Освобождение политзаключенных: "Процесс пошел", но дальше будет сложнее

Освобождение политзаключенных: "Процесс пошел", но дальше будет сложнее

538
Ukrinform
Освобождение украинцев Афанасьева и Солошенко - мнение адвокатов о событии

Еще два украинских политзаключенных вернулись на Родину. И ни на минуту не забывая о тех, кто все еще во вражеских застенках, нужно все же порадоваться этому событию. Однако радуясь ему, следует внимательно присмотреться к деталям и проанализировать их на будущее. 

Вновь была попытка, для Кремля серьезная, для Украины наивная, пристегнуть к этому обмену Виктора Медведчука. Кремлевские СМИ показали заботливо снятые кадры, как Юрий Солошенко (очевидно, знавший Медведчука в прежней жизни) даже обнялся с ним. А вот молодой, но так быстро повзрослевший, посуровевший Афанасьев, вмиг напрягшись, собравшись, лишь холодно пожал Медведчуку руку. И то со стороны это выглядело жалкой подачкой поизносившемуся политику.

На встречу с освобожденными Солошенко и Афанасьевым поспешил сам президент страны. На встречу с Еленой Глищинской и Виталием Диденко - показушная, для картинки, "скорая помощь", из-за отсутствия практической надобности вскоре выехавшая из кадра. А получивший слово на российских телеканалах Диденко первым делом рассказал, какая ужасная антисанитария в украинских тюрьмах. Зачем - понять нетрудно. Чтобы снивелировать тот общеизвестный (кроме граждан России) факт, что Геннадий Афанасьев подхватил во время этапирования из Ростова-на-Дону в Сыктывкар тяжелейшее заражение, сепсис...

Но лучшими экспертами в оценке этого события будут российские адвокаты, защищающие украинских политзаключенных.

Александр Попков, адвокат Геннадия Афанасьева, Николая Семены, Эмира-Усейна Куку

- Чрезвычайно рад, что мой подзащитный Геннадий Афанасьев помилован и возвращен на Родину - в Украину. Но хочу сразу сказать, что я и другие адвокаты, юристы обеспечивали исключительно юридическую поддержку процесса освобождения. А основная тяжесть переговорного процесса легла на консульскую службу Украины, лично Ирину Геращенко. Поэтому я в данной ситуации не готов принимать лавры. Считаю правильней возложить их на украинских дипломатов.

- Главный вопрос к вам - как состояние здоровья Афанасьева?

- Как вы наверно знаете, в последнее время его перевели в Лефортово. Там ему стало несколько лучше, поскольку медицинское было лучше, чем раньше... То есть, нет, честно говоря, в Лефортово медицинская помощь в принципе начала оказываться. А ранее, в Сыктывкаре, с этим были большие проблемы. Сейчас Геннадию нужно срочно пройти медобследование. Выяснить происхождение его заболевания, отчего такой фурункулез? Что это - стрептококки, стафилококки, что-то еще?

- Насколько это опасно?

- Говорят, что очень. В подобных ситуациях, если вдруг наступит резкое ухудшение, человек может "сгореть" буквально за несколько дней. Проблема в том, что тут запущенная стадия болезни, да еще усугубленная плохим питанием, отсутствием витаминов. Если бы не такое состояние здоровья, Гену бы не отпустили.

- "Кейс Афанасьева" в России закрыт. Остаются ли у вас еще какие-то украинские дела?

- Да. Конечно. Я веду и другие украинские дела - журналиста Николая Семены и крымско-татарского активиста Эмира-Усейна Куку. В ближайшем будущем планирую приехать в Киев.

- В пресс-центре Укринформа после освобождения Надежды Савченко выступали ее адвокаты Николай Полозов и Марк Фейгин. Возможно, это станет доброй традицией. От имени нашего информагентства имею честь пригласить вас на пресс-конференцию в наш большой зал, если будет такая потребность.

- Спасибо. Постараюсь воспользоваться вашим приглашением.

Николай Полозов, адвокат Надежды Савченко, Хайсера Джемилева, Ахтема Чийгоза.

- Очень рад. Освобождены еще два заложника. Трое освобожденных - это уже системный случай, практика. Но нужно понимать, что с остальными политзаключенными будет тяжелее.

- Почему вы так считаете? Почему вообще Кремль сейчас согласился отпустить Геннадия Афанасьева и Юрия Солошенко на Родину?

- Ну, разумеется, ни в какие гуманитарные соображения Кремля я не верю. Просто они оба сейчас тяжело больны. И политические издержки для кремлевской власти от их возможной смерти в России, в заключении, были бы намного выше, чем ситуация обмена. Будем надеяться, что в условиях срочного, интенсивного оказания медпомощи состояние здоровья Афанасьева и Солошенко улучшится.

- Что вы думаете об этом обмене, как таковом, о его условиях, его обстоятельствах?

