Польша прессингует Украину. Но это не футбол, а шантаж

Польша прессингует Украину. Но это не футбол, а шантаж

326
Ukrinform
Последние действия и заявления польской верхушки, похоже, свидетельствуют о том, что поляков не устраивает «статус-кво» в вопросе, кому какая территория принадлежит

«Министр спросил у меня, была ли Западная Украина оккупирована в 1918 году. Я ответил, что да, что это была оккупация. Тогда он резко развернулся с порога и не зашел в музей. Это было, по моему мнению, сделано умышленно, это умышленный политический шаг».

Так рассказывал корреспонденту Радио Свобода директор Национального музея-мемориала жертв оккупационных режимов «Тюрьма на Лонцкого» во Львове Руслан Забилый о своем общении 5 ноября с министром иностранных дел Польши Витольдом Ващиковским во время визита последнего во Львов.

Именно так - «умышленный политический шаг». Или, если без дипломатии, - провокация. Что хотел министр Ващиковский услышать от директора музея? Что это была не оккупация? Тем самым Руслан Забилый признал бы, что создатели и защитники Западноукраинской народной республики (ЗУНР) – это мятежники и сепаратисты, которых власть возрожденного государства Польши вполне законно и справедливо уничтожила силой оружия. И наоборот, демонстративно отказавшись посетить музей в ответ на слова директора об оккупации Западной Украины в 1918 году, польский министр показал, что он как раз считает создателей и защитников ЗУНР мятежниками и сепаратистами, которых Польша справедливо тогда наказала. Не надо иметь особых талантов к анализу, чтобы продолжить логику Ващиковского: те, кто потом – с 1918 по 1939 года – сражался на Западной Украине против польской власти, тоже мятежники и сепаратисты, а поскольку боролись они в том числе и вооруженно, то и бандиты. Собственно, поляки и не скрывают, что именно так они относятся к ОУН, УПА, Бандере и Шухевичу. И хотят, чтобы мы согласились с такой оценкой, фактически признав тем самым, что никакой национально-освободительной борьбы украинцев на Западной Украине не было (ведь сепаратисты, мятежники и бандиты не могут вести такой борьбы по определению), и что потеря Польшей Западной Украины в 1939 году – акт исторически несправедливый (пока хотя бы в такой неофициальной формулировке), совершенный двумя кровавыми диктаторами – Гитлером и Сталиным – совместной вооруженной агрессией против суверенной Польши.

Демонстрация польского министра перед львовским музеем – малоприятный инцидент в украинско-польских отношениях, но гораздо хуже то, что он – лишь один из целой череды подобных эпизодов, посыпавшихся, как спелые груши от сильного ветра, в последние несколько дней. Заявления польских политиков об украинско-польских отношениях, в том числе чиновников и самого президента Польши, одновременно и резкие, и массированные.

Міністр закордонних справ Польщі Вітольд Ващиковський під час візиту до Львова відмовився відвідати Національний музей-меморіал жертв окупаційних режимів
Министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский во время визита во Львов отказался посетить Национальный музей-мемориал жертв оккупационных режимов "Тюрьма на Лонцкого"

О чем не хочет говорить Ващиковский

Сегодня Польша сознательно обостряет двусторонние отношения. Для чего это Польше в далекоидущем плане – автор Укринформа уже высказывал свои предположения. А нынешние острые заявления польских чиновников (не только министра иностранных дел) обусловлены и конкретной причиной: будущим (уже в декабре) визитом президента Польши Анджея Дуды в Киев.

Что должно быть, с точки зрения польской стороны, главным позитивным итогом визита?

Здесь придется уточнить, что такого страшно важного, по мнению поляков, случилось в отношениях Польши и Украины за последние полгода.

Прежде всего надо подчеркнуть, что сейчас важнейшим элементом своих отношений с Украиной Польша считает поиск и обустройство могил поляков в Украине. Польша и Украина в свое время договорились о такой работе на паритетных началах, то есть, поиск, обустройство и узаконивание могил будет происходить и в Украине (польских), и в Польше (украинских), и отвечают за нее Украинский институт национальной памяти (УИНП) и Институт национальной памяти Польши (IPN).

