Михаил Данильчук, врач семейной практики
Это ничего, когда из-за COVID-19 вам страшно, паника – вот что хуже коронавируса
12.09.2020 09:30

Ему 29. Стажировался в клиниках Великобритании, Германии, был шанс остаться там на работе. Но обстоятельства распорядились так, что оказался в сельской амбулатории самого отдаленного района Тернопольской области - Шумского.

О вызовах перед молодым медиком, который в поселке городского типа сумел создать свою клинику и начал лечить более 1800 пациентов, о медицинской реформе и коронавирусе, а еще – о саундтреке из известного кинофильма – в разговоре с корреспондентом Укринформа.

ПРОВИНЦИЯ, "СЕМЬ КРУГОВ АДА" И ПУТЬ К ПАЦИЕНТУ

- Михаил Петрович, вот ехал я сюда, в Шумск, который находится почти в 100 км от Тернополя, и не раз ловил себя на мысли: это же окраина Тернопольской области, не в обиду местным жителям, но – яркий образ тернопольской провинции. И вот сюда едет молодой специалист, медик, к которому впоследствии будут идти сотни пациентов…

- Ну, насчет провинции, то убежден, это понятие довольно спорное, тем более, когда по месту жительства человека судят, что, мол, вот он живет в провинции, так у него уже мышление какое-то местечковое, ограниченное, а кто в столице, тот и мыслит масштабнее... На самом деле, от человека зависит, как он выстраивает свое мышление, какая у него самооценка, а не от того, где он живет – в столице, областном центре, или как вы говорите, в «глубинке».

- Согласен. Итак, именно в такой, не буду говорить, «глубинке», но удаленной от Тернополя точке и началась ваша врачебная деятельность?

- Да, в 2015 году приехал в Тылявку, в амбулаторию. Кстати, именно в этом селе в начале прошлого века и проходили детские годы известного украинского писателя, журналиста и публициста, автора трилогии «Волынь» Уласа Самчука.

- Это то произведение, за которое в 1930-х годах украинская диаспора даже организовывала подписи за выдвижение Самчука на Нобелевскую премию.

- Именно так. Вот вам и «провинция». Так вот. Получилось так, что после назначения на работу в сельскую амбулаторию в Тылявку меня позже перевели в Шумскую центральную районную больницу. Работал там несколько лет.

- С чем же столкнулись как молодой специалист-медик?

- Понимаете, я не раз задумывался над нашей системой здравоохранения. Тем более, что у меня самого проблема со здоровьем и самому не раз приходилось проходить, как говорят, «семь кругов ада».

- Что вы имеете в виду?

- Я о том, что у меня проблемы с рукой еще с детства. Инвалидность. На себе знаю, что такое каждый год переоформить группу инвалидности. Делал это сам и каждый раз сталкивался, при всем уважении к коллегам, с этим ужасом, бюрократизмом, рутиной, с тем, что просто не нужное, лишнее.

Это все мне не нравилось, ведь многое можно упростить, чтобы легче было пациенту, например, наладить определенные логистические моменты.

В Европе врач «бегает» по кабинетам, а не так, как у нас, - пациент

О чем идет речь?

- Вот, у меня была практика в Германии – в Дюссельдорфе, в Англии – в городке в 100 км от Лондона. Видел, как работают тамошние врачи с пациентами. Модель их работы позже хотел перенести к нам. Загорелся этим, но впоследствии понял, что все нужно адаптировать к нашим реалиям. В тех странах, где был, нет понятия «очереди», никто не сидит в коридорах, пациенты приходят – и сразу же в кабинет, а там – медсестра встречает.

Есть четкий алгоритм действий, что нужно делать каждому - медсестре, врачу, который задает сопутствующие вопросы, анализирует те или иные показатели, консультирует, дает, если нужно, задание медсестре, чтобы она сделала при необходимости анализы и идет в другой кабинет, затем еще в один, где уже тоже есть пациент. И так между 3-4 кабинетами, а процесс продолжается. Там врач «бегает» по кабинетам, а не так, как у нас, - пациент.

О МЕДРЕФОРМЕ И СЕМЕЙНОМ ВРАЧЕ КАК ОСНОВЕ ЭФФЕКТИВНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ

- Делали попытки изменить что-то в больнице, в которой работали?

- Конечно, я же говорю, хотел что-то подобное ввести уже здесь, в Украине, но понял: пока это невозможно, поэтому остался классический подход...

- Неужели в медицинской сфере ничего годами не меняется?

- Когда-то, еще 10 лет назад, у тебя было, скажем, или 6 пациентов, или 35, зарплата от этого не менялась, то есть, тогда у многих возникала мысль, мол, зачем стараться, если нет мотивации.

