Украинские греко-католики посреди Дикого поля

Украинские греко-католики посреди Дикого поля

Укринформ
В начале 90-х на Донбассе появилась УГКЦ. О том, как живут ее верующие сегодня - в проекте "Семь дней в регионе"

В советские времена здесь стояла Новодонецкая школа-интернат, куда учеников свозили из окрестных, тогда еще полностью украиноязычных, сел. Дети шахтеров получали образование на «общепонятном», а «инкубаторских» тому же учили на украинском. Среди местных они, кроме языка, выделялись стрижкой «под ноль» и вельветовой «формой» (вельвет, в отличие от времен более поздних, был тогда самым дешевым из всех тканей, которые производились советским легпромом). Интернациональное государство как будто специально приучало нас к мысли, что украинское – это что-то неполноценное...

УКРАИНСКАЯ ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ

Когда именно ликвидировали это учебное заведение, точно не скажу. Лет семнадцать не приезжал в Новодонецк. А когда, наконец, после длительной паузы впервые попал в конце девяностых – не было уже ни трехэтажного учебного корпуса, ни спального, ни мастерских, ни столовой. Долго расчищенная площадка стояла пустой, пока лет через десять не появилась там небольшая постройка, очевидно, культового назначения.

Меня тогда это немного удивило, поскольку уже знал, что в центральной части поселка под создание храма московского патриархата выделен целый квартал «бараков» (так у нас называли одноэтажные общежития для «первопоселенцев»), поэтому еще один храм явно был бы лишним. Только потом выяснил, что этот храм принадлежит Украинской греко-католической церкви – и удивился еще больше. Итак, не пообщаться со священником «экзотического» для наших мест «учреждения» просто не мог. Произошло наше знакомство в 2009-ом.

...Утро; возле храма возились строители. Человека в рясе поблизости видно не было, поэтому спросил у одного из рабочих, как мне увидеть настоятеля. Неожиданно на мой вопрос, на русском языке, тот ответил на чистом украинском:

– Отец Владимир будет часа через три, но если надо, могу дать номер его мобильного.

Хотя в его произношении не был слышен галицкий акцент, я от нечего делать ляпнул (на этот раз уже на родном языке):

Так вы тоже из Галичины?

– Нет, я со Степановки.

Степановка – одно из ближайших к Новодонецку сел. Когда-то давно между молодежью двух поселений шла легкая такая вражда. Впрочем, продолжалось это недолго – до той поры, когда новоприбывшие ознакомились с окружающей средой. А «среда» – с ними.

Вы случайно не в этом интернате учились?

– У нас своя украиноязычная школа работает, – с подчеркнутым достоинством ответил мой новый знакомый Валера. И снова углубился в процесс размешивания раствора.

Собственно, мы всегда знали, что где-то рядом с нами живут «бендеры». И так уже дети бывших воинов УПА и «просто» ссыльных из Галичины говорили на одном с нами языке – в нашем этническом ковчеге на особенности происхождения каждого отдельного индивидуума внимания практически не обращали. Зато теперь легко было угадать, кто именно инициировал появление греко-католической общины, можно сказать, на задворках Донбасса.

о. Владимир Кузик, священник храма Преображения Господня, подтвердил мою догадку:

– Люди прочитали газету, узнали, что в Донецке есть греко-католическая церковь, и захотели зарегистрироваться, чтобы просто к ним приезжал какой-то священник. Из Донецка или Артемовска, где ближайшее священники были. Это Владимир Лабай, который первым был. Он служил в УПА, отбыл лагеря, ссылки... Сейчас в Доброполье, дочь забрала. Болеет.

Батюшка назвал еще несколько человек с характерными именами и фамилиями: Стефания Олийнык, Ярослава Гайвишин, Анна Яцишин... Во время хрущевской «оттепели» бывшим врагам режима формально разрешили вернуться в Украину из Колымы, Сибири и Казахстана, но дальше западной окраины Донбасса не пустили. И в селах Александровского района на Донетчине появились целые «галицкие» улицы.

1
о.Стефан Попадюк

ОТТЕПЕЛЬ

Таким образом, получается – просто с точки зрения хронологии, – что галичане здесь даже больше укоренившиеся, чем основная масса русскоязычных «номадов». Которые в поисках лучшего заработка кочевали от одной новой шахты к другой («Пионер», например, начали строить в весьма знаменательном году – в 1956-м); поселок с его нынешним названием появился еще позже.

