Владимир Вятрович, историк, народный депутат Украины
Россия дискредитирует не только Бандеру, но и все украинское освободительное движение
04.01.2022 16:23

Смешны ли тезисы Путина на историческую тематику? Чем отличаются мифический и настоящий Степан Бандера? Кто и когда напишет научную биографию проводника ОУН? Как украинцам работать с непростыми страницами прошлого? 

Об этом и не только – в эксклюзивном интервью историка, народного депутата Украины, руководителя Украинского института национальной памяти в 2014-2019 годах Владимира Вятровича Центру стратегических коммуникаций.

- Не пора ли возвращать памятники Ленину? Ведь, если верить Путину, именно он основал Украину…

 - Президент России путается в собственных показаниях. То австрийский генштаб, то Ленин. Если Ленин основал Украину, то кому он тогда объявлял войну (имеется в виду так называемый Манифест к украинскому народу с ультимативными требованиями к Украинской Раде – ЦСКИБ) в декабре 1917 года? И он основал Украину до объявления войны или после ее объявления? Очевидно, что мы имеем дело с очередным псевдоисторическим абсурдом от Путина. Но проблема в том, что это не шутка и не просто какое-то его невежество.

К таким заявлениям можно и нужно относиться с юмором для того, чтобы немного разрядить напряженную ситуацию в обществе. И вместе с тем, стоит понимать, что в словах Путина нет ничего смешного.

Это попытка оправдать свои посягательства на Украину. Как бы абсурдно это ни звучало, на внутреннем российском рынке такое находит своего потребителя. И более того, лежит в основе общественных настроений, ведь 75% россиян нормально относятся к возможной войне с Украиной. Путин идет по пути диктаторов XX века, когда всякими псевдоисторическими теориями оправдывает свои посягательства на соседей.

Так же как, кстати, и его большая статья о российско-украинских отношениях. Ее суть сводится к якобы очень миролюбивому тезису о том, что мы один народ. Но на самом деле эта фраза – в основе российской агрессии против Украины. Если мы один народ, тогда украинское государство – это какое-то недоразумение, которое появилось в 1991 году и его необходимо устранить. Если мы один народ, то, действительно, продолжающаяся сейчас война - гражданская, о чем и говорит Путин.

Поэтому нужно быть очень бдительным и понимать – что именно он вкладывает в эти, казалось бы, абсурдные псевдоисторические тезисы, с одной стороны. А с другой, делать все от нас зависящее для того, чтобы не делать каких-то созвучных заявлений, подыгрывая российской пропаганде.

 - Например?

 - По моему мнению, такими являются заявления, звучащие порой от наших политиков об украинской версии русского языка, о том, что у нас действительно очень много общего с Россией. И даже инициатива господина Арестовича о переименовании Украины в Русь-Украину, несмотря на якобы патриотическую мотивацию, на самом деле полностью созвучна идеям Путина.

Приведу простой аргумент. Хорошо, согласимся, что это произошло. А теперь попробуем объяснить англоязычному миру, что название Russia-Ukraine на самом деле не связано с Россией, что Украина отдельно. Она не является Россией, а Россия не является Украиной. В реальности это вносит не просто дополнительную путаницу, а абсолютно усиливает тезис Путина об одном народе. 

- Когда-то он сказал, что справились бы во Второй мировой войне и без украинцев. Но при этом с днем Победы почему-то поздравляет именно украинский народ...

Тезис о Великой Победе нужен, чтобы прикрывать нынешние преступления Путина и России

- Тема Второй мировой войны имеет просто колоссальное идеологическое значение для современного путинского режима. Победа в ней якобы должна оправдать все плохое, что делалось в XX веке: грехи и преступления коммунистического тоталитарного режима, грехи и преступления самого Путина. Если мы освободили мир от фашизма, то кто посмеет называть нас агрессорами? Тезис о Великой Победе нужен, чтобы прикрывать нынешние преступления Путина и России.

Помимо прочего, она остается едва ли не единственным объединяющим мифом для разнородного населения РФ. Поскольку нет каких-то еще тем, которые могли бы стать основой для российской национальной идентичности. Путин унаследовал миф «Великой отечественной войны», на базе которого создавалась «советская нация», и сейчас пытается его имплементировать в национальное сознание россиян.

