Игорь Цепенда, ректор Прикарпатского университета
Из-за вандализма открытие обсерватории на горе Пип Иван в 2020 году оказалось под угрозой
13.09.2019 14:50

О восстановлении обсерватории на горе Пип Иван, или на Попиване, как обычно называют Черногору местные жители, ученые Польши и Украины заговорили еще в 1996 году на конференции в Яремче. Тогда протокол намерений отправили правительствам обеих стран.

Первой отреагировала Украина. В 2002 году от президентской администрации Кучмы в Ивано-Франковскую облгосадминистрацию пришло письмо о правильности предложений и идей относительно возрождения астрономически-метеорологической обсерватории, которая полноценно действовала в 1938-1939 (1939-1941) годах. В 2010-м, после 12 научных экспедиций на Пип Иван, из госбюджета Украины поступили первые 900 тыс. грн на разработку проектно-сметной документации Польско-украинского центра академической молодежи в селе Микуличин. В рамках проекта планировали и восстановление обсерватории.

В 2012 году на реализацию этого замысла Минкультуры Польши направило 70 тыс. долларов. Партнерами проекта стали Прикарпатский национальный университет имени Василия Стефаника и Варшавский университет. С тех пор каждый год работы на Попиване проводили в соответствии с определенным планом. Только в 2013-2014 годах из-за войны на востоке Украины темп работ несколько упал. В 2016 году провели ряд внешних работ здания обсерватории, а в 2017-м приступили к внутренним. Тогда же, в соответствии с соглашением с ГСЧС, в нескольких комнатах обсерватории на постоянной основе заработал спасательный пост. В прошлом году сюда начали завозить научное оборудование.

Но 22 августа 2019 года неизвестные молодые люди забрались на крышу обсерватории и повредили новую систему громоотвода. Чем могут обернуться такие действия, будет ли усилена охрана на Попиване и не повлияет ли этот случай на дату открытия международного научного центра «Обсерватория», которое запланировано на 2020 год, корреспондент выясняла у ректора Прикарпатского национального университета им. В.Стефаника, профессора Игоря Цепенды.

В ЭТОЙ СИТУАЦИИ НЕТ ФОРСМАЖОРА, А ЕСТЬ ХАЛАТНОСТЬ И ВАНДАЛИЗМ

- Знаю, что Прикарпатский национальный университет сразу после повреждения системы громоотвода на крыше Обсерватории обратился с заявлением в полицию. Сумма ущерба оценена в 600 тыс. грн. Именно эта цифра вызвала оживленное обсуждение в соцсетях. Мол, откуда она взялась и кто считал ущерб. Так почему ущерб оценили в такую сумму?

- То, что произошло на Попиване, - это акт вандализма, который не воспринимается ни университетским сообществом, ни туристической средой Украины. Ведь Пип Иван и обсерватория - особое место для украинской науки и туризма. Когда мы говорим об ущербе, то оценка очень проста. Цена оборудования, которое сегодня есть на Попиване, значительно превышает 600 тысяч гривен. То есть, указанная нами сумма убытков может быть даже не десятой частью убытков, это только так называемые прямые убытки. В частности, речь идет о выведенной из строя системе громоотвода. А под нее подключена научная аппаратура. И здесь включается второй фактор. То, что мы еще не считали, – потерянный потенциальный доход. Ведь к этому оборудованию подключен аппарат смарт-датчик погоды «LUFT» WS-800. А это очень серьезное оборудование, которое устанавливают астрономические обсерватории перед принятием решения об определении типа телескопов. И это уже не шутки. Этот небольшой датчик стоит более полумиллиона гривен. Но и это еще не все. Мы подписали международное соглашение с Варшавским университетом, в котором взяли на себя обязательство обеспечить бесперебойное функционирование этого датчика. Это устройство каждые 5 минут делает срез климатической информации вокруг горы Пип Иван. С какой целью это делается? В течение двух лет эта информация поступает к аналитикам, которые и определят по ней тип телескопа, который должны установить на обсерватории.

- Если повреждена система громоотвода, то этот датчик погоды молчит?

