Дмитрий Орлов, городской глава Энергодара
В оккупации ощущение, что вас отбросили на 30 лет назад
24.05.2022 15:00

Энергодар – это город атомщиков в Запорожской области. С марта он находится во временной оккупации рф. За тем, как российские военные били по энергоблоку крупнейшей в Европе атомной станции из танка, как вдребезги разрушили сверхсовременный учебно-тренировочный центр станции, наблюдала, наверное, не только Украина.

Главой города с декабря 2020 года является Дмитрий Орлов. 27 мая ему исполнится 37 лет. Он родился в Мелитополе, учился в Севастопольском национальном университете ядерной энергии и промышленности.

Несколько недель назад ему с помощью спецслужб удалось уехать из оккупированного Энергодара. Так что сейчас он руководит городом из Запорожья.

Дмитрий Олегович согласился дать Укринформу интервью, во время которого рассказал о преследованиях, коллаборантах, обращении к горожанам под дулами автоматов.

ЗАПРЕЩЕНИЕ НА ВЫЕЗД ИЗ ОККУПИРОВАННОГО ГОРОДА

– Какая ситуация в Энергодаре сейчас?

- Начну с того, что общее количество жителей Энергодара – это около 53 тысяч человек. Из них - около 12 тысяч - это штатные работники ЗАЭС (крупнейшей в Европе) и около тысячи - это персонал ТЭС, которая тоже является одной из крупнейших в стране.

Что касается проблем, то это, во-первых, гуманитарная составляющая, доставка гуманитарных грузов. Логистика нарушена, транспортное сообщение нестабильно и непонятно.

Если мы отправим из Запорожья в Энергодар питание, лекарства, то не понимаем, каким образом и вообще доедет ли оно.

Вторая проблема – это эвакуация населения. Если в первые дни оккупации была возможность эвакуировать централизованно через зеленые коридоры, и мы эвакуировали по 100 и более персонального транспорта и даже формировали колонны из автобусов, то сейчас оккупанты не выпускают жителей.

- Не выпускают всех или есть определенные категории?

-У них есть определенные списки людей, которым они запретили вообще выезд – это атомщики и руководители предприятий. Также есть проблема выезда непосредственно уже из Васильевки. Люди ждут сутки, двое, трое. Кто-то ждет, а кто-то – возвращается в город. Я знаю семьи, которые уже пять раз пытались уехать и не сделали этого.

ЗЕРНО ЗАБИРАЮТ И ВЫВОЗЯТ

- Относительно проблемных направлений. Вы назвали гуманитарную составляющую, эвакуацию. Есть еще какие-то?

- Обеспечение жизнедеятельности города – это работа коммунальных предприятий, обеспечение финансирования, водо-, электро-, теплоснабжение, водоотвод и вывоз мусора.

– Продукты, наличные в городе есть?

- Что касается наличных денег, то сначала появлялись "предприниматели", занимавшиеся "обналом" за 20%, сейчас - "обналят" под 5-10%. Сейчас есть приток бумажных денег. Проблемы почти нет, главное, чтобы была интернет-связь, тогда предприниматели могут перебрасывать деньги с карты на карту, даже на рынке можно так скупиться. Что касается социальных выплат, то стараемся все платить вовремя.

– Цены возросли сильно?

– На хлеб цена даже упала. Сначала был определенный ажиотаж, но вызванный человеческим фактором - люди брали очень много, потому что боялись, что больше не завезут.

Сейчас есть некоторые проблемы с хлебом, действительно. Мука есть, а вот дрожжи… на оккупированных территориях упаковка дрожжей стоит около 100 гривен.

Стараемся с предпринимателями наладить логистику по обеспечению хотя бы минимального количества продуктов.

- Есть ли информация о вывозе оккупантами зерна?

- Да, есть информация, что эшелоны грузовиков стоят в очередях, оккупанты "национализируют" зерно. Есть свидетели, которые говорят, что его активно вывозят в сторону Крыма.

ДЕСЯТИТЫСЯЧНАЯ ЖИВАЯ ЦЕПЬ НА БЛОКПОСТЕ

– Вернемся немного назад. 3 марта – день, когда оккупанты вошли в город. Расскажите, как это было.

- Вблизи города военные рф находились уже 25 февраля. 28-го был первый их приезд на территорию возле города. У нас были на въезде в город (он у нас один) фортификационные сооружения, противотанковые ежи. Жители города живым щитом стали, чтобы не пустить врага – и он тогда уехал. 1 и 2 марта они тоже приезжали, а мы выстроили живую цепь, живой щит – более 10 000 человек выходили. То есть пятая часть города была на блокпосте. Люди собрались очень быстро, чтобы сопротивляться.

- Думали ли вы, что живая цепь удержит врага? За Энергодаром наблюдала вся страна, и мы видели, что эта живая цепь действительно "работала" несколько дней.

