Реинтеграция Донбасса: еще одна попытка избежать войны?

Реинтеграция Донбасса: еще одна попытка избежать войны?

558
Ukrinform
Несет ли угрозы суверенитету Украины фиксация в законе Минских соглашений? Каковы риски продления особого порядка в ОРДЛО?

За судьбой таинственного законопроекта, интерес к которому подогревали все – и власть, и оппозиция, и журналисты, и эксперты – мы наблюдаем с весны. Мы понимали, что он нужен власти и политтехнологически: на каждом шагу адепты "зрады" попрекали ее, что в языке официальных документов войну не назвали войной. Агрессию агрессией. (Политическая ситуация требовала термина "АТО", но после получения безвиза можно уже и не стесняться с терминами).

Этот документ должен вызреть и с точки зрения дипломатической. Закон – это значительно важнее, чем мы иногда думаем. Он для всего мира фиксирует внешний курс, дает четкое определение ситуации. Закон (под ним условно назовем все реинтеграционные намерения) был нужен, чтобы что-то сделать с особым порядком самоуправления в ОРДЛО. Срок действия принятого в начале войны закона заканчивается, что дальше? В конце концов, в ситуации с Россией должно быть продолжение разговора. И для власти, и для общества.

На прошлой неделе за текстом законопроекта гонялись все политики, все журналисты. Один за другим в соцсетях появлялись скороспелые комментарии к текстам законопроекта. Потом появились законопроекты-конкуренты – от Оксаны Сыроед и Мустафы Найема. Мы решили не обсуждать их сейчас, пока их принятие кажется нереальным. Ну не будет же власть собирать голоса под законопроекты своей внутренней оппозиции.

Если же говорить о текстах законов, давайте посмотрим, что в них нового.

1. Там упоминаются все эти, давно выстраданные в обществе, термины: «вооруженная агрессия РФ», «террористическая деятельность», «оккупационная администрация» и тому подобные.

Уже в преамбуле закона 7163 пишется, что «Российская Федерация инициировала, организовала и поддерживала террористическую деятельность в Украине, осуществляет вооруженную агрессию против Украины и временную оккупацию частей ее территории, применяя регулярные соединения и подразделения вооруженных сил и других воинских формирований Российской Федерации, подчиненных и направляемых ими российских советников и инструкторов и используя засланные, созданные, управляемые, контролируемые и поддерживаемые, в том числе финансово, вооруженные банды и группы, иррегулярные силы и наемников, установив оккупационную власть Российской Федерации, осуществляемую ее вооруженными силами и другими военными формированиями, государственными органами и подконтрольными Российской Федерации самопровозглашенными органами (оккупационная администрация Российской Федерации).

2. Законопроектом фиксируется нарушение международных договоренностей, отмечаются многочисленные факты «отжима» украинских предприятий и разрушения инфраструктуры.

«Отмечая, что действия Российской Федерации, ее вооруженных сил, других военных формирований и оккупационной администрации Российской Федерации на территории отдельных районов Донецкой и Луганской областей грубо нарушают достигнутые на международном уровне договоренности, в частности путем: систематического несоблюдения режима прекращения огня и продолжения обстрелов гражданских объектов и инфраструктуры, следствием чего являются многочисленные жертвы среди гражданского населения, военнослужащих Вооруженных Сил Украины и других военных формирований Украины; последовательных попыток распространить российское законодательство и налоговую систему на отдельные районы Донецкой и Луганской областей; выдвижения незаконных требований о перерегистрации предприятий и взыскания денежных средств в пользу оккупационной администрации Российской Федерации в отдельных районах Донецкой и Луганской областей; введения оборота российского рубля как единой валюты в отдельных районах Донецкой и Луганской областей; введения на предприятиях в отдельных районах Донецкой и Луганской областей так называемого "внешнего управления", что означает де-факто их экспроприацию; выдачи и признания незаконных идентификационных документов и регистрационных знаков транспортных средств в отдельных районах Донецкой и Луганской областей».

3. Статьи закона уточняют, какие территории в Донецкой и Луганской областях являются временно оккупированными.

4. Отмечается, что «временная оккупация Российской Федерацией территорий в Донецкой и Луганской областях является нелегитимной и не создает для Российской Федерации никаких территориальных прав».

