Александр Новиков, глава НАПК
Новая антикоррупционная стратегия сохранит стране 200 млрд грн
20.04.2021 19:00

Кто в нашей стране не знает, что коррупция - зло, сопоставимое с войной? Более того, мы все готовы бороться с коррупцией. Но в то же время у каждого из нас тысяча объяснений, почему начинать нужно не с него. Поэтому на борьбу с коррупцией поставлены специальные люди. Структуры, которые они возглавляют, так и называются – антикоррупционные органы. Одна из них – Национальное агентство по вопросам предотвращения коррупции, сокращенно – НАПК.

Александр Новиков - глава НАПК. Имея за плечами полтора десятка лет работы в прокуратуре, продуманную программу и амбиции, в начале 2020-го года он выиграл открытый конкурс на должность главы Агентства. Так с кого, как не с него спрашивать, что у нас сегодня происходит в сфере противодействия коррупции?

- Александр, если позволите, начал бы с философского. Около миллиона самых влиятельных людей в этой стране – те, которые принимают стратегические государственные решения, направляют финансовые потоки, ходят, так сказать, под вами – вы контролируете их всех через декларации. Что при этом чувствуете, когда идете утром на работу или вечером возвращаетесь?

- (Задумывается). Мог бы вам сказать немало правильных слов о коррупции и борьбе с ней. Концептуально и форматно. Но давайте, если уж играть в такую игру, лучше расскажу о тех практических и прозаических вещах, которыми ежедневно занимаемся, и вы сами попытаетесь представить, что чувствует человек в этой должности. Принимается?

- Конечно.

КАМПАНИЯ ДЕКЛАРИРОВАНИЯ: КОМУ ПРИНАДЛЕЖАТ 72 МИЛЛИАРДА В БИТКОИНАХ, И ПОЧЕМУ ОБЕДНЕЛИ УКРАИНСКИЕ МАЖОРЫ

- Разговариваем, так сказать, в дни вашей "жатвы" – 1 апреля финишировала кампания по сдаче деклараций. Что показала нынешняя кампания с точки зрения динамики борьбы с коррупцией, насколько нам удается преодолевать это явление?

- Давайте будем точными: кампания декларирования на самом деле показывает не динамику борьбы с коррупцией, а динамику предотвращения коррупции. Именно декларирование, как известно, является самым эффективным способом предотвращения коррупционных действий. Ведь при эффективной работе системы декларирования очевидно, что нечестно приобретенные средства невозможно легализовать и использовать. Следовательно, теряется сам смысл получения таких средств, зато растет заинтересованность в приобретении законных доходов. Вот для этого и нужен контроль за расходами публичных лиц. Если мы верифицируем, что должностное лицо приобрело имущества больше, чем имело активов для этого, закон, принятый в октябре 2019-го года, дает нам право конфисковать приобретенное. Между тем результаты в борьбе с коррупцией отражает другой документ: 14 апреля мы представили Правительству Национальный доклад о состоянии борьбы с коррупцией. Там аккумулирована информация обо всех достижениях и проблемах.

- Почему, исходя из названных вами 1 апреля итоговых цифр, декларантов в этом году стало меньше на 100 тысяч – ведь вроде бы никого не освобождали от этой почетной обязанности?

- Эта кампания декларирования как раз показала, что стратегия предотвращения коррупции, хоть она сегодня в парламенте и находится лишь на втором чтении, уже реализуется. Один из принципов стратегии, а всего их пять – это именно оптимизация функций государства, местного самоуправления. Уменьшение чиновничьего аппарата, а, следовательно, и нагрузки на общество – один из индикаторов этой оптимизации. Количество декларантов сократилось с 900 тысяч в прошлом году до 782 тысяч в нынешнем прежде всего за счет сокращения депутатов местных советов – после проведения административно-территориальной реформы, укрупнения районов и создания ОТГ. То есть, государство оптимизировало свой аппарат за год более чем на 100 тысяч публичных служащих.

- Проще говоря, государство стало контролировать на такое количество людей, фактически небольшой областной центр, меньше, а вы считаете это хорошим знаком?

- Да, если мы говорим о качестве, а не о количестве. О качестве мы же заботимся ежедневно, готов раскладывать по полочкам.

- Раскладывайте. Какие "ноу-хау" в уклонении от налогов и сокрытии доходов применяют чиновники и как вы этому противостоите?

- С этого года начали применяться три принципиальные нормы, введенные законодательством, которые существенно уменьшают маневр для желающих, скажем так, прибедниться. Во-первых, это обязанность декларировать имущество, если ты пользуешься им не менее полугода, а именно более 183 дней. Во-вторых, обязательное указание в декларации доходов детей до 18 лет, даже если они с тобой не проживают. В-третьих, обязательно декларирование криптовалюты, криптоактивов.

- То есть, теперь, если следовать этому перечню, уже нельзя будет – за три дня до Нового года уехать куда-то подальше, заявив, что по состоянию на 31 декабря я ни этой виллой, ни этими Мазератти-Ламборджини не пользуюсь, так что все это не мое?

- Да, Александр. Мы часто сталкивались с практикой, когда за весьма небедным публичным лицом ни одного имущества по месту жительства не зарегистрировано. В объяснениях часто так и значилось: 31 декабря был далеко, не работал, вопрос не ко мне. Теперь же выехать на каникулы 30 декабря будет существенно труднее, если вы пользовались имуществом или автопарком последние полгода. Слишком большими, согласитесь, будут каникулы...

- Согласен. Во-вторых...

- Да, о детях до 18 лет. Фиктивно развестись, оформить имущество на "бывшую" или детей, таким образом скрыв свои доходы, в том числе коррупционные, теперь невозможно. Если публичный служащий не указал ребенка и оформленное на него имущество, это является основанием привлечения его к административной или уголовной ответственности.

- То есть мажоры, по крайней мере, формально, в нашей стране существенно обеднеют?

- Очевидно.

- Давайте о криптоактивах: не та ли это лакуна, которая компенсирует изобретательным людям все предыдущие упущенные возможности? О чем говорят цифры?

- По результатам анализа общественности, по итогам кампании речь идет о 46 тысячах единиц криптовалют и 75 миллиардах гривень, задекларированных в этом году. Лакуна ли это? Мы считаем, что криптовалюта – это актив будущего. Во всех странах он используется, и все, что не запрещено в стране, должно быть разрешено: разве не об этом Конституция Украины? Поэтому точно никак не является нарушением само наличие криптовалюты. Риски легализации определенных средств? Да, они, безусловно, есть, но мы будем тщательно проверять все активы, какие бы "ноу-хау" ни применялись.

- Хватит ли специалистов? Насколько тесно будете с другими ведомствами сотрудничать в этом?

- Максимально тесно - и с налоговой службой, и с киберполицией, и с Департаментом контрразведывательной защиты безопасности государства в информационной сфере Службы безопасности Украины. Есть соответствующие программные продукты, которые позволяют проанализировать принадлежность того или иного криптокошелька конкретному лицу. Даже когда речь идет, например, о таких глубоко анонимных валютах, как Monero. Свежий пример: налоговая служба Соединенных Штатов в этом году объявила тендер на создание решений по отслеживанию транзакций в криптовалютных сетях повышенной конфиденциальности, и его победитель – тандем компаний Integra FEC и Chainalysis обеспечивают не только данные, идентифицирующие пользователей Monero-кошельков, даты и размеры транзакций в сети, а и куда более сложные инструменты. Например, способны статистически предсказывать вероятность будущих транзакций с участием определенных кошельков. Итак, есть возможности проверять и анализировать происходящие процессы – мы все знаем, что Украина в области диджитализации сегодня отнюдь не отстает.