- Ну, насколько я понимаю, Глищинская и Диденко - граждане Украины. И это очень любопытный момент, вызывающий в данной ситуации немало вопросов к Москве. Общепринятый принцип - всякая страна должна, в первую очередь, заботиться о своих гражданах и соответственно действовать в их интересах. Ранее Кремль сам не раз говорил, что на территории Украины в заключении находится немало граждан России. А тут в результате обмена что происходит? Граждан Украины обменяли на граждан Украины, а не России. Почему? Повторюсь, в какие-то гуманные соображения Кремля (женщина, новорожденный ребенок и т.д.) я не верю - это не про Путина. Значит, у Москвы к этим двоим, Виталию Диденко и Елене Глищинской, и уголовным делам, стоящим за ними (сепаратизм, "Бессарабская народная республика", - ред.), есть некоторый политический интерес. И, конечно же, из этих двоих сейчас выжмут максимальный пропагандистский эффект. Что касается позиции Киева в данной ситуации, то к ней особых вопросов нет. Два заложника, причем с запущенными болезнями, вернулись домой. В таких условиях для освобождения своих вообще-то все средства хороши. Но в данной конкретной ситуации никакого ущерба для Киева как раз и не было.

- А какой вам видится ситуация с освобождением остальных украинских политзаключенных в РФ?

- Вот тут у меня как раз много вопросов. Очень сомневаюсь, что это будет легкий процесс. Думаю, Москва станет выдавать остальных только после серьезного внешнеполитического давления. И здесь хочется положительно отметить слова Афанасьева на встрече с Порошенко, обращенные к западным журналистам: санкции по отношению к нынешней России нельзя снимать, а нужно их только усиливать. 

- Возможны ли и нужны ли какие-то тактические изменения в борьбе за украинских политзаключенных?

- Думаю, да. Далее будет неэффективно менять их по одному, по два человека. Мне кажется, теперь нужно объединить всех политзаключенных в единый список. Тогда вероятность будет выше, чем в случае единичных обменов. 

- Тут вашим оппонентам легко поймать вас на противоречии. Когда речь шла об обмене Надежды Савченко, вы с коллегами были категорически против пакетного принципа. 

- Разные подходы в данном случае легко объяснить. У Савченко был очень высокий политический статус - депутат Верховной Рады, депутат ПАСЕ. То есть это отдельный случай. К тому же это был прецедент, прорыв. Афанасьев, Солошенко - тоже особый случай из-за их болезни. У остальных украинских политзаключенных, к сожалению, нет политического статуса, как у Савченко. И к счастью, они не больны...

- Ну как же?.. У Станислава Клыха - тяжелое психическое расстройство. У Александра Костенко - большие проблемы с рукой, сломанной во время пыток. 

- Да, конечно. Здесь тоже есть заболевания. Но они в данный момент не являются прямой угрозой для жизни, а значит, не понуждают Кремль к срочным переговорам. Поэтому я боюсь, что индивидуальные переговоры по каждому из случаев могут затянуться надолго.

- Извините, но я вернусь к нашей частой теме - разбору полетов "оппозиционных" российских СМИ и "либеральных" российских журналистов. В связи с практикой переговоров по политзаключенным, в медиа РФ все чаще слышна позиция, на мой взгляд, лукавая и нечестная. "Не хотим разбираться в деталях обстоятельств дел и суда - главное, нам освободить наших ребят, а Украине - своих, и это первый шаг на пути к примирению". "Украина и Россия мало чем отличаются - пропаганда и там, и там, политическое правосудие и там, и там". 

- Я далек от того, чтобы идеализировать нынешнюю Украину, имеющую свои недостатки. Но соглашусь с вами в оценке подобных тезисов, как неточных и нечестных. Совершенно очевидно, что Кремль по общим темникам продвигает через "либеральные, оппозиционные" российские СМИ свой нарратив. Что особенно опасно, на мой взгляд, это рассчитано не только на прослойку местных, российских интеллектуалов. Мне кажется, Москвой ставится более серьезная задача - опрокинуть эти взгляды на Украину. Хотя они, вроде бы, легко опровергаемы. Ну, разве можно сравнивать Савченко, защищающую свою Родину, - с Ерофеевым и Александровым, взятыми в плен с оружием в руках на чужой территории? Разве можно сравнивать Афанасьева, оговорившего себя под пытками, угрозами; "пенсионера-шпиона" Солошенко, осужденного по засекреченному делу с госадвокатом - с деятелями, ведшими открытую сепаратистскую пропаганду в Одесской области на Юго-западе Украины? При том, что все видят, к чему привела такая же деятельность на Юго-востоке. При том, что в самой Российской Федерации с любым намеком на сепаратизм борются еще жестче - привлекают к уголовной ответственности только за посты в соцсетях... Поэтому украинцам сегодня нужно очень внимательно относиться к любой информации, поступающей из России. С другой стороны, российским гражданам, относящимся к Украине с уважением и симпатией, нужно исключить любое вмешательство в ее дела и ее жизнь. Прекратить назойливое советование или попытки влезть со своими законотворческими инициативами. Граждане Украины должны все это жестко отслеживать и пресекать.

Олег Кудрин, Москва


При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-