Владимир Гройсман, Премьер-министр Украины
Ослабить себя банкротством во время войны недопустимо
29.10.2018 14:27 840

На днях Премьер Владимир Гройсман как глава правительства отчитался о результатах работы за 9 месяцев: “это не бравада об успехах, а отчет о том, что сделано...».

Итак, сделано: рост ВВП - на 3,8%, рост экспорта товаров - на 12,4%, строительство увеличилось на 5,7%, агросектор вырос на 4,9%. Учитывая то, что против страны идет реальная война, и часть территории под оккупацией, как бы есть чему радоваться. Но на днях же было объявлено о повышении цены на газ. И вот мы пишем интервью, а на экране телевизора с выключенным звуком очередной кандидат в президенты на фоне «газовых» графиков эмоционально защищает народ. С газа и других непопулярных решений, которые необходимо принимать правительству, начинаем разговор Укринформа с главой правительства.

Продолжить сотрудничество, или войти в дефолт

- Владимир Борисович, можно ли было, все таки, избежать повышения цены на газ, особенно когда страна входит в зиму?

- Мы в действительности избежали повышения, если говорить о реалиях, перед которым стояла Украина. Имею в виду то, что повышение цен на газ стало значительно меньше первоначальных требования Международного валютного фонда. Оно действительно должно было быть на уровне 60%, что, кстати, не раз озвучивалось. Почему этого невозможно было избежать? Мы работаем с финансовыми рынками мира, чтобы отдать кредиты, которые на нас возложили прошлые правительства в течение 2005-2013 годов. В частности, каждый год платим 5 млрд долл. в качестве цены обслуживания взятого тогда долга. Поэтому у нас как правительства было два варианта – договориться о минимальном росте цен на газ и продолжить сотрудничество, или войти в дефолт. Это банкротство страны. И этого невозможно было допустить.

То есть еще раз подчеркну: обязательства, а это обязательства страны перед авторитетной международной финансовой организацией, возникло не сегодня и не вчера. И начиная с 2008 года нам об этом напоминали. Мы в правительстве год и три месяца боролись за то, чтобы не допустить такого повышения, потому что понимали, что для людей это очень чувствительный вопрос. Так был найден компромисс – не 60%, а 23,5%.

Есть вопросы относительно социальной защиты населения? Конечно, есть. Но когда некоторые рассказывают о том, что в этом году на субсидии было выделено 71 млрд грн, а на 2019-й их сократили до 55 миллиардов, готов объяснить “экспертам”, которые не разобрались в вопросе. В тех 71 млрд грн было заложено 20 млрд грн долгов прошлого года, поэтому чистая цифра на субсидии в 2018 году - 51 млрд грн. А на 2019 год мы заложили в бюджете 55 миллиардов, то есть на 4 млрд. грн. больше. Также с 1 октября мы упростили правила оформления субсидий. В межотопительный период Минсоцполитики провело проверку, вычислило тех, кто имеет нормальные доходы, но пользуется субсидиями. Отныне помощь от государства будут получать только те наши соотечественники, которые действительно в ней нуждаются. Денег хватит.

- Когда и как правительство планирует провести монетизацию субсидий?

- В несколько этапов. Начинаем 1 января. Это очень серьезный процесс, который будет проходить впервые. Части, а это 1 млн 300 тыс. домохозяйств, мы уже выплачиваем сэкономленные средства. В среднем получилось по 600-700 гривен каждому домохозяйству. Следующий этап – перевод всех на лицевые счета. Именно туда будем направлять доплату государства за уплату жилищно-коммунальных услуг, а уже оттуда средства должны попадать теплопоставщикам и другим поставщикам коммунальных услуг.

- В какие сроки реально вложиться? Что может этому помешать?

- До осени 2019 года, то есть до начала следующего отопительного сезона должны провести 100-процентную монетизацию. Мы уже создали реестр субсидий и двигаемся дальше. Конечно, бюрократия этому не способствует. Но она никогда и ничему не способствует. Это огромный объем работы, и мы со всем справимся.

- Не все разделяют Ваш оптимизм. Вот некоторые из кандидатов в президенты призывает депутатов разных уровней собирать внеочередные сессии и обращаться к президенту немедленно отменить повышение цен на газ. Что с этим делать, и какие это может иметь последствия?

