Германия и Франция предлагают Украине признать поражение в одной войне и выигрывать вторую

Германия и Франция предлагают Украине признать поражение в одной войне и выигрывать вторую

Аналитика
1083
Ukrinform
Не стоит обижаться: Эро и Штайнмайер действуют в соответствии с интересами своих стран. Мы хотим возразить? Это возможно лишь с позиции нашей силы

Инициатива Германии и Франции сдвинуть с мертвой точки «минский процесс», для чего в Украину прибыли министры иностранных дел этих стран, вызвала у нас всплеск негативных эмоций. Многих украинцев возмутили слова французского министра Жан-Марка Эро на пресс-конференции в Киеве 14 сентября, что после установления режима тишины на Донбассе Киев должен буквально на протяжении недели начать выполнение политических условий Минских соглашений. То есть, в том числе – внести в Конституцию особый статус Донбасса.

В поисках «третьего» пути

Господин Эро и его немецкий коллега Франк-Вальтер Штайнмайер много чего наговорили на той пресс-конференции. Ради справедливости, стоит отметить, что при большом желании их высказывания об этапности выполнения Минских соглашений можно трактовать и как выгодные для Украины. Штайнмайер, например, даже сказал, что «важно восстановить контроль Украины над границей с Россией, и этот вопрос не снят с повестки дня». Впрочем, эту выгоду увидеть трудно, потому что упомянутые высказывания – опять слишком общие, без жесткой привязки одних шагов к другим, без конкретных сроков. В этом плане они вполне в духе размытых пунктов «минских соглашений».

Замирение на Донбассе по российскому сценарию – наше безусловное поражение. По украинскому сценарию – поражение российское. Немцы и французы делают вид, что пытаются создать нечто среднее, по принципу «волки целы и овцы сыты». На самом деле, реально такого «третьего» пути не существует, поскольку идет война, присутствует явная военная агрессия и кто-то – жертва или агрессор – должен уступить.

Где-то уже промелькнула в Интернете метафора, что Германия и Франция пытаются «гальванизировать труп Минских соглашений». По сути – правильно.

Кто бы что не думал и кто бы что не говорил, хоть бы где – в Киеве, Берлине, Москве, Париже – Минские соглашения в принципе не могут быть выполнены, потому что они не так выписаны, чтобы могли быть выполнены. Каждая из сторон, которая поставила свою подпись под «минском», имела свое на уме.

Соответственно, любые «модернизации» этих сделок, не предполагающие принципиальных изменений, и прежде всего – четкого определения агрессии как агрессии, тоже не могут быть выполнены. Одного этого для нас вполне достаточно, чтобы сдержать эмоции и не паниковать. Потому что, выходит, ничего существенно не меняется, общая ситуация остается такой, как и была.

Будем откровенны: наши негативные эмоции вызваны как возмущением позиции Германии и Франции, так и опасением, что украинская власть не устоит перед объединенным давлением всех других участников «нормандского формата» и согласится на фактическую капитуляцию, то есть – на «замирение» по российскому сценарию. Опасения, возможно, и не беспочвенные, однако Франция и Германия здесь уже совсем ни при чем. Это наша сугубо внутренняя проблема.

Не понимают, потому что не заморачиваются

Нам очень хочется, чтобы Германия и Франция полностью поддерживали принципиальную позицию Украины: безусловный вывод российских войск как начало всего процесса урегулирования ситуации на Донбассе. Одним словом, мы хотим, чтобы Россия освободила захваченную украинскую территорию – и все, дальше – это уже наше дело, каким будет политический статус Донбасса после войны. Позиция – справедливая и логичная. Дело за малым: добиться, чтобы агрессор ушел с Донбасса на наших условиях. Вот тут и проблема. Украина не может Россию заставить это сделать, по крайней мере – сегодня. Мы хотим, чтобы Россию выгнало из Донбасса «международное сообщество», причем – незамедлительно. Другими словами, чтобы кто-нибудь за нас освободил нашу землю. Мы искренне убеждены, что Запад запросто может это сделать и для этого ему вовсе не нужно прилагать каких-то сверхусилий, достаточно ввести действительно жесткие санкции и перестать заигрывать (хитрить) с Кремлем. Одним словом – решительно встать на защиту справедливости и разрушенного Россией международного порядка. Разве им это так сложно? Это мы, украинцы, слабые, разобщенные, коррумпированные, это наша «хата с краю», а вот европейцы и американцы – могучие рыцари с военной и экономической мощью, которая на порядок превосходит российскую силу. Запад, если бы захотел, мог бы решить все наши проблемы «между обедом и ужином».

