Страшная сказка о Колобке и неотвратимость хеппи-энда

Страшная сказка о Колобке и неотвратимость хеппи-энда

Аналитика
Укринформ
Можно ли признаниями, что все вокруг плохо, и мы идем не туда, заставить идти «туда»?

…Он был седым и растрепанным, этот профессор. А еще в очень приподнятом настроении. Ведь говорил своим студентам о том, как все плохо в нашей стране.

Я не слушал всю лекцию, только конец. О том, что незачем радоваться безвизу, потому что он никому не нужен, ведь по опросам социологов лишь 15% украинцев собираются куда-либо выезжать. И деньги, которые можно было отдать нашим умирающим от нищеты пенсионерам, уйдут на поездки чиновиков, на бесполезные переговоры. А Ассоциация с ЕС – угробит нашу аграрную отрасль. А Евровиденье – дешевый пиар, пир во время чумы, возможность раздерибанить бабки на звездные гонорары Джамале, тогда как их можно было отдать… ну, вы сами знаете, кому.

Студенты слушали, некоторые даже хлопали в ладоши. Профессор, наверное, был доволен, хотя не ватник, с виду очень даже патриот. Но откуда столько жизнерадостной депрессии?

Я думаю, он хотел как лучше. Приучал молодежь к критическому мышлению, к тому, что «лучше горькая правда, чем сладкая ложь». Разве не говорим мы о «критическом уме», как признаке интеллекта?

А понимаем ли мы, что такое «критическое мышление»?

Спасибо ФБ (Павлу Гурнику), подоспела статья когнитивного психолога Дэниела Виллингэма. Вот послушайте, что он пишет: «Компонентами критического мышления принято считать»:  во-первых, «умение увидеть обе стороны проблемы», во-вторых, «способность быть открытым к новой информации, которая может опровергнуть ваши идеи, способность рассуждать беспристрастно», в-третьих, «требовать, чтобы всякое утверждение подкреплялось доказательством, делать выводы и обобщения из наличествующих фактов».

То есть критическое мышление – это не ругань всего и вся, не поиск «зрады» и «писца всему», не апологетика предвыборного блока «Не так!» (был такой с Кравчуком и Медведчуком в лидерах).

Критическое мышление означает, что любому критикану (как, впрочем, и любому воспевателю) прежде, чем открывать рот, нужно критически оценить то, что он собирается сказать.

Часто ли мы видим по телевизору или читаем в соцсетях украинских политиков, которые пытаются посмотреть на проблему глазами оппонента? Которые согласны изменить убеждения, если новая информация ставит их под сомнение? 

Ни разу. И дело не в злом умысле. Просто, как пишет Дэниел Виллингэм, умение критически мыслить не всем по силам, им обладают в среднем лишь каждый четвертый-пятый. И научить этому непросто, а часто – невозможно, тут как с талантом у художника или поэта.

Поток неосмысленной критики означает одно: вам пытаются впарить сказку. Как ребенку. Именно так. Ведь сказки бывают не только со счастливым концом: о том как Катигорошко на Майдане победил Змия. Кому-то больше по душе байка о глупом народе-Колобке, удравшем от старика Путина со старухой Россией, но поверившем в обман подлой Лисы (или Лиса) и пропавшем ни за грош. Нужно ли было убегать?

В приличных кругах продвинутых блогеров не принято называть имя Олега Пономаря, потому что «он все врет», хотя он врет не больше других, а просто в мутной реке всеобщей Зрады вылавливает золотых рыбок Победы. Формат у его блогов такой. Зато не менее знаменитый блогер Юрий Касьянов делает все ровно наоборот: каждую победу выворачивает наизнанку, чтобы продемонстрировать Зраду.

На самом деле, они близнецы-братья, или, как кто-то метко назвал – Инь и Ян украинской блогосферы (кто здесь Инь, а кто Ян – разбирайтесь сами). Просто каждый из них ведет свою собственную бесконечную сказку.

И если понятно, для чего нужны сказки со счастливым концом (в 1933 году договоренность между голливудскими компаниями об обязательных «хэппи-ендах» в фильмах помогла выжить в условиях Великой депрессии), то зачем в условиях Депрессии эту депрессию приумножать – не вполне ясно.

Может, нас перекормили сахарином во времена Советского Союза? Тогда «правильная сказка» была частью официальной пропаганды, начиная с детских книжек-раскладушек и заканчивая философскими трактатами и газетной аналитикой. Во времена Перестройки  «позитивная ложь» была разоблачена, и это привело нас к мысли, что правда может быть только «горькой». И, может быть, мы передали эту убежденность с генами. И спустя тридцать лет успехи все так же напрягают, пахнут обманом. А поражения расслабляют: ведь, если завтра конец света, то зачем чистить зубы?

Можно ли признаниями, что все вокруг плохо, и мы идем не туда, заставить идти «туда»? Страх и депрессия рождают лишь две реакции: бежать, куда глаза глядят, или притвориться мертвым.

Может быть, это и есть цель несамокритичной критики?

Когда-то давно, редакция газеты, в которой я работал, на первую годовщину Дня независимости Украины решила соригинальничать. На первую полосу вместо поздравления с праздником вынесли фото дверей киевского морга с грудой мертвых тел. Моргу вырубили свет за неуплату, и пришлось выключить холодильники. Тогда это казалось по-журналистски честным: вот она, настоящая правда, а совсем не парад на Крещатике!

Сегодня сомневаюсь: было ли это тягой к правде? Или дело было в обиде на новую власть, которая радовалась празднику, а мы, пришедшие из Совка, чувствовали себя на нем чужими? Не хотелось ли нам просто испортить праздник другим? И пир ли это был во время чумы, или мы со своей чумой ворвались на чужое веселье?