Россия жаждет монополии на победу. Здесь нет места Западу, Второму фронту, ленд-лизу, Украине. Победа должна консолидировать россиян внутри и служить оправданием для агрессии современной России против любого, кого она назовет «фашистами».

Этот культ, насажденный еще при СССР, до сих пор присутствует и в Украине. Поэтому мы так тяжело отказываемся от советских традиций и тяжело переходим с 9 мая на 8 мая. Но хорошо, что переходим, движемся в этом направлении. А вот в России, наоборот, ничего не делается для того, чтобы как-то переосмыслить память. Миф о Великой Победе в Великой Отечественной освежается, приобретает новую жизнь, утверждается с новыми информационными технологиями.

- А Степана Бандеру, очередную годовщину со дня рождения которого недавно отметили, мы пытаемся как-то имплементировать в наше, украинское сознание?

Россия дискредитирует не только конкретную историческую личность, но и все украинское освободительное движение. А значит - и всю Украину

-  Конечно. Этому способствуют усилия историков, отчасти государства, общественности. Потому что представлять себе историю Украины XX века без Степана Бандеры просто невозможно. Как реального Бандеру: деятеля украинского националистического движения, проводника ОУН, с которой вынуждены были считаться большие силы в тогдашней Европе, так и Бандеру мифического, который стал символом борьбы за украинскую независимость. Не только для украинцев, но и для всего мира, для всех, кто знает об украинском освободительном движении.

Стоит и дальше прилагать усилия, чтобы объяснять, каким был реальный Бандера, и как он стал тем символом. И одновременно объяснять, что стать символом еще при жизни, и остаться им после смерти не так легко. Я знаю некоторых своих коллег историков, которые говорят о том, что Бандера – это только символ. Да, символ, но не только. Быть и остаться символом очень трудно. Мы за 30 лет независимости уже видели немало людей, которых хотели бы считать символами, но они нас быстро разочаровывали.

Конечно, нужны дискуссии, нужны научные работы. До сих пор нет научной биографии Бандеры. Очень мало научно-популярных работ. Фильму Тараса Ткаченко "Степан Бандера. Цена свободы" уже больше 10 лет. У нас не хватает художественных фильмов о Бандере. "Атентат - Осеннее убийство в Мюнхене" уже довольно старый, а ничего другого нет.

Еще очень много нужно сделать, чтобы понимание Бандеры стало всеохватывающим и глубоким. Тем более мы понимаем, что для России Бандера выполняет совершенно противоположную роль. Там он символ всего негативного, что якобы было в украинской истории. И этот образ страшного Бандеры очень активно импортируется Россией в мир.

Очевидно, что украинские историки, украинские медиа, политики должны быть заинтересованы в том, чтобы опровергать «черную легенду» о страшном Бандере – предателе и коллаборационисте. Потому что таким образом Россия дискредитирует не только конкретную историческую личность, но и все украинское освободительное движение. А значит, и всю Украину.

Нарратив очень прост: если Бандера был страшным коллаборантом и преступником, то таким является и все украинское освободительное движение, которое боролось под его именем. Значит, и цель, и исход борьбы украинского освободительного движения подлежат осуждению. Поэтому нам нужно действительно очень много говорить, исследовать и популяризировать Степана Бандеру.

- Иногда складывается впечатление, что мы популяризируем Бандеру по большей части, чтобы насолить России…

 - Учитывая то, насколько болезненным является образ Бандеры для российской пропаганды, вероятно, невозможно не потроллить Москву каким-то дополнительным вниманием к нему. Но, конечно, необходимо учитывать, чтобы троллинга было не слишком много. Стоит понимать, что речь идет не о каком-то мифическом образе, выдуманном российской пропагандой, а о реальном историческом деятеле, который совершал много хорошего, который допускал ошибки. Знания о реальном Степане Бандере очень пригодятся Украине, нежели желание просто потроллить Россию. Иначе мы просто потеряем настоящего Бандеру. 

- Вроде и общественный запрос есть, но почему до сих пор никто не смог создать академическую биографию Степана Бандеры?

- Проблема в том, что эта тема горячая, накаленная. Потому что Бандера, ставший символом, вызывает разные чувства. У кого-то - сильное увлечение, и отсюда такое забронзовение Бандеры. У кого-то - не менее ярую ненависть, и отсюда желание видеть его только преступником. Многие наши коллеги-историки просто не имеют отваги уцепиться за такую горячую тему.

