Общее горе латышей и украинцев. Депортация. День памяти

Аналитика
429
Ukrinform
Ко Дню памяти жертв коммунистических репрессий, который отмечает ныне Латвия

В ночь с 14 на 15 июня 1941 года органы внутренних дел СССР при поддержке Красной Армии и местных коммунистических активистов-коллаборантов депортировали из Латвии 15424 человек или 0,79% населения. Почти половину, 46,5% депортированных, составляли женщины, 15% – дети младше 10 лет. Общая численность умерших жертв депортации составила 4884 человек (34%).

С обретением независимости День памяти жертв коммунистического геноцида ежегодно отмечается в память жителей Латвии, которых депортировали в Сибирь в ту ночь, которая запечатлелась в народной памяти, как одна из самых ужасных в истории страны.

Мапа депортацій латишів. Червоні позначки - 1941 рік, чорні - 1949

Но в том же июне подобные депортации состоялись на всех территориях, захваченных СССР после заключения с Третьим рейхом пакта Молотова-Риббентропа, в том числе и в Западной Украине. Итак, это наше общее горе, наша общая страшная история пребывания под тоталитарной советской властью, о которой и помнить мы должны вместе.

КРАСНЫЙ ВРАГ ВМЕСТО "ЧЕРНОГО РЫЦАРЯ"

Организационное оформление этой очередной для СССР волны большого террора положило постановление Совнаркома от 14 мая 1941 года "О высылке из Прибалтийских республик, Западной Украины, Западной Белоруссии и Молдавии социально чуждых элементов". Непосредственно подготовкой и осуществлением этого преступного замысла занимался недавно созданный Комиссариат государственной безопасности СССР и его подразделения на местах. В репрессиях Москве помогали местные коллаборационисты, так называемый партийно-советский актив. Их работа заключалась, в первую очередь, в составлении списков для депортации.

Вагони для депортації

Эта волна репрессий была целенаправленной – против тех, кто символизировал свободу, образованность и благосостояние Латвии. Была уничтожена государственная элита. Репрессированные – представители всех народов и всех профессий – латыши (более 80%), евреи, русские, учителя и предприниматели, офицеры, государственные служащие и работники общественного сектора. Ключевым фактором стала их вера в свободную Латвию и работа в ее пользу.

Понятно, что при этом коллаборационисты имели прекрасную возможность не только показать новой власти свою лояльность, но и поквитаться за прошлые обиды, свести счеты со старыми недругами, убрать конкурентов для карьеры.

Вагони для депортації

Террор такого масштаба, осуществленный в маленькой стране, где "все знают друг друга", стал коллективным эмоциональным шоком для Латвии. Страх подпитывался быстро распостраняющимися слухами о том, что готовится вторая волна депортации. На этот раз уже более социально определенная. Планировалось разгромить местное крестьянство (в межвоенное время сельское хозяйство Латвии было фермерским, страна была житницей Европы), чтобы проще было осуществлять коллективизацию.

Уже после войны прокуратура советской Латвии с циничной прямотой высказывала сожаление о том, что стремительное немецкое наступление 22 июня не позволило "окончательно ликвидировать остатки контрреволюционных элементов Латвийской ССР". Пришлось "советам" доделывать свою работу (в марте 1949 года будет осуществлена еще одна массовая депортация).

Вагони для депортації

Первая советская оккупация (1940-1941 гг) получила в Латвии название "страшный год". Этот страх, пик которого пришелся на 14-15 июня, вызвал среди населения такую ненависть, что изменил веками сложенный стереотип коллективного бессознательного, что якобы главный противник латышей – немцы, которые начали захватывать эти земли в XIII веке, и на долгие годы превратили ее жителей в своих крепостных. (В народном сознании представление об этих захватчиках закрепилось в четком негативном образе "черного рыцаря"). Но "красные" оккупанты лишь за год сумели изменить все. В середине 1941 года жители Латвии уже были уверены, что главный их враг – коммунисты, власть которых прочно ассоциировалась с Москвой, Советской Россией.

ЛАТЫШСКАЯ DOLOROSA

Книжкова лавка Музею окупації

В День памяти жертв коммунистического геноцида местный фонд "Дети Сибири" организовал шествие от Музея оккупации Латвии на Ратушной площади к памятнику Свободы, где состоялась торжественная смена почетного караула и церемония возложения цветов. Этот путь – своеобразная Голгофа для латышей. Впереди колонны должны были нести крест с терновым венком и надписью "76" (как раз столько лет прошло с депортации).

 Віктор Меденіс

Когда я спросил у присутствующих, есть ли тут кто-то, кто сам пережил депортацию, мне указали на седовласого человека. Подошел, познакомился. Ветерана зовут Виктор Меденис. Оказывается, в "страшный год" ему исполнилось четырнадцать (то есть сейчас - 90). Поздравил его с юбилеем и послушал рассказ. Еще до 14 июня 1941 года значительная часть его семьи была репрессирована. А остаток большой семьи депортировали в ночь на 15 июня. Завезли их вплоть до Красноярского края - Березовский район, село Константиновка. А название хозяйства Виктор произносит так, что сразу чувствуешь, как лицемерно, вызывающе она выглядит с учетом обстоятельств – совхоз "Мирный".