- Мы ежедневно молимся, чтобы молния не ударила в датчик. Потому что один из пунктов нашего соглашения предусматривает, что только форсмажорные обстоятельства могут быть причиной вывода датчика погоды из строя. За все остальное несет ответственность университет. В этой ситуации нет форсмажора, а есть халатность и вандализм. Именно в этом нас могут обвинить партнеры. Двое спасателей пытались остановить молодых людей от противоправных действий, однако те на замечания не реагировали.

- Этот случай не побуждает вас к усилению охраны на Попиване?

- У нас уже была похожая проблема с медной крышей, когда его повредили другие молодые люди, а позже ветер из-за трещин сорвал часть покрытия. Что касается последнего случая, то ни сообщество, ни университет так этого не оставят. Подчеркиваю, мы не ставим в приоритет финансовый вопрос. Мы даем четкий сигнал для всех, кто поднимается на Попиван: надо понять – что такое международный научный центр. Если датчик перестает работать, мы срываем научный эксперимент на два года. А это уже не полмиллиона гривен.

- Открытие обсерватории, которое запланировано на 2020 год, будет отложено?

- Да. Это произойдет автоматически, потому что надо будет снова начать эксперимент. Есть требования для определения телескопа, а это от двух до пяти лет. Датчик каждые 5 минут определяет силу ветра, температуру воздуха, неба, влажность, количество молний. То есть, весь комплекс данных, которые  необходимы для принятия этого решения. Вот почему это очень серьезная проблема, которой мы не можем пренебрегать или игнорировать. Не исключено, что те 600 тысяч гривен убытков могут обернуться даже шестью миллионами.

- Но ведь университет имеет соглашение о сотрудничестве со Службой чрезвычайных ситуаций, поэтому можно усилить охрану на Попиване?

- У Государственной Службы чрезвычайных ситуаций нет оружия. С этого надо начинать. Да, после этого случая мы однозначно соберем совещание и с Государственной Службой ЧС, и с полицией, и Карпатским национальным парком, потому что это не только проблема международного научного Центра «Обсерватория». Посмотрите, как наши «туристы» ведут себя в Нацпарке. Я хотел бы увидеть в странах ЕС тот Нацпарк, где турист может себе позволить сойти с тропы. А у нас в заповедной зоне могут разжечь костер, срубить дерево. Наши нынешние действия – это сигнал о том, что период вандализма в природе должен закончиться. Я уже не говорю о том, что «Обсерватория» - это памятник культуры и архитектуры местного значения. В этой ситуации для университета наибольшая опасность - потеря авторитета. Нанесен ущерб нашей деловой репутации, это третий юридический фактор. Весь ущерб, который потенциально мы можем ощутить, – это гранты Европейского Союза. В них, кроме долговременности проекта, есть требование сохранения и обеспечения имущества. Теперь у нас могут естественно спросить: «Коллеги, а можем мы иметь с вами дело, если нет порядка, и вы не можете обеспечить элементарную безопасность объекта?» Поэтому мы хотим, чтобы те молодые люди поняли ошибочность своего поведения и получили урок на всю жизнь.

ГРОМООТВОД – ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО

- Знаю, что благодаря видео- и фотоматериалам из обсерватории правоохранителям удалось задержать 12 человек. Задержанные, случайно, не студенты Прикарпатского университета?

- К счастью, они не наши студенты. Есть информация, что якобы среди них есть отчисленный ранее из нашего вуза студент. Но пока что это не подтверждено.

- Международный научный центр «Обсерватория» – совместный проект Украины и Польши. Сколько средств уже направлено на его реализацию?

- Со стороны Украины средства вкладывал университет. Мы как участник гранта имеем обязательства своего долевого участия. Со стороны польских партнеров проект финансировали несколько институтов, не один. В течение последних пяти лет Министерство культуры и национального наследия Польши профинансировало этот проект почти на 200 тысяч евро. Здесь работают и малые гранты Посольства ЕС, Посольства Республики Польша в Украине. Например, проект по громоотводу как раз был профинансирован из тех самых малых грантов. Впрочем, надо сказать, что у нас уже есть большое количество меценатов, которые хотят помочь восстановлению МНЦ. Например, Plastics Украина обеспечил энергосбережение помещений для наших спасателей в стенах обсерватории благодаря современным утепляющим материалам. Ведь здание обсерватории – это очень сложный для выполнения реставрационных, восстановительных и строительных работ объект. Для их ведения в условиях высокогорья в Украине даже нет строительных норм.