До недавнего времени была также проблема (и мне кажется, что она в значительной степени преодолена) доступа к источникам. Хотелось бы все же иметь документальную базу о Степане Бандере, а не опираться лишь на свидетельства и воспоминания.

- Эти документы - у нас или в других странах? 

 - Они много где есть, большое количество в Украине. О Бандере и его семье есть немало в архивах спецслужб. Потому что советская безопасность действительно достаточно серьезно им занималась: готовила операции по дискредитации, убийство. Значительный массив информации о Бандере находится в распоряжении украинских организаций диаспоры. Когда-то один такой архив был в Мюнхене, где Бандера жил. На сегодня большая часть этих материалов перевезена то ли в Нью-Йорк, то ли в Лондон. Значительное количество материалов, которые касаются Бандеры, находятся в архиве Центра исследований освободительного движения. Но там в основном о диаспорном периоде жизни Бандеры – после Второй мировой войны.

Какая-то часть материалов, конечно, есть в Москве. В Украине, в Отраслевом государственном архиве Службы внешней разведки, недавно были найдены материалы, которые касались Богдана Сташинского и его подготовки к операции по ликвидации Степана Бандеры. Эти документы опубликованы.

Я думаю, что будет научная биография Бандеры. Открою секрет, работа над этим есть также в моих творческих планах. Наэлектризованность темы меня не пугает, я такие люблю. Когда-нибудь, когда будет спокойнее в стране, возьмусь за это…

- Бандера – трагическая личность?

 - И трагическая, и героическая. Его личная трагедия тесно связана с трагедией Украины. Представьте себе: жить в середине кровавого XX века, во время, когда столкнулись два тоталитарных режима. И пытаться устоять на двух ногах, да еще и не прогнуться. Очевидно, это стоило ему жизни. Бандера трижды сознательно шел на смерть. Сначала поляки, затем немцы, а потом уже советские спецслужбы...

Бандера при жизни превратился в символ и понимал, какая это колоссальная ответственность. И при этом он не мог присоединиться к повстанцам, которые под его именем с оружием в руках борются где-то там в Украине. Вместо этого пришлось жить после войны в эмиграции, погруженной во все внутренние ссоры, типичные для любой политической эмиграции. Как-то после всех этих горячих споров, которые привели к очередному расколу ОУН, Бандера откровенно заявил, что не достоин быть символом, каким его хотят видеть. Вот где настоящая драма.

Как и у многих революционеров, у него не было нормальной семейной жизни. Дети только после смерти отца узнали, что тот на самом деле никакой не Стефан Попель, а легендарный Степан Бандера. Семья после его гибели вынуждена была скрываться. Затем ее доставили в Канаду, опасаясь, что в Европе родных тоже могут уничтожить или похитить, чтобы использовать в пропагандистских кампаниях. То есть Бандера пожертвовал не только своей жизнью, но и своими детьми, женой. Если посмотреть на это с обычной человеческой перспективы, если попробовать примерить на себя роль человека, оказавшегося в такой ситуации, начинаешь понимать весь трагизм и драматизм.

И это, как мне кажется, лишь усиливает его образ – человека, который готов жертвовать. Он осознавал свой выбор и вопреки всему – не сломался. Поэтому Бандера так важен для украинской истории. Поэтому именно его путь получил резонанс, скажем так, в народной душе. Поэтому Степан Бандера стал символом еще при жизни. Еще во время заключения в деле убийства Перацкого (министра внутренних дел Польши – ЦСКИБ) горделивая осанка Бандеры на судах превратила его в народного героя. Примерно с конца 1930-х годов он уже стал героем народных песен. И это тоже абсолютный феномен, когда о еще молодом живом парне уже сочиняют народные песни. Известны несколько десятков песен, которые прославляют Бандеру как народного героя. В нем видели того, кто отражает украинскую способность бороться, жертвовать собой.

– Но не является ли Бандера локальным героем - исключительно для Западной Украины?

 - Абсолютно убежден, что нет. Бандера боролся не только за Западную Украину или Галичину, а за всю Украину. Потому что он возглавлял украинское освободительное движение. Действительно, учитывая политические и исторические обстоятельства, в то время главной ареной этого движения была Западная Украина.

- А он является героем, скажем, для Харькова?