– Была информация, что к нам едет около 500 единиц бронированной техники, "Грады", БТР. А у нас военных, чтобы сопротивляться, вообще не было. Наша задача была показать, что Энергодар – это Украина, что в Энергодаре все спокойно и нормально, и оккупантов здесь не ждут. Судя по реакции тех представителей оккупационной "власти" и тех, кто выходил на связь с нами на условные переговоры, они поняли, что здесь их не ждут.

Но ведь они получили команду от своего военного командования занять позиции, у них была тяжелая техника, так что им это удалось. Мы сопротивлялись несколько часов на блокпосте. Затем всю ночь наши военные, охранявшие АЭС, оказывали сопротивление на самой станции. Силы были неравные, и утром 4 марта оккупанты зашли на атомную станцию.

– Все в ту ночь следили за трансляцией и видели, что происходило. Думали ли вы, что они будут бить из танков по атомным энергоблокам?

- Все, что происходило на ЧАЭС или АЭС, не отвечает никакой логике. Я не могу представить, что было в голове у того человека, который отдавал приказы обстреливать атомную станцию и вообще заходить в город. И сейчас город-спутник АЭС финансируется в гривне, производит электроэнергию, идущую в объединенную энергосистему Украины с Европой. Я не понимаю, для чего они занимают территорию и говорят, что теперь здесь россия.

- АЭС работает, но находится под контролем российских военных, ТЭС вынуждена была остановиться?

– Да. После разрушения железнодорожного моста в Васильевке не было возможности доставлять уголь. Ежедневная потребность (в дооккупационный период) была 100 полувагонов угля в сутки. То есть это два-три поезда в сутки ходили. ТЭС поначалу перешла на газ. Они снизили мощность и работали исключительно на собственные нужды. Для того, чтобы обеспечить теплом горожан, потому что у нас треть города получает тепло и горячую воду именно с ТЭС.

Сейчас АЭС взяла эти мощности на себя и город обеспечен централизованным горячим водоснабжением.

НЕ СОГЛАСЕН СОТРУДНИЧАТЬ С ОККУПАНТАМИ - В ПОДВАЛ

- Связь в городе украинская?

– Да, но с этим довольно сложно. Были периоды, когда ни один украинский оператор не работал. Интернет-провайдеры работают с частыми длительными сбоями, но пока работают.

– Есть ли сопротивление российской пропаганде?

- Сопротивление есть, и оно очень мощное, но сейчас оккупанты поняли, что им надо активно "русский мир" продвигать и перешли к методу "кнута". Людей принуждают сотрудничать, а если ты не хочешь, то ведут в подвал и там держат даже неделями, пытают. Таким образом, принуждают если не сотрудничать, то не пропагандировать проукраинскую позицию.

– На вас тоже охотились?

– И на меня, и на членов моей семьи, и членов исполнительного комитета, руководителей предприятий. Сначала не очень активно, но в последний месяц моего пребывания в оккупации приходили домой, были постоянные телефонные звонки. Очень тяжело было лавировать, чтобы не сотрудничать.

- Вы сначала активно участвовали в митингах, вели Телеграмм-канал, а потом пропали...

- Оккупанты поняли, что информационная составляющая достаточно существенна и после одной такой встречи они поставили условия, чтобы я записал видео, в котором сказал бы, что "люблю русский мир" и сотрудничаю с россиянами. Я ответил, что не буду это говорить. Они выдвинули условия, конечно, применяя шантаж и угрозы, чтобы я закрыл свой Телеграмм-канал. Мы его не закрыли, а поставили на паузу. Они этого не поняли. Когда я находился на подконтрольной Украине территории, возобновил работу своего канала. Сейчас есть возможность вести его и информировать жителей.

- Ваше перемещение в Запорожье – это была спецоперация?

– Я не могу сказать, какими автомобилями уехал и какой дорогой. Этим занималась СБУ. Есть дороги, по которым можно переместиться с оккупированной территории на неоккупированную, скажу так.

– Ваша семья где сейчас?

– Семью я вывез сразу, как только понял, что становится опасно. У меня трое детей, рисковать их жизнью я не имею права. В конце марта я их вывез, а сам еще месяц продолжал там жить и работать.

- Мелитопольский городской совет сменил прописку и теперь работает и юридически расположен в Запорожье. Планирует ли так же поступить и Энергодарский горсовет?

- Сейчас уже есть несколько решений на государственном уровне относительно функционирования органов местной власти на временно находящихся в оккупации территориях. Но мы также приняли на опережение решение – написали заявления о сложении депутатских полномочий. Мы в оккупации провели две сессии. На первой – выделили по 1 млн грн семьям военных, погибших во время обороны АЭС, а тяжелораненому бойцу – 500 000 гривен. Аналогичные решения принял и Энергоатом. А на второй – сложили депутатские полномочия.

Потому что мы понимали, что оккупанты могут прийти на сессию в день, когда она проходит и заставят депутатов добавить вопрос, например, о присоединении к россии. В тот период на меня уже было достаточно сильное давление со стороны захватчиков. Они приходили в мой кабинет и по 2-3 часа мы говорили, они были с оружием.