5. Важный пункт, который считается наиболее резонансным – при осуществлении органами государственной власти Украины политико-дипломатических мер по восстановлению территориальной целостности Украины в пределах международно признанной границы Украины обеспечивается приоритетность безопасности выполнения положений Минского протокола от 5 сентября 2014 года, Минского меморандума от 19 сентября 2014 года и "Комплекса мер" от 12 февраля 2015 года с целью создания необходимых условий для политического урегулирования в соответствии с нормами и принципами международного права и законодательства Украины.

6. Для обеспечения национальной безопасности и обороны, сдерживания и отпора российской вооруженной агрессии в Донецкой и Луганской областях привлекаются в установленном порядке силы и средства (личный состав и специалисты отдельных подразделений, воинских частей, оружие, боевая техника, специальные и транспортные средства, средства связи и телекоммуникаций, другие материально-технические средства) Вооруженных Сил Украины, других военных формирований (Службы безопасности Украины, Службы внешней разведки Украины, Государственной службы специальной связи и защиты информации Украины, Национальной гвардии Украины, Государственной пограничной службы Украины, Управления государственной охраны Украины, Государственной специальной службы транспорта), Министерства внутренних дел Украины, Национальной полиции Украины, центрального органа исполнительной власти, реализующего государственную политику в сфере гражданской защиты.

Второй закон – № 7164, фактически две страницы текста.

В нем предложено внести изменения в прошлогодний Закон Украины "Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей" (Ведомости Верховной Рады Украины, 2014 г., № 45, ст. 2043), изложив статью 1 в следующей редакции:

"Статья 1. Согласно этому Закону временно, на срок, истекающий через один год со дня вступления в силу Закона Украины "О создании необходимых условий для мирного урегулирования ситуации в отдельных районах Донецкой и Луганской областей" вводится особый порядок местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей, к которым принадлежат районы, города, поселки, села, которые определяются решением Верховной Рады Украины (далее – отдельные районы Донецкой и Луганской областей).

На момент написания материала в Верховной Раде кипят страсти. Одни народные депутаты предвещают «зраду». Другие – в раздумьях. Мы решили поставить двум экспертам следующие вопросы:

- Действительно ли упоминание Минских соглашений несет угрозу суверенитету?

- Несет ли риски продлжния особого порядка в оккупированной зоне?

- Как, по их прогнозам, будет реагировать Россия на принятие этих законов?

ЗАКОН ДЕЛАЛИ В СПЕШКЕ ПОД ВСТРЕЧУ ВОЛКЕРА И СУРКОВА

Роман Безсмертный, экс-вице-премьер, народный депутат четырех созывов, Чрезвычайный и Полномочный посол Украины:

- Начну с третьего вопроса. Россия примет в штыки все, что не приняла бы Украина. Но мы протягиваем руку: давайте говорить. Но у России нет ответов на все вопросы, которые звучали на Минском процессе.

Что касается Европы... Европа примет украинское предложение, каким бы оно ни было. Но потом последует вопрос: а что дальше, а вы думаете работать? И снова придут к бессмысленной форме выполнения Минских договоренностей. А что выполнять, когда его уже выполнить невозможно, а порой – опасно?

Закон об ОРДЛО не будет работать, и не может работать, пока не решены вопросы безопасности. Можно выпрыгивать из штанов, требовать, а что дальше? Без решения вопросов безопасности дальнейшие процессы невозможны.

Позиция – «Примите закон, мы же не обязываем это выполнять» – ослабляет нас. Это дает козырь самой России, мол, «они и не собирались выполнять».

Думаю, что эти законопроекты послужат своего рода входным билетом в новые решения и дискуссии – как в Украине, так и за ее пределами.

Это, в частности, вклад в продолжение диалога между спецпредставителем Госдепартамента США по делам Украины Куртом Волкером и помощником президента России Владиславом Сурковым. Следующая их встреча запланирована в Сербии через несколько недель, поэтому с этими законопроектами и была определенная спешка.

