Россия обновляет потенциал влияния «мягкой силы»

Россия обновляет потенциал влияния «мягкой силы»

498
Ukrinform
Событием недели для российских медийщиков стало признание западными аналитиками роста активности инструментов «мягкой силы» Кремля.

Британская международная консалтинговая компания Portland опубликовала рейтинги тридцати ведущих стран мира, которые используют альтернативные информационные ресурсы в своей внешней политике. Речь идет об инструментах так называемой «мягкой силы».

Россия в этом списке заняла 27 позицию. Характерно, что за год до этого Россия была на 50-й позиции в мировом рейтинге «soft power». Многие специалисты просто не понимают, каким образом за такое короткое время Россия смогла войти в рейтинг «soft power-30» и обогнать даже Китай (Китай по сравнению с 2015 г. поднялся всего на две позиции).

Для справки: В понятие «мягкая сила» (англ. «soft power») вложен смысл скрытого информационного воздействия на основе идеалов и ценностей. Целью влияния могут быть как общество, так и отдельные социальные группы или личности. «Крестным отцом» теории «мягкой силы» принято считать американского ученого и политолога Дж. Ная. Он в 1990 г. впервые описал способы влияния на общественное мнение без обязательного силового принуждения, то есть - добровольно. Его концепция «мягкой силы» основывалась на трех основных компонентах: культуре, идеологии и внешней политике. Позднее список концептуальных факторов был значительно расширен. В него вошли привлекательность внутренней политики, экономические достижения, жизненные ценности.

Появление России в списке самых продвинутых стран по «мягкой силе» вызвало недоверие у аналитиков и специалистов. Судя по комментариям компании Portland, она и сама несколько удивлена такому результату. По ее мнению, за последнее время демонстрация «жесткой силы» России в Украине и Сирии была заметнее, чем ее мероприятия «мягкой силы». Кроме этого, само государство находится под санкциями ЕС и США от аннексии Крыма и поддержки сепаратистов на востоке Украины. Portland убеждает, что, несмотря на реваншистскую политику России, в ее потенциале есть огромные достояния «мягкой силы» – Эрмитаж, балет Большого театра, Чехов, Достоевский...

Для справки: Консалтинговая компания по общественным связям Portland Communications вышла на рынок политического PR в 2001 году. Основатель PR-агенства Т.Аллан долгое время работал совместно с британским премьером Т.Блером. К 2009 г. Portland Communications (РС) попыталась расширить собственную сеть бизнеса и открыла агентства в Нью-Йорке, Вашингтоне, Дохе (Катар) и Найроби (Африка). В это же время PС наладил контакты в Астане (Казахстан) и Москве (Россия). В 2006 г. PС заключает официальные контракты с Кремлем по продвижению политического PR. Однако, после своего расширения, компания не смогла выстроить международный бизнес, и в 2012 г. Т.Аллан продает бóльшую часть акций Portland американскому гиганту PR-индустрии Omnicom. В 2014 г. компания Portland Communications заявила, что не собирается продлевать контракты с Кремлем после трагедии с Boeing MH-17, однако, официальных заявлений от руководства обеих сторон не было.

В итоге, Россия оказалась в списке рейтинга мировых лидеров «soft power». Но при этом, в российском экспертном сообществе возникла волна недоверия Portland Communications в отборе России в эту категорию.  

Попытаемся разобраться в возможных причинах.

Существующий арсенал средств «мягкой силы» в России устарел

На сегодня у России существует широкая сеть субъектов «мягкой силы», которые официально занимаются культурными связями с внешними аудиториями. Они функционируют, руководствуясь Концепцией внешней политики РФ (12.02.2013 г.). Более подробно «культурно-гуманитарное сотрудничество» расписано в Приложении 1 к этой Концепции (18.12.2010 г.). При этом, менеджером использования традиционных средств «мягкой силы» выступает российский МИД. Главными государственными инструментами «мягкой силы» России являются:

- Россотрудничество (Федеральное агентство по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству);

- РСМД (Российский совет по международным делам);

- ФПМД (Фонд поддержки международной дипломатии им.Горчакова);

- Росмолодежь (Федеральное агентство по делам молодежи).

Сами же российские политологи и специалисты в области «мягкой силы», оценивая государственную поддержку элементов внешнеполитического влияния, высказывали несогласие с результатами исследования авторитетной PR-компании Portland. Среди них:

Александр Гущин, доцент РГГУ, эксперт Российского совета по международным делам, советует осторожно относиться к этому рейтингу, поскольку сам рейтинг – это элемент «мягкой силы». По его мнению, за последние 25 лет постсоветского периода, у России есть очень серьезные недоработки. На примере Украины все могут их увидеть. Но при этом, у России достаточно хорошо поставлены вопросы с исторической памятью, классическим искусством – балетом, русской литературой и другое.