- Об этом говорит сегодня ряд политиков - кандидатов в президенты. Но говорить - легче всего. С 2005 года по 2013 год Украина взяла в долг почти 50 млрд долларов, или 1 трлн 300 млрд гривен. Это легло огромным бременем на национальную экономику, на бюджет. Деньги вроде бы получили, но страна не получила ощутимых изменений к лучшему. Деньги разошлись, а обязательства остались.

Поэтому я совсем не уверен, что те, кто обещает отменить решение (относительно цены на газ — ред.), реально сделали бы это. Потому что тогда им пришлось бы за один год отдать 20 млрд долларов. Все расчеты свидетельствуют, что это из разряда, скажем так, очень ненаучной фантастики. Нет такой возможности и ресурсов, если все валютные резервы страны составляют сегодня 16,6 млрд.долл. Или, может, эти защитники обездоленных договорятся с Международным валютным фондом, Европейским Союзом, со Всемирным банком о том, что это условие ликвидируется?

Мы сделали все, чтобы вообще снять с повестки дня вопрос цены на газ. Но это нереально. Кстати, перед нами тоже в свое время ставилась совершенно четкое обязательство относительно выхода украинцев на пенсию в 63 года. И мы отстояли эту норму, оставили все в действующих возрастных параметрах.

Что касается местных советов, то они тоже имеют отношение к формированию тарифов на тепло и горячую воду. Если говорить конкретно, очень много зависит от того, сколько и где греют воздух вместо домов, как утепленные здания, как работают котельные, как транспортируется топливо, как все регулируется. И если на местах принято и воплощается в жизнь решение о более активной энергомодернизации, то это гораздо более сильный шаг для защиты людей, чем просто принять сессией какое-то решение, которое в принципе реализовать невозможно.

Кстати, если говорить про вариант отказаться вообще от сотрудничества с международными финансовыми партнерами, надо принимать во внимание и то, что мы находимся в условиях российской агрессии, что “соседи” ежедневно обстреливают наши территории, они присутствуют на Донбассе и Крыму. При таких обстоятельствах ослабить себя путем банкротства недопустимо. Поэтому я принял решение на благо Украины, а не для вреда.

Дело не в том, хочу лично я или не хочу сотрудничать с международными финансовыми институциями, а в том, что у нас есть реальные потребности перефинансирования для того, чтобы и погашать, и перезанимать долги. Это правда. То есть, это вынужденный шаг, перед которым мы все оказались. И должны были на него пойти.

- По вашему мнению, сколько еще времени мы будем жить в долг?

- Мы уже начинаем уменьшать, а не наращивать наши долги. Недавно приняли стратегию управления нашей долговой нагрузкой, которая предусматривает ее уменьшение уже до 2020 года до уровня менее 50% ВВП. Вообще, убежден, через пять лет мы можем выйти на сильную экономику. Я вижу, как это может произойти и понимаю, что надо для этого делать. Но не все здесь зависит только от правительства – необходимы совместные усилия, важна поддержка Президента и парламента. Должны вместе работать над экономическим ростом.

- Мы ожидаем в этом году чистый приток прямых иностранных инвестиций на уровне $2,5 млрд. Вполне очевидно, что этого недостаточно. Почему все-таки инвестор боится идти в Украину?

- Думаю, что и в 2019 году будут иметь большое влияние внутренние процессы. В частности, президентские и парламентские выборы. Но я считаю, что будет открыто больше возможностей для инвестиций в Украину в различных сферах. Бизнесу нужна стабильность и четкие правила, благоприятные условия. Мы должны существенно ускориться: быстрее менять законы, снимать ограничения, проводить процесс приватизации. Каждая гривня в приватизацию – это инвестиция.

Бюджет должен быть реалистичным. И ПРИНЯТЫМ ДО 1 декабря

- МВФ и Украина достигли соглашения на уровне специалистов Фонда о новой программе на $ 3,9 млрд, но вынесение этого вопроса на Совет исполнительных директоров ожидается после принятия Госбюджета-2019. Сможем вовремя его принять?

- Сегодня главный вопрос — это финансовая стабильность. Бюджет 2019 года должен быть реалистичным. Это означает, что доходы и расходы должны совпадать, а дефицит бюджета - не больше, чем запланировано, и с очень четкими источниками его погашения. Исходя из этого, ключевым, критическим фактором является то, чтобы закон о Государственном бюджете был принят до 1 декабря. Тогда мы сможем планово продолжать сотрудничество с международными финансовыми партнерами.