Но величайшая из опасностей – легитимизация так называемых «минских договоренностей». Я не ожидал, что в этих документах появятся договоренности, которые, на самом деле, никакого правового смысла, никаких реальных обязательств не несут. Кроме того, в них попытка по-разному смотреть на суверенитет в отношении Крыма и территорий Донецкой и Луганской областей. Это приведет к тому, что Россия будет торговать такой двоякой позицией Киева.

И хотя положительно то, что термин «реинтеграция территорий» начал звучать, однако в тексте законов реальных инструментов реинтеграции не дано.

Настоящая интеграция – это долгосрочный процесс, со многими составляющими. К сожалению, после трех лет войны ее уже не возможно провести ни за 5, ни за 10 лет. Такой конфликт измеряется десятилетиями, имеет характер кровного конфликта. Поэтому план реинтеграции должен быть многоходовым и очень объемным, – добавил политик. – Дискуссия ведется в плоскости, в которой нет решения. Почему был предложен тезис о реинтеграции? Это не возвращение в Украину, это означает движение навстречу. И тут нужно начинать с четких дефиниций: кто агрессор, кто коллаборационист, что такое «гражданское население». Но здесь ничего такого не дается.

Зато здесь экзамен для Верховной Рады: сдаст ли она экзамен и начнет работать над законом о реинтеграции. Это и решение военных вопросов, и решение вопросов безопасности, и решение социальных, и проблема переходного законодательства, и проблема гражданских администраций, и проблема применения амнистии. А то, что я вижу, не отвечает и на десятую часть вопросов. Говорили-говорили о реинтеграции, а все закончилось пролонгацией закона об особом статусе.

РИСК СНЯТИЯ САНКЦИЙ ЗНАЧИТЕЛЬНО БОЛЬШЕ, ЧЕМ УПОМИНАНИЕ МИНСКИХ ДОГОВОРЕННОСТЕЙ

Сергей Таран, политолог:

- Мы живем в реалиях войны с Россией. И это нужно регулировать в законодательном поле. Следует мобилизовать армию и общество для борьбы с врагом. А есть реалии мирных переговоров, к которым Запад толкает Украину, и это называется «Минский процесс». Новый законопроект должен выполнить две вещи, дав возможность нам пройти меж двух огней. С одной стороны, он должен закрепить новые реалии. С другой стороны, в законопроекте следует подтвердить необходимость выполнения Россией Минских договоренностей, потому что именно они (нарушения Россией договоренностей) являются основанием для продолжения санкций в отношении России.

Поэтому, отталкиваясь от этих вещей, мы должны принимать проект закона. И оценивать эти законопроекты надо только с одной точки зрения: дают ли они возможности для украинской дипломатии, дадут ли они нам возможности продолжить санкции и дать время для укрепления армии.

Если говорить о рисках. Мне кажется, что гораздо больше рисков от того, что мы не будем иметь закон, называющий агрессию войной и дающий возможности для нашей дипломатии.

О Минских соглашениях и упоминании их в законе. Минские договоренности были упомянуты и Постановлением Совета Безопасности ООН. И невыполнение их – основание для санкций. Если и стоит их вспоминать, то не столько сами договоренности, сколько ту логику, которая заложена в украинской интерпретации. Там же стоят предохранители, которые говорят, что о выборах или других продвижениях можно говорить только после того, как оттуда уйдет российская армия, будет восстановлен контроль над границей. Если все эти вещи учесть и описать, то их можно упоминать в законе. Не только слово, а словосочетание «минский процесс», которое можно интерпретировать. Да, этим словосочетанием следует пользоваться очень осторожно, говорить внимательно, учитывать нашу логику и интерпретацию.

Дальше, что касается продления закона об особом статусе. Он не вступает в действие. Продолжается война. И тут так же применяется формула: пока нет контроля над границей, ни о каком выполнении закона речь не идет. Но если мы исходим из Минского процесса, и этот законопроект прекратит действие за истечением времени, то это уже изменение юридического основания для того, чтобы Запад продолжал санкции против России. Поэтому, имея два риска, мы должны осознавать: риск снятия санкций значительно больше.

Для России принятие законов – сценарий негативный. Потому что для них идеальный сценарий – наш выход из Минска и объявления войны. Поскольку мы этого не делаем, то реакция России будет негативной.

Лана Самохвалова, Киев.


При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-