И право на ложь отобрать, и не скатиться в диктатуру

И право на ложь отобрать, и не скатиться в диктатуру

Аналитика
542
Ukrinform
Участники круглого стола в Укринформе доказали важный тезис: свобода слова заканчивается там, где начинается национальная безопасность

На фоне потрясений, которые происходят в информационном пространстве Украины в последнее время, Национальный институт стратегических исследований инициировал важную дискуссию о том, какой же должна быть политика ограничения информационной антиукраинской деятельности. В обществе регулярно возникает вопрос, не превращаемся ли мы в борьбе с информационной агрессией в «маленькую Россию» с ее «любовью» к ограничительным практикам? Хотя при этом все понимают — запрет вражеской пропаганды в условиях гибридной войны – вполне оправданный шаг. Но как его сделать, чтобы не навредить демократии? Ответ на этот вопрос искали участники круглого стола “Право на ложь агрессора или безопасность Украинского государства: способствует ли блокирование антиукраинских сайтов появлению в Украине «информационного авторитаризма»?”, который проходил в Укринформе 31 мая.

Сидит страшный черт пропаганды, как нанамалёванный

Блокирование на территории Украины российских сайтов с антиукраинским и сепаратистским контентом (помимо известных российских соцсетей Одноклассники.ру, Вконтакте.ру, всего около 20 сайтов) стало огромным раздражителем не только для тех, кто за свободой слова скрывает свою враждебную деятельность, но и для части украинского общества, которая видит в блокировании чуть ли не признаки “наезда” на собственные права и свободы.

Действительно, Украина до сих пор не настроила четкие правила игры в сфере собственной информационной безопасности так, чтобы это соответствовало демократическим стандартам, и, собственно, безопасности. Мы постоянно наталкиваемся и на недовольство собственных граждан, и на “фе” западных партнеров. А между тем, западные государства тоже вынуждены все активнее прибегать к ограничительным мерам в отношении российских псевдомедиа. Так, Германия приняла закон о противодействии распространению языка ненависти в социальных сетях. Подобный документ готовится принять Франция. В европейских странах и в Евросоюзе в целом создаются специальные государственные структуры, направленные на противодействие валу российской дезинформации.

Татьяна Черненко

“Те информационные воздействия, которые сегодня есть на территории Украины, а также в других странах, подтверждают: у нас идет гибридная война, и мощная пропаганда - ее неотъемлемый и едва ли не самый эффективный инструмент. Раньше мы над этим вообще не задумывались. Но должны признать: деструктивные информационные воздействия - это признак уже не только украино-российского конфликта, но и мировой гибридной войны, которая разворачивается на наших глазах”, - отмечает Татьяна Черненко, заведующий отделом гуманитарной безопасности Национального института стратегических исследований.

Деструктив заключается, прежде всего, в том, что распространяемая информация в результате меняет мировоззрение и поведение человека (в военной, политической, экономической сферах). Пропаганда страшна тем, что превращает неприязнь во враждебность, друга во врага, а свободу во вседозволенность... И, что хуже всего, весь этот деструктив имеет легальные каналы распространения.

Олег Покальчук

“Гибридные информационные инструменты воздействия на массовое сознание постоянно модифицируются, как вирус. Сегодня мы столкнулись с реальной угрозой информационных “отравлений”. И, как те же вирусологи, должны реагировать на появление новых “штаммов” вирусов, чтобы разрабатывать противоядие. Поэтому ограничения, гигиена или карантин (если говорить в медицинских терминах) для нашей страны крайне необходимы. Это вопрос нашего выживания”, - говорит Олег Покальчук, член правления Института общественно-экономических исследований, социальный психолог.

По словам господина Покальчука, часть нашего общественного организма поражена вредными привычками - “потребляет” информацию не переборчиво, и не “переваривает” ее, то есть воспринимает не критически. А когда у людей забирают их привычный информационный “продукт”, то еще и возмущаются. Вспомните только, какое недовольство вызвало блокирование российских социальных сетей и российских телеканалов в кабельных сетях Украины, по которым в украинские уши свободно лилась вражеская пропаганда и не прекращалась сепаратистская мобилизация.