26 апреля в польском селе Грушовичи на местном кладбище снесли памятник воинам УПА. Снос состоялось с согласия местной власти, потому что памятник был установлен в свое время без ее официального разрешения. С формальной точки зрения – все правильно, все по закону. Однако законность не должна быть выборочной. Если уж сносить памятники, установленные без разрешения (а они есть и в Украине, и в Польше), тогда все.

В мае УИНП (председатель – Владимир Вятрович) с согласия Государственной межведомственной комиссии по делам увековечения памяти участников антитеррористической операции, жертв войны и политических репрессий (выдает разрешения на установку памятников и других историко-культурных символов) решил приостановить выдачу разрешений на деятельность IPN в Украине (археологические работы, установку памятников, и тому подобное) до тех пор, пока в Польше не восстановят разрушенный памятник УПА и не легализуют существующие украинские памятные места, а украинская сторона обязуется легализовать все польские мемориалы на своей территории.

Поляки возмутились. Они говорят, что поиск польских могил и установку на них памятников нельзя останавливать, и это, мол, не может быть предметом торга. И тем временем ІРN продолжает свою работу в Украине. В частности, с его участием 28 октября в Винницкой области (город Бар) с нарушением украинского законодательства (то есть, без разрешения) открыт памятник жертвам сталинских репрессий в виде католического креста и надписей на польском и украинском языках («Жертвам сталинских репрессий. Помнящие потомки»). И это не единичный случай.

Разумеется, ничего плохого в том, что могилы погибших поляков в Украине будут найдены и упорядочены, нет и быть не может. Вопрос лишь в том, чтобы такая работа велась с параллельным устройством могил украинцев в Польше, а также памятники не содержали надписей, которые хотя бы в малейшей степени затрагивали политику. Но как раз этого паритета сегодня нет. Поляки обустраивают могилы своих соотечественников в Украине самовольно, без согласования с украинскими властями и без соблюдения украинского законодательства. По данным Украинского института национальной памяти, таких «нелегальных» польских памятников уже около 150, а всего памятников – более 200. Зато в Польше памятники погибшим украинцам сносятся, и это при том, что их в Польше, по тем же данным, всего около 20.

Вот что пишет Радио Свобода в материале о упомянутом визите министра иностранных дел Польши во Львов: «Витольд Ващиковский заявил во Львове представителям польских СМИ, что Польша ожидает от Украины реальных шагов по украинско-польскому примирению в вопросах совместного исторического прошлого и что украинские памятники, которые построены в Польше незаконно, без согласия польской власти, должны быть определены как нелегальные, а их демонтаж зависит от местного самоуправления. При этом польский министр не стал прямо отвечать на вопрос по поводу польских памятников, установленных в Украине самовольно, без согласия украинских властей и без соблюдения украинского законодательства... Должна ли Украина, по мнению министра, должна действовать адекватно, как Польша? На этот вопрос Радио Свобода Витольд Ващиковский ушел от ответа».

На  фото: пам'ятник полякам у львівському селищі Гута Пеняцька (ліворуч) та зруйнуваний пам'ятник воякам УПА в польському селищі Грушовичі
На фото: памятник полякам во львовском поселке Гута Пеняцкая (слева) и разрушенный памятник воинам УПА в польском поселке Грушовичи

Не сегодня, а когда

Но почему поляки не желают паритета в вопросе обустройства могил? Почему они так настойчиво подчеркивают важность истории для нынешних и будущих двусторонних отношений?

Ответ лежит в плоскости, о которой тщательно избегают говорить официальные лица и в Польше, и в Украине.

Позиция Украины в украинско-польских исторических спорах очевидна: оставить все вопросы историкам и местным органам власти. Как сказано в последнем заявлении нашего МИД, «Украина не намерена политизировать историческое прошлое украинско-польских отношений». Мол, пусть историки спорят и ищут общие оценки прошлого. Пусть ищут хоть сто лет, никто здесь «регламента» не устанавливает. А благоустройство могил – это забота и ответственность местной власти, памятники можно устанавливать всем погибшим полякам и украинцам, чтобы не было нарушений законодательства при их установке, и надписи на них были максимально нейтральными (пока историки ищут общие оценки). А президенты, правительства, парламенты обеих стран, обменявшись посланиями «прощаем и просим прощения», должны заниматься исключительно будущим.