– Передо мной были священники: о. Василий Пантелюк, о. Василий Иванюк. Когда люди обратились, это был 93-й год, а в 94-м уже была зарегистрирована парафия. Потом узнали, что и в Звановке (вблизи Бахмута – ред.) есть церковь. И Стефания Олийнык уехала в Звановку, где как раз и был Василий Иванюк. Вот он, практически, и начал строить эту церковь. Он долго здесь служил, и где-то в 2001-м на его просьбу – потому что имел очень много приходов – он меня пригласил (я тогда еще студентом был). Строили эту церковь практически самые старые люди, пенсионеры. Было так, что Василий Пантелюк немного помогал финансово, а так – никто.

Вспомнив о скитаниях украинских религиозных общин (кроме московского пошиба) в Луганске, которым отказывают даже в клочке земли под храмы, я решил, что то же самое пришлось пережить и греко-католикам в Новодонецке. Но не угадал.

– Вы знаете, здесь власть, несмотря на то, какая это церковь (хотя, конечно, московской больше помогает) дала нам землю. Все нормально – никто ничего не покупал. Сейчас земля наша - 60 на 80 метров. Мы ее взяли в постоянное пользование. Вообще, на этой территории должна быть церковь, часовня, дом священника, но пока что это нереально.

Так вот этих работников вы нанимаете?

– Вот по сравнению с началом – Бог благословил, что теперь директор шахты Николай Крещенко... до недавнего времени он негативно думал о нашей церкви, а когда я с ним сел, поговорил, то он, а потом другие начальники на шахте начали помогать. Те люди, которые сейчас работают – они от них. Говорят: «Вот видите, у вас там нашу церковь православную преследуют, а мы вам тут помогаем». И, поверьте, в этом, прошлом году я обращался – у нас крыша была очень плохой – то они дали балки, дали те профили, дали людей и сказали: «Если нужно, обращайтесь».

На каком языке общаетесь с местными?

– Я разговариваю на украинском, но когда вижу, что человек не понимает – пытаюсь объяснить на русском. Моя жена - медсестра, она тоже постоянно общается на украинском языке. На нас сначала смотрели как на иностранцев, но сейчас оно нормально воспринялось. Знают, что это украинская церковь. Местные тоже взяли участие в ее развитии. Есть один человек, сначала поведение его было не достаточно адекватным, он сидел в тюрьме, – Мисько Валентин. Во времена отца Василия он обратился, и он безотказный – приехать, привезти что-то. И так же много местных людей. И тяжело им немного, но все равно – берут книги, поют во время службы Божьей. Безотказные.

Хулигана Валика я знал еще со школы. Когда-то снарядом времен Второй мировой ему оторвало кисть руки, а с ней - и остатки сдержанности. Какие же слова нашел для него священник чужой конфессии?..

МАРШ-БРОСОК

Два года назад я, собираясь в Новодонецк, позвонил о. Владимиру; он сказал, что вернулся служить на родину, и я в тот раз в церковь не заходил. Теперь же разговор с нынешним настоятелем был одним из моих заданий. В понедельник службы не предусматривалось, и я просто направился домой к новому священнику (раньше там жил его предшественник, поэтому адрес я знал).

– И что вас интересует? – спросил о. Стефан.

В частности – как вы здесь выживаете.

– Вот как, – он горько вздохнул и кивнул в сторону кучи пиленых стволов. – К зиме готовимся.

Здесь, очевидно, следует объяснить. В Новодонецке, как и во всем Доброполье, газа нет. Все, кто хоть как-то связан с шахтой, сегодня получают талоны на уголь по существенно сниженной цене. Священник к шахте никакого отношения не имеет, поэтому вынужден заготавливать дрова. Вообще я собирался договориться о встрече на следующий день, но Стефан предложил другое решение:

– Я сейчас еду в Александровку за лампадным маслом. Поехали вместе. В машине и поговорим.

Александровка – это ближайший к Новодонецку райцентр, километров за десять. Поэтому поговорить было время.

– Сам я из Львовской области, а сюда переехал из Краматорска. Меня рукоположил владыка Степан в Донецке с июня 2012 года, и сразу было назначение на Краматорск. Собственно, в самый день посвящения родился у меня первый сын. Жена сама из Бахмутского района.

Где же вы познакомились?