Кстати, МВФ является знаковым для Евросоюза. Поддержка ЕС Украины состоится после решения Совета директоров валютного фонда, Всемирный банк – тоже ждет решения валютного фонда. То есть МВФ является определенным ключом, который открывает нам дверь, а затем соответствующие механизмы начинают работать. Проект госбюджета, который мы подали в парламент, сбалансированный и бездефицитный. При этом в нем заложено финансирование масштабных программ развития: дороги, энергоэффективность, аграрный сектор, школы, медицина с инновациями в этой сфере, децентрализация.

Убежден, мы должны действовать последовательно, и то, что уже начато, поддерживать и развивать. Вот, например, правительственная программа «Доступные лекарства». Сначала мы смогли предоставить бесплатные лекарства 10 тысячам людей, а сегодня речь идет уже о миллионах наших соотечественников. Так же и с остальными программами.

То есть, с одной стороны - это бюджет развития, а с другой стороны - это бюджет стабильности. Я считаю, что эти две вещи нам удалось совместить.

Конечно, его можно много критиковать, и эта критика началась сразу после того, как мы согласовали этот законопроект на заседании правительства. Особенно интересно было наблюдать за тем, как его критикуют тогда, когда еще даже в глаза не видели, не читали.

- По вашим словам, сумма предложений дополнительных расходов в Госбюджет-2019 год составляет более 2 триллионов гривен. На какие “желания” депутатов вы готовы согласиться, а какие категорически неприемлемы?

- Наш бюджет - 1 триллион 200 млрд грн. Действительно, дополнительных предложений поступило в бюджетный комитет на 2 триллиона 200 миллиардов. То есть еще почти на два бюджета. Туда записывают все, кто что хочет, кто что надумал, кому что приснилось. Я могу согласиться только на одно — на реалистичный бюджет. Нереалистичный приведет к новым кризисам. Поэтому мы должны максимально объединиться вокруг принятия реалистичного бюджета, и я буду просить депутатов об этом.

- Будете встречаться с депутатами лично?

- Сейчас обсуждается проект госбюджета в рамках комитетов. Министерство финансов активно работает с народными депутатами. После представления законопроекта ко второму чтению обязательно будут встречи с фракциями, комитетами и депутатами.

- Курс гривни к доллару в 29,4 реальный?

- Абсолютно реальный. Именно поэтому он и заложен в проект бюджета. А в этом году он даже был ниже прогнозируемого.

- С 1 января минимальная зарплата должна подняться до 4 170 грн. Этого достаточно?

- Я слышал разговоры о том, надо поднимать минимум до 5500 грн. Считаю, что такие заявления преследуют сугубо политические цели. Если же говорить практически, то должны в этом году добиться, чтобы средняя зарплата по Украине достигла не менее 10 тысяч гривен. И, думаю, до конца года мы выйдем на этот показатель. Откуда эта уверенность? Мы продвигаемся. Вспомните, если говорить о «минималке», не так давно это было 1450 гривен и именно я, несмотря на критику многих политиков и экспертов, начал ее увеличение. А с 1 января, как мы сегодня видим, «минималка» уже будет 4 170 гривен. Также важно обеспечивать секторальное увеличение заработной платы. Изменения уже ощутили на себе медики. Десятки тысяч врачей в реформируемом первичном звене уже начинают получать новую заработную плату. Речь идет не о 5-7 тысячах, а о 12-18 тысячах гривен. Очень важно также, чтобы в частном секторе заработная плата росла. Так и будем продвигаться.

За деньги от контрабанды они будут стоять до последнего

- На повышение зарплат и другие социальные нужды необходимы средства. Вы довольно решительно объявили борьбу с контрабандой. Стоит ли это спокойствия и здоровья?

- Это так кажется, что мы вот-вот, как «объявили». На самом деле, мы этим и раньше занимались. Я постоянно борюсь за то, чтобы деньги из теневых схем попали в государственную казну. Но пока мы прикрывали одни каналы и схемы, появлялись новые. Те же, кто занимается серым импортом, активные и креативные. Поэтому вопрос заключался в том, чтобы подойти системно. Мы сделали все, чтобы продуманно закрыть если не все “дыры”, то максимум. И результат заметен. В июне получали 1 миллиард 348 миллионов гривен ежедневных поступлений в государственную казну от таможни. А сегодня это 1 миллиард 757 миллионов ежедневно. То есть, почти на 400 миллионов в день больше. Это деньги украинских граждан, которые раньше шли мимо государственной казны. Понятно, что за такие деньги кое-кто готов драться до последнего.