 - Да. И для Харькова он герой, потому что этот город является частью Украины. А Бандера боролся за независимость всей Украины. И не от него лично зависели географические рамки освободительного движения. Резонанс борьбы, его цель делают Степана Бандеру национальным героем. Например, атаман Василий Чучупак не действовал где-то очень далеко за пределами Холодного Яра. Но для меня Чучупак – тоже общенациональный герой. Потому что его цели были общенациональными.

- Вернемся к вопросу о современной рецепции Бандеры. Историков некоторых пугает эта тема из-за ее резонансности. Однако некоторые творческие деятели, наоборот, за нее хватаются, как за повод, который может их прославить. 

 - Бандера резонансен, поэтому некоторые стремятся превратить его в повод для хайпа. Такая наэлектризованность воспринимается как вызов: «Вот видите, я не боюсь уцепиться за этот высоковольтный провод, чтобы все знали, какой я смелый». К настоящему пониманию Бандеры это ничего не добавляет. Добавляет только к пониманию авторов, стремящихся к славе.

Но, возможно, хайп также играет определенную положительную роль... Но будет обидно, если останется только хайп.

- Не только творческие деятели хайпируют на Бандере…

Российская пропаганда достигла противоположного эффекта

- Конечно. В последние годы именно российская пропаганда не дает превратиться Бандере в объект обычных исторических исследований. Она напоминает всем о нем, как о главном антигерое украинской истории, подпитывает, по сути, этот образ.

Помню, в 2014 году именно Бандера, кажется, был в топе запросов в Google в Украине. Причиной стала российская пропаганда, которая называла бандеровцами всех, кто вышел на Майдан, а затем пошел с оружием в руках защищать Украину на востоке. Очевидно, что у людей, которые очень мало знали о Бандере, возник вопрос: "Если я бандеровец, то кто же он такой и почему меня так называют".

Таким образом российская пропаганда достигла противоположного эффекта. Люди начали примерять на себя эту "бандеровскую униформу". Бандера стал ассоциироваться с современной борьбой за свободу. Мы наблюдаем довольно заметную динамику в изменении отношения. В 2010 году - 20% положительно относились к Бандере. 2020 год – 36%. Самое интересное, что существенно изменилось негативное отношение: с 60% до 34%.

- Больше, чем статистика, о которой вы сейчас говорите, изменение отношения показал недавний флешмоб «Батько наш Бандера, Україна мати»…

 - Украинцы в принципе очень певческая нация. Эта черта выражается в том, что много своих внутренних переживаний, каких-то негативов и позитивов украинцы выражают именно через песню. И то, что упомянутый флешмоб стал массовым уже в XXI веке, свидетельствует, что это до сих пор работает. То есть образ Бандеры, который он сам формировал, который формировали участники украинского освободительного движения, который частично формировала, как ни странно, российская пропаганда, важен и до сих пор резонирует в душе украинцев.

- Что делать с проблемностью личности Бандеры для некоторых соседей и союзников Украины?

В биографии Степана Бандеры нет ничего такого, за что Украине должно быть стыдно

- Да ничего не делать. Рассказывать о Бандере: кем был, объяснять, что мы имеем право на своих героев, даже когда те не были героями для вас. Здесь совершенно не нужно договариваться относительно согласования позиций. У меня, с украинской перспективы, например, немало претензий к Юзефу Пилсудскому. Но я при этом понимаю, почему тот является одним из столпов исторического сознания поляков, и что он действительно заслужил это. Украинцы не указывают полякам, как они должны относиться к Пилсудскому, как они должны вписывать его в наши представления.

Мне кажется, что взаимное уважение начинается с уважения к различиям в интерпретации прошлого, в частности определения героев. Я убежден, что в биографии Степана Бандеры нет ничего такого, за что Украине должно быть стыдно. За что бы мы должны были извиняться перед поляками.

Зато мы видим, что в Польше в последнее время воспринимают Бандеру сквозь призму советско-российской пропаганды. Пусть уж и немного обновленной. Сейчас поляки видят в нем не просто какого-то террориста, организовавшего успешное покушение на их министра внутренних дел. Это было бы как раз понятно. Вместо этого вменяют ему организацию так называемой «волынской резни». Бандера к этому имеет очень далекое отношение, находясь в то время в немецком заключении. У него не было никакого влияния на непосредственные решения УПА, он не был участником этой польско-украинской войны. И представлять его главным виновником этого противостояния – абсурдно. Однако, это сейчас живет.