В целом же, на самом деле, самая главная и эффективная мера предотвращения коррупции – это рост уровня экономического развития, благосостояния. Поэтому мы в НАПК уверены, что развитие рынка цифровых активов принесет пользу государству, экономике государства, конечно, при должном урегулировании рынка криптовалют.

- А насколько работают уже традиционные, привычные для Украины способы выиграть в лотерею, переписать на "маму, которая любит быстро ездить"?

- Пока еще работают. Но возможности, так сказать, для маневра у тех, кто "выигрывает в лотерею", становятся все уже. О трех новеллах нынешней кампании мы уже говорили. Далее же они ищут способы, которые еще работают, мы же системно работаем над тем, чтобы эти способы не работали. И я убежден, что результаты проверки в этом году покажут субъектам декларирования, что нет смысла в такой грубой форме скрывать свое имущество.

- Как вы проверяете такой массив деклараций, сколько людей для этого необходимо?

- Мы же не вручную это делаем. Напомню, все почти 800 тысяч деклараций, поданных за 2020-й год, пройдут полную автоматическую проверку системой логического и арифметического контроля, то есть, все будут полностью проверены компьютером для выявления рисков. Компьютер сверяет данные в декларациях с данными в реестрах. Так будут выявлены наиболее рискованные декларации, которые затем подвергаются полной проверке. А это уже совсем другой уровень глубины и всесторонности проверки. Сегодня по процедуре полной проверки мы проверяем 278 деклараций, из них 99 – по заявлениям средств массовой информации, общественных организаций, граждан. Они преимущественно касаются как раз случаев, когда активы записаны на кого-то из членов семьи, не указанных в декларации, или всплыла какая-то другая "лотерея".

- Кто попадает под полную проверку, если не было заявления от медиа или общественного сектора?

- После того, как в течение двух месяцев все 782 тысячи деклараций будут проверены компьютером путем сверки полей деклараций с реестрами, формируется рейтинг и согласно этому рейтингу одну из трех деклараций мы берем на проверку. Нет никакой дискреции, берем декларации в порядке очередности, и там четкая последовательность – президент, премьер и далее, судьи Конституционного суда, Верховная Рада – народные депутаты. По заявлениям берем в работу декларацию, только если есть подтвержденная из реестров информация.

- Считаете этот механизм достаточно эффективным и совершенным, или нужны новации?

- Мы постоянно работаем над этим, процесс совершенствования перманентный, это обычная рутинная работа, никакой поэзии здесь нет, но по-другому двигаться вперед невозможно.

- Насколько помогает мониторинг декларантов, проверки на несоответствующий образ жизни, если у вас нет ни своей «прослушки», ни агентуры?

- Как только мы по семи лицам завершили полные проверки деклараций, среди которых Гринчак, Козак, Кива, через два дня Конституционный Суд отменил наши полномочия по мониторингу образа жизни. И только в этом месяце мы начали мониторинг образа жизни уже по новым требованиям закона. Публичные результаты будут, если установим соответствующие факты. Почему не публикуем эту информацию раньше? Информация должна быть верифицирована, не должно быть сомнений в совершении правонарушения. Мы уважаем репутацию публичную служащих, и уверены, что большинство из них добропорядочные и это, кстати, доказывают наши проверки.

ЧТО МОГУТ И ЧЕГО НЕ МОГУТ ТРИ ТЫСЯЧИ УПОЛНОМОЧЕННЫХ НА БОРЬБУ С КОРРУПЦИЕЙ

- Как вы уже упомянули, Правительство рассмотрело поданный НАПК проект Национального доклада о состоянии предотвращения и противодействия коррупции. Что включает в себя этот доклад?

- На самом деле это очень важный документ, поскольку в нем системно, в комплексе оцениваются, обобщаются все меры, которые в государстве принимаются для предотвращения и противодействия коррупции, в том числе результаты работы Национальной полиции, Государственного бюро расследований, Высшего антикоррупционного суда, все приговоры. Поэтому, мне кажется, этот документ будет интересен и средствам массовой информации и общественности, и просто гражданам и органам власти. Прежде всего, вы найдете здесь перечень фактов разоблачения коррупции на всех уровнях власти с впечатляющими масштабами.

Например, недавнее задержание ряда фигурантов со взяткой в 5 миллионов долларов, которую пытались дать главе Фонда госимущества Украины: кажется, это самая большая взятка, которая была зафиксирована в Европе в прошлом году. Она была задокументирована, дело ведется, уже направлено в суд.

Мы увидели первые результаты работы ВАКС, по делам которого поступило около 480 млн грн в госбюджет в виде залогов. Впервые начаты проверки деклараций лиц, которые находятся на должностях, связанных с государственной тайной. Этот факт удостоверяет отсутствие "иммунитета" от проверки декларантов любых категорий.

Чем еще важен этот документ? Проанализированы меры, которые принимаются каждым из министерств, органами местного самоуправления в сфере предотвращения коррупции. Таким образом, для каждого органа власти это своего рода практический советчик – внимательно изучив доклад, можно интегрировать успешные практики других ведомств в свою работу.

- Своего рода рейтинг различных ведомств и органов власти в борьбе с коррупцией?

- Формальный рейтинг, конечно, мы не составляем. Но, поскольку мы убеждены, и закон этого требует – каждый орган государственной власти должен быть антикоррупционным, этот доклад дает ответ на вопрос, насколько действительно каждый орган государственной власти и местного самоуправления является антикоррупционным в своей ежедневной деятельности. Потому что, когда включается НАБУ, ГБР и задерживают кого-то на взятке, это фактически означает, что свою первичную работу не выполнил руководитель министерства, центрального органа власти, областного совета, областной государственной администрации. Не сделана же первичная работа по предотвращению коррупции - тогда и возникают уголовные дела. А для общества каждое уголовное дело – это сотни тысяч, миллионы расходов на соответствующие процедуры. То есть, гораздо дешевле - предотвращать.

- Насколько помогает в этой работе институт уполномоченных в борьбе с коррупцией? Сколько таких людей сегодня работает во всех ветвях власти?

- Все центральные органы исполнительной власти должны иметь сегодня антикоррупционные программы, оценка эффективности антикоррупционных программ проводится во время соответствующих проверок, в этом году, например, запланирована 21 такая проверка.

Что касается уполномоченных. Действительно, в каждом органе власти, в частности в министерствах, в областных администрациях, в областных советах предусмотрена должность уполномоченного по предотвращению коррупции. Более того, в государственных предприятиях и даже в частных предприятиях, если они принимают участие в государственных закупках на сумму более 20 млн грн, есть такие уполномоченные, это в бизнесе называется compliance. Какие обязанности на них возложены? Во-первых, они оказывают методическую помощь субъектам декларирования, чтобы все декларации были поданы вовремя и максимально правдивыми. Во-вторых, урегулируют ситуацию конфликта интересов, а это и избегание подчиненности людей с родственными связями, и честные тендеры. В-третьих, они формируют антикоррупционную программу и следят за ее выполнением, делая невозможным принятие нормативных документов, которые сформируют коррупционные практики. Иными словами, это крайне важный институт с точки зрения построения системы, при которой взяточничество или незаконные соглашения с государственным сектором будут невозможны.

