Влад Якушев, руководитель пресс-службы 14 механизированной бригады
Если ситуация с выплатами «боевой тысячи» не решится, это можно понимать как диверсию
17.02.2016 10:10 860

- Это была встреча с Викторией Кушнир, советником министра обороны Украины госпожой Вербицкой, советником начальника Генштаба, это пресс-офицеры, это финансовый отдел, строевая часть - то есть, это специалисты, которые могут дать ответы на те вопросы. Благодаря этому удалось очень многое узнать, и я смог конкретизировать вопрос. Сейчас я составил перечень новых вопросов, где мог уже под тем перечнем, под каждым вопрос написать, где по моему мнению могут быть злоупотребления или невнимательность, или неправильно прописаны документы, или саботаж. Потом писал, что надо, по моему мнению, сделать, чтобы убрать это, снять эту напряженность. Я даже постарался прописать последствия, что будет, если этого не будет сделано, и что будет, если все-таки будет какой-то прогресс и будет позитивное движение вперед.

- А что вы говорили, в качестве гипотетических последствий, что будет, если не будут выплачивать боевые?

- Я написал в статье, это уже будет настоящая диверсия. До момента выхода той статьи я вполне предполагал, что вся эта вертикаль не знала об этих проблемах. Если же ничего не будет сделано после того, как уже все о них узнали, тогда это по-моему будет уже прямая диверсия.

- Конкретизируем. Дальнейшие невыплаты боевых после того, как все общество знает, что боевые не выплачивали, равны диверсии?

- Абсолютно правильно. Сейчас идет агитация на контрактную службу. Хотелось бы, чтобы больше людей пошло на контракт, чтобы это были люди, которые имеют опыт ведения боевых действий, которые знают что к чему, и это уже шаг к профессиональной армии. Чем больше таких людей можно привлечь, тем выше боеспособность нашей армии. Но если постоянно не выполнять какие-то свои обязательства перед людьми по каким либо причинам, даже по неосведомленности об этих проблемах, люди теряют доверие. Вероятно, сейчас будет седьмая волна мобилизации, захотят ли люди идти в армию, если будут знать, что, например, их права не учитываются?

- О том, что нет денег, никоим образом мне не было сказано на моих встречах в Генштабе. Так что берем за данность, что деньги есть. Если деньги есть, то проблемы невыплатить их нет. Проблема в том, что говорят, документы неправильно оформлены. В Генштабе мне выдали методичку, как оформлять все документы. И собственно в той методичке я нашел несколько интересных пунктов. В частности, если подаются документы какой-то бригады, они уходят в сектор и из сектора передаются дальше в штаб АТО, в Краматорск. Если в штабе в АТО, в Краматорске считают что-то непонятное в тех обстоятельствах, в тех документах, они могут потребовать дополнительные документы. Нигде не сказано, какие дополнительные документы, и нигде не сказано, как их оформлять. А вот поскольку нет перечня тех документов, футболять людей можно до бесконечности. Так что, я себе начинаю думать, что возможно это было нежелание в штабе АТО выплачивать эти деньги.

- Ну, а вам как кажется, это все-таки саботаж был или ... ?

- Я считаю, по тысяче боевых - это однозначный саботаж.

- А сколько человеку недоплачивали в среднем, когда ему не платили боевые и выставляли такие серьезные препятствия?

- По подсчетам наших ребят, кто на передовой по восемь месяцев, то до сорока-пятидесяти тысяч гривен. При этом мы даже согласились, что мы не берем в расчет три месяца, которые были под Мариуполем. А там тоже были диверсионные группы, огневые столкновения. Но когда мы перешли в Марьинку, это уже критическое расстояние между нами и ними, это постоянные бои, фактически через день. Я звонил к ребятам на передовую, они насчитали за те пять месяцев, которые мы там стоим, сорок девять боев, это когда бой длился больше 3-х часов. Они даже не считали перестрелок, обычных, или что снайпер работает каждый день. Так, например, если пять-шесть выстрелов снайпер делает за день, на них просто не обращают внимания. Но с другой стороны это может быть жизнь человека: хорошо, что он не попал, а если попал? Это достаточно большая сумма денег, я думаю, что это как-то чувствительно, может поэтому не хотели и выплачивать.

- Вы в своем блоге писали, что во время атак наколотые чечены идут на вас в полный рост и не чувствуют боли. Это действительно реальная ситуация?

- Когда мы только прибыли под Марьинку, напротив нас стояли отряды чеченских боевиков, у них очень частые ротации, где-то раз в месяц. Сейчас стали подразделения Моторолы, полевого командира, к которому переданы также чеченские подразделения. Сейчас происходят, пока я был здесь, уже проходили, бои, тяжелые бои, то есть я, к сожалению, поскольку я был здесь, не видел - как это происходило, но ребята говорят, что бои были довольно тяжелые. Например, у нас за прошлую неделю двое раненых. Как мне рассказывали ребята, которые принимали ту первую атаку: человек не может быть в здравом уме, если он идет, не прячась, под пулями. Во врага попадают, это ранение, это болевой шок, а он после этого встает и пытается идти дальше до следующего ранения. Разведчики рассказывали, что боевики ведут себя неадекватно.

- А как в целом вы оцениваете настроения в армии?

Люди, оказавшиеся на передовой - это настоящие патриоты

- Я бы их оценивал как очень патриотические. Несмотря на все возникающие проблемы, тем не менее никому не пришло в голову оставить передовую и пойти решать их. Нет там никаких протестных акций, «мы развернемся и пойдем на Киев», этого нет, потому что люди, которые оказались там, это настоящие патриоты. Все мы знаем, что при большом желании можно откосить от мобилизации, можно спрятаться, можно где-то заплатить денег, и люди, которые уже идут на передовую, они идут туда сознательно, то есть они готовы рисковать жизнью, защищать страну. Но с каждым каким-то этаким безобразием, таким отношением к ним желание воевать не за страну, например, а за правительство падает. Например, я недавно говорил с бойцом, который недавно демобилизовался тут в Киеве, и он скажет, что я очень люблю свою страну, которую я там защищаю, но я ненавижу политиканов, которые на ней паразитируют.

- Я вычитала, что вы были журналистом?

- Я был главным редактором журнала «Криминальное чтиво».

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-