- Ваше первое обращение, сделанное утром после захвата АЭС, под дулами записано?

– Оно было записано под давлением. Это была неприятная вещь, но на тот период я понимал, что лучше сделать недостаточно патриотическое видео, но обезопасить горожан. Потому что у нас уже было двое погибших и несколько раненых.

- Насчет коллаборантов. В Энергодаре есть так называемый мэр, это бывший депутат Андрей Шевчик.

- Он себя позиционирует как "глава администрации". Он оказался, как сказали оккупанты, "самым сознательным депутатом городского совета, который согласился сотрудничать".

– Ожидали ли вы, что именно он станет самопровозглашенным мэром?

 - Я не могу сказать, что обо всех представителях ОПЗЖ был такого мнения, но были лица, которые вели себя странно. У него (Шевчика) были активные пророссийские взгляды и год назад. У него постоянно были замечания по поводу использования русского языка.

 - Много ли "сознательных" в других сферах оказалось в Энергодаре?

 – Образование – это наиболее многочисленная сфера у нас, но даже там двух десятков (из 2000 педагогов) не нашлось тех, кто согласился сотрудничать. Педагогам сейчас государство создало такие условия, что они получают заработную плату, работая дистанционно. Тем, кто решил проявить "инициативу" и подыграть оккупантам, а у нас есть список таких людей, не выплачивается заработная плата. Они спрашивают: "А чего не выплачивается?" А им ответили: "Вы же сотрудничаете, так вам в другой кабинет за деньгами". Эти люди сразу начали говорить, что это случайно, но с этим будут разбираться правоохранительные органы.

Среди работников коммунальных предприятий предателей еще меньше.

ВОЕННЫЕ РФ СТАЛИ МАССОВКОЙ НА МЕРОПРИЯТИЯХ "ПОБЕДОБЕСИЯ"

- Кто те люди, которые выходили на праздник "победобесия" 9 мая в Энергодаре?

– Знаю, что работников коммунальных предприятий принуждали. Подготовительная работа была недели две. Люди звонили по телефону и спрашивали, что им делать. Но, честно, лично я ожидал чего-то большего, думал, что им удастся сделать что-нибудь пафосное. Они потратили много денег: все баннеры оклеили. Но их поддержало около 300 человек, есть информация, что два автобуса людей привезли из соседних сел, но около 1000 – это были российские военные, переодетые в гражданскую одежду.

Я заметил, что оккупанты "героически" захватывают пустые здания. К примеру, здание СБУ. Снимают флаги. Они вообще настроены заниматься "самолюбованием". Я понял после первого месяца пребывания в городе, что меня отбросили на 30 лет назад: очереди в магазинах, бесплатная раздача продуктов, общественные столовые…

– Они планируют провести референдум. Как считаете, удастся ли?

- Мы же знаем, как в России проводятся выборы и референдумы… в "лучших традициях". Так и у нас "проведут". Но кто пойдет туда, я не знаю. Если посмотреть на 9 мая, которое является определенным лакмусом в проведении мероприятий, то у них нет сторонников. Вспомните, когда они похитили моего первого заместителя Ивана Самойдюка, мы менее чем через час собрали более 1000 человек, которые вышли на митинг в уже оккупированном в то время городе. А они готовились недели и собрали не больше 300 человек. Пришлось самим одеваться и выходить. Картинку для своих российских СМИ они точно дадут. Они уже их привозили, и кино снимали свое.

- Об Иване Самойдюке что-то известно?

– Его нет уже более 60 суток. Хотел бы обратиться в Офис Президента, Верховную Раду, к полномочным лицам по активизации работы по освобождению. Это должностное лицо – и 60 суток ничего не слышно о нем, достаточно тревожная ситуация. Как его освобождать? Где он? Жив? У него была наиболее радикальная позиция, он говорил, что Энергодар – это Украина. У него в доме уже живут оккупанты.

- Оккупанты какие-то условия относительно его освобождения озвучивали?

– Нет, они сначала даже говорили, что у них его нет и они не знают, где он. Но его похитили в оккупированном городе, его забрали на блокпосте, где находились представители оккупационных войск. Это ложь полная.

Иван Игнатьевич пожилой человек, у него есть определенные проблемы со здоровьем, его надо как можно скорее освобождать.

- Декупация Энергодара возможна дипломатическим или военным путем?

- Мое личное мнение, что россия не понимает язык дипломатии. Только военный путь. Нам бы хотелось, чтобы все здания в городе остались невредимыми, а люди не пострадали. Но то, что это будет дипломатия, очень сомневаюсь. Допускаю, что это будет силовой метод.

P.S. Когда уже интервью было в редакции, с самопровозглашенным "мэром" Энергодара Андреем Шевчиком произошла неприятность: неизвестные взорвали дверь подъезда, в котором именно в то время находился гауляйтер, в результате взрыва он получил ранение и уехал залечивать раны в Мелитополь.

Ольга Звонарева, Запорожье

Фото: Дмитрий Смольенко

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-