Владимирская горка: всех - с завершением!

Владимирская горка: всех - с завершением!

Репортаж
1040
Ukrinform
Тридцать обращений в скорую помощь, двое потеряли сознание при мне, еще несколько пережили шок от того, что потерялись

Это была очень тяжелая работа. Очень. Молебен на Владимирской горке. И даже если такие мероприятия перестанут быть политикой (как в этом году), в узком кругу доброжелателей я готова к дискуссии, стоит ли оно того и стоит ли в таком формате.

Тридцать обращений в скорую помощь за тех пару часов молебна, два человека упали в обморок при мне. Дети просто спали - кто на траве, кто в колясках. Несколько человек, простодушных сельских ходоков, пережили шок от того, что потерялись и не могут найти свою епархию.

- Женщина, и не плачьте, мы сейчас найдем вам почаевских ходоков, - утешаю я пожилую женщину, которая плачет, что потеряла своих.

- Вы все так красиво одеты, а я шла пешком, еще и с сумками, потому что не было возможности их где-то оставить.  

- Да вы что, да вы герой. Мы здесь в Киеве проснулись и пришли, а вы же 400 километров шли, - говорю я, и мой голос будто звучит искренне, я не имела права лишать ее триумфа. - И ваши сумки выглядят, как пасхальная корзина.

- Ну я подумала, что если есть здоровье, то должен идти, а здесь ничего не знаю, никого не вижу, - она снова рыдает.

На спуске в саму долину, где должны служить молебен, организаторы никого не пускают.

- Вход только для священства и журналистов.

- Господа, эти накладки - ваша вина. Пусть она найдет своих. А нет, то пустите ее по моему удостоверениею журналиста.

Здесь паломница нашла с десяток поклонниц из Киева:

- Пустите ее, она 400 километров шла, больше никто не попросится.

Наконец охрана пропускает и ее, и меня.

Сегодня в Киеве завершился Крестный Ход, который продолжался более трех недель. Его венчал молебен, на который собралось около двадцати тысяч человек, среди которых тысячи представителей клира. Крестный Ход раньше была традиционным для Украины мероприятием, но в этом году его сопровождала чрезвычайно высокая общественная напряженность. У всех накопилось недовольство УПЦ МП. У власти недовольство тем, что УПЦ МП жалуется в международные организации на несуществующие притеснения. У общества - за то, что из каждой сменой юрисдикции на каком-то приходе митрополия МП устраивает большие шоу. Тут им припомнили и то, как вела себя церковь на Донбассе, и про попов-эмигрантов, которые не щадят Украину. Не складываются у УПЦ МП, к сожалению, отношения с обществом. Возможно, одна из причин этого широко анонсированного паломничества была показать: нас много, мы большая церковь, прошу учитывать и нас. Но недовольство самой УПЦ МП подогревалось страхом дестабилизации. Понятным страхом. Ко всем проблемам в обществе добавился страх за безопасность. Тем более, что на пути следования Хода уже ближе к Киеву милиция нашла гранаты.

Про Авакова здесь на ходе упоминали.

- Вы, вижу, грамотная женщина. Говорят, что мы все, участники шествия, уже в реестре у Авакова, за нами следят, - спросили меня паломницы из Хмельницкого.

- Это полная ерунда, женщины. Аваков занят вашей безопасностью. А в свободное от этого время пишет себе что-то в Фейсбуке.

- Что такое "в Фейсбуке"? - переспросили они.

- Это его ежедневные отчеты для всех в Интернете, - пояснила я.

Она покачали головами успокаивающе и уважительно.

Наконец начался молебен. Все же для религиозных сообществ хорошо собираться вместе. Хотя заметно, что люди, которые приехали автобусом, были радостнее и свежее. Хотите не хотите, но усталость, долгие стояния на железных рамках проверки делали свое дело. Это стало тяжелым испытанием для паствы.

Я попыталась поговорить со священниками о важные темы. «У нас на литургии молятся против "междуусобной брани" (фактически против гражданской войны), а не лучше ли было произносить другую молитву: против нашествия иноплеменных (это «против врага») , - спросила я одного священника. Он уклонился от ответа, оно, мол, может перейти в политику.

Начался сам молебен. Часто священников просят на молебне отдельно за кого-то помолиться. Я написала записку за упокой и подошла к батюшке.

Два священника отказали мне в наиболее христианской из просьб.

- Хочу, чтобы вы помолились за упокой четырех мужчин, названных здесь. Но двое из них из УАПЦ и УПЦ КП.

Первый категорически отказался, закивав головой. Второй объяснил это тем, что он должен нести икону.

Я подошла к третьему, тощему монаху, который стоял отдельно.

Подала ему записку и сказала.

- Хочу, чтобы вы помолились за упокой четырех мужчин, названных здесь.

- Это же просто молебен, а не литургия, - ответил он по-русски.

- Пожалуйста.

- Хорошо, - он протянул руку за запиской.

- Но одного из этих четырех отпевали у автокефалов, других - в УПЦ КП.

Он заколебался. Замолчал. В УПЦ МП церковникам запрещено молиться за тех, кого отпевали у типа "раскольников".

- Двое из четырех - Герои Украины.

- Давайте, - решительно взял записку и прочел вслух имена: Павел, Георгий, Николай, Виктор.

- Те, о ком я сказала: Георгий Гонгадзе и Николай Березовой, муж Тани Черновол. Благословите, отче, - сложила я руки для благословения.

Он тепло улыбнулся. Перекрестил, вместо дать руки для поцелуя, коснулся лба.

- Денег не надо, оставь кому-то из нуждающихся.

Хотя бы один из трех согласился, хоть что-то. Мой день не был испорчен.

Лана Самохвалова

Фото: Виталий Сыч


При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-