Тарас Елейко, заместитель председателя Фонда госимущества Украины
300 лет у Росимперии была монополия на производство спирта, которую Украина "успешно" сохраняет 30 лет независимости
29.10.2020 14:52

В украинском информпространстве примерно четверть века существуют три темы: вечного двигателя, вечного недопоступления в бюджет от приватизации и вечной проблемы приватизации «Укрспирта». Свидетельством того, что в отрасли (любой) что-то происходит, является наличие ярких событий и резонансных дискуссий. И любому заточенному на политэкономические новости журналисту очевидно оживление приватизационных процессов. Об этом мы говорим с заместителем председателя Фонда государственного имущества Украины Тарасом Елейко.

УКРАИНЕ ДЛЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ВНУТРЕННЕГО ПОТРЕБЛЕНИЯ ДОСТАТОЧНО ДВУХ ДЕСЯТКОВ СПИРТЗАВОДОВ. А У НАС ИХ СЕМЬДЕСЯТ ВОСЕМЬ

- Тарас, на днях был продан третий спиртзавод. На самом деле, поставлена точка в очень давней дискуссии. Противники демонополизации ГП «Укрспирт» приводили аргумент наподобие такого: "Государство сохраняет монополию на продажу спирта 300 лет" и другие. А сторонники мотивировали цифрами о неэффективности управления концерном. Под какие инвестобязательства вы продаете спиртзаводы? Есть ли гарантия, что отечественная водка теперь не будет хуже импортной, что это будет к лучшему?

- Что касается демонополизации отрасли. В декабре 2019 года был принят закон о демонополизации спиртовой отрасли, после этого была принята программа Кабинета министров относительно реформирования развития спиртовой отрасли, которая четко предусматривала, каким образом должны пройти демонополизация и приватизация спиртовой отрасли. И ФГИУ уже в рамках принятого законодательства начал приватизацию спиртзаводов.

Если говорить, собственно, о целесообразности демонополизации отрасли, то здесь, на самом деле, необходимо отметить, что Украина – одна из двух стран в Европе, которая имеет государственную монополию на производство спирта. Вторая страна - это Беларусь. У нас семьдесят восемь спиртзаводов, которые входят в концерн «Укрспирт» и ГП «Укрспирт». Из них работали регулярно максимум до двух десятков заводов, которые обеспечивали полностью потребность Украины. Сравним с Польшей, страной, которая подобна нашей по количеству населения и расположению. В Польше цифры производства спирта в несколько раз выше наших, основная часть продукта – на экспорт.

Из-за монополии на производство спирта работающие предприятия покрывали убытки неработающих

Мы, по-сути, ничего в Украине не экспортировали. Тут встает вопрос: А почему не экспортировали? Почему у нас простаивали две трети заводов? Ну, можем порассуждать и о "стратегичности" спирта в целом... Я думаю, что на этом и базировались законодатели, когда принимали решение о демонополизации.

Из-за данной монополии создавалась ситуация, когда стоимость спирта была неоправданно завышена, так как работающие предприятия должны были покрывать убытки неработающих. А значит, спирт по такой цене не мог быть конкурентным на мировом рынке, а ведь спирт, по большому счету, – это один из продуктов переработки продукции наших сельхозпроизводителей.

Поэтому мы понимаем, что у этой отрасли огромный экспортный потенциал, это будет запуск большого количества простаивающих спиртзаводов. Поэтому демонополизация принесет больше плюсов, чем минусов.

Действительно, 300 лет по сути на территории Российской империи была монополия, которую Украина “успешно” сохранила в течение 30 лет независимости. Вот сейчас эта монополия снимается, и я думаю – это станет импульсом для существенного увеличения производства продукции и увеличения экспортного потенциала Украины.

К сожалению, оборудование на многих заводах устаревшее, поскольку они в среднем были введены в эксплуатацию примерно в 1890-м году. Конечно, технология спирта не очень менялась, но энергоэффективность производств за это время серьезно изменилась. И очень многие эти заводы нуждаются в глубокой модернизации, чего, к сожалению, государство не может обеспечить. Это способны обеспечить только действительно новые, эффективные собственники, у которых есть ресурс для этого и понимание, куда продавать продукцию.

Поэтому здесь вопрос несколько глубже стоит, чем - как повлияет приватизация на качество водки, о которой вы упомянули в начале. Но давайте поговорим и об этом. В Польше нет монополии. Я думаю, что у нас вы можете увидеть немало образцов польской водки на полках, потому что водка – это такой продукт, который не во всех странах пользуется спросом. Я не очень большой эксперт по водке, но, кажется, она не хуже нашей. И каким-то образом довольно большое количество ее сейчас экспортируется в Украину, при том, что у нас в три раза больше мощностей, чем мы потребляем.