- Насколько помню, у уполномоченных, извините за каламбур, есть для этого серьезные полномочия?

- Да, они визируют все приказы, распорядительные документы руководителя.

- Но при этом подчиняются тому же руководителю?

- Да. Но есть дополнительная гарантия: они могут быть уволены только с согласия Национального агентства по вопросам предотвращения коррупции.

- Это работает?

- Да, вспомните совсем недавний громкий случай с увольнением уполномоченного в Энергоатоме. Он был уволен без согласия НАПК, руководитель Энергоатома скрыл от нас этот факт. Приказ об увольнении уже отменен судом, уполномоченный восстановлен, а руководитель предприятия будет привлечен к ответственности. Тем временем НАБУ ведет дело по фактам, установленным уполномоченным, расследует уголовное производство относительно действий служебных лиц Энергоатома. Мы же направили в Кабинет Министров проект распоряжения о проведении служебного расследования в отношении исполняющего обязанности руководителя Энергоатома Петра Котина, надеемся, в ближайшее время правительство примет распоряжение о проведении служебного расследования и отстранении руководителя Энергоатома на время такого расследования.

- Итак, сколько уполномоченных работает с такими правами и должностными функциями?

- Около трех тысяч. НАПК разрабатывает типовое положение об их деятельности, как руководитель комиссии я утверждаю его, поэтому они имеют перечень функций, которые дают возможность отмониторить и отменить незаконный документ или снять препятствия, чтобы любому из граждан получить услугу, которую ему не предоставляли из-за коррупционной составляющей. Последнее, кстати, очень важная функция: рассмотрение обращений о коррупции, которые поступают руководителю. Это помогает, если есть коррупционные проявления в деятельности того или иного должностного лица, восстановить права тех, кому эти действия нанесли вред.

СУДЬИ КАК КАСТА НЕПРИКАСАЕМЫХ, ИЛИ ПОЧЕМУ КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД ПОШЕЛ  "ВА-БАНК"

- Насколько на сегодня эффективно выстроена система антикоррупционных органов, где есть и НАПК, и НАБУ, и САП, и в которой рядовые граждане до сих пор путаются? Антикоррупционная стратегия, которой вы много уделяете внимания, должна усовершенствовать или же сбалансировать эту систему?

- Система антикоррупционных органов в полном объеме была сформирована только в 2019-м году, с созданием ВАКСУ – Высшего Антикоррупционного Суда. Так сказать, антикоррупционная вертикаль замкнулась: Высший антикоррупционный суд стал единственным судом в государстве, который выносит реальные приговоры с лишением свободы, за коррупцию, с серьезными сроками, в т.ч. несколько приговоров судьям, которые были задержаны во время получения взятки.

- Хорошо это или плохо, если раньше любой суд мог вынести приговор коррупционеру?

- Констатируем, что так есть. Итак, можем сказать о том, что наконец с 2020-го года система начала эффективно работать, и реально она работает всего год. Чего не хватает – так это избрания на открытом конкурсе руководителя Агентства по розыску и управлению активами, полученными от коррупционных и других преступлений. Однако свидетельством эффективности работы антикоррупционных органов за фактически один год стало известное решение Конституционного суда от 27 октября прошлого года.

- То есть, решение о "сносе" уголовной ответственности за ложное декларирование, которое положило начало "конституционному кризису"...

- Да, и по моему убеждению, именно это является свидетельством эффективности работы системы. Пять тысяч дел, по которым были зарегистрированы уголовные производства, закрыты. Каждое десятое дело, которое расследовалось НАБУ, было закрыто. Также было закрыто почти 70% производств по делам, в которых решение ВАКС вступило в законную силу. Три первых громких приговора судов были отменены Конституционным Судом. Это приговоры в отношении судьи Надежды Посунся, бывшего народного депутата Геннадия Бобова и экс-директора «Львовского бронетанкового завода» Романа Тымкива.

О чем это свидетельствует? О том, что антикоррупционные органы эффективно работают, и о том, что Конституционный Суд – это и есть люди, которые все понимают, и таким образом препятствовали эффективной работе.

- Ответственность за декларирование в той или иной степени возвращена. Оправилась ли антикоррупционная система после этого кризиса?

- Необходимо смотреть на это только под одним углом зрения. Все антикоррупционные органы – НАПК, НАБУ, САП, Высший антикоррупционный суд, работают не ради высоких показателей в отчетах о нашей работе, работают, извините за пафос, для граждан Украины. А 91% граждан страны убеждены, что коррупция – серьезная или очень серьезная проблема в Украине, соизмеримая с проблемами здравоохранения и войной на востоке страны. И самый главный вопрос для всех этих 91% граждан – обеспечение неотвратимости наказания. Благодаря же решению КС тысячи публичных лиц, которые должны были быть привлечены к уголовной ответственности, уже никогда не будут привлечены к ней. Поэтому последствия этого решения далеко идущие, они решительно подрывают доверие общества к эффективности судебной системы и верховенству права.

Если раньше было предусмотрено лишение свободы до двух лет за недостоверное декларирование, несмотря на то, что все политические партии в парламенте декларировали борьбу за возвращение ответственности, сегодня лишение свободы за неподачу декларации или за недостоверные сведения, даже если это 100 миллионов долларов, не предусмотрено. Итак, наша позиция: НАПК настаивает на том, что закон должен предусматривать лишение свободы за ложь в декларациях на сумму свыше одного миллиона гривень.

- Вы уже где-то упоминали, что даже за незадекларированную Maserati за 4 миллиона вам грозит...

- Да, 85 тысяч гривень штрафа. Есть еще вариант общественных работ, или проживание в общежитии. Но суд, как правило, назначает наказание в виде штрафа.

- Вы уже упомянули вскользь о парламенте, и мы, таким образом, выходим на очевидную тему: от двух категорий людей – судей и парламентариев, зависит слишком многое в том, насколько успешной будет в государстве борьба с коррупцией. Давайте попробуем расставить и другие точки над "і". Насколько эффективно государство может следить за добропорядочностью судей по тем же декларациям или путем мониторинга их затрат, ведь такой мониторинг – это тоже прерогатива НАПК?

- Закон о предотвращении коррупции восстановлен Верховной Радой в декабре прошлого года в том варианте, когда мониторинг жизни судей становится фикцией. Ведь если, например, благодаря медиа становится известно, что судья разъезжает на том же Maserati, о котором вы упомянули, мы должны сначала сообщить Высший совет правосудия, и уже после этого проверять факт, действительно ли он таки пользуется этим авто. Понятно, что эффективность такой работы будет нулевой: сегодня пользуешься, завтра перестал пользоваться, и мы не сможем зафиксировать этот факт. Фактически теперь у нас судьи - это класс публичных служащих, выделенный в отдельную категорию, когда речь идет о проверке образа их жизни, это люди, которые имеют больше привилегий, чем любые другие публичные служащие, в частности Президент или же министры или депутаты.