Наталья Бурлинова, президент центра поддержки и развития общественных инициатив «Креативная дипломатия», считает, что не следует относиться к этому рейтингу как к очень серьезному, профессиональному исследованию, это похоже на простой пиар. По ее мнению, сам факт присутствия России в этом рейтинге говорит о том, что ее информационная активность за рубежом стала ощущаться гораздо больше, и только. При этом, Бурлинова подчеркнула, что в мире не существует глобальных рейтингов по оценке «мягкой силы». Рейтинги британской Portland больше походят на бизнес-PR-проект.

Елена Пономарева, российский политолог, профессор МГИМО, отметила, что правительство России не достаточно уделяет внимания «мягкой силе». К примеру, минобразование РФ ежегодно выделяет квоту на обучение студентов в российских вузах в размере 15 тыс. мест. Но с 2014 г. эти места заполняются на 75%. Уровня «мягкой силы», какой был в бывшем СССР, Россия не достигнет, очевидно, никогда.

Федор Пашин, профессор Высшей школы экономики, подчеркнул, что Россия существенно отстает от наших геополитических оппонентов по количественным и качественным показателям. Их информационно-пропагандистская машина давно отлажена и срежиссирована по целям и задачам, месту и времени, содержанию, формам и методам, каналам воздействия.

Среди основных просчетов России эксперты назвали:

а) отсутствие в России государственных программ развития «публичной дипломатии» – работы с зарубежными обществами в политических целях;

б) слабая поддержка зарубежных общественных организаций, которые занимаются публичной дипломатией и «мягкой силой»;

в) отсутствие связи между российским экспертным сообществом и властными структурами, которые непосредственно принимают решения;

г) навешивание ярлыков по обвинению отдельных народов во вражде к России, что порождает ксенофобию;

д) проблема в использовании современных методов и технологий – как цифровых, так и информационно-контентных;

е) высокая информационная агрессивность России создала мнение о ней, как о недружелюбном и закрытом к внешнему миру государстве.

Подобное мнение было высказано на сайте «Информационного сопротивления», где доказывалось, что Россия не победила Украину с использованием инструментов «мягкой силы». Итогом soft-давления России стал «обратный эффект»:

- доверие украинцев к российским центрам сотрудничества, политическим лидерам России, российским СМИ резко снизилось.

- украинская аудитория сплотилась вокруг идеи национального патриотизма и открыто считает Россию врагом Украины;

- внутри России мнение об Украине стало критичнее примерно в 2,5 раза;

- между родственниками – россиянами и украинцами, возникли социальные барьеры в общении с обеих сторон;

- между государствами практически прекращены культурные отношения и научные обмены;

- в Украине возросло недоверие к деятельности Русской Православной Церкви.

Новые инструменты «мягкой силы»

Поскольку традиционные инструменты «мягкой силы» России оказываются малоэффективными, следует сделать предположение, что Кремль усиленно ведет разработки новых технологий soft-влияния. Некоторые из них Россия испытала в последние годы, и они уже дали ощутимые результаты.

Мы допускаем, что в предложенном ниже перечне будут не все soft-разработки. Но даже то, что нам удалось проанализировать, заставляет по-другому оценивать новые технологии «мягкой силы» России.

Итак, к новым проектам российского «soft power» следовало бы отнести следующее:

- самоприсвоение роли победителя во Второй мировой войне и организация военных торжеств по случаю 70-летия Победы;

- распространение среди зарубежной аудитории резонансных слухов – «распятый мальчик на Донбассе» и «изнасилованная девочка в Берлине»;

- переписывание истории российского государства в интересах Кремля, относительно развития событий в Украине;

- создание массовых миграционных потоков «сирийских беженцев» с целью дестабилизации обстановки в Европе;

- проведение шествий «Бессмертный полк» – отлично отработанной технологии, основанной на исторической, патриотической и культурной составляющих;

- использование Кремлем байкерских клубов с целью популяризации идеологии «русского мира»;

- использование религиозного фактора, как потенциального информационно-психологического резонатора на постсоветском пространстве;

- попытки использования футбольных фанатов в целях демонстрации силы и пропаганды «русского мира» за рубежом и другое.

Новые методы российского «soft power» отличаются узкой информационной сосредоточенностью и больше напоминают информационные диверсии – тайно спланированные операции, наносящие существенный репутационный урон. Для сравнения, ранее традиционные мероприятия характеризовались абсолютной прозрачностью в их планировании, руководстве или финансировании.

*   *   *

Таким образом, данные консалтинговой компании Portland Communications о включении России в рейтинг государств, активно использующих «мягкую силу», следует расценивать как наращивание Кремлем нового soft-потенциала.

По оценкам российских экспертов, в последние годы Кремль снизил поддержку традиционных инструментов «мягкой силы». Вместе с тем, в последние годы отмечено использование новых методик «мягкого» информационного влияния.

Предполагается, что обновление потенциала российской «soft power» приведет к появлению новых центров разработки сценариев «информационных диверсий» в различных регионах. Помимо этого, следует ожидать, что испытания новых сценариев «soft power» Кремль будет планировать и проводить в регионах заинтересованности – Украине, Молдове, Грузии, странах Балтии и др.

Вячеслав Гусаров
ИС

 

* Мнение автора публикации может не совпадать с позицией агентства

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-