- А профиль тех заводов? Это будет водка, спирт для фармацевтических отраслей?

- Мы не оговариваем это с владельцами заводов. Есть требование закона, и есть четко установленные программой Кабинета министров требования относительно приватизации. Это сохранение 70 процентов персонала штатной численности завода, и сохранение до 1 июля 2021 года профиля производства.

Спирт, к сожалению, ассоциируется в большинстве только с ликеро-водочными изделиями. Но на самом деле, спирт – это сырье. Его необходимо воспринимать как сырье, которое может использоваться в колоссальном количестве направлений. Она используется, конечно, в ликеро-водочных изделиях. Это биоэтанол. Это огромная химическая, на самом деле, составляющая для очень многих продуктов. Это фармация однозначно. И опять же – это огромный экспортный потенциал с точки зрения переработки как раз непосредственно аграриями, и диверсификации своего экспорта пшеницы и кукурузы.

- Как вы оцениваете старт приватизации «Укрспирта»?

- На сегодня уже приватизировано три спиртзавода. Если на первый спиртзавод действительно был один претендент и цена выросла на 11 процентов, то на второй спиртзавод претендовало два участника, цена выросла на 68 процентов. 22 октября была приватизация спиртзавода, где было пять участников и цена действительно выросла уже почти в три раза – с 19 миллионов до 53. Поэтому есть конкуренция, есть рост цены.

Каждый спиртзавод готовился к приватизации очень качественно, была раскрыта абсолютно вся информация. И конечно, когда начинается приватизация каких-то новых вещей или продажа государством каких-то новых объектов, то рынок, скажем так, разогревается. Тем более, когда участники видят, что абсолютно все правила равны для всех, информация вся доступна для всех. И мы надеемся, что спрос на эти активы будет. Украине для обеспечения внутреннего потребления достаточно двух десятков спиртзаводов. А у нас их семьдесят восемь. И как я уже говорил, полная приватизация, по моему мнению, поможет созданию огромного экспортоориентированного рынка.

МАЛАЯ ПРИВАТИЗАЦИЯ СЕЙЧАС ПОСТРОЕНА ПО ПРИНЦИПУ, ЧТО ВСЕ УЧАСТНИКИ ВИДЯТ ВСЕ

- Деятельность Фонда госимущества оценивают очень по-разному. С одной стороны, много информации о якобы успешных продажах. С другой стороны, я читала оценки некоторых коллег, которые работают в экономической журналистике – упреки, что, мол, продаются в основном объекты малой приватизации, одни сараи и недострои, заброшенные офисные площади. Это не то, что ждет экономика, не так ли?

- Малая приватизация на самом деле сейчас построена по принципу, что все потенциальные участники видят все. Максимальный перечень информации раскрывается для всех. Мы запустили совершенно новый сайт, где есть все приватизируемые активы, запустили такой инструмент, как виртуальные комнаты данных, где можно увидеть всю первичную документацию об активах, которые приватизируются, – и принять решение относительно малой приватизации теперь гораздо легче.

Если говорить об объектах, то оценки часто манипулятивные. Давайте смотреть по факту. Например, в этом году, конечно, было продано довольно много, как говорится, и сараев, и бань, и лавочек. И это явно не имущество, которым должно управлять государство, но которого у государства тысячи единиц на балансе. На самом деле, оно действительно не используется и очень часто в запущенном состоянии. И их продажа, опять же, – это создание новых рабочих мест, поступления в бюджет. Но основное - это инвестиции, которые будут вкладываться для восстановления и модернизации объектов.

Когда мы говорим о малой приватизации, то в этом году было приватизировано довольно большое количество государственных предприятий, среди которых есть и совсем немалые, такие как Киевпассервис, новые владельцы которого уже объявили, что будут модернизировать Центральный автовокзал, полностью его перестраивать. Если вы заходили на этот автовокзал, то сами могли видеть, в каком состоянии он находится, его будут полностью перестраивать, модернизировать, и он будет таким, каким должен быть в европейской столице. Мы говорим об отеле "Днепр“, говорим о многих других предприятиях, которые были приватизированы в этом году и которые никак не являются ”сараями". Вряд ли кто-то скажет, что отель «Днепр» - это небольшое предприятие. Плюс сейчас активно пошла приватизация по предприятиям спиртовой отрасли. Поэтому - да, малая приватизация продолжается.