Представниці української діаспори

В торжественном шествии, как всегда, принимали участие представители украинской диаспоры. Это прежде всего представители смешанных латышско-украинских семей, которые также непосредственно пострадали от советских репрессий. Вот, например, Оксана. Ее отец, Иван Томич, был родом из Коломыи. А мать, Анна Рутка (на латышском языке – "редька") – из Латвии. Родители познакомились в ссылке в Сибири. Работали в колхозе села Тамбовка, за 90 км от Омска. После бракосочетания у Анны и Ивана родились две дочери. Первой дали украинское имя – Оксана, второй – привычное для Латгалии (восточная часть Латвии) - Ирена.

Оксана Томич. Ії батько-українець та мати латишка познайомилися в Сибіру

Семье Рутко было разрешено возвращаться на Родину в 1956 году, семье Ивана – в 1960-м. Но дома же у них все было отобрано. И возвращать советская власть ничего не собиралась. Поэтому еще долгое время они жили в Омске. И только в 1970 году смогли вернуться домой.

"Свою дочь я воспитала патриоткой Латвии и Украины. Когда в 2014 году началась война, она сама первой потащила меня на акции протеста. А еще вспоминаю одну историю. Когда я оформляла пенсию, то мне доброжелатели подсказывали: "Знаете, вы, как репрессированная, можете оформить пенсию в России. Будет больше. Но я ответила: "Спасибо. Мне от этой страны ничего не надо!". "Не все люди могут понять, что не все измеряется деньгами", - подытожила Оксана.

военные атташе

Мы шли в шествии по центру Старой Риги. И эта латышская Dolorosa была впечатляющей – какое-то печальное величественное возвышение в глазах и лицах людей. На Площади Свободы, где собрались все, играл военный оркестр, состоялась торжественная церемония роты почетного караула, выступление Президента Латвии.

Сюда же подошла моя давняя знакомая по украинской диаспоре Любовь Денава. У нее много родственников в Одессе. Поэтому я, будучи одесситом, часто обсуждаю с ней новости Южной Пальмиры. В Сибирь Любовь поехала сама – на заработки. Там она познакомилась с латышом Рудольфсом Денавсом и вышла за него замуж. Видимо, не случайно, что Рудольфс влюбился именно в нее, в украинку. Когда СМЕРШ в августе 1945 года приговорил его к заключению, то он чуть не умер в Сибири от истощения. Рудольфса спас, выходил один украинец, сосланный туда же.

Елга Земзаре (депортація 1941 року), Єва Карклиня (депортація 1949 року) та Любов Денава (її чоловік був засуджений СМЕРШем до Сибіру в 1945 році).

Любовь познакомила меня со своими латышскими подругами. Обе – пострадавшие от советских репрессий различных волн. Семью Элги Земзаре депортировали именно в 1941 году. Большое счастье, что они выжили. Тогда, в июне ей было всего полтора года. А малыши в тех ужасных условиях гибли едва ли не первыми. Большая семья Евы Карклини (их семеро) подпала под послевоенную депортацию (25 марта 1949 года). Причем ее отец в то время уже сидел в тюрьме. "Мы сейчас очень переживаем за Украину, – сказали эти женщины. – Вы должны выдержать и победить. Мы уверены в этом".

ВЕЙОНИС: "КОМПРОМИССЫ ОТНОСИТЕЛЬНО БЕЗОПАСНОСТИ ГОСУДАРСТВА – НЕВОЗМОЖНЫ"

Долгое время на Западе крупные партнеры считали, что страны Балтии и Польша, которые постоянно напоминали о возможности российской агрессии, этакие сумасшедшие. Мягко говоря, закомплексованные на воспоминаниях о завоеваниях их территорий Российской и Советской империями.

Казалось бы, что и кому может угрожать в XXI веке?!

Но агрессия против Грузии, а потом – еще большая и более наглая – против Украины показали, кто прав в этой ситуации.

Президент Латвії Раймондс Вейоніс та спікер Саейми Інара Мурнієце.

Поэтому интересно и полезно было послушать речь 14 июня президента Латвии Раймондса Вейониса. Ключевой ее тезис – трагедия, которая произошла с латвийским народом 76 лет назад, самым беспощадным образом показала гражданам страны, как больно терять самое дорогое, что может быть у народа, – свободу. "Сегодня надо быть бдительным ежесекундно. И понимать: относительно безопасности своего государства компромиссы невозможны!" - подчеркнул президент.

Позиция очень близка сегодняшней Украине.

Да и на Западе в последнее время многое поняли и уже не такие беззаботные, какими были еще недавно.

Олег Кудрин, Рига

Фото, видео автора

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-