- Подпадают ли судьи под полную проверку деклараций?

- Подпадают. Но вот здесь тот вариант "пропустить нельзя проверять", когда важно место запятой и порядок слов. Для "перезагрузки" системы декларирования после того же "конституционного кризиса" благодаря декабрьским поправкам к закону, принятому Верховной Радой, необходимо было утвердить новый порядок полной проверки деклараций судей. Для введения в действие он должен был быть согласован с Высшим советом правосудия и собранием судей КСУ. Догадайтесь, был ли он согласован?

- Догадываюсь. Нет?

- Не согласовали ни совет, ни Конституционный Суд, поэтому мы применяем общий порядок проверки судей, но с ограничениями, предусмотренными законом. То есть, руководствуемся прямой нормой закона, который был принят в декабре прошлого года. Это для нас очень странно выглядит, поскольку в законе сказано, что этот порядок должен содержать определенные особенности в отношении судей. Все эти изменения мы прямо прописали в порядке. То есть, взяли общий порядок проверки, например, народных депутатов, Президента или Премьера, и интегрировали в него прямые нормы закона. И направили в ВСП и Конституционный суд на согласование. В результате, несмотря на то, что судьи Конституционного Суда и в целом судьи и без того поставлены законом в привилегированное положение, они говорят: нет, нам мало этих привилегий, мы хотим, чтобы наши декларации проверяли не так тщательно, как декларации Президента или народных депутатов. Поэтому дайте нам дополнительные привилегии, а этот порядок проверки мы не согласовываем.

Венецианская комиссия в своем выводе четко заявляет: во-первых, НАПК может проверять декларации судей, это соответствует принципам права, во-вторых, это должно делаться в общем порядке, таком же, как для других публичных лиц, в-третьих, может быть установлен дополнительный предохранитель, например, в виде направления отчетов в Высшую квалификационную комиссию судей Украины по полугодовым или годовым результатам таких проверок.

- Получается тупиковая ситуация? Вы должны согласовывать порядок с ВСП и КС, а чтобы разблокировать ситуацию, то есть, чтобы судьи сами не согласовывали свое наказание, опять следует идти в парламент и вносить поправки к принятому не так давно, в декабре, закону?

- Да. Пока же мы применяем общий порядок полной проверки в отношении судей. И настаиваем на том, чтобы полная проверка деклараций судей была эффективной, следует учесть вывод Венецианской комиссии, осуществлять проверку в соответствии с общим порядком и, скажем, каждые полгода информировать Высшую квалификационную комиссию судей. Потому что граждане все равны перед законом и судом и это прямое требование статьи 8 Конституции.

- Однако некоторые ровнее.

- Выходит, некоторые ровнее.

- У всех на слуху сегодня фамилия председателя Конституционного суда Александра Тупицкого. Есть несколько админпротоколов, составленных НАПК, по допущенным им нарушениям закона, в частности, относительно его недвижимости в Крыму. Удастся ли в конце концов его как-то привлечь к ответственности?

- Интересный факт: в "свежей", только что сданной декларации за 2020-й год, судья Тупицкий указал этот участок в Крыму. С одной стороны, долгое время он настаивал на том, что не должен его декларировать, с другой, наконец указал этот участок в декларации, тем самым фактически подтвердив факт совершения им ранее административного правонарушения, а именно: указание недостоверных сведений в декларации. Также это прямо подтверждает факт конфликта интересов у судьи Тупицкого при вынесении решения Конституционного Суда.

Советую обратить внимание еще на один нюанс. НАПК как антикоррупционный орган осуществляет свою деятельность на принципах уважения к суду и безусловного выполнения решений суда, как бы мы к ним ни относились. Поэтому мы неукоснительно выполнили уже упоминавшееся неоднозначное решение Конституционного Суда, несмотря на всю его дискуссионность. Между тем председатель Высшей судебной инстанции, Конституционного Суда Украины, фактически игнорирует заседания суда, не являясь ни в Печерский, ни в Голосеевский суды по делам по составленным протоколам, чем реально грубо презирает работу своих коллег-судей. То есть, человек, репутация которого должна быть превыше всего и каждый шаг безупречным, подает такой вот сигнал коллегам. Последний, самый горячий пример – его неявка в суд 14 апреля, когда было назначено очередное судебное заседание по рассмотрению тех самых админпротоколов. Могут ли быть здесь еще какие-то более красноречивые примеры на тему безусловного выполнения или игнорирования закона?

- Снова упираемся в проблему нереформированности судебной системы?

- Безусловно, да. Любая борьба с коррупцией априори невозможна без обеспечения равенства всех перед законом и неотвратимости ответственности. Как этого достичь? Обеспечить добропорядочность Высшего совета правосудия, создать добропорядочную Высшую квалификационную комиссию судей, завершив наконец судебную реформу. Эти проекты законов есть в парламенте. И после общего плана Антикоррупционной стратегии это самый главный вопрос, на который сегодня должен ответить парламент. А затем судебная власть должна реализовать все, поскольку она самоуправляема.

- Так что сдерживает перезагрузку ВСП?

- Парламент, как я уже сказал, должен принять соответствующий закон. Он рассматривается, прошел первое чтение. Подал законопроект Президент. Следовательно, политическая воля на самом высоком уровне есть, осталось депутатам ее воплотить в конкретные действия...

ЛЕГАЛИЗАЦИЯ ДОХОДОВ БЕЗ РЕЕСТРА БАНКОВСКИХ СЧЕТОВ ФИЗЛИЦ НЕ ЗАРАБОТАЕТ

- Завершив, так сказать, судебную новеллу, перейдем ко второй категории людей, которые в решающей степени влияют на предотвращение и борьбу с коррупцией – к депутатам. Начнем с того, что Верховная Рада должна ежегодно проводить антикоррупционные слушания. Что-то я не слышал о таких...

- Если бы я был слишком категоричным, этим можно было и закончить. Потому что, действительно, ни разу такие слушания не проводились. Мы в НАПК в принципе никогда и не настаивали на этом, поскольку считаем, что информирование граждан о предотвращении и противодействии коррупции должны быть ежедневной работой всех органов власти, а не отчетной под дату слушаний. Поэтому предлагали исключить эту норму из закона о предотвращении коррупции. Но парламентарии настояли: нужно слушать. Поэтому мы надеемся, что парламент будет выполнять законы, которые сам принимает, и в ближайшее время руководство парламента организует проведение парламентских слушаний относительно состояния предотвращения и противодействия коррупции.

- Если говорить конкретнее, решение каких проблем на законодательном уровне для противодействия коррупции вы считаете первоочередным, и какие прежде всего ожидаете конкретные законы от парламентариев?

- Прежде всего, это создание реестра банковских счетов физических лиц. Почему это принципиально важно? На днях НАБУ задержало на крупной взятке одного из адвокатов. Скажем так, хорошо, что адвокат брал наличными, следовательно, доказательства легко посчитать и задокументировать. Получение же средств на счет выявить очень сложно, не имея информации, в каких банках открыты счета того или иного лица. Можно брать и брать взятки, раскладывая их по разным банковским счетам. И если правоохранительный орган не найдет где-то физически записанный номер твоего счета, невозможно конфисковать эти средства. Отсюда и насущная потребность в создании такого реестра.