Также Фонд в этом году перестроил сам подход к приватизации, чтобы максимально раскрыть информацию об этих объектах, чтобы обеспечить максимальный доступ к этой информации всем в абсолютно равных условиях. На сегодня этот механизм уже отлажен и запущен прозрачный процесс массовой приватизации государственных предприятий.

У НАС ОЧЕНЬ ЧАСТО ПРИВАТИЗАЦИЮ ЗАПРЕЩАЮТ СУДАМИ, ЕСТЬ ТАКОЙ МОМЕНТ В УКРАИНЕ

- А если говорить о крупных объектах – «Центрэнерго», «Сумыхимпром», «Азовмаш». Почему не удалось сломать схему, когда олигархи эксплуатируют государственные мощности, следуя старой традиции: себе доходы, государству убытки?

- О большой приватизации нельзя говорить с такими обобщениями, каждый объект должен рассматриваться отдельно.

Вы упомянули три объекта, давайте по ним пройдемся. По "Центрэнерго" сейчас прорабатывается вопрос об объединении "Центроэнерго" в вертикально-интегрированную компанию с госшахтами. И это действительно может существенно увеличить и стоимость этого объекта, и его понятность для инвестора. Что касается «Сумыхимпром», там судами запрещена приватизация на данный момент, суды тянутся уже довольно долго. Это такая интересная история! У нас очень часто приватизацию запрещают судами – к сожалению, есть такой момент в Украине. Суды принимают решение, что нельзя приватизировать, затем это проходит три инстанции – и решения снимаются. Что касается «Азовмаша», к сожалению, там вообще ситуация очень плачевная, там даже был конкурс отбора директора и, к сожалению, конкурс не состоялся, потому что не было подано заявок на него. Так же мы пробовали найти советника, никто не пришел на конкурс.

Есть очень много вопросов и сейчас идет активная работа, и мы надеемся, что уже в ближайшие недели правительством будут утверждены условия продажи АО "ОГКХ", над чем мы сейчас активно работаем.

Есть много предприятий большой приватизации, по которым отобраны советники и по которым работа продолжается.

К сожалению, в этом году еще не был объявлен ни один конкурс на большую приватизацию. Напомню, что Верховной Радой в марте, когда начался карантин, был принят Закон, который запрещал нам проводить и подготовку к этой большой приватизации с привлечением советников, и аукционы. Этот закон был 25 сентября изменен, и нам разрешили проводить подготовку объектов. Мы максимально активизировали подготовку по этим объектам, и вот уже есть АО "Объединенная горно-химическая компания", которая практически готова к приватизации.

Поэтому я бы не сказал, что вопрос не продвигается, работа продвигается. Просто необходимо смотреть всегда на объективные вещи, которые эту работу сопровождают, как, например, запрет, определенный законом.

- Как, по вашему мнению, государство может быть эффективным собственником на крупных предприятиях?

- Здесь вопрос довольно сложный, потому что есть предприятия, критичные для государства: это и оборонная отрасль, это и ядерная отрасль, естественные монополии и т. д – и здесь государство должно за счет оперативного управления действительно повышать качество менеджмента. Но есть довольно много предприятий, которые не являются стратегическими для государства. Завод, который производит, условно говоря, фарфор, верояино, не должен управляться государством, потому что последний ремонт и инновации на таких заводах делались сорок-пятьдесят лет назад. Конечно, говорить об эффективности на таких объектах довольно трудно.

Поэтому приватизация - это в первую очередь не о продаже. Приватизация - это в первую очередь вопрос о смене собственников государственных активов на гораздо более эффективных, которые будут модернизировать и развивать приобретенные активы. Это можно увидеть на примере «Киевпассервиса» – уже до конца года объявлено начало значительной реконструкции. Новые владельцы, которые получают актив, заплатив реальную рыночную цену государству, сделают все, чтобы этот актив работал. Потому что, простите, вырезать металлолом из таких активов - это совсем не вариант, когда за актив заплачена действительно конкурентная рыночная цена. Автовокзалы, надеюсь, будут очень наглядным примером и дополнительных инвестиций, и создания действительно новых рабочих мест. Это правильный процесс, который принесет абсолютную пользу экономике и комфорт потребителям.

- А у Украины есть опыт манипуляций аукционами?