Цель врага — наши эмоции

Как отметили социологи, мы живем в эпоху “пост-правды” - это тот тип политической культуры, которая, опираясь на информационные технологии, постоянно обращается к эмоциям. “Это уже не просто жизнь в пределах “правда-ложь”, речь о том, возникла ли у человека нужная эмоция или он осталась незатронут, то есть равнодушен. На войне враг всегда использует максимально разрушительные средства из имеющихся в его распоряжении - воздействуя на эмоциональную сферу общества, он будет формировать в нем максимум негатива”, - говорит Виктор Цыганов, профессор Национальной академии внутренних дел Украины.

Однако попытки снизить или вообще прекратить действие разрушительных специальных информационных средств» в условиях необъявленной войны дело не простое. На пути становится... демократия.

Владимир Фесенко

“С одной стороны имеем российскую агрессию, один из инструментов которой - тотальная пропаганда. С другой, государство, несмотря на все свои деформации, стремится оставаться демократичным. Поэтому перед всеми нами встают острые вопросы. Как найти баланс между свободой слова и инструментами противодействия пропаганде? Какие легитимные ограничения свободы слова мы, как демократическое общество, можем себе позволить? На основании каких критериев должны определять информационных врагов?” - акцентирует внимание Владимир Фесенко, руководитель Центра прикладных политических исследований «Пента».

В случае с противодействием распространению пропаганды по российским каналам все более-менее понятно. Это страна-агрессор, с ее стороны разрушительный для украинского общества контент “лезет”, не таясь, из всех щелей. И поэтому блокирование российских СМИ и социальных сетей — это не вопрос свободы слова, это уже вопрос национальной безопасности.

Рена Марутян
Рена Марутян

“Каждый знает, что СМИ - социальный институт, который должен выполнять определенные социальные функции (информировать, воспитывать, развлекать). Российские же СМИ не имеют отношения к свободе слова, поскольку этих функций они не выполняют. Единственная их функция сегодня — это быть смысловым оружием. Они на 90% наполнены агрессивным контентом, который полностью соответствует понятию “смысловая война”. Даже тот факт, что Путин после аннексии Крыма наградил 300 российских журналистов медалью “за возвращение Крыма” является признанием того, что это не журналисты, а солдаты на войне, как десантники, танкисты”, - отмечает Рена Марутян, доцент кафедры национальной безопасности Национальной Академии государственного управления при Президенте Украины.

Другое дело, когда речь идет о запрете украинских информационных ресурсов, которые абсолютно легально с территории Украины транслируют на украинскую аудиторию те же тезисы враждебной российской пропаганды. Любые попытки запретить их сразу наталкиваются на крики о свободе слова. Причем не только со стороны местной оппозиции, но и снаружи.

Віктор Циганов
Виктор Цыганов

“Почему Украина стыдливо обходит вопрос цензуры? Цензура — это же не только политическая “удавка”, как принято считать (опять же, убеждение сформировано не без помощи соответствующей пропаганды). Однако, в нашем случае - это превентивное средство, который вместе с контрпропагандой дает замечательные результаты!”, - убежден Виктор Цыганов.

Цензура как средство национальной безопасности. Почему бы нет?

Действительно, для цензуры важны четкие, прежде всего смысловые, критерии опасности для государства той или иной информации. Лингвистическая экспертиза в этом случае малоэффективна. Простой пример - издание, которое выступило против мобилизации во время войны. Считать, что оно действовало в защиту национальных интересов или против? Применить к нем цензуру или легко погрозить пальчиком? Наложить штраф или вообще запретить? На самом деле, сегодня не только Украина, но и европейские государства, ищут административные инструменты противодействия информационному оружию, которые бы “укладывались” в демократические рамки. Разница лишь в том, что Украине приходится принимать во внимание не только новую медиа-реальность, а еще и войну, фронт, тысячи убитых украинских граждан.

Дмитро Дубов
Дмитрий Дубов

“Нормы и законы, действующие в условиях демократического общества, оказались неэффективны в условиях гибридной войны (агрессивной информационной политики и военной агрессии), когда все, даже СМИ, превращаются в оружие”, - убежден Дмитрий Дубов, заведующий отдела Исследований информационного общества и информационных стратегий Национального института стратегических исследований. Поэтому новое видение национальной безопасности и приведение отечественного информационного законодательства в соответствие с современными реалиями, по его мнению, для Украины насущно необходимы.

Марина Нечипоренко, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-