Не впервые звучит вопрос: разве Меркель и Олланд не понимают, что замирити Россию и Украину Минские соглашения не могут? А если понимают (не дураки же они, в самом деле!), то почему их поддерживают? Вопрос вполне логичный, но только в случае, если мы отождествляем украинские интересы с франко-немецкими. А это – грубая ошибка.

Мы не понимаем и не хотим понимать, почему Берлин и Париж так упорно держатся за Минские соглашения. Или они не замечают нереальности их выполнения? Или им не говорили, что в Верховной Раде нет 300 голосов за «особый статус»? Что политически активная часть украинского общества категорически не воспримет ни амнистии террористам-сепаратистам, ни этот самый «особый статус»? Что попытки «переломить через колено» общество в этом вопросе только спровоцируют масштабный политический кризис в стране?

Это может показаться кому-то невероятным, но такие вопросы для немцев и французов являются третьестепенными, а если уж совсем откровенно – они ими совершенно не заморачиваются. А чтобы понять почему не беспокоятся, то надо всего лишь, наконец, осознать простую истину: Германия и Франция имеют свои, отличные от украинских, национальные интересы в целом и интересы в «нормандском формате» – в частности. А поэтому нам просто нет смысла возмущаться по этому поводу. Бесполезная трата времени и энергии.

Да, слова французского министра о том, что Украина должна изменить Конституцию и принять особый статус Донбасса, звучат грубо и цинично, в них нет ни капли уважения к украинскому народу, к государству Украина. Хотя, конечно, лично министр вовсе не хочет оскорблять Украину и лично вполне с уважением относится к украинцам. Но все это не имеет значения, поскольку министр осуществляет государственную политику Франции, а она (политика) заключается в том, чтобы любой ценой прекратить расползание войны, чтобы Франция могла строить свои отношения с Россией, исходя исключительно из собственных интересов, не учитывая интересы кого-либо другого, в том числе – Украины.

Чего хотят Оланд и Меркель?

Этого никто никогда не скажет вслух, то есть – официально, но немецко-французская позиция относительно путей достижения мира на Донбассе исходит из того, что Украина войну уже проиграла. Правда, они имеют в виду две войны: одна за Донбасс и Крым, другая – за Украину. Вторая продолжается, и в ней Германия и Франция вполне на нашей стороне, готовы помогать по максимуму (при условии, что в Украине будут проведены политические и экономические реформы), готовы видеть Украину в составе объединенной Европы и даже НАТО (при тех же условиях). А вот первую войну, где, в отличие от второй, уже были задействованы военные силы, Украина, по их мнению, проиграла, а потому ей надо соглашаться на требования победителя. Да, эти условия стоит пробовать минимизировать, чтобы они не переходили границ утраченных Украиной территорий, но настаивать на безусловном уходе России из них – нереальное и бесперспективное дело. По крайней мере, этот вопрос стоит отложить на будущее.

Итак, на вопрос, понимают ли в Берлине и Париже, что Минские соглашения не могут быть одинаково выгодны и для Украины, и для России, что буквальная их реализация означает признание Украиной поражения, ответ: очень хорошо понимают! Они, фактически, предлагают Порошенко (Украине) смириться с этим поражением и радоваться будущей победой, когда Украина станет политически и экономически – частью Европы. А тогда, кто знает, может и Донбасс с Крымом как-то удастся вернуть. Вот такое сочетание интересов Украины с интересами Франции и Германии в Берлине и Париже готовы приветствовать и поддерживать.

Украина (и власть, и общество) сегодня – сознательно или не сознательно – выбирают, соглашаться на такое предложение наших партнеров по «нормандскому формату». Имеется ли ему альтернатива? Чтобы ее найти, а этого нам очень хочется, не стоит, повторим, тратить время и усилия на эмоции. Собственно, ее особо и искать не надо, она известна: стать сильнее, настолько, чтобы отвоевывать свою землю самим. В этом нелегком деле и нашим эмоциям найдется работа.

Юрий Сандул. Киев


При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-