- Как быть при этом с банковской тайной?

- Подчеркну, что в реестре никак не будет отражаться движение средств по этим счетам, поэтому банковская тайна никак не будет раскрываться – речь идет только о самом факте существования счета. К тому же доступ к такому реестру должен быть ограниченным – в открытом доступе информации о номере счета не будет.

- В конце концов, все, кто должен подавать декларацию, как известно, обязаны указать свои счета. Этого не достаточно?

- Да, все 782 тысячи декларантов указали свои счета. Проблема в том, что, как правило, для легализации средств используют других лиц, данные о счетах которых мы не видим. Кроме того, мы не сможем верифицировать эти счета, могут быть другие. Еще в начале 2000-х годов был принят Стамбульский план действий по борьбе против коррупции от Антикоррупционной сети ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития – ред.), в котором речь шла о создании Антикоррупционной сети для стран Восточной Европы и Центральной Азии, и которым, в частности, предусматривалось создание этого реестра счетов. Следовательно, мы были весьма удивлены позицией Комитета по вопросам налоговой политики Верховной Рады, который, с одной стороны, поддерживает законопроект о легализации доходов, а, с другой, блокирует создание реестра этих счетов. Каждому специалисту очевидно, что законопроект о легализации доходов не будет работать без механизмов контроля, в частности, без создания реестра счетов. Иначе говоря, не будет никаких мотивов для лиц, которые скрывают средства, легализовать их, заплатив 5 или 10 процентов, без создания реестра счетов. Это никак не проконтролируешь.

- Есть конкретный законопроект, которым предусмотрено создание реестра, и комитет его не поддержал?

- В этом и абсурдность ситуации, что еще даже нет самого проекта закона – речь идет лишь о самих намерениях. Эту новеллу мы заложили в проект новой антикоррупционной стратегии, уже одобренной Президентом и правительством, и поданной на рассмотрение в парламент. И тот же профильный, "банковский" комитет – под руководством Даниила Гетманцева, который одной рукой предлагает легализацию доходов, другой рукой предлагает исключить саму идею создания реестра с антикоррупционной стратегии. То есть, речь идет даже не о проекте закона, уже на уровне мысли о возможной конфискации имущества коррупционера в пользу государства и налогоплательщиков в случае его обоснованного задержания правоохранительными органами эта идея блокируется.

- В комитете объясняют это защитой той самой банковской тайны?

- Именно так, хотя, на самом деле, это не нарушение закона о банковской тайне: банковской тайной является движение средств по счетам, а не само их наличие. Во всех цивилизованных странах Европы (если мы движемся в Европу, и у нас в Конституции закреплен курс на евроатлантическую интеграцию), в частности в Германии, во Франции, Болгарии, Чехии созданы такие реестры, и они реально помогают бороться с легализацией теневых средств и коррупцией.

- В чем тогда мотив депутатов: нежелание "светить" личные счеты?

- Нет логики: свои счета они и так указали в декларациях.

- Почему тогда?

- Возможно, эти мотивы были у других людей, которые влияют на определенных депутатов.

- Содержит ли стратегия другие принципиальные моменты, которые могут не пройти "сито" Верховной Рады?

- Еще один существенный момент, который находится под угрозой: передача рассмотрения протоколов в отношении национальных публичных деятелей от обычных судов в Высший антикоррупционный суд. Почему это необходимо? Не потому, что мы не уверены в других судах. Но там есть ситуация колоссальной перегруженности, прежде всего, в том же Печерском суде, к которому и "приписаны" большинство фигурантов таких протоколов. Следовательно, суды часто просто физически не успевают рассмотреть протокол в течение шести месяцев, а это значит: "все, поезд ушел", сроки рассмотрения соблюсти не удалось, протокол о самых серьезных нарушениях становится просто бумажкой. На практике около половины наших протоколов закрываются судьями из-за того, что они просто не успевают. Тем временем Высший антикоррупционный суд - это, во-первых, суд, к которому не может быть вопросов с точки зрения компетентности и обоснованности решений, во-вторых, действительно, он менее загружен, в-третьих, большая часть публичных деятелей проживает именно в Киеве и поэтому логично, чтобы именно этот суд осуществлял рассмотрение антикоррупционных проколов.

- Как будете действовать?

- Сейчас из проекта второго чтения исключен этот пункт, но есть такая процедура, как подтверждение поправок, поэтому мы надеемся, что в зале депутаты все же поддержат этот пункт Антикоррупционной стратегии.

- Есть ли уже сроки, когда может состояться второе чтение?

- Надеемся, в ближайшее время, поскольку даже недавно разговор Президента Байдена с Президентом Зеленским касался трех вопросов, и из этих трех вопросов одним из основных было именно противодействие коррупции. Верим, противодействие коррупции для парламента такое же важное, как и для тех 91 процента граждан Украины, которых он вместе с другими процентами представляет.

- То есть, 91 процент "наших" и Байден побуждают вас к дальнейшим действиям? Есть другие принципиальные моменты в стратегии?

- Третий важный пункт, который мы видим в Антикоррупционной стратегии, это проверка на добропорядочность членов ВСП и членов Высшей квалификационной комиссии судей после ее создания.

- На него депутаты тоже посягают?

- Он остался в стратегии после первого чтения, надеемся, останется и по результатам голосования. Тут, как говорится, чтобы не сглазить, буду оптимистично настроенным пессимистом. На это настраивает хотя бы то обстоятельство, что в прошлом году Рада утвердила меморандумы с ЕС и МВФ, в которых также есть пункт о судебной реформе. Я уже не вспоминаю о том, что парламентарии работают для граждан Украины.

- Да, о 91 проценте тех, кого волнует коррупция, вы уже говорили...

- Начинаю повторяться, Александр, спрашивайте дальше.

- Президент Зеленский – за Антикоррупционную стратегию?

- В том-то и парадокс, что политическая воля на самом высоком уровне в государстве четко сформирована: Президент Владимир Зеленский одобрил стратегию, Национальный совет по вопросам антикоррупционной политики, в который входят председатель Верховной Рады Дмитрий Разумков и премьер-министр Денис Шмыгаль, тоже; в конце концов, Правительство своим решением также утвердило стратегию, включая принципиальные позиции, о которых я говорил. Остались депутаты. Утвердив стратегию, необходимо будет принять на ее базе соответствующую государственную программу, затем – законы. Должны двигаться вперед в непростом процессе противодействия коррупции.

В прошлом году Украина, набрав 3 балла, поднялась на несколько ступенек в рейтинге Индекс восприятия коррупции Transparency International, динамика которого на протяжении многих лет показывает прямую корреляцию с динамикой роста или падения благосостояния каждого. Если же мы утвердим и реализуем Антикоррупционную стратегию, сможем вообще просто в геометрической прогрессии прибавлять баллы.

- Сколько у нас в стране принималось различных стратегий, в результате стратегии живут сами по себе, страна – сама по себе...