- Все торги объектами малой приватизации проходят на "ProZorro. Продажи". Эта система работает уже четыре года и даже получила награду Сити-банка – за лучший антикоррупционный стартап 2018 года в мире. Экосистема "ProZorro. Продажи" построена таким образом, что там привлечены все экономические стимулы, чтобы максимально сделать торги конкурентными. И это уже международно признано, что Украина – одна из самых передовых стран вообще в мире в этом направлении. Мы действительно здесь впереди большого количества своих соседей.

- Какие аукционные модели применяете вы при приватизации?

- В законе предусмотрено, что это английские аукционы и голландский: если два раза аукцион объекта на повышение продаж не состоялся, то дальше допускается голландский аукцион на понижение.

- А вы останавливали аукционы, отменяли их, если это серьезное понижение?

- Порой были случаи, когда действительно – после нескольких аукционов на повышение запускали аукцион на понижение (в конце концов, в рамках закона мы можем перезапускать аукционы несколько раз на повышение). Но в случае, если действительно не находится несколько раз покупатель, мы понимаем, что объект выставлен с сильно завышенной балансовой стоимостью, и такие объекты, к сожалению, у нас часто есть, потому что у некоторых из них балансовая стоимость огромная, а рыночная реальная стоимость объекта, к сожалению, – такая, какая есть.

- Это этот дом отдыха для менеджмента Нацбанка "Прикарпатье" – недостроенная вилла, которую хотели продать за 64 миллиона гривен, а продали за 17?

- "Прикарпатье" - яркий пример здания в Карпатах для руководства Нацбанка, который строили с размахом, даже люстры там обтянуты крокодиловой кожей, в каждом номере (а на дом 2000 кв. м – аж восемь номеров) огромные площади, которые непонятно как использовать, есть конференц-залы. С точки зрения бизнеса, этот дом определенно целесообразно использовать как отель. Откровенно говоря, вы можете сами посчитать бизнес-модель – перестраивать его необходимо колоссально. Нацбанк, когда строил его, наверняка руководствовался представлением о красоте и роскоши, но с точки зрения бизнес-использования этого объекта есть большие вопросы. Они приобрели люстры из крокодиловой кожи, а о гидроизоляции, о нормальном электричестве, газе и дороге забыли.

- И поэтому вы продали недорого с использованием аукциона на понижение?

- Вопрос - "дорого", "дешево" – я вообще не поднимаю, потому что это был абсолютно открытый аукцион. Там принимали участие четыре участника, а цена действительно сформировалась объективно, больше за этот объект никто не предложил. Этот объект пробовали продавать в период с 2018 по 2020 год - 10 попыток продажи. О нем знали все, вся техническая документация была доступна, все инвентаризационные сведения были доступны онлайн. Поэтому сформировалась цена, которая является абсолютно рыночной, сколько этот объект может стоить. И насколько мы знаем, этот объект приобрели отельеры и рестораторы, которые его в принципе будут стараться превратить в гостиничный комплекс. Посмотрим, что из этого получится. Мы надеемся, что действительно там будет объект, который будет приносить пользу и обществу с точки зрения налогов, и инвестиции с точки зрения ремонта, и рекреационную пользу клиентам.

- У меня был вопрос о запланированных и невыполненных планах поступлений от приватизации, но вы объяснили, что это связано с тем, что отменили большую приватизацию.

- Давайте не забывать, что в этом году уже в бюджет перечислено примерно 2 млрд гривен, до конца года мы ожидаем, что будет 3 млрд, при том, что план в бюджете был сокращен до 500 млн грн.

И давайте посмотрим исторически: сколько Фонд в предыдущие годы давал поступлений от малой приватизации. Насколько я помню, за последние годы такая цифра от малой приватизации (подчеркиваю – малой) не была перечислена в бюджет. Мы наладили механизм малой приватизации, и опять же – давайте не забывать, что мы не вышли на сумму 12 миллиардов (которая была в бюджете до коронавируса) только потому, что по большой приватизации у нас был и сейчас действует запрет на аукционы.

С другой стороны, нас лишили и только вот сейчас возобновили бюджетное финансирование на подготовку объектов к приватизации, что тоже наложило свой отпечаток на малую приватизацию. Из-за этого мы не могли изготавливать технические паспорта, проводить оценки объектов, это действительно была большая проблема.

Недавно вернули часть средств, 48 млн грн, которые необходимы для подготовки объектов к приватизации, и сейчас мы начинаем размораживать многие объекты малой приватизации и выводить их на рынок.

КОГДА ЛЮДИ ГОВОРЯТ, ЧТО ОБЪЕКТ ПРОДАЛИ ДЕШЕВО, У МЕНЯ ВСЕГДА ОДИН ВОПРОС – ПОЧЕМУ ВЫ НЕ КУПИЛИ И НЕ ПРОДАЛИ НА ВТОРОЙ ДЕНЬ ДОРОЖЕ?