- Следовательно, давление на вас не уменьшается?

- В этом контексте ничего не изменилось. Я нажил много врагов. Думаю, достаточно влиятельных. Но выдержу, пройду достойно этот путь и буду спокойно смотреть людям в глаза. Господь Бог и время все расставит на свои места...

Что касается дальнейших шагов для улучшения работы таможни, то нам нужны сканеры, объединение баз данных с другими странами, очень много институциональных изменений. И здесь тоже ничего не выйдет без поддержки парламента. Это долговременные процессы. Сегодня завершаем консультации с международными партнерами о том, какой будет сама структура таможенной службы, фискальной службы.

- Когда можно ожидать объявления конкурса руководителя или руководителей, если это будут отдельные структуры?

- Мы сейчас все анализируем. Не хочу загадывать наперед, но я настроен на то, чтобы в ближайшее время это произошло.

- Какой будет судьба “Нафтогаза”? Вы заявили, что против его ликвидации уже только по той причине, что мы потеряем шанс получить от “Газпрома” 2,6 млрд долга. Или есть другие резоны?

- Это не единственная причина, почему нельзя так действовать сегодня. Но чтобы решаться начать изменения, должна быть четкая модель. В любом случае, разъединение “Нафтогаза” неизбежно: это предусматривает европейское законодательство - добыча газа с одной стороны, а транспортировка и хранение - с другой. Таково требование Европейского Союза, и если мы хотим стать единой частью энергетического сообщества, энергетической системы, должны пойти на этот шаг.

А вот каким конкретно путем мы пойдем — это пока что вопрос к специалистам и независимому наблюдательному совету. Когда они нам предложат успешную модель, будем рассматривать и принимать решение.

- ПАО "Укрзализныця" тоже получила сильный наблюдательный совет. Удалось ли реформировать этого “монстра”?

- Коррупция на “Укрзализныце” процветала десятилетиями, поэтому очистить и реанимировать эту структуру не так уж и легко. Но мне тоже очень импонируют подход и действия профессионального наблюдательного совета “Укрзализныци”. Надеюсь, что стратегия развития компании будет очень качественной, и мы сможем дать новый толчок качеству перевозок как пассажиров, так и грузов. Ведь железная дорога крайне важна для развития экономики, для перемещения внутри страны, для экспортного потенциала.

- Тот шаг, когда “Укрзализныцю” подчинили Кабмину, оправдал себя?

- Считаю, что состоявшееся разделение не было лишним. Не могу сказать, что это тотальный успех, но результаты есть.

Когда «дороги Гройсмана» будут по всей Украине

- Вы считаете децентрализацию одной из самых успешных реформ. Впрочем, кто-то еще не “переварил” этих шагов, а Вы уже предлагаете в Конституции закрепить за местными громадами общенациональные налоги. Действительно ли нам это необходимо сейчас? Стоит ли помнить предостережение: «широко пойдешь - штаны порвешь»?

- Я перешел работать из местной в центральную власть по приглашению Премьер-министра Яценюка именно как специалист по вопросам региональной политики. До этого же имел успешный восьмилетний опыт управления городом.

При поддержке премьера нам удалось заложить фундаментальные вещи, которые дают свой результат. Мы сформировали основной пакет изменений, которые надо сделать. После президентских выборов я нашел поддержку и в лице главы государства. Начали внедрять эту глобальную реформу, а потом загорелись глаза и у депутатов. Сегодня мы работаем слаженно.

Результат такой: уже 665 объединенных территориальных громад имеют прямые отношения с государственным бюджетом; 938 тыс га, то есть почти миллион гектаров земель передано таким громадам (их почти полтысячи - 479); 1,3 млрд грн – это субвенции на развитие ОТГ.

Существуют ли проблемы? Да, безусловно. Мы передали финансы и полномочия на места, но контроль еще несовершенен. Он должен быть не лишним и чрезмерным, а балансирующим. И если нам сегодня удастся все эти три фактора урегулировать между собой, процесс станет еще более качественным.

- Одной из ярких «фишек» Вашего правительства стало дорожное строительство. Но появляется одна «крутая» дорогая, а съедешь с нее, и почти все как было. Когда “дороги Гройсмана” будут по всей Украине?