Так же, как некоторые израильские политики пытаются сделать из него главного антисемита. Опять же, никаких оснований для этого абсолютно нет. Пытаясь привязать Бандеру то ли к погромам, то ли непосредственно к Холокосту, они фактически подыгрывают антиукраинской пропаганде Кремля.

- Попытки убедить Польшу в том, что вы говорите, были неудачны. Есть опыт Украинского института национальной памяти, когда начинали вроде с лучших позиций, а завершили еще худшими. Почему так происходит? 

 - Это исключительно проблема роста. Я убежден в том, что когда политика Украины относительно своей истории будет последовательной, а не будет зависеть от изменений на политическом олимпе, то наши соседи привыкнут, что Бандера для украинцев является героем, для нас важно чествовать участников освободительного движения и с этим необходимо считаться.

Между тем, когда за рубежом видят, что в зависимости от того, кто является сейчас руководителем Украины, наша историческая политика в значительной степени меняется, то появляется соблазн – подождем, у них сейчас сменится президент и мы сможем дожать. И добиться каких-то покаяльных заявлений, какого-то там осуждения, отграничения от деятельности.

Поэтому, я думаю, что это проблема роста. Проблема политической конъюнктуры - и в нашем государстве, и в соседних. Не секрет, что обострение польско-украинских отношений, которое произошло за последние годы, совпало во времени с приходом к власти в Польше партии «Право и Справедливость»…

- Если темное прошлое мешает идти вместе в светлое европейское будущее, то…

 - Да не мешает. Зависит от того, как к этому относиться. Есть разные модели отношения к прошлому. Одну из них когда-то предложила Испания. И это даже вызвало определенное восхищение у некоторых наших коллег. Ярослав Грицак, например, сильно увлекался идеей «исторической амнезии». Мол, давайте забудем какие-то конфликтные вещи, потому что так легче двигаться в будущее. Пример Испании показал, что амнезия не работает. Мадрид 30-40 лет проводил этот курс, который в итоге потерпел полный крах.

Да, можно на некоторое время забыть о каком-то тяжелом прошлом. Но оно все равно со временем вылезет. Поэтому прошлое лучше проговаривать. Мне импонирует аналогия с психологическими проблемами, преодолевать которые лучше, проговаривая их. Тогда прошлое перестанет деформировать настоящее и тем более будущее.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Если хотите увидеть украинцев разобщенной нацией - начинайте говорить о Второй мировой войне, - Ярослав Грицак

Другая концепция, которую сейчас предлагает Ярослав Грицак, звучит как «преодолеть прошлое». Но что значит «преодолеть прошлое»? Отбросить его? Забыть? Разрушить? В прошлом есть не только негативные вещи, но и положительные. Самое важное, что история или память о прошлом - это опыт. Он необходим, потому что может быть полезным в настоящем. Нужно договориться с прошлым. Оно такое, какое произошло. Его не переформатируешь.

Возвращаясь к теме польско-украинских отношений. Да, у них было очень много плохого, кровавого, конфликтного. И эти темы нужно проговаривать. Но когда политики берут из прошлого только то, что им нужно, они тем самым порождают конфликты в настоящем. Ведь если постоянно напоминать о том, что украинцы и поляки только и делали, что убивали друг друга в прошлом, то очевидно, что это будет провоцировать конфликты в настоящем. А в прошлом были не только конфликты, но и попытки польско-украинского сотрудничества. Даже в этом очень кровавом периоде 1940-50-х годов. Можно обращать больше внимания на то, что украинское и польское подполье смогли договориться и даже провести несколько совместных акций. Таким образом, совсем другой акцент мы направляем и в настоящее, и тем более – в будущее.

Особенно сейчас, в ожидании тревожных событий, связанных с российской агрессией. Вот об этом стоит говорить. Поэтому, мне кажется, что гораздо мудрее договориться с прошлым. Понять – что из этого прошлого может быть полезным сейчас. Что стоит использовать, а что наоборот - в нем нужно оставить. Под лозунгом Never again!, то есть того, что никогда не должно повториться. 