- На самом деле, могу доказать, что, если действовать системно, стратегия отнюдь не будет оторвана от жизни. В Украине была только одна антикоррупционная стратегия, она дала экономический эффект в размере 6 процентов ВВП, 180 млрд. грн., на выполнение этой стратегии было создано НАБУ, создано Prozorro, которая сегодня показывает результаты. Новая стратегия принесет еще большую отдачу - до 200 млрд. гривень, а это, согласитесь, колоссальные средства.

Предыдущая стратегия на 70 процентов была выполнена, упомяну лишь один штрих – в ходе ее реализации мы отказались от российского газа, экономим огромные средства буквально в каждой сфере государственного управления. Поэтому, это вопрос не теории, а практики…

КАК ФИНАНСИРОВАТЬ ПАРТИИ, НО БЕЗ КОРРУПЦИИ

- Одно из направлений деятельности возглавляемого вами агентства - предотвращение политической коррупции. Вы отслеживаете финансирование парламентских партий, законность использования ими государственных средств. Довольно резонансным стало прекращение финансирования трех из пяти парламентских партий - "Слуги народа", "Голоса" и "Батькивщины", по вашим представлениям. Что происходит с финансированием партий сегодня, оставили ли вы их на "голодном пайке"? И как вы оцениваете проект нового закона о партиях, который появился в парламенте? По некоторым оценкам, он четко "заточен" на то, чтобы избавить наших парламентских грандов от навязчивого контроля всевозможных "антикоррупционеров"...

- Проект изменений к новому закону о политических партиях был инициирован партией «Голос», которая, мы помним, декларирует нулевую толерантность к коррупции, и поддержан другими силами в парламенте. Фактически этот законопроект предусматривает запрет НАПК устанавливать фиктивность ряда правовых действий.

Напомню, до тех пор, пока партии не финансировались из бюджета, вопрос о порядке проверки партийного "дебета-кредита" и статей их расходов никогда не стоял. Теперь же, когда партии получают средства налогоплательщиков, партийная бухгалтерия должна четко подчиняться бюджетному законодательству. И вот этот проект закона, по сути, запрещает нам выявлять фиктивные операции и останавливать финансирование политических партий. Это не соответствует ни принципам проверок политических финансов, внедренных на международном уровне, ни выводам Венецианской комиссии, которые предоставлены относительно нового законопроекта о политических партиях. Поэтому мы надеемся, что парламентские партии, которые все декларировали борьбу с коррупцией в качестве приоритета, не поддержат законопроект. Финансирование партий государством – это верный шаг для развития демократии, но такое финансирование должно подкрепляться четкой проверкой использования средств.

- У вас есть объяснение, почему «Голос» попал в эту историю?

- Мы действительно прекратили финансирование трех политических партий – «Батькивщины», «Слуги народа» и «Голоса». Закон предусматривает, что партия подает исправленный отчет, и НАПК своим приказом возобновляет финансирование. «Батькивщина» подала исправленный отчет, «Слуга народа» – также, устранили недостатки, и мы возобновили финансирование. Партия «Голос» не подала такой отчет, ничего не исправила, и только благодаря тому, что Окружной административный суд города Киева в интересах партии «Голос» остановил приказ Агентства, мы вынуждены были перечислить им средства за первый квартал года. Сейчас Шестой апелляционный суд отменил это постановление, поэтому за второй квартал партия не получила финансирования. То есть, закон не предусматривает другой возможности возобновить финансирование, кроме как подать исправленный отчет.

- «Голос» получает серьезные суммы?

- Да, в частности, влияет то, что у них хорошо выдерживается гендерный принцип. Мы, кстати, стараемся максимально упростить всю "бюрократию". Закон сегодня предусматривает ежеквартальную подачу отчетов политических партий, дальше у нас есть 40 дней после подачи на проверку отчета. Но мы понимаем, что это очень сложно для партий – проходить такой контроль ежеквартально, следовательно, в новом проекте закона о политических партиях, который уже получил в целом положительный вывод Венецианской комиссии, стремимся облегчить подачу отчетов: во-первых, предлагаем подавать полугодовые отчеты, во-вторых, мы уже в прошлом году создали реестр политических финансов – похоже на реестр деклараций, только для политических партий. То есть, отчеты будут подаваться в электронном виде, не нужно подавать документы на подтверждение отчетов. Из шести оснований для приостановления финансирования после перехода в электронную форму три фактически автоматически отпадут, отчеты будут подаваться только в электронной форме. Иными словами, мы делаем все для того, чтобы упростить жизнь не только декларантам, но и политическим партиям при отчетности.

- Боюсь запутаться: вы говорите об одном и том же законе о политических партиях?

- О разных. В Раде зарегистрирован проект "Голоса", о котором я уже рассказывал – о лишении НАПК права проверок фактически политических партий. Между тем есть еще один проект, наработанный рабочей группой – новая редакция закона о политических партиях, который получил вывод Венецианской комиссии. Он, по сути, решает в том числе это вопросы, поэтому мы предлагали парламенту: давайте возьмем проект, над которым вы работаете уже год, вывод Венецианской комиссии, доработаем его, примем и решим комплексно этот вопрос, а не вот так ситуативно. Тем более, на самом деле, четко усматривается: партия, финансирование которой остановлено, подает законопроект, свидетельствующий о конфликте интересов тех лиц, которые его подписали.

- Крутая история как для партии, которая должна дорожить своей репутацией.

- Не хотелось бы комментировать, но на самом деле это немного неэтично...

- Попадают ли к вам свидетельства финансирования партий из-за рубежа, тем же Кремлем? Как это можно предотвратить?

- В ходе проверок мы устанавливали финансирование отдельных политических партий за счет неизвестных источников, в таких случаях мы готовили выводы, направляли их в Национальную полицию и по ним зарегистрированы уголовные производства. Надеемся, правоохранительные органы установят источники финансирования, вполне возможно, такие источники имеют место и не в Украине.

- Как много таких случаев?

- До десяти точно припоминаю.

-То есть, с вашей помощью поймать Шария на дотациях из-за известного рубежа трудно?

- Сказал бы так: сначала помощь может поступить от вас. Если медиа сообщат, смотрите, вот Шарий небесплатно прорекламировался, мы берем информацию СМИ, используем во время проверки, спрашиваем документы, и делаем свой вывод относительно законности такого финансирования. Готовы к сотрудничеству - в отношении Шария, в отношении Пальчевского или кого-либо другого...

О РОЛИ РАЗОБЛАЧИТЕЛЕЙ КОРРУПЦИИ И ОФИСА РАЗВИТИЯ ДОБРОПОРЯДОЧНОСТИ

- Насколько весомую роль в предотвращении коррупции играют те, кого называют разоблачителями коррупции. Как известно, парламент одобрил закон относительно защиты разоблачителей, однако Президент ветировал его. Значит, разоблачители останутся без защиты?

- Должны найти выход, чтобы не остались – слишком важны эти люди для противодействия такому явлению, как коррупция. Разоблачители – это один из важных элементов системы, и выплата им до 10 процентов вознаграждения за разоблачение коррупции – это часть программы фактически монобольшинства и Президента Украины... Поэтому мы со своей стороны делаем все для того, чтобы обеспечить выполнение условий закона относительно защиты разоблачителей.

Сегодня гражданин, который установил факт коррупции, для того, чтобы ему разобраться, куда жаловаться на нее, должен идти к адвокату, юристу, а это разглашение информации. Поэтому иногда гражданин десять раз подумает: лучше не буду жаловаться, если есть риск, что меня идентифицируют.