Украине выгоден такой путь разрешения исторических противоречий, потому что он гарантирует «статус-кво» в вопросе, кому какая территория принадлежит.

А Польшу такой путь, похоже, не устраивает, потому что именно территориальный «статус-кво» поляки не прочь изменить – если не сегодня (это нереально), то когда-нибудь. И именно этот вопрос, по сути – территориальные претензии Польши к Украине, высказанные в завуалированной форме, политики нынче обходят молчанием.

По этой логике, все так и выглядит. Поляки сегодня так активно «прессингуют» украинцев в вопросе, как его называют поляки, «эксгумаций в Украине», чтобы утвердить свое «историческое», «законное», «справедливое» (все термины – публицистически-эмоциональные, а не правовые) право на возвращение «схидных кресив» в состав польского государства. Эти многочисленные могилы и памятники должны показать миру, что поляки на этих землях были, и очень много, и если их сегодня нет, то только потому, что их массово (геноцид!) положили в землю бандиты из УПА и ОУН.

Володимир В'ятрович, голова Українського інституту національної пам'яті
Владимир Вятрович, председатель Украинского института национальной памяти

Чего Дуда хочет от Порошенко

Польша хочет, чтобы решения в важнейших для них «исторических» вопросах принимали не историки (они их никогда не примут, а если примут, то слишком общие, неконкретные, «выхолощенные»), а политики, потому что эти вопросы для Польши политические, а не исторические. Польскую оценку истории украинским историкам и украинскому обществу навязать невозможно, это можно сделать только политическому руководству Украины. Конкретно, что касается нынешнего момента, именно оно, под давлением Польши, должно или уволить Владимира Вятровича, или приказать ему принять позицию польской стороны (то есть, позволить ІРN свободно работать в Украине). Давление поляков персонально на Вятровича просто неистовое. Они уже открыто, причем устами и министра иностранных дел, и самого президента Польши, требуют его изгнания с должности. «Люди, которые откровенно провозглашают националистические и антипольские взгляды, не должны занимать важные должности в украинской политике» - это Анджей Дуда, не сомневайтесь, Вятровича имеет в виду.

Вот чего хочет Анджей Дуда от Петра Порошенко по итогам предстоящего визита – устранения директора УИНП как препятствия польской «исторической» политике на украинских территориях. И если украинская сторона такого результата не гарантирует, тогда зачем Дуде ехать в Киев? Поскольку именно так рассуждает министр иностранных дел Польши – «стоит ли рекомендовать визит президента Польши в Украину?» - это лишнее доказательство, что вопросы польских захоронений и памятников в Украине для Польши являются важнейшими. Все остальные темы двусторонних отношений (торговля, взаимодействие в противостоянии российской агрессии – да любые!) менее важны для Польши.

Заметим, что кроме истории в украинско-польских отношениях, по словам Ващиковского, «костью несогласия» является также образование («до известной степени») и возвращение польской общине в Украине церковного имущества костелов и приходских зданий. Кто-то представляет объем такого имущества с учетом того, сколько костелов построено в Украине за века польской власти, которая решительно поддерживала на украинских землях католическую церковь?

Как видим, масштаб польских претензий к Украине растет, как на дрожжах. И время для давления выбрано соответствующее: как раз тогда, когда Украина больше всего нуждается в поддержке на международной арене, когда она не может себе позволить конфликт с западными соседями из-за войны с восточным. То есть, выбрано время, благоприятное для шантажа.

И все-таки Польша нервничает. Заявления польского президента о том, с какими взглядами не следует принимать на высокую государственную службу в Украине, это явный «перебор», который свидетельствует, что поляки отнюдь не уверены, что смогут дожать Украину в вопросе «эксгумаций в Украине». И действительно, требования поляков настолько неприемлемы для украинской стороны, что уже не имеет значения: трудно ли нам сегодня или не трудно, идет ли война с Россией, или уже не идет.

Юрий Сандул, Киев


При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-