Тезис "договориться с прошлым" очень важен, потому что оставляет за прошлым некую субъектность. Потому что, когда говорят "dealing with the past", прошлому отводят пассивную роль: делай с ним, что хочешь. Такон невозможно. Думаю, каждый историк чувствовал, что прошлое оказывает сопротивление. У тебя есть какая-то концепция, какое-то видение того, что на самом деле произошло, и ты начинаешь ее воплощать, разворачивать какие-то свои гипотезы... И вдруг спотыкаешься о какой-то факт, документ, воспоминание, которое все это разрушает. И если ты действительно хочешь услышать прошлое, ты обязан это переписать. А если тебе без разницы, что действительно произошло, потому что твоя концепция важнее правды, ты действительно делаешь с прошлым, что хочешь. Но в таком случае ты уже не историк. Поэтому прошлое нужно слышать, с ним нужно договариваться.

- Даже несмотря на господствующую идеологию в стране?

-  Абсолютно. Независимо от того, что мы имеем сейчас, прошлое от этого не изменится. Можно под разными углами смотреть на него. Это нормально. Страх перед тезисом о "переписывании истории", он тоже неадекватный. Потому что нормально для каждого поколения немножко по-другому смотреть на те же события. Но не нормально пытаться менять события прошлого. Скрывать какие-то из них.

Предлагаю такую метафору. Можно подниматься на гору и держать в поле зрения какую-нибудь хату в долине. Поднимаясь выше, каждый раз ты будешь видеть эту хату под немного другим углом. Но хата от этого не меняется. Просто меняется твой взгляд на нее. И это нормально.

- Стоит ли вернуть Степану Бандере звание Героя Украины, которое у него забрали при Януковиче?

- Я скептически отношусь к этой инициативе по нескольким соображениям. С юридической точки зрения это невозможно. Нет правовых механизмов для того, чтобы отменить решение суда, чтобы снова каким-то образом вернуть это звание.

С историко-политической точки зрения – а зачем оно ему? Что это звание добавляет Бандере? Понятия герой Украины он достоин. Он его заслужил. Однако эта государственная награда в значительной степени дискредитирована некоторыми ее обладателями, которые поддерживают врагов Украины. Вообще, это звание - советский атавизм. Все же прекрасно понимают, что оно является украинской адаптацией Героя Советского Союза.

Если существует необходимость какого-то государственно-юридического оформления отношения к тем или иным личностям украинской истории или современности, адекватнее было бы говорить о каком-то новом звании, введении какой-то новой награды, нового отличия, которыми можно было бы в случае необходимости отметить в том числе и Бандеру.

Хотя, в идеале необходимо двигаться к этой цели другим путем – должен быть национальный Пантеон. Как по мне, это гораздо лучше показало бы со стороны государства, какие ключевые личности составляют основу украинской государственности. Речь идет о перезахоронении в Украине ключевых личностей нашей истории. Очень многие из них покоятся за рубежом. Тот же Степан Бандера, Евгений Коновалец, Симон Петлюра…

- Вы же понимаете, что это тоже будет предметом для ссор. Кто-то захочет Патона, кто-то - Петлюру…

-  Прекрасно. Вот и проговорим, почему Патон, а почему - Петлюра. Нужно проговорить критерии: кто бы там должен был быть, за какие заслуги, почему мы считаем, что они должны быть там похоронены? И уже из этого выходить на какую-то практическую реализацию. Мы еще не прошли этот этап. Поэтому говорить о каких-то быстрых политических решениях сейчас не приходится.

- Что вы ответили бы тем, кто считает факельные шествия атрибутом радикальных движений или церемониалом тоталитарных государств? Именно так представляет празднование дня рождения Бандеры российская пропаганда.

Я скептически отношусь к идее чествования Бандеры факельными шествиями

- Это не совсем так. С Ангелой Меркель на посту канцлера прощались тоже с факелами. Однако никто ФРГ тоталитарным государством не считает. 

Но, несмотря на это, я скептически отношусь к идее чествования Бандеры факельными шествиями. Потому что это не является украинской национальной традицией. Оуновцы не ходили с факелами.

Поэтому, хотим мы или не хотим, это все же играет на руку российской пропаганде, создает дополнительный повод поговорить о Бандере как о «фашисте». Зачем такое делать? Я думаю, что Бандера заслужил, чтобы его чествовали украинскими национальными традициями. А факелы – это просто хайп и повод напомнить о себе, а не о Бандере.

Центр стратегических коммуникаций и информационной безопасности

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-