Мы предложили в новом законе создать портал сообщений разоблачителей коррупции. Заходишь на портал, пошагово выбираешь интересующий тебя вопрос, размер убытков и прочее. Вводишь текст, добавляешь документы и отправляешь совершенно анонимно. Тебе выдается секретный код, если ты не хочешь, чтобы твоя личность была установлена. Затем правоохранительный орган расследует соответствующий факт. В случае, если он устанавливает преступление, направляет дело в суд. Суд выносит приговор. Ты берешь этот код, приходишь с ним в правоохранительный орган и получаешь свои 10 процентов. То есть, это эффективная система, которая позволит гражданину быть уверенным в своей безопасности.

- Оставаясь анонимным.

- Оставаясь анонимным. Во всем мире разоблачители экономят колоссальные средства, миллиарды долларов на предотвращении убытков от возможной коррупции. Во время принятия законопроекта депутат Власенко подал несколько поправок, три из которых были поддержаны парламентом. С точки зрения НАПК мы уверены были, что сможем обеспечить функционирование этого портала и защиту разоблачителей, даже с учетом этих поправок. Другое мнение было у общественности, у наших международных партнеров, поэтому в конце концов, взвесив все за и против, Президент наложил вето.

- Как действовать дальше?

- Профильный комитет Рады, Комитет по вопросам антикоррупционной политики, уже учел поправки Президента. Президент наложил вето в связи с тем, что в законе нужно было указать, каким образом управляется информация реестра разоблачителей. После вето Президента антикоррупционный комитет учел это, переформулировал статьи закона и синхронизировал с законом о защите персональных данных. Надеюсь, на внеочередной сессии депутаты закон примут. Он есть и в плане работы парламента, и в программе Правительства, и в программе Президента. И это часть Национальной экономической стратегии.

- Насколько меняется, по вашим наблюдениям, отношение в обществе к разоблачителям коррупции. Движемся от настороженности в обществе к "стукачам", которая укоренилась с советских времен, к образу "сознательного гражданина", который экономит обществу миллионы, а, следовательно, пользуется авторитетом, а не пренебрежением? Иными словами, работает этот институт или нет?

- Работает. Отношение в обществе меняется, потому что люди понимают, что человек, который сообщает в нашем государстве о коррупции, это фактически герой. Ответственный гражданин, который, несмотря на возможные последствия (коррупция же, как правило, живет на руководящих звеньях, и гражданин, который сообщает о коррупции, испытывает большое давление) готов противодействовать злоупотреблениям властью. Общество, мне кажется, сейчас уже начинает это понимать.

Мы в НАПК специально создали Офис развития добропорядочности, который, в частности, объясняет гражданам важность поддержки разоблачителей. Они же не только для себя идут на это. Идут, чтобы каждому было в обществе жить комфортно. Потому что общество без коррупции - это комфортное общество, это общество с качественным образованием, медициной, другими стандартами жизни.

- И как выглядит изнутри этот Офис? Сидят дяди и ждут, когда к ним придут смельчаки-разоблачители коррупции? Как это работает?

- НАПК было создано в 2014-м году. Одно из направлений его работы, которое было предусмотрено, - это направление развития добропорядочности, формирование нулевой толерантности к коррупции. Но фактически оно в НАПК не действовало. Лишь в 2020-м году мы создали соответствующее подразделение. Чем оно занимается? Интегрирует антикоррупционное образование в школьное образование, в высшее. Планируем обучать персонал учебных заведений с точки зрения предотвращения коррупции и донесения важности предотвращения коррупции. Кроме того, мы уже подготовили учебные курсы о разоблачителях, учебные курсы для декларантов. Уже за первый месяц существования курса о декларировании его прошло 15 тысяч декларантов.

На стадии обучения даже эффективнее предотвращать коррупцию, чем развивать какие-то антикоррупционные программы в министерствах. Если человек с детства не будет толерантен к коррупции, не будет смысла развивать целые институты для противодействия коррупции. То есть, это системное развитие, направленное на то, чтобы коррупционные практики и ежедневная жизнь украинцев были несовместимыми.

- Могут ли те же самые разоблачители коррупции найти защиту у вас?

- У нас создано соответствующее специальное подразделение. За прошлый год у нас уже 15 дел, впервые в Украине выигранных в судах в защиту прав разоблачителей. Есть предписание, внесенное в защиту разоблачителя-адвоката в Высшую квалификационную комиссию адвокатуры. Кстати, мы удивлены, что Высшая квалификационная комиссия адвокатуры, которая должна была бы защищать как самоуправляющийся орган своих членов, наоборот, оспаривает это предписание. Адвокат заявил о коррупции в связи со своей профессиональной деятельностью. Взяточника задержали. Адвоката же фактически за сам факт заявления лишили адвокатского свидетельства.

- Все с ног на голову...

- Поэтому мы системно защищаем в судах всех разоблачителей, которые подвергаются давлению. Вносим предписания об отмене приказов об увольнении, об отмене привлечения к дисциплинарной ответственности.

АНТИКОРРУПЦИОННАЯ ЭКСПЕРТИЗА ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА: ПРЕДУПРЕДИТЬ БОЛЕЗНЬ, ЧТОБЫ ПОТОМ НЕ ЛЕЧИТЬ

- Еще одно направление НАПК - антикоррупционная экспертиза. Вы упоминали в одном из интервью, что у вас этим занимается шестеро специалистов.

- Уже семеро.

- Немного.

- Смотря, как этим заниматься. Мы, например, активно сотрудничаем с общественным сектором, привлекая все их актуальные наработки. По большому счету антикоррупционная экспертиза, то есть экспертиза законов, принимаемых в государстве, стратегически важнее предписаний и последующих проверок. Предотвращая принятие несовершенных или рисковых законов, мы фактически исключаем появление нарушений, коррупционных схем, необходимости разоблачителю свидетельствовать об определенной коррупционной схеме. Поэтому с этой точки зрения антикоррупционная экспертиза крайне важна. Кстати, Конвенция ООН против коррупции это предусматривает, как и Закон Украины «О предотвращении коррупции», статья 55. Но до 2020-го года, хотя НАПК существовало уже с 2016-го года, а закон – с 2014-го, НАПК не провело ни одной экспертизы законодательных актов.

- Почему?

- У меня нет ответа на этот вопрос, хотя это самое важное с точки зрения предотвращения коррупции. На сегодня эффективность антикоррупционной экспертизы за три месяца 2021 года находится на уровне 85 процентов. А именно: 85 процентов наших рекомендаций, которые мы давали к проектам нормативно-правовых актов, были учтены. Это, в частности, рекомендации к постановлениям Кабмина о выполнении закона об оборонных закупках, об обеспечении равенства доступа к недропользованию, в сфере градостроительства. Такая экспертиза делает невозможным коррупцию уже на уровне нормативно-правовых актов, которые приводят затем к коррупции. Например, в законе отсутствуют критерии при отказе в предоставлении государством конкретной услуги. Подается перечень документов для включения в реестр участников военной закупки, но не устанавливается, по каким критериям можно отказать. Когда нет этого в проекте соответствующего нормативного акта, это и означает коррупцию: можно принимать любое решение по своему усмотрению. Это модель того, как все происходит.