Испортить праздник – это наша фишка. Побить окна в банке в годовщину победы Майдана. Обругать правительство за напрасно потраченные деньги на парад ко Дню Независимости. До прайда Равных возможностей еще две недели, но у «настоящих патриотов» уже руки чешутся: надавать по морде ЛГБТ.

Плакальщики скорбят, что в Киеве множество молодых людей способны радоваться солнечному теплу, красиво одеваться, ходить в театры, пить кофе на склонах Днепра, бегать Марафон под каштанами, влюбляться, жениться, растить детей и не жалеть денег на выпускные балы – и это, когда в стране едва ли не каждый день хоронят погибших героев!

Но именно этим в нашей стране – удивительным спокойствием и жизнерадостностью – восхитился успешный британский издатель Питер Дикинсон. Украинцы, пишет он, продолжают жить обычной жизнью, несмотря на испытания несколькими революциями, экономическими кризисами и гибридной войной с Россией. «Для большинства европейских стран хватило бы одного из этих потрясений, чтобы вызвать массовую панику и приостановить развитие общества. Украинцы же совершенно другие…»

Вот и разберись: «зрада» это, наше жизнелюбие, или «перемога»?

Фотохудожника Дмитрия Муравского коллеги клеймят за то, что приукрашивает войну, что его краски слишком ярки, персонажи подчеркнуто позитивны, сюжеты гламурны. Тогда как правда войны – это смерть, кровь, увечья, вороватые начальники и прохудившиеся берцы.

А вот израильский военный историк Марин ван Кревльд пишет, что война не может обойтись без красивостей. Ведь именно она родила культуру роскошных мундиров,  причудливых войсковых эмблем, выразительных шевронов, расшитых золотом знамен, военных оркестров и парадов. И красивые проводы на смерть, пишет историк, – пожалуй, единственная достойная награда для человека, готовящегося отдать жизнь за родину.

И еще два сюжета о разных сторонах медали.

Несколько лет назад в Европе выясняли, жители какого города чувствуют себя самыми счастливыми. В первую тройку попал исландский Рейкьявик. Как теперь нам уже известно, этот опрос пришелся на период жесточайшего экономического кризиса в стране, плюс сказывались последствия кризиса экологического. Что же делало исландцев счастливыми? Радость от посещения нового оперного театра, счастье созерцать из окна прекрасный вид на океан…

А теперь о мировых рейтингах, где Украину отодвигают на последние места (извините за длинную цитату).

«Всего стран в мире примерно 250. Я был в 105, – пишет известный педагог и блогер  Владимир Спиваковский. – Я смотрел всё – и как люди живут, и как выглядят города, села, дороги, дома, университеты, магазины, наука, больницы, школы, спорт, парки, зарплаты, реклама, культура, экономика, конфликты, свобода слова, свобода дела, во что люди одеты, на каких машинах ездят, что едят, о чем разговаривают бизнесмены, чем лечатся, что смотрят по ТВ, какие зарплаты, взятки, и т.д.  У меня есть понимание, как прикинуть рейтинг страны среди всех остальных.

При таком подходе Украина находится примерно на 65 месте из 250. Хотя да, еще 5 лет назад я оценивал это место как «50». Всякие закидоны, что мы находимся на 132 месте между Ганой и Угандой не принимайте близко к сердцу.

Просто ваше счастье, что вы там не были и не видели того ужаса».

Много ли было позитива в Америке в годы Великой депрессии? Лихие дни внезапной нищеты, самоубийства, разгул бандитизма и мошенничества – где, казалось не найти ни доброты, ни альтруизма. Помогли ли отыскать их в реальной жизни фильмы с happy end?

Летописцы того времени утверждают, что да. Просто за три года до известного решения ведущих голливудских кинопродюсеров, в 1930-м, в Ассоциации продюсеров и прокатчиков США был составлен другой документ: известный как «Производственный кодекс», который и определил, кто из киногероев достоин «хэппи-енда», а кто – нет.

«Добро» получали персонажи, придерживавшиеся высоких моральных устоев, не нарушавшие закон сами и боровшиеся с теми, кто его преступил, ведущие «правильный образ жизни» с точки зрения добропорядочного христианина.

Речь шла не просто о сказке с хорошим концом, а о сказке, где торжествует справедливость. И чем тяжелее жизнь, тем больше хорошего, честного и справедливого нужно было найти вокруг. И даже, если главный герой погибает (а все мы смертны), но погибает не зря, и его дело продолжают дети, соратники и вся страна – это тоже «счастливый конец». Трагический, но счастливый…

И какова же мораль всего сказанного, спросит читатель?

Нет у меня морали, есть чувство, что Режиссер к нам благоволит. Ведь за эти три года разве не одаривал он нас чудесными спасениями. И разве мы их не заслужили?

Сколько раз все висело на волоске: наша государственность, наша экономика, наше общее будущее, наша жизнь, наконец, – но мы цеплялись за соломинку, и все поворачивалось к лучшему. Сколько плохих пророчеств могли бы сбыться, но не сбылись. Сколько цивилизационных теорий было порушено, чтобы дать нам шанс!

Оглянитесь лишь на последних два месяца: сколько невыносимо длинных эпопей закончилось для нас благополучно. Каждый день мы переживаем свой маленький happy end и должны завидовать сами себе за то, что теория вероятностей нас все еще терпит. Грех жаловаться.

А если даже не все «енды» у нас еще «хэппи», то это просто потому, что Бог выдерживает драматургию сюжета.

Евгений Якунов. Киев.

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2019 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-