- Вопрос об отеле "Днепр" и ваша рефлексия на упреки, что, мол, продали дешево.

- Когда люди говорят, что продали дешево, у меня всегда один вопрос: почему вы не зарегистрировались и не купили и не продали на второй день дороже? Этот вопрос, наверное, логичен для тех, кто считает себя экспертом. Потому что у всех есть возможность изучить всю информацию об объекте, зарегистрироваться на абсолютно прозрачные торги и купить по цене, которую считают справедливой. К сожалению, у нас всегда очень много экспертов, которые точно знают, как должны покупаться и продаваться объекты; и гораздо меньше инвесторов, которые реально проводят практические инвестиции, где каждая оценка отражается потом упущенным или заработанным доходом.

Наша задача – обеспечить максимально конкурентные условия на приватизации

Что касается отеля «Днепр», он в среднем приносил примерно 200 тысяч гривен дохода государству в год, то есть – чтобы его окупить (учитывая цену продажи), нужно было бы около 4 тысяч лет. И дай Бог, чтобы этот отель простоял 4 тысячи лет.

Что касается Фонда, мы не определяем цены; наша задача – обеспечить максимально конкурентные условия на приватизации, это основная задача Фонда, потому что только в таком случае будет сформирована реальная рыночная цена и будет найден инвестор, который будет заинтересован в дальнейшем развитии этого объекта.

Нами было сделано абсолютно все по отелю «Днепр», раскрыта вся информация, при поддержке доноров подготовлены аудиты очень многих аспектов деятельности, начиная техническим аудитом. Я думаю, что мало кто знает, но там часть перекрытий – деревянные в этом отеле. На самом деле, состояние отеля – не очень хорошее внутри, я не буду здесь кривить душой: там есть закрытые этажи, которые выглядят так, как хрущевка где-то в 1980-е годы. Поэтому, на самом деле, этот отель необходимо будет полностью реконструировать, чтобы запустить как нормальный бизнес, которому будет не стыдно принимать людей. Что касается работы Фонда, наша задача – обеспечить максимальный доступ всех инвесторов, что было сделано максимально. На аукционе мы увидели двадцать девять инвесторов, цена выросла с 80 млн стартовой до 1,1 млрд. Если посмотреть на участников аукциона (я думаю, вы можете прочитать аналитику, которая была в масс-медиа), там принимали участие, по-сути, все люди, связанные со строительным бизнесом, с инвестициями в Украине. И определился победитель, который предложил самую высокую цену.

ЕСЛИ ПОСЛЕ ПРИВАТИЗАЦИИ В ПРОЦЕССЕ ПЕРЕПРОДАЖИ СРЕДИ ПОКУПАТЕЛЕЙ ОКАЖУТСЯ РОССИЯНЕ, ТО БУДЕТ ЗАПУЩЕН СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС ОТМЕНЫ ПРИВАТИЗАЦИИ

- Вы ощущаете давление людей, которые ведут менеджмент в крупных государственных предприятиях, если будет приватизация?

- Конечно, что есть в Украине, будем честными, большое сопротивление директоров предприятий приватизации, особенно, если директора работали там десятки лет – они понимают, что при приватизации придет новый собственник, который не факт, что захочет с ними сотрудничать. Это действительно такая философская проблема, над которой мы работаем, конечно, и управленческими методами, и пробуем убедить. Потому что есть директора, которые, если они показали себя хорошо на этом предприятии, после приватизации остаются довольно часто на гораздо лучших условиях. Но это просто предмет довольно серьезной операционной работы.

- Как вы отслеживаете, чтобы среди участников не было российских собственников, учитывая, как они умеют закапсулироваться под иностранного инвестора?

- Есть статья закона, которая гласит, что покупатели должны раскрыть своего конечного бенефициара. В случае, если есть кредиторы, они должны раскрыть конечного бенефициара и кредитора, и эти конечные бенефициары не должны иметь отношения к России.

Очень часто высказывают предположения: так потом объект продадут россиянам. Закон определяет следующее: в случае смены владельца объекта приватизации, он так же должен пройти проверку на соответствие 8-й статье закона и раскрыть своих конечных бенефициаров; и если там будут россияне, то будет запущен судебный процесс по отмене приватизации. Этот механизм очень четко прописан законом и обойти его, по сути, невозможно.

Лана Самохвалова, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-