- Какими будут следующие действия Прикарпатского университета относительно поврежденной системы?

- Сейчас там работают эксперты. Сентябрь. Молнии. Черногора их притягивает, потому что она – одна из наивысших вершин Черногорского хребта Карпат. Еще одна опасность – медная крыша площадью в 300 квадратных метров, а это идеальная плоскость, чтобы туда попадали молнии. В свое время мы едва нашли те фирмы, которые решились поставить там систему громоотвода. Участником этих работ были профессионалы, которые ставили молниезащиту для Чернобыльской АЭС.

- Какую еще аппаратуру получит международный центр «Обсерватория»?

- Громоотвод – это только начало. В следующем году в рамках гранта мы планируем смонтировать метеооборудование. Это будет новый шаг, который начнет новое метеонаблюдения в пределах Украины. Сегодня у нас нет метеостанции на высоте более 2 тысяч метров над уровнем моря. Поэтому в этом заинтересованы не только украинские ученые, но и европейские. Ведь у них есть центры для наблюдения в Татранской Ломнице (населенный пункт в Высоких Татрах – авт.), а это – 2,6 тыс. метров над уровнем моря на территории Словакии, Скиф – 3,5 тыс. метров. Все это – объединенные климатические условия, воздушные потоки, которые создают другую основу для понимания климата. Я уже не говорю о авиаперевозках. Ведь много воздушных судов пролетает над Карпатами и они не знают реальной ситуации. Сегодня наши ученые совместно работают в Варшаве с Институтом метеорологии для подбора этого оборудования. Его сила в том, что оно модульное. То есть, когда наш университет получит новые средства и новые проекты, он может усиливать это оборудование. Следующий вопрос – астрономическая обсерватория. Мы подписали соглашение с астрономической обсерваторией Варшавского университета, которая имеет наибольший опыт в этом вопросе. С другой стороны работаем с Украинским астрономическим обществом. Теперь перед нами стоит главная дилемма – выбрать тип телескопа. Все известные астрономические обсерватории сосредоточены не в Европе, а в Южной Америке. Там астрономы работают постоянно 320-330 безоблачных дней в год. Это для них самый главный стандарт. Мы теперь будем определять, сколько таких дней на Пип Иване и только после этого примем решение о телескопе.

РАБОТАТЬ В ОБСЕРВАТОРИИ – МЕЧТА КАЖДОГО УЧЕНОГО

- В последнее время мы наблюдаем резкие климатические изменения почти во всех странах. Есть ли у наших ученых какое-то объяснение или же исследования в этом вопросе?

- Сегодня мы имеем мощную экологическую школу, которая действует в Прикарпатском университете и в Ивано-Франковском техническом университете нефти и газа. В прошлом году мы подписали интересное соглашение с Министерством экологии Украины о создании Карпатского Центра экологического мониторинга. Оно включает весь блок вопросов, вплоть до изучения метеопоказателей и того, что у нас сохнет ель в Карпатах. Самое интересное то, что мы совсем недавно начали сотрудничество с норвежскими коллегами, которые изучают и анализируют свойства мха и лишайников на стенах обсерватории. Если взглянуть на фото сегодняшней Обсерватории, то складывается впечатление, будто по ней протекла ржавая вода. На самом деле, этот желтоватый оттенок на стенах – не от воды, а от лишайников. И у норвежских ученых есть методики, которые помогают им по лишайникам определить и климатические изменения, и загрязненность воздуха.

Для нашей обсерватории – это уникальная ситуация, учитывая то, что она была построена в 1938 году. Это означает, что мы говорим о лишайниках, которым до 80-ти лет. По их цвету и другими свойствами ученые берутся анализировать экологию всего Карпатского региона. Более того, сами лишайники на каждой стене имеют разный цвет. То есть, мы ждем информацию, например, из какой части мира нам ветры несут потоки свежего воздуха, а из какой – загрязненного.