– Мой дядя, Сопрон Попадюк, строил монастырь в Звановке. Я приезжал на практику – и ему помогать – и так, собственно, познакомился со своей женой. Она окончила Ивано-Франковский юридический, слава Богу, с красным дипломом. Относительно служения в Краматорске... Оно довольно интересным было во время оккупации. Потому что весь этот процесс происходил на глазах. «Ихтамнет», «референдум», «зеленые человечки»... Просыпания под обстрелами. Жили как раз недалеко от аэропорта, где проходила линия боевых действий. Пришлось бежать на Харьковщину, к куму. Спасибо ему, что дал пожить у него, пока ребенок родился, пока подрос...

Уже в июле освободили Краматорск. Церковь была побита – мина упала как раз в алтарную часть; иссеченные стены, окна. Много окрестных домов сгорело – собственно, от сепарских обстрелов, по-другому не скажу. Разговаривал с очевидцами, которые вовсе не являются сторонниками наших военных.

...В октябре 2014-го выезжал отсюда отец Владимир. Я был назначен на его место, но попал сюда немного позже. Как раз умер владыка Сопрон Мудрый, известный епископ, – он родной брат моей бабушки, и я должен был ехать на похороны, а потом вернулся и уже был поставлен. Приятно, в принципе – этот приход наработан благодаря отцу Владимиру, потому что много есть таких вещей, которые люди обучены делать. Получили хорошую подготовку в том плане, что священнику комфортно с ними работать.

ВОЗВЕДЕНИЕ ХРАМОВ

На обратном пути завернули в Петровку Первую – ближайшее от Александровки село.

– Здесь отец Виктор занимаются фермерством, – подчеркнул Стефан. – Я у него ульи держу.

В невысоком человеке, который вышел из ворот типичного нашего селянского двора, я бы не распознал не то, что священника, а и галичанина. Кузик не называл Петровку (ни Первую, ни Вторую) в числе тех, где есть приходы УГКЦ, поэтому, наверное, Виктор тут недавно. Тем не менее, он уже практически построил свой храм. Уже было темно, поэтому я не сориентировался, на какой именно окраине стоит это строение. Автомобильных фар и вспышки фотоаппарата не хватило для качественной фотографии, тем не менее, представление о будущем храме она дает.

– Эту церковь отец Виктор фактически своими руками построил. Буквально!

Здесь у нас возникла... не то, что дискуссия, просто моя память не смогла подтвердить того факта, о котором говорили мои собеседники. Стефан согласился, что есть определенный символизм в том, что его храм стоит на месте украинского интерната. Но он пошел дальше и заявил: «Возле церкви - остатки постамента, на котором стоял памятник Ленину». Как я память не напрягал, вспомнить о существовании еще одного «вождя пролетариата» в поселке так и не смог. А когда подъехали к церкви – священник не смог найти остатки фундамента. Сошлись на том, что он похоронен под кучей щебня, который лежал рядом.

Священник открыл храм. По сравнению с тем, как он выглядел восемь лет назад, интерьер был полностью завершенным.

– Пластиковые карнизы надо еще заменить. Чтобы не было здесь ничего пластмассового – ни карнизов, ни проповедей...

Из-за иконостаса о. Стефан вынес главную реликвию своего, довольно нового, храма – раку с частицами мощей:

– Святого Григория Двоеслова, папы Римского (VI – начало VII веков), затем преподобномучеников Палестинских и новомученика украинского – это Иосафат Коциловский.

Иосафат - епископ Перемышльский; замучен в Киевской тюрьме в ноябре 1947-го за отказ участвовать в т.н. воссоединении УГКЦ с московской церковью. Провозглашение декрета мученичества произошло в Ватикане в 2001 году в присутствии Иоанна Павла II. Обряд беатификации также провели в присутствии папы, после смерти тоже провозглашенного святым.

Даже не пытался поставить себя на место о. Стефана, и когда он сказал, что должен беспокоится за три прихода, почувствовал сильный дискомфорт. Это же не на Львовщине ими управлять – среди единомышленников. Причем если один – в недалекой от Новодонецка Новостепановке (не путать со Степановкой – Новостепановке сам председатель Донецкой ОГА Виктор Федорович в 2000-м году целую школу построил!), то другой – в Доброполье.

– Мы просили там землю, но нам, как всегда, отказали. И я пришел к выводу, что проще купить себе кусок земли – и ни от кого не зависеть. Подвернулась земля недалеко от центра. Вот, где шахта «Алмазная» – мы уже сейчас деревянную часовенку поставили. Замечательный участок – подключено электричество, подведена вода, есть кадастровый номер...

Михаил Бублик, Северодонецк

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2020 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-