- А сейчас?

- Сейчас по-другому. Правда, у кого-то есть пациенты, а у кого-то их банально нет. И такая ситуация прежде всего зависит от врача. Вот я работаю с женой Снежаной, оба ведем практику семейного врача. На двоих у нас 2 800 пациентов.

Настоящий врач семейной практики должен опережать возможные болячки пациента, акцентировать на профилактике

Не тяжело справляться с таким количеством пациентов?

- Рекомендуемое количество – 1800 на одного семейного врача, так что у нас еще есть «запас».

- Есть ли возможность при таком количестве пациентов эффективно оказывать им медицинскую помощь?

- Ну, это как посмотреть. Об эффективности работы семейного врача свидетельствует рост или уменьшение у него пациентов. Мы с женой исходим из того, что семейный врач должен не только оказывать помощь больному человеку, но и акцентировать на профилактике возможных заболеваний. Это должна быть аксиома семейной медицины. Ведь кто, как не врач, знает почти все о пациенте: его образ жизни, привычки, в том числе и вредные. Поэтому настоящий врач семейной практики должен определенным образом опережать возможные болячки пациента, направляя его на здоровый образ жизни, давать ему конкретные, индивидуальные рекомендации, лечить его не только, так сказать, физически, но и социально-психологически.

- Речь об универсальности врача общей практики – семейного врача?

- Если хотите, именно так. Я о том, что общение врача со своим пациентом должно подтолкнуть его к мысли: иметь своего, универсального врача-советчика, выгоднее, чем ходить к узкоспециализированным врачам. Когда будет именно так, то и состоятся те реформы, которые так непросто, но постепенно идут в медицине.

- А как считаете, от чего в первую очередь зависит успех этих реформ медицинской отрасли?

- Главное, чтобы изменения происходили даже не столько на министерском уровне, а начинались от психологии и действий самих медсестер, врачей, которые должны бы в корне изменить отношение к здоровью пациента, видеть в нем живого человека со всеми его переживанием, страхами, ожиданиями.

- Но на самом деле выглядит иначе. Почему так? Что мешает семейному врачу действовать таким образом, о котором вы говорите?

- Да многое. Вообще, когда ты хочешь ввести какую-то новацию, то возникает масса преград. Поэтому врач, у которого своя практика, вынужден обходить определенные ограничения, придумывать разнообразные способы, конечно, в рамках закона. Скажем, чтобы повысить квалификацию, часто приходится брать отпуск по семейным обстоятельствам и в это время учиться. Или вот такое. Чтобы открыть больничный, семейный врач еще должен направить пациента к лору или инфекционисту, мол, проконсультируйтесь еще там, хотя я сам вижу, что у вас ОРЗ, но без других специалистов больничный не могу открыть…

А ведь это прямая работа семейного врача: ты понимаешь, в каком состоянии больной, какая существует необходимость, все – на больничный и без разговоров. И не надо «мучить» пациента этими перемещениями по коридорам и кабинетам.

А как за рубежом?

- Там над этим откровенно смеются, говорят, ну зачем вы используете резерв других врачей, когда в этом нет необходимости? Ведь именно семейный врач может решить 80% проблем больного, обратившегося к нему. За рубежом при первых же проблемах со здоровьем пациент не вызывает скорую, если это не чрезвычайный случай, а обращается к семейному врачу. Потому что именно этот врач прекрасно знает своего пациента, его историю болезни и ее особенности, потому что, как говорят, он «ведет» этого больного не один год.

Конечно, есть ситуации, когда по протоколу семейный врач направляет больного к узкопрофильным специалистам. Кстати, в тех странах, где мне довелось побывать, количество специалистов, которые занимаются только одним направлением, значительно меньше, чем врачей общей практики.

- Все организовано так, что нет необходимости держать целую армию педиатров, лоров или урологов?

- Да. Конечно, они есть и занимаются своей профессией, делают сложные операции, определенные процедуры, то есть то, чем не должен заниматься семейный врач. Но, подчеркиваю, во многих странах основным звеном первичной медицинской помощи является именно институт семейной медицины. Там даже когда у семейного врача фиксируется рост вылеченных и здоровых пациентов, медику повышают зарплату.

- Кстати, а как вы смотрите на планы Минздрава ввести с 1 января следующего года индикаторы качества работы семейных врачей?