Да, нам трудно сегодня находить средства на восстановление обсерватории, но еще труднее найти специалистов. В течение последних пяти лет мы ведем с нашими партнерами из Варшавы тщательную подготовку кадров, наших преподавателей и выпускников по таким направлениям, как метеорология, астрономия, ботаника, биоразнообразие, лесное хозяйство, экология. То есть, весь цикл направлений, в которых преподаватели университета являются уже координаторами проектов, где предусмотрен сравнительный анализ Карпатского и Альпийского пространства.

Надо помнить, что Украина сегодня – единственная страна в Карпатах, которая не является членом ЕС. А там вопросы экологического содержания имеют особое значение. Убежден, наше сотрудничество сможет создать совсем другие подходы не только в науке, но и в финансировании тех экологических проблем, которые сегодня являются вызовом для человечества.

- С 1938 до 1939 года в обсерватории постоянно находились люди. Если она снова заработает, как будет организована работа специалистов на объекте?

- Мы не можем предложить ту формулу, которая была в 1939 году. Вот вы сегодня правильно спросили – нельзя ли усилить охрану на Попиване. Почему же раньше этот объект значительно лучше охранялся? А потому что через 4 метра от задней стены обсерватории тогда начиналась граница между второй Речью Посполитой и Чехословакией, а позже – с Венгрией. Там стоял корпус охраны пограничья Польши, это были военизированные структуры, которые охраняли обсерваторию.

Сейчас нам удалось вместе с ГСЧС Ивано-Франковской области создать модель, которая стала образцом не только в Украине, но и в Европе. Потому что до сих пор в Карпатском регионе нет спасательного поста, который постоянно действовал бы в высокогорье. Почему? Ведь такой отряд на 3-4 часа сокращает спасательные операции в горах. Подлет вертолета на Попиван – очень сложная процедура. Боковые ветры могут его просто перевернуть.

Давайте вспомним февраль 2019 года. Тогда шесть человек из восьми, которые поднимались на Попиван, были спасены только благодаря дежурным спасателям. И это только один пример, тогда как спасателями, которые постоянно с 2017 года дежурят на вершине горы, спасены сотни людей.

Что касается ученых. В теплое время года они смогут использовать аппаратуру и работать как непосредственно на вершине, так и на отдалении. Однако зимний период для ученых, которые занимаются биоразнообразием, астрономией и прочим, очень сложный. Поэтому в качестве модели организации работы в МНЦ мы предложили так называемый трансформер: когда зимой наши помещения и часть техники сможет использовать украинско-польский горный спасательный центр. С одной стороны мы делаем научный объект, а с другой – спасательный центр.

Мы убеждены, что этот Центр выйдет за пределы украинско-польских отношений и в недалеком будущем позволит спасателям из других стран Европы отрабатывать необходимые навыки. А весной, летом и осенью на этом объекте будут работать ученые и студенты. Лучшего места для работы и полевых исследований, чем на высоте 2 тысячи метров над уровнем моря, где есть еще и крыша над головой и необходимое оборудование, просто нет. Это мечта каждого ученого.

- А тогда туристам не запретят подниматься к обсерватории? Красной линии на Попиване не будет?

- Нет. Человек должен любить горы, природу, а те, кто хочет заниматься наукой, еще и науку. Поэтому всем молодым людям, которые захотят осмотреть обсерваторию, мы поможем. Более того, мы предложим туристам музей и другие достопримечательности, которые будут иметь просветительское значение. Научный объект не может быть режимным или засекреченным, как военный. Ведь среди сотни молодых людей, которые сюда придут, могут быть и те, которые позже станут участниками крупных научных исследований. И это уже доказано. Много сдвигов в сознании молодого человека происходит тогда, когда он впервые видит телескоп или метеооборудование.

ГОВОРИТЕ, Я ХОЧУ ВАС ВИДЕТЬ

- Я знаю, что Прикарпатский университет имеет еще один проект с польской стороной относительно строительства Международного центра встреч молодежи Украины и Польши (МЦВ). На каком он этапе?

- К счастью, этот проект динамично развивается. Его строят на территории оздоровительного комплекса «Смеричка» в Микуличине, где мы отдали под строительство 1 га земли. Весь проект продлится два года. К концу следующего планируем завершить строительные работы. Сейчас мы начали переговоры с польской стороной о наполнении Центра техническими средствами. Хотим создать IT-hub.

