – единственного сына Рихарда Вагнера, Байройтский фестиваль возглавила Винифред Вагнер – невестка Рихарда Вагнера. После провала Мюнхенского путча в ноябре 1923 года, когда будущего фюрера посадили в тюрьму, именно она поддерживала его - обеспечивала теплыми вещами, бумагой, на которой он начал писать «Майн кампф» (кстати, это название - «Моя борьба» - парафраз автобиографии Вагнера «Моя жизнь»); носила передачи. Четверо детей Вагнеров называли его «дядюшкой Ади»; говорили, что Гитлер хочет жениться на вдове, но это так и осталось на уровне предположений.

Винифред Вагнер до конца жизни, а умерла она в марте 1980-го, оставалась фанатичной поклонницей Гитлера. Собственные взгляды она не скрывала. Весной 1945 года, сразу после освобождения Байройта, один американский офицер, музыкант-любитель, страстный поклонник музыкального наследия Вагнера, посетил поместье своего кумира. Винифред согласилась провести экскурсию и повела гостя на могилу композитора. По дороге она постоянно воспевала Гитлера, отрицая любые аргументы против его страшных злодеяний. Американец не выдержал: «Я почувствовал почти физическую невыносимость; тошноту, которая медленно поднималась к горлу... После всех ужасов, которые я видел собственными глазами, после всех руин, человеческого горя... Эта энергичная и уверенная в себе женщина винила всех, кроме Гитлера. Для нее он был святым. И это было страшно. Я развернулся и ушел...»

Вагнер в Израиле

Именно из-за компрометации Гитлером и косвенной причастности Вагнера к Холокосту творчество композитора в Израиле бойкотируется, но это не официальный запрет - просто общество само пришло к консенсусу. Когда на фестивале в Байройте в 2011 году музыканты израильского камерного оркестра сыграли «Зигфрид-идиллию» - в целом самое «невинное» вагнеровское произведение, это вызвало огромную волну дискуссий. Одним из немногих, кто решался исполнять произведения Вагнера был дирижер Даниэль Баренбойм. Сейчас в Израиле есть как те, кто продолжает осуждать Вагнера, так и его «адвокаты», которые не устают подчеркивать, что следует различать гениальную музыку от человеконенавистнических взглядов композитора. В начале 2010 года в стране даже появилось общество поклонников творчества Рихарда Вагнера, что воспринимается как огромный прогресс.

Теодор Герцль
Теодор Герцль

Между прочим, один из основателей политического сионизма Теодор Герцль очень любил музыку Вагнера, особенно оперу «Тангейзер». Именно музыкой из «Тангейзера» открывался второй сионистский конгресс в Базеле в 1898 году. Кроме сионистов, Вагнера считали своим марксисты и анархисты, символисты и оккультисты, феминистки и даже первые борцы за права геев. Но потом появился Гитлер и все приватизировал.

В Советском Союзе Вагнера не слишком жаловали. Единственным советским городом, где более или менее регулярно ставили его оперы, была Рига. Там Вагнер в свое время руководил местным оперным театром. Но вынужден был оттуда уйти из кредиторов.

Между Мюнхеном и Байройтом

Вагнер мечтал о фестивале. По его мнению, это должно было быть доступный для широкого круга, а не только для эстетов, как считал Ницше, популярный музыкальный праздник в духе эллинизма. Сначала фестиваль планировали проводить в Мюнхене - там собирались и построить театр, но планам не суждено было сбыться - Вагнера из Мюнхена выдворили. Премьер-министр писал королю: «Я считаю Рихарда Вагнера самым опасным человеком на земле». Еще бы! Юный Людвиг II Баварский, которого Верлен назвал «единственным настоящим королем века», был одним из первых фанатичных поклонников творчества Рихарда Вагнера, поэтому не жалел государственной казны для любимого композитора. Все деньги шли на Вагнера и на сказочные замки. Людвига считали сумасшедшим, но оба его увлечения - и Вагнер, и замки, до сих пор приносят немцам колоссальные дивиденды.

Семья Вагнеров на первом фестивале в Байройте. Козима рукой обнимает Зигфрида (на рисунке слева на переднем плане), Вагнер на заднем плане справа от нее. Ференц Лист за роялем
Семья Вагнеров на первом фестивале в Байройте. Козима рукой обнимает Зигфрида (на рисунке слева на переднем плане), Вагнер на заднем плане справа от нее. Ференц Лист за роялем, на стене портрет Людвига II

А еще мюнхенцам очень не нравилось, что Вагнер открыто живет с Козимой Лист, женой немецкого дирижера Ганса фон Бюлова. Подобное не приветствовалось. Пара обручилась лишь в 1870 году, когда у них было трое общих детей. Козима, кстати, не только была для мужа помощницей, но и талантливым театральным режиссером и феноменальным администратором. Тот факт, что Байройтский фестиваль не только выжил, но и вошел в силу после смерти Рихарда Вагнера - ее заслуга. Кроме того, она записала немало сказанного мужем. Получалось что-то вроде «высказываний немецкого мудреца». Набралось немало, почти миллион слов - бесценное сокровище для изучения жизни и творчества композитора. Стоит однако заметить, что при всей своей стальной харизме и талантах, Козима была еще большей антисемиткой, чем ее муж.