Работаешь хорошо, нет замечаний от пациентов - получай больше, в противном случае - отвечай финансово

- Только положительно, а как же иначе? Считаю, это правильно, хорошо, когда на зарплате семейного врача будет отражаться не только количество заключенных с пациентами договоров, но и охват иммунизацией, проведение прививок, которые врач должен контролировать, в конце концов – здесь и работа с ковидными больными. Но здесь должны быть не просто штрафы за невыполнение определенных параметров, но и премирование за выполнение прозрачных показателей.

- А вот это нормально, когда предлагается врачам понижать зарплатный коэффициент в случае, если они не выполняют в полной мере свои обязанности?

- Я за то, чтобы не было уравниловки. Работаешь хорошо, нет замечаний от пациентов – получай больше, в противном случае – отвечай финансово.

О СБЫВАЮЩИХСЯ МЕЧТАХ, ЕСЛИ НАД ЭТИМ РАБОТАТЬ

- Мы с вами разговариваем в вашей клинике, а такая есть не в каждом даже областном центре. Современный стиль оформления, весь этаж – кабинеты врачей, смотрю, и в вашем кабинете какой-то аппарат занимает целый угол. То есть, наверное, осуществилась мечта о собственной клинике выпускника Тернопольского национального медицинского университета, который попал пять лет назад на работу в сельскую амбулаторию?

- Насчет мечтаний ... Как говорится, они имеют свойство сбываться, если над ними работать. Знаете, после амбулатории перешел на работу в районную больницу. Но со временем понял, что мне нужно несколько больше, чтобы работа была эффективнее.

Сначала арендовал там кабинет для семейной практики. Мало кто верил, что из этого что-то получится, когда открыл в Шумске тот арендованный кабинет. Тогда с женой решили создать свою практику.

- Как-то так просто: «создать» - и все…

- А ради этого мы в Тернополе продали квартиру, аппарат ультразвуковой диагностики купили, вот он здесь, в углу. Немалые деньги вложили в такую суперсовременную аппаратуру, потому что понимали, что без нее работа семейного врача не будет эффективной.

- Не у каждого семейного врача даже в Тернополе есть свой аппарат УЗИ.

- Поэтому и говорю: такая вещь для семейного врача крайне необходима, это привычно за рубежом, это же элементарно. Есть же определенные вещи, которые легко и медсестра сделает, имея навыки работы на аппарате УЗИ, а врач может просто еще раз проверить при необходимости, уточнить. Конечно, речь о самых распространенных обследованиях, чтобы сразу на месте при пациенте сориентироваться, как дальше действовать.

- То есть, вы сделали то, что не отрицалось реформой, по крайней мере, не запрещалось уже лет 15, с тех пор, как говорим о семейной медицине?

- Да, о необходимости ее внедрения речь идет на разных уровнях уже не один год, хотя, несмотря на это, прогресс здесь все-таки очевиден. И несовершенная нормативно-правовая база, часто несистемный подход к организации работы врача семейной медицины, да и чего греха таить, иногда и недостаточный уровень подготовки медперсонала, – вследствие всего этого семейная медицина себя полностью еще не раскрыла.

- Что же делать?

- Брать лучший опыт в этом деле за рубежом и апробировать, подстраивать его под украинские реалии, разработать четкие нормы, правила, скажем так, стратегию семейной медицины, которая бы действовала не менее успешно, как во многих странах мира.

О ПАЦИЕНТАХ, КОТОРЫЕ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО, И ПАНДЕМИИ

- И все-таки, вернемся в Шумск, к вашей работе в клинике…

- Когда организовали клинику, жена пошла учиться на семейного врача. Она по специальности психиатр-нарколог, я с ребенком был, работа с утра до вечера, телефонные звонки - чуть ли не круглосуточно…

Снежану, жену, как и меня, здесь тоже никто в Шумске не знал как семейного врача. Но начали вместе развивать наше учреждение. Взаимозаменяемость действует – или ко мне, или к ней люди идут, у них «семейная альтернатива» в выборе врача, медика, которому они доверяют, видят, что мы оба стараемся, завоевываем доверие...

А наш, если можно так сказать, девиз – простой и возможно банальный – «Пациент превыше всего». И это говорю без пафоса, без иронии. Мы этот девиз открыто «позаимствовали» у Национальной службы здоровья Украины (смеется).

Ого, даже так!

- По крайней мере, стремимся, чтобы так было. А это непросто, такое количество пациентов. 1,5 тысячи деклараций сразу за год не подпишешь, люди сами друг другу говорят о враче, идут. Так за три месяца технической работы я сумел подписать декларации со своими пациентами, а ведь до этого было три года работы.

– И тут - пандемия…

- Начался карантин. У нас контракт с Национальной службой здоровья Украины, согласно которому должны были оказывать помощь и в условиях карантина.