- Заметьте разницу. Свою первую дорогу я построил в 2006 году на улице Келецкой в Виннице. Тогда ее назвали Гройсман-Штрассе. Теперь же вы спрашиваете о “дорогах Гройсмана” уже по всей Украине (смеется - ред.). Действительно, за 9 месяцев этого года отремонтирована тысяча километров дорог государственного значения. И до конца года эта цифра еще вырастет - только 80% плановых работ выполнено. А еще хотел бы, чтобы о «дорогах Гройсмана» говорили, когда едут именно по хорошим дорогам.

Мы приняли программу на 2018-2022 годы, за пять лет должны соединить все областные центры между собой качественными дорогами. Одновременно это сделать невозможно. Поэтому каждый год надо приближать эту цель. И я уверен: если мы будем работать, а не кидаться из стороны в сторону, дороги между областными центрами будут. Кроме того, в бюджете на этот год предусмотрено 11 миллиардов, на 2019 год закладываем 17,7 млрд грн на местные дороги.

Мы обращаем внимание представителей региональных звеньев на то, что в районных центрах тоже живут люди. Следовательно, между райцентрами тоже должны быть дороги. Процесс запущен и останавливаться нельзя. Подчеркиваю, через 3-5 лет ситуация с дорогами улучшится существенно.

Вместе мы работаем над повышением безопасности на дорогах. Как глава правительства я создал координационный совет по вопросам безопасности транспорта. Инфраструктурно делаем определенные вещи, чтобы разграничить, выделять потоки транспорта, уменьшить скорость и маневренность, островки безопасности, освещение пешеходных переходов. Цель - снижение уровня смертности вследствие дорожно-транспортных происшествий по меньшей мере на 30 процентов к 2020 году.

Рынок земли нужен, но с адекватными ограничениями

- В рамках малой приватизации через систему ProZorro.Продажи выставлено более 200 объектов. Сколько денег может поступить в госбюджет от приватизации?

- Да, 203 объекта малой приватизации выставлено, 280 млн грн дохода уже получено. Речь идет о росте цены в среднем почти в 2 раза, а в некоторых случаях - в 32 раза. На приватизированные предприятия пришел новый владелец, который отремонтирует, создаст новые рабочие места. То есть малый и средний бизнес будет развиваться, а это все положительно повлияет на занятость населения, на заработные платы. И это хорошо.

В рамках большой приватизации уже 10 из 23 объектов получили советников с мировыми именами, которые готовят их к успешной приватизации. Они сегодня работают на Украину.

- Об отмене моратория на продажу земли говорят те, кто считает себя реформаторами. Вы - против открытия рынка для всех. Не боитесь стать ретроградом?

- Не боюсь. Я не пойду на сдачу национальных интересов никогда, чего бы это не касалось. Тем более, если речь идет о земле. Это же не проходная территория, чтобы взять и продать! Мы 36% всех мировых черноземов имеем, и это своего рода золотовалютный запас страны.

Может ли у нас быть свободный оборот земли? Да. Но вопрос, кто должен быть ее собственником? У меня один ответ – украинец, который работает на этой земле. Считаю, это нормально. Запрет на продажу земли иностранцам действует и в некоторых европейских странах.

Я также против того, чтобы отдавать землю в собственность крупным компаниям и холдингам - это неправильно, это не отвечает интересам государства. Поэтому должно быть ограничение по объему владения землей. А отдать землю пятерым-десятерым компаниям — это абсурд. Я на это никогда в жизни не пойду, и говорю об этом открыто со всеми, с международными партнерами.

В то же время, украинского фермера я буду всегда поддерживать. Для купли-продажи должен быть создан доступный финансовый ресурс. Чтобы фермер пришел и под небольшие проценты взял деньги, приобрел землю, обрабатывал, производил качественную украинскую продукцию. По-другому быть не может. И мы это делаем. Например, в течение 9 месяцев этого года правительство выделило 312 млн гривен украинским фермерам на приобретение сельхозтехники.

- Журналисты заметили, что в последнее время вы заметно похудели. Что позволяет вам держать себя в форме? Хватает ли времени на отдых?

- Скажем так: я возвращаюсь к своей привычной форме. Как? Ничего принципиально нового, о чем бы вы не знали. Физические нагрузки. Очень советую всем заниматься спортом.

Что же касается отдыха, с этим труднее. Времени мало, но иногда люблю с женой посмотреть хорошее семейное кино.

Что бы хотели себе пожелать?

(Задумывается). Возможно, выспаться. Над другими задачами я уже активно работаю...

Интервью взяли Александр Харченко, Елена Собко

Фото: Владимир Тарасов

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-