Или же другая модель. Летом был утвержден устав «Энергоатома». Он предполагал, что должностным лицом «Энергоатома» является руководитель «Энергоатома», заместитель руководителя, главный бухгалтер и уполномоченный по вопросам антикоррупции. Но закон о предотвращении коррупции однозначно определяет, что должностными лицами предприятия являются все, кто выполняет организационно-распорядительные и хозяйственные функции. Следовательно, в объединении должно декларироваться примерно 3,5 тысячи человек. Но устав вводил их в заблуждение, они могли решить, что декларирование для них не обязательно. Это автоматически привело бы к тому, что более 3 тысяч человек были внесены в реестр коррупционеров за неподачу декларации. Мы обнаружили это на стадии проекта Кабинета министров, дали рекомендации, руководители Правительства оперативно учли, сразу закрепив в уставе, кто является должностными лицами и таким образом обезопасили более 3 тысяч человек от нарушения условий законодательства. А еще мы вместе разгрузили суды на 3 тысячи 500 дел благодаря всего лишь одному выводу антикоррупционной экспертизы. "Энергоатом" - это 3 процента ВВП Украины.

- Что показала ваша экспертиза закона о земле?

- В отношении закона о земле мы обнаружили 30 коррупционных схем, все их идентифицировали. Этим схемам нужно поставить непреодолимые препятствия. В то же время мы публично поддерживаем принятие законопроекта, который слушается в Верховной Раде, и заблокирован 3 тысячами поправок, потому что этот законопроект действительно минимизирует коррупцию. Фактически парламент уже сегодня реализует антикоррупционную стратегию этим законопроектом.

- Очевидно, что законы или отдельные законодательные новации, которые несут коррупционные риски, кем-то конкретно лоббируются. Как с этим бороться, есть ли надежда на системное законодательное урегулирование проблемы лоббизма наподобие часто упоминаемых нами в этом контексте США и других стран?

- Очень важный вопрос. Новая антикоррупционная стратегия как раз предусматривает разработку Национальным агентством кодекса депутатской этики депутатов Верховной Рады и закона о лоббировании. Исходим из того, что обеспечить некоррумпированность законодательного процесса возможно, лишь сформировав эффективное законодательство о лоббизме. Сразу после утверждения Антикоррупционной стратегии мы сформулируем видение, каким оно будет.

- Но насколько известно, в парламенте уже есть проекты законов о лоббизме. Стоит ли ждать, жестко привязываясь к стратегии?

- Да, есть даже несколько проектов закона. Однако, с точки зрения НАПК, как экспертов, которые должны затем контролировать соблюдение этого закона, они не смогут обеспечить прозрачность процесса лоббизма и эффективный контроль за лоббистскими организациями.

- Сами по себе законы плохо выписаны?

- Выписаны неплохо, но не дают ответа на все вопросы, не вводят комплексное регулирование проблемы. Чтобы избежать ситуаций, которые у нас были в прошлом году, когда народный депутат за определенные поправки был задержан НАБУ, нам необходим качественный закон о лоббизме, который исключит такие факты в дальнейшем.

О ДОСТИГНУТОМ, КОМАНДЕ И АМБИЦИЯХ

- Подводя итог, Александр, о чем важном для вас как для руководителя Агентства я сегодня не спросил?

- (Задумывается). Традиционно ваши коллеги, Александр, любят концептуальные вопросы вроде того, какие три или там пять решений считаю самыми важными. Поэтому попробую напоследок сказать о трех итогах, которые считаем самыми важными за последний год в достигнутом нами.

Во-первых, мы подготовили Антикоррупционную стратегию, вторую в истории государства, надеемся, ее в ближайшее время примут.

Во-вторых, провели эффективную кампанию по декларированию, так же эффективно спроектировали нашу работу по проверке деклараций, отчетов политических партий, обеспечили пользователям максимально удобные сервисы.

Наконец, в-третьих, хотя в определенном смысле, может, это и самое главное, - сформировали новую команду активных, ориентированных на цель и добропорядочных сотрудников НАПК. Убежден, ни одного, даже публичного упоминания вы не найдете о том, что какие-то действия НАПК не соответствовали законодательству.

- Сколько вас в команде?

- Правительством утверждена предельная численность штата агентства в 408 сотрудников, реально у нас чуть больше 300 человек. И мы ждем всех добропорядочных профессионалов – будут объявлены новые конкурсы, нужны новые, сильные люди.

- Как вы формируете команду, откуда берутся те, кто собирается реально бороться с коррупцией в нашей стране?

- Из различных сфер и направлений, например, из журналистики, где вы работаете, и с востока, где идет война. Часто привлекаем на государственную службу людей, которые при других обстоятельствах никогда бы на госслужбу не пошли – в качестве представителей общественного сектора. Оттуда пришел мой заместитель Роман Сухоставец, из Общественного совета добропорядочности. Руководитель Управления внутреннего контроля Роман Норец раньше занимался внутренним контролем СБУ, как работник службы обеспечивал защиту границы на востоке страны. Это и мой заместитель Иван Пресняков, который до этого работал в Программе развития ООН и фактически в начале формирования органа приобщился к созданию Реестра деклараций. Это Сергей Деркач, бывший сотрудник нашего миротворческого контингента в Африке, а после - эксперт Антикоррупционной инициативы ЕС, это Валерия Радченко, которая работала в IFES, Международной фундации избирательных систем, это Анна Чорнуцкая, которая возглавляла Департамент контроля сфер госзакупок Государственной аудиторской службы, затем работала начальником управления аудита Министерства экономики, это Дмитрий Калмыков, бывший ведущий эксперт Центра политико-правовых реформ, это Екатерина Каплюк, одна из самых известных журналистов-расследователей в Украине, это Виктория Козаченко, бывший эксперт проекта ПРООН и USAID (Агентства США по международному развитию). Вижу НАПК органом, который будет продолжать привлекать лучших людей из общественного, международного сектора, из бизнеса на государственную службу и, так сказать, заражать добропорядочностью всю государственную службу как таковую.

- В этом смысле вы говорите, что при других обстоятельствах эти люди не пришли бы на госслужбу?

- Да. Например, Александр Стародубцев, который создавал Prozorro вместе с Максимом Нефедовым и командой, теперь еще один мой заместитель. У Игоря Хохича, напротив, большой опыт работы на государственной службе. То есть, пытаемся в команде достичь синергии различных опытов, темпераментов, характеров, а в итоге – большего, чем даже можем ожидать.

- Итак, мотивация для этих людей...

- Основная мотивация команды НАПК - изменить страну, сделать Украину богатым, не коррумпированным, европейским государством.

- А как у вас с заработками?

- Мы же отвечаем за декларирование, можем ли сами себя не декларировать? Заходите, смотрите...

- Спасибо за разговор.

- Спасибо за внимание. Но теперь должен вам вернуть вопрос: что чувствовали бы вы, в моей шкуре, идя на работу и возвращаясь домой?

- Честно, нужно подумать. Попробуем сделать это вместе с теми, кто дочитал до конца и теперь знает о вашей работе...

Разговор вел Александр Харченко
Фото - Геннадий Минченко

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2021 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-