И так уж получилось, что среди жителей, которые в Шумске первыми заболели коронавирусом, оказалась одна наша пациентка.

Это было в начале марта... Мы еще мало что знали о COVID-19, информация была противоречивой, колебались – чему верить, а чему нет, трудно было сориентироваться.

Перед этим мы готовились к классическим пневмониям. Так, у нас были средства защиты, рукавчики, маски, дезинфикаторы, антисептики. Это все за свой счет заранее приобрели, ничего не получали, в отличие от государственных лечебных учреждений. Тогда стоимость масок с 2 грн до 30 грн подскочила, и то не самого лучшего качества они были, но у нас был запас добротных масок, часто давали их и своим пациентам.

СОБСТВЕННЫЙ ОПЫТ О СОVID-19

- Были среди них больные коронавирусом?

- Cначала мы «вели» где-то 15 пациентов с коронавирусом. Преимущественно с ними общались по телефону. Каждый день им звонили, а они нам.

А потом коронавирус не миновал и нас с женой. Снежана вылечилась немного быстрее и сразу же пошла на работу. Я дольше был на самоизоляции. Согласно протоколу, диагноз подтвердил ПЦР-тест, он был положительным.

Классическая триада симптомов ковида - сухой кашель, потеря обоняния и боли в животе

Как перенесли все это испытание?

- Я бы не сказал, что мы очень тяжело перенесли коронавирус. И вроде и были готовы к этому, но как-то все так неожиданно... Готовились к возможным пневмониям. Это уже сейчас известно, что есть классическая триада симптомов ковида - сухой кашель, потеря обоняния и боли в животе. А тогда еще об этом не знали. Мы ожидали разные там кашли, температуры, пневмонии...

А когда стали себя чувствовать не совсем хорошо, сначала не хотелось думать, что это коронавирус, ведь такие же симптомы возникают и при любом другом воспалительном процессе.

- Значит, критически оценить свое состояние было проблематично?

- Именно так, проблематично. Что касается меня, то из этой «триады» у меня были только боли в животе и все. А у жены была температура и сухой кашель. Но это буквально прошло за несколько дней. По сути, прошло все легко. Сына не обследовали, но убеждены, что он тоже перенес коронавирус, хотя бессимптомно, ведь мы были втроем дома на самоизоляции.

У меня первый тест дал плюс, затем – отрицательный, но чтобы выздороветь, нужно два последовательно отрицательных... И тут у меня снова положительный, поэтому я еще больше недели оставался дома, пока не получил свои «минусы».

- Когда были на самоизоляции, пациенты не беспокоили?

Паника страшнее коронавируса, она в буквальном смысле может убить человека

- Контакты с пациентами, как говорят, в онлайн-режиме были постоянно.

Я не мог им отказать, мол, болен – не беспокойте, не звоните и все такое. И я, и жена давали дистанционно рекомендации, поддерживали тех, кто заболел. Говорили, чтобы не поддавались страху, не паниковали. Говорили им, что страх - это естественная реакция человека на опасность. И здесь нечего стыдиться. А вот паника страшнее коронавируса, она в буквальном смысле может убить человека…

Об этом и говорили своим пациентам.

- А сколько их с коронавирусом было у вас?

- Вместе с нами – около 50 человек, и эта цифра, к сожалению, продолжает расти... Так и работаем, от начала карантина, в особом режиме…

Отмечу, что сейчас все по-другому: взвешенность, осторожность в каждом действии, в каждом контакте. Как только начался карантин, мы разделили персонал по несколько человек, на отдельные группы. То есть, создали своего рода мини-бригады из трех человек - врача, медсестры и администратора. Мы предупредили пациентов, что у нас не будет возможности к ним выезжать, поэтому они приходили к нам, но по предварительной записи, чтобы меньше между собой контактировали, чтобы им и нам было удобно. Разумеется, все с соблюдением противоэпидемических требований: маски, защитные щитки, перчатки. А если есть подозрение на коронавирус, то и защитные костюмы используем.

Сегодня уже больше есть об этом информации из разных источников, знаем, как лучше себя защитить.

О МАССОВОМ РАВНОДУШИИ К ЗДОРОВЬЮ, СТАЛЛОНЕ И РИНГТОНЕ МОБИЛКИ

- С чем новым во время пандемии вы столкнулись?

- Да все новое ... И алгоритм действий медиков, и непредсказуемость течения болезни. А еще мы столкнулись с большим количеством социальных проблем.

То есть?

