Элла Либанова, академик, директор Института демографии и социальных исследований НАН Украины
Что может каждый сделать для себя и для общества? Искать дополнительную работу
08.04.2016 11:10 1927

- Я бы не сказала, что стратегия настолько заточена. Проблема в том, что у государства немного рычагов влияния на политику оплаты труда. Это - минимальная заработная плата, оплата труда в бюджетной сфере и налоги. И, собственно говоря, все.

Не думаю, что только государство в этом виновато. Подавляющая часть украинских бизнесменов не очень-то озабочены заработками своих наемных работников. Заставить их пойти на тотальное повышение оплаты труда может только коренной перелом в соотношении спроса и предложения рабочей силы на рынке труда. А говорить о социальной ответственности бизнеса в том смысле, как это принято в странах Западной Европы или даже в Соединенных Штатах, где наименьшее влияние государства на экономику, в Украине нельзя.

Делают ли свой вклад в защиту работающих профсоюзы? По-видимому, не делают. Но его не делают и суды. Потому что, скажем, в США люди могут защитить свои права в специальных судах, которые действуют в сфере труда. У нас таких судов нет. И, в общем, прошли те времена, когда украинские суды становились на сторону людей труда.

Абсолютная правда то, что оплата труда в Украине в настоящее время не выдерживает критики. Уровень зарплат чрезвычайно низкий: в среднем за 2015 год зарплата в стране составила 4195 грн (в декабре, конечно, несколько больше - 5230 грн); но здесь и работники авиатранспорта с их 18470 грн, и промышленности - 4789 грн, и здравоохранения - 2853.

29,3% работающих - а это 2,2 млн человек, которым оплачено более 50% установленного на декабрь рабочего времени, - получили за декабрь меньше 2500 грн (среди занятых почтовой и курьерской деятельностью таких 69,8%), что примерно равно прожиточному минимуму (не потому, что установлен законодательно, а тому, который рассчитывается специалистами Министерства социальной политики). Следовательно, зарплата 2,2 млн работающих, которым работодатели оплатили свыше 50% установленного рабочего времени, в декабре 2015 года была ниже прожиточного минимума, к составу и размеру которого есть много претензий.

Для полноты картины к этой цифре стоит добавить еще и тех работников, которым работодатели задолжали 1,8 млрд грн.

За последние два года покупательная способность работающих сократилась в Украине на 25,4%. Это произошло по нескольким причинам. Первая и главная - стремительный рост тарифов на жилищно-коммунальные и транспортные услуги. Сказалось и обесценивание национальной валюты, по крайней мере в отношении импорта. Кроме, например, бытовой техники, которая почти вся импортируется, много даже тех товаров, которые мы покупаем как украинские, в значительной степени состоят из импортированного сырья или комплектующих. То, что далеко не всегда повышение цен является обоснованным, ничего в этом смысле не меняет.

- Есть ли объективные данные о том, как по сравнению с дореволюционным 2013 годом в Украине вырос уровень бедности, в частности, такая его составляющая, как бедность среди работающих?

И динамика, и уровень бедности впечатляют

- Если опираться на тот прожиточный минимум, который ежемесячно рассчитывается Минсоцполитики и примерно на тысячу гривен выше установленного законом о бюджете, то средний уровень бедности вырос с 23,3% до 59,3% (данные за 9 месяцев соответственно 2013 и 2015 годов), а среди работающих - с 19,6 до 52,9%. И динамика, и уровень бедности впечатляют.

- Вы назвали три рычага влияния государства на процессы в сфере занятости. Один из них - минимальная зарплата, которая в Украине фактически заморожена и не соответствует никаким критериям, прежде всего с точки зрения воспроизводства рабочей силы. Это правильный, государственный подход?

- Правильный подход обеспечивает приемлемый уровень оплаты труда, при котором бедность среди работающих не превышает 12-15%, причем распространяется в основном на неквалифицированные слои.

Что касается минимальной заработной платы, то она не только является ограничителем нижнего предела заработков наемных работников; важной ее функцией является формирование определенного ориентира для всей системы оплаты труда. Скажем, МОТ настаивает на том, что доля минимальной зарплаты в средней не должна быть менее 50-60%. Обычно этот показатель колеблется вокруг 40%. Скажем, в Великобритании он составляет 50%, в Словении - 47%, в Турции - 46%, в Польше, Румынии и Словакии - 37%. А поскольку размер минимальной заработной платы известен заранее, это дает основания для определения и других размеров.

В Украине же доля минимальной зарплаты в средней, во-первых, является очень низкой, а во-вторых, не только не растет, а, наоборот, снижается. Так, в январе 2010 года этот показатель составлял 45%, в январе 2013-го - уже только 38%, а в январе 2016-го - и вовсе 30%.