На самом деле, мы ничего нового не придумали. В свое время, когда Германия и Франция увидели, что отношения между их народами заходят в тупик, начали искать пути для восприятия и понимания друг друга. Акцент сделали на молодежь, потому что старшее поколение с трудом переходит барьеры к миру и согласию, хотя, с точки зрения христианских ценностей, это должно быть основой. Тогда тоже открывали международные центры, где молодежь из Германии и Франции получила возможность дискутировать, говорить о прошлом, истории, очертить будущее. Позже эту модель позаимствовали Германия и Польша. А мы носились с этой идеей на протяжении 10 лет. Когда заискрили взаимоотношения в украинско-польских отношениях, украинско-румынских, украинско-венгерских, наши лидеры страны подумали – а почему бы и нам не взять эту идею и не начать такой проект.

В молодежном Центре момент дискуссии мы оставляем как основу всего. Это так называемые оксфордские дебаты вроде: «Говорите, я хочу вас видеть». Молодежь должна учиться общаться, понимать уязвимость друг друга. Когда это произойдет, в отношениях наших стран мы сделаем большой шаг вперед.

Второй важный аспект, который мы хотим ввести, – это Центр IT-hub. Для молодежи, которая сегодня не представляет жизни без гаджетов, мы создаем возможности компьютерного моделирования важных ситуаций, при этом предложим им командную игру.

- Известно, что в горной местности пока сложно с Интернетом. В Микуличине технически можно будет это сделать?

- Да, там уже даже подведено оптоволокно. Наш ученый выиграл интересный грант и следующие 8 месяцев он будет осуществлять подбор оборудования для международного Центра.

- Знаю, вас часто приглашают читать лекции в польских вузах. Как сегодня польские студенты относятся к Украине и почему украинские отдают предпочтение польским вузам? Это тенденция времени, с которой стоит смириться? Или ситуацию надо менять?

- Польская молодежь открытая. У нее нет стереотипов и груза прошлого, поэтому с ней легко общаться. Что касается того, что наша молодежь выбирает польские университеты. Будем откровенны: если молодой человек приедет в Ягеллонский университет, основанный в XIV веке, то будет в таком восторге, что уже оттуда не выйдет. Тут и взрослые не могут устоять и отказать себе в том, чтобы поработать в таком заведении.

В Польше тоже сегодня ощущается демографическая проблема, как и у нас, поэтому там максимально расширяют круг иностранных студентов. Когда наш университет столкнулся с этой проблемой, мы думали – бороться против этого или сотрудничать. Остановились на последнем. Нам удалось наладить систему взаимоотношений с ведущими университетами Польши.

Так вот, мы заключили программу двойных магистерских дипломов на бесплатной основе с Варшавским университетом, Краковским педагогическим, Краковской горно-металлургической академией. То есть, наш студент после окончания бакалавриата получает два диплома, обучаясь в Украине и Польше. Но, когда наши студенты едут за рубеж, мы всегда им говорим: «Езжайте и учитесь. Вы увидите там много нового для себя. Но возвращайтесь с этими знаниями сюда. Потому что там это все уже известно, а в Украине этого пока не знают – и вы будете здесь успешны».

- Нужны ли нам государственные программы для поддержки украинских вузов?

- Однозначно – да. Если посмотреть на Польшу, Словакию, то у них уже такие государственные программы есть. Более того. Если в польских вузах наши студенты учатся на платной основе, то Словакия предлагает им бесплатное обучение. Это свидетельствует о том, что их правительство думает о рынке труда на несколько лет вперед. Их студенты тоже выезжают в Чехию. Но из-за этого вузы в Словакии не закрывают, а дают им возможность работать благодаря иностранным студентам. В Польше есть города, где мэры организовывают стипендиальные программы для лучших студентов, и таким образом поддерживают молодежь и университеты.

Да, в странах Европы есть серьезные государственные и региональные программы такого плана, они пример того, как надо работать нам. В Украине нет пока таких бюджетов, как в Европе, но мы можем и обязаны это делать и главное – конкурировать, вкладывая хотя бы минимальные средства. Надо помнить, что если не сегодня, то завтра Украина интегрируется в ЕС, поэтому нам уже надо понимать – как жить и сотрудничать.

Ирина Дружук, Ивано-Франковск
Фото Юрия Рильчука

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2019 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-