- Например, были случаи, когда соседи вызывали полицию к человеку, который болел коронавирусом, - из-за того, что он вышел в свой двор или на огород. Мы увидели, что, к сожалению, часто возле таких людей искусственно нагнеталась атмосфера неприязни, боязни заразиться от них, их обходили, с ними не здоровались…

- Что же говорите в таких случаях своим пациентам?

- Говорим о том, что главное – безопасная дистанция, скажем, 2 метра. Об этом постоянно нужно помнить: казалось бы, элементарные вещи, но не все это понимают.

- Были летальные исходы среди ваших пациентов за это время?

- К сожалению, да ... Трое все-таки умерло. Один из них - дедушка 1931 года рождения. Мы с женой несколько раз ездили к нему, контактировали и госпитализировали впоследствии - должны были это делать, чтобы ему помочь. Он как мой пациент часто ко мне приходил еще до карантина, три года подлечивали его, как могли. Мужчина выздоровел, но у него было очень много осложнений после ковида и через два месяца, уже как выздоровел, от осложнений умер. Это все очень тяжело вспоминать…

- Печальная статистика каждую неделю увеличивается.

- Увы, да. Но я считаю, что нам нужно перестать называть такие вещи «антирекордами». Какие тут «рекорды» или «антирекорды», это что, спортивное состязание? Какое-то неправильное определение, аж не по себе. Негативно воспринимаю такую формулировку.

- На чем сейчас акцентируете во время общения с пациентами?

- Говорю, что правила социального дистанцирования очень важны. Носить маски, по крайней мере в закрытых помещениях, – это очень важно и необходимо. Ладно, ты на свежем воздухе, нет проблем, дыши там себе, когда рядом никого нет. Но правило социального дистанцирования главное, а не просто постоянное ношение маски.

Не было бы критической ситуации с коронавирусом, если бы люди придерживались всех тех рекомендаций, которые им дают врачи

Похоже, не все это понимают.

- Да, о каком социальном дистанцировании можно говорить в наших магазинах, где столько людей находятся одновременно, близко друг от друга. Извините, но люди тупо игнорируют эти простые правила. И не было бы такой ситуации, если бы люди придерживались всех тех рекомендаций, которые им дают врачи. Да ты сам, прежде всего, думай о себе, не рискуй своим и чьим-то здоровьем, чтобы тогда не жаловаться, что лечение такое дорогое.

- И напоследок. Вижу, у вас на столе два мобильных телефона. Одну мобилку за время нашего разговора вы брали раз десять, реагируя на вызовы, мелодия вызова, отмечу, довольно динамичная. Понимаю, что это звонили пациенты?

- Да, у меня такого нет, чтобы не ответить на вызов на служебный телефон. Другая мобилка - с домашним номером. А насчет мелодии, тут целая история. С ней, мелодией, у меня свои ассоциации. Это – саундтрек «Еуе of the tiger» из фильма Рокки-2, и кинолента чем-то перекликается с судьбой главного героя, которого сыграл Сильвестр Сталлоне. Актер родился с плохой дикцией, у него был вывих челюсти от рождения, такой изъян, но это не помешало ему достичь того, чего он достиг. В сценарии есть фраза «I shouldn't talk І should fight» – «Я не должен говорить, я должен драться» и эта музыка. Я просто запал на эту фразу, и на мелодию «Еуе of the tiger», когда впервые с женой, а мы еще не были женаты, смотрели этот фильм. То есть, суть того выражения: ты не должен плыть по течению, ты должен просто бороться, тогда сможешь что-то сделать, показывая это на своем примере. И эта мелодия мне каждый раз напоминает об этом. А еще, она просто... довольно громко звучит (улыбается).

- В том фильме вообще много ярких фраз.

- Да, я некоторые из них знаю буквально наизусть, взять хотя бы эту: "Никто на свете не бьет тебя так сильно, как жизнь. И если ты дашь слабину, жизнь тебя может так опрокинуть, что уже не встанешь. И не так важно, как ты ударишь, важно, как ты держишь удар, как двигаешься, идя вперед. Только так побеждают!" Или: " Не слушай никого, кто тебе скажет, что ты что-то не сможешь сделать. Если есть четкий замысел, мечта – оберегай ее. Хотя люди, которые чего-то не могут достичь, будут убеждать тебя, что и у тебя ничего не получится. А ты поставил цель - и иди к ней. И все, точка".

- А мне еще нравится другая фраза из этого фильма: "Пока гонг не прозвучал, бой продолжается…"

- Там есть еще окончание: "А вы уже слышали гонг? Я еще нет. Так что бой продолжается...".

Олег Снитовский, Тернополь

Фото автора

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2020 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-