Стремясь во что бы то ни стало отойти от жесткого нормирования оплаты труда в административно-плановой экономике, мы вообще перестали устанавливать ориентиры и ограничения. В результате даже в государственных учреждениях и организациях выплачивают заработные платы, которые в десятки раз превышают не только минимальную, но и среднюю. Бесспорно, соотношение средней и минимальной заработных плат государство не может регулировать и, тем более, устанавливать, но постоянно мониторить и анализировать его необходимо. Причем следует это делать по отдельным видам деятельности и секторам экономики, а не только в целом.

- Сейчас в Украине зарплата фактически не растет, более того, с учетом инфляции она даже падает. Сколько это может продолжаться?

- По крайней мере, до конца 2016 года тенденция к падению реальной заработной платы сохранится. Если снова поднимутся тарифы на коммунальные услуги и энергоносители, причем поднимутся существенно, никакие субсидии защитить граждан не смогут.

- Есть ли у вас расчеты, каким должен быть реальный прожиточный минимум для трудоспособных лиц, то есть минимальная зарплата в Украине, на 1 мая 2016 года? И каким должен быть прожиточный минимум для нетрудоспособных (он же - минимальная пенсия)?

- Для трудоспособных - примерно 3 тысячи гривен. Оценку прожиточного минимума для пенсионеров мы не делали, но, условно говоря, если он на 20-30% меньше, чем для трудоспособных, то выходим на две с половиной тысячи гривен.

Мне нравится польская система, где есть два прожиточных минимума: физиологический (чтобы человек не умер с голода) и социальный (чтобы человек мог приемлемо жить). Приемлемо не значит шиковать, но все же в прожиточный минимум включаются и расходы на транспорт, и удовлетворение определенных культурных запросов, покупка книг. У нас в прожиточный минимум все это не входит.

- Элла Марленовна, так где же искать выход из замкнутого круга низких зарплат, низких пенсий и тотального равнодушия к проблемам бедности в Украине? С чего начинать?

- Первое, что, на мой взгляд, должно сделать государство, - попытаться законодательно ввести разные уровни минимальной оплаты труда.

В Украине существует серьезная дифференциация заработной платы по видам экономической деятельности, причем это расхождение из года в год неуклонно растет. То, что могут себе позволить, к примеру, предприятия авиационного транспорта, никогда не сможет себе позволить сельское хозяйство.

Здесь есть два пути. Можно утвердить дифференцированные уровни в рамках отраслевых тарифных соглашений, но когда в Украине нет Генерального тарифного соглашения, говорить о подписании отраслевых - утопия. Поэтому, на мой взгляд, минимальные отраслевые уровни оплаты труда должно инициировать государство как участник соответствующих консультаций.

Прежде всего это важно для отраслей, где тенизация зарплаты особенно значительна. По крайней мере, мы заставим работодателей легально платить зарплату не ниже повышенного минимального уровня.

Можно еще раз попробовать ввести индикативную зарплату, что не удалось в 2011 году. Можно просто попробовать договориться с бизнесом. Я невысоко оцениваю возможность сделать эти шаги, но действовать надо.

- А почему в Украине не повысили уровень минимальной зарплаты в одном пакете со снижением в два раза с 1 января этого года ставки единого социального взноса? Это было бы логично.

В нашей стране есть убежденность в том, что снижение налогов обязательно приведет к детенизации доходов. Украинская статистика этой связи не подтверждает 

- Логично, но этого не сделали. Видимо, руководствовались теми представлениями, о которых я уже упоминала, об автоматической детенизации зарплат при сокращении совокупной нагрузки на фонд оплаты труда. На самом деле зарплаты из тени выйдут только тогда, когда это станет выгодно работодателю. Когда наличные для выплат в «конвертах» будет обходиться дороже, чем уплата налогов. С другой стороны, сегодня и наемный работник не видит своего выигрыша от детенизации. Таким образом, оба участника соглашаются на уплату части заработка в конверте. Этот круг так или иначе должен быть разорван.

Второй шаг в сфере оплаты труда мог бы заключаться в том, чтобы «оторвать» оплату первого тарифного разряда от минимальной зарплаты. Когда «минималка» перестанет быть равна оплате первого разряда, даже не очень богатые предприятия смогут повышать заработную плату - хотя бы самым малооплачиваемым работникам.

Третье, что бы я сделала, - вернула норму об уплате работником части единого социального взноса, которая действовала еще до начала этого года. Не может быть ситуации, когда работник ничего не платит на собственное социальное страхование, даже небольшие 3,2%. Тогда это уже не социальное страхование.

И, наконец, четвертая позиция - это введение дифференцированного налогообложения доходов работающих. Но в 2016-2017 годах этого делать нельзя. Потому что нельзя каждый год менять в Украине условия налогообложения.

- Беда в том, что даже без нового повышения тарифов, в 2015 году, в Украине был довольно разительный контраст между богатым бизнесом и обедневшими гражданами. Министр энергетики и угольной промышленности не так давно заявлял, что за прошлый год государственные предприятия энергетического сектора увеличили чистую прибыль на 16 млрд гривен. Подчеркну, речь идет только о госсекторе, и при этом общество точно не знает, что именно эти и другие предприятия относят на свою себестоимость...

- В принципе, это дело бизнеса - зарабатывать прибыль. Государство не может не защищать бизнес, потому что тогда не будет экономического развития.

Однако бизнес есть разный. Если бы правительство поддерживало малых и средних предпринимателей, это воспринималось бы обществом значительно более положительно.

Заметьте, сейчас деньги есть не у всех предприятий. Они есть прежде всего у тех компаний, которые относятся к естественным монополиям, - и здесь у меня очень много вопросов к Антимонопольному комитету.

Есть также вопрос относительно регулирования цен. Можно было бы ввести социальные цены на определенные товары и услуги, адресовав их бедным слоям населения.

И не надо рассказывать, что когда мы откроем магазины с низкими ценами, туда побегут все жители. Не побегут. Однако людям, которые не имеют возможности покупать продукты в супермаркете, необходимо предоставить такую возможность. Надо думать, как обеспечить их дешевой рыбой, дешевой курятиной. Кстати, это касается доступа не только к продуктам, но и к лекарствам.

Возможно, эту функцию возьмет на себя не государство, а ассоциации потребителей, как это делается в мире.

- Мы плавно перешли к вопросам социальной защиты. Как бы вы сформулировали нынешнюю политику государства в этой сфере?

- Все свелось к политике поддержки бедных. Игнорирование интересов так называемых средних слоев приводит к уменьшению бюджетных поступлений. В результате не хватает средств и на самых нуждающихся.

На днях я сравнивала две прожиточные корзины: ту, что была введена в 2000 году, и проект 2016 года. Практически все без изменений, как будто за 16 лет ничего в нашей жизни не изменилось.

Меня интересовало не денежное содержимое «корзины», а материальное. Никакой реакции нет на то, что в Украине появился интернет, мобильная связь, которая в 2000 году не была необходимостью. Сейчас человек без мобильного телефона, без доступа к интернету вынужден платить больше за те услуги, которые он мог бы получать дешевле. И это должно быть предусмотрено при определении размера прожиточного минимума.

Людям надо обеспечить доступ к сайтам тех же поликлиник, чтобы записаться на прием, к сайтам аптек, чтобы найти дешевые лекарства. Ничего этого не делается.

Если к этому добавить, что в Украине медицинские услуги реально платные, то почему расходы на них не включены в прожиточный минимум? Так не может быть. Почему не включены налоги? Нет ответа. Минут двадцать я пыталась разобраться, как в разработанном Минсоцполитики проекте нового прожиточного минимума учтены тарифы на коммунальные услуги, газ, электроэнергию и тому подобное. Честно говоря, так и не разобралась.

По закону, состав прожиточного минимума (потребительская корзина) должен изменяться раз в пять лет. В Украине с 2000 года не делали этого ни разу. То, что делают сейчас, на самом деле является профанацией. Проштамповали - и все.

Необходимо в конце концов прекратить попытки нормирования потребления непродовольственных товаров и услуг - значительно проще определять стоимость пищевой корзины (для этого, по крайней мере, есть основание - нормы потребления, разработанные медиками) и ее удельный вес в прожиточном минимуме. Тогда актуализация будет сводиться к изменению состава пищевой корзины (а это можно делать не так часто) и ее доли. Скажем, изменение тарифов на жилищно-коммунальные услуги или политики их субсидирования будет отражаться на структуре потребительских расходов.

- На ваш взгляд, реально ли ввести обязательную накопительную систему уже с 2017 года?

- В принципе, такой шаг целесообразно делать тогда, когда экономика на самом «дне», и только начинает восстанавливаться рост. В таком случае и средства накопительного пенсионного фонда (фондов) можно выгодно инвестировать, и экономика получит дополнительный ресурс именно тогда, когда это особенно нужно. Поэтому старт в 2017 году вполне возможен. Однако к нему надо тщательно готовиться, а я пока что активной подготовительной работы не вижу.

Но давайте попробуем взглянуть на эту проблему немножко с другой стороны. Что такое пенсия? Это потребление, отсроченное во времени. Чтобы получать деньги в старости, следует их откладывать в течение всей трудовой жизни, это аксиома.

Делать это можно разными способами. Участвуя в солидарной системе? Согласна, слишком низкие пенсии. Вклады на банковский депозит? Банки не очень надежны, да и процент по вкладу небольшой. Через негосударственные пенсионные фонды, инвестиционные компании? Не доверяем.

Однако и не откладывать нельзя, вот в чем дело.

- Каков ваш прогноз на 2016 год, и что человек может сделать для себя и для общества в нынешней непростой ситуации?

- Этот год, на мой взгляд, будет немного легче прошлого, ибо самые сильные курсовые и ценовые удары мы уже пережили. Но легкой жизни не будет: слишком глубок экономический кризис, далеки от урегулирования события на Донбассе, необходима реструктуризация экономики. Что может сделать каждый для себя? Искать дополнительную работу. Что может сделать каждый для общества? Искать дополнительную легальную работу.

Наталия Яценко, Максим Мордовцев. Киев.

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-