Поэтому после того, как Мюнхен оказался для Вагнера закрыт, выбор пал на небольшой Байройт. В Байройте Вагнер построил себе театр и виллу «Ванфрид», возле которой он и похоронен, хотя умер в Венеции в палаццо Вендрамин (с 1946 года там казино).

Могила Вагнера
Могила Вагнера в Байройте

Первый Байройтский фестиваль: премьера «Перстня» и нехватка котлет

Первый фестиваль состоялся в августа 1876 года. Именно после Байройта Вагнер превратился из изгоя в кумира эпохи. Правда, по окончании фестиваля композитор впал в депрессию. Несмотря на грандиозную рекламную кампанию и саморекламу - Вагнер и здесь был «первопроходцем» - долги оказались немалыми. Козима записала: «Р. печален, говорит, что хочет умереть!» Он даже подумывал, чтобы отказаться от проекта. Результат его совсем не порадовал, ведь был очень далек от мечты о всенародном музыкальном объединении на лоне природы.

Публика на первом Байройтском фестивале была разнообразной, но подавляющее большинство принадлежало к сливкам общества - более 200 представителей аристократии, выдающиеся тогдашние композиторы (Брукнер, Лист, Чайковский, Сен-Санс), художники и писатели. Были также и богатые искатели приключений. Например, журналисты отметили молодых богатых американок, падких на что-то новое, «в хроническом экстазе и с блеском в глазах», а Петр Ильич Чайковский заметил, что зрители выглядели обеспокоенными и «как будто все время что-то искали». Как оказалось - искали котлеты, омлеты и другую пищу, которой не хватало. Поэтому обсуждали не музыку, а еду. Лицо Вагнера было везде: и на пивных кружках, и на коробках для сигар. Между прочим, фон Бюлов считал, что  предпринимательский гений Вагнера намного выше, чем музыкальный.

Чем еще интересен Байройт? Тем, что именно с Байройтского фестиваля устоялась привычка затемнять зрительный зал. Во время первого же спектакля «Колец нибелунга» внезапно погасли фонари, поэтому зрители сидели в полумраке и наблюдали за освещенной сценой. Прежде зал был так же хорошо освещен, как и сцена - изысканная публика хвасталась нарядами. Претерпела изменения также и традиция аплодисментов - они стали не такими частыми - зрители должны были быть внимательнее и терпимее. Байройт имел целью вывести театральную публику на новый уровень серьезности.

Підготовка до першого повоєнного фестивалю, 1951 рік
Подготовка к первому послевоенному фестивалю, 1951 год

Первый послевоенный Байройтский фестиваль состоялся в 1951 году. Тогда на его открытии исполняли Девятую симфонию Бетховена (кумира Вагнера) под руководством Фуртвенглера. Это был голос свободы и любви в стране, избавлявшейся от наваждения нацизма. С тех пор, это культурное мероприятие проводится ежегодно, в отличие от довоенной практики. Руководит фестивалем семья Вагнера. После войны была проделана огромная работа, чтобы избавиться от пронацистской традиции. Поэтому нынешний фестиваль в Байройте можно считать вдвойне юбилейным.

Дух Вагнера и украинка

Оксана Лынив в свои 43 года работает с ведущими оркестрами и оперными коллективами Европы. Несмотря на то, что на дворе XXI век, дирижёрское искусство продолжает оставаться преимущественно мужским делом, и ей пришлось преодолеть немало препятствий и предвзятого к себе отношения, чтобы доказать, что пол в этой области не играет никакого значения - важны прежде твой профессионализм и творческая энергия. То, что она будет дирижировать «Летучим голландцем» - оперой, которой будет открываться Байройт и с которой собственно и начался Вагнер-композитор, которого мы знаем сегодня - событие незаурядное. И потому, что никогда за 145-летнюю историю этого фестиваля женщина не дирижировала оркестром, и потому эта женщина - украинка. Это большая честь. Можем радоваться и чувствовать гордость.

Оксана Линів
Оксана Лынив

Однако, Байройтский фестиваль – это не только искусство и об искусстве. Байройт - это еще и о политике и о культуре политики. Пример того, как цивилизованное, зрелое общество умеет справляться с собственными фантомами прошлого. О связи и незыблемости традиции. О невероятном престиже высокого искусства. Об объединительной роли этого искусства. О верности немецкого политического истеблишмента традиции. О консолидации.

Да, музыка Вагнера продолжает бросать тень на немецкую политику. Однако сейчас эта тень лишена зловещей ауры и придает ей - немецкой политике - разве что большую респектабельность. На протяжении всей свои канцлерской каденции Байройт посещает Ангела Меркель, правда, не как политик, а как частное лицо. И не только она. О статусе любого немецкого политика свидетельствует тот факт, сколько билетов на Байройт он может распространить.

К сожалению, в Украине нет подобных традиций. Наша политическая элита, а именно она призвана задавать тон, в том числе и культурный, очень далека от серьезного искусства. Кто из первых лиц государства регулярно ходит на открытие оперного сезона, не говоря уже о том, чтобы знать либретто нескольких известных опер, или же, отличать на слух, кто дирижирует оркестром: Стефан Турчак или Роман Кофман? Поэтому надеемся, что увидим хоть кого-то из украинских политических деятелей пусть не в украинской, а в немецкой опере - на нынешнем юбилейном Байройте, где испытание Вагнером будет проходить Оксана Лынив. Несомненно, она блестяще справится со своенравным «Голландцем» и придаст музыке германского гения немного украинского шарма.

Светлана Шевцова, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2021 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-