Они уже жили в Европе. Исторический опыт украинцев

Аналитика
366
Ukrinform
При мадьярах это было возможно - выписывать украинскую периодику, при советах – уже боялись

Фраза «украинцы возвращаются в Европу» в последние дни стала топовой – такая риторика звучит отовсюду в связи с началом «безвиза». Цивилизационный выбор сделан, мол, теперь туда только и дорога... Мне в связи с этим на ум пришло спросить у земляков, которые – так исторически сложилось – уже когда-то жили в Европе, ведь Закарпатье в начале прошлого века входило в состав трех европейских государственных образований – Австро-Венгрии, Чехословакии и Венгрии. И хотя было это при царе Горохе – но до сих пор есть немало людей, которые этот период хорошо помнят. Какие были порядки, о чем говорилось в семье, на чем акцентировали в школе...

Как именно запомнилась жизнь в Европе закарпатцам – я спросила у двоих собеседников. Своими мыслями по поводу со мной поделился Народный художник, академик Национальной академии искусств Украины Владимир Микита и ученый, председатель Закарпатского общества в Киеве Николай Бидзиля. Нам, тем, кто сейчас стремится в Европу, люди, которые уже успели в ней пожить, говорят прежде всего вот что: мы не идем в Европу, мы к ней возвращаемся, потому что мы там были и есть исторически. Но вместе с тем отмечают, что перед тем, как в Европу возвращаться – надо же хорошо подготовиться. Ведь европейскость определяется прежде всего пониманием, знанием и исполнением законов. Это – самый первый урок, который надо усвоить нынешним украинцам от тех, кто в Европе уже жил.

МЫ В ЕВРОПУ НЕ ИДЕМ – МЫ ТАМ ЕСТЬ, ИСТОРИЧЕСКИ

- Глядя на то, какие у нас сейчас проблемы в государстве, я всегда вспоминаю период Чехословакии, рассказывает академик, народный художник Украины Владимир Микита (он родился и вырос в селе Ракошино на Закарпатье). – Я тогда ходил в школу – поэтому могу сейчас анализировать, что и как тогда происходило, какие это имело последствия, как та действительность воспринималась людьми. Итак, после Первой мировой Чехословакия получила эту территорию – Закарпатье. Таким образом мы были приобщены к созданию нового государства. И должен вам сказать, что я был свидетелем того, как оно образовалось буквально за два года. Вы можете это представить: за два, не за двадцать два, и не за 26!

Володимир Микита. Фото: Сергій Гудак

Представьте: за это короткое время создали новую страну, в которой от чиновника до бедного мужика в глухом селе, – все знали законы. Установили порядок раз – он действовал и не менялся годами. И сколько было достигнуто только этим! Не то, что теперь – каждый день законы меняются, и в мире Божьем человек не знает, где та истина! Развал полный – кто как хочет, так и делает, находит нюансы - и делая зло, он таки действует в рамках закона. И любой наш закон можно обойти – при желании. А тогда все знали порядок – подчинялись правилам и жили по ним. И потом, при мадьярах, был порядок, правда, другой, то уже были порядки военного времени, жесткие, строгие – но тоже: все точно знали, что можно – что нельзя. Если идешь корову продавать – надо оформить документ у нотариуса, что это не краденое, твое, и ты честно заключаешь соглашение.

В ОБРАЗОВАНИЕ ВКЛАДЫВАЛИ КОЛОССАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ – ПОТОМУ ЧТО ХОТЕЛИ ИМЕТЬ ПРОФЕССИОНАЛОВ

Ну а то, что смогли сделать чехи на Закарпатье за 20 лет – просто не укладывается в голове! При чехах на обучение, культуру, развитие обращали больше внимания! Тогда в каждом селе была построена школа, больницы, дороги, действовали различные курсы – от парикмахеров и официантов в городах до агрономов в селах. О чем это свидетельствует? О том, что у государства был замысел – готовить кадры для дальнейшего развития страны. Они четко представляли, не только куда хотят двигаться – а и с кем. С профессионалами – от самого низкого до самого высокого уровней. Так было спланировано, поэтому даже в глухих селах эти хозяйственные школы действовали отдельно по пастбищному хозяйству, садоводству, виноделию, животноводству... К людям шли и рассказывали, как правильно, как лучше, выгоднее, продуктивнее работать. Они знали, что хотят иметь в результате – и под это готовили людей. Понимаете, даже в таких нюансах – до всего было дело, государство заботилось обо всем! Думали наперед. Вот где надо учиться, вот с кого сейчас надо брать пример! И не работают здесь отговорки, мол, у нас нет денег, чтобы вкладывать в развитие: тяжелые времена, бедность. В Европе 20-х – начала 30-х годов тоже было тяжело – в плане экономическом – но в образование, в развитие государство вкладывало в первую очередь.

КОГДА ОБЪЯВИЛИ ПРИЗЫВ, ДАЖЕ С ГОР МУЖЧИНЫ СПУСТИЛИСЬ – НЕ НАДО БЫЛО ЛОВИТЬ ПО ДВОРАМ

И когда в 37-39 годах уже назревала война, было понятно, что Гитлер будет завоевывать Чехословакию – он долгое время не мог начать, потому что по линии военной Чехословакия тоже была на первом месте, это и развитие техники, и другое. Поэтому Гитлер ждал случая. То, что это назревает, чувствовали всюду – также и в самом маленьком углу государства, даже на Закарпатье. И когда был объявлен призыв в армию, мобилизация, надо было идти защищать государство – никому не разносили повестки домой. Было просто объявлено: мобилизация. В селах бубнаш прошел, сделал объявление – все узнали. Мы жили на основной дороге в Ракошино, долинном селе на Закарпатье. Я помню, что через день после объявления о мобилизации со всех гор мужчины с сумками спускались. Через два-три дня ни одного человека не осталось дома немобилизованного. Теперь – просят, умоляют, дают деньги, земельные участки – не хотят за страну воевать.

Относительно вашей ремарки, что мы идем в Европу, в которой наши деды уже однажды жили – да, мы в Европе были, мы исторически и есть Европа. Но так, как сейчас, в том виде, состоянии, в котором сейчас в Украине претендуем на Европу – я бы сказал, что мы ее недостойны. Прежде всего, из-за незнания и невыполнения законов.

Политику совершенно по-другому надо проводить сейчас, по моему мнению. Надо думать о том, что нам или жить – или нет. Миллиардерам новые миллиарды теперь бы не планировать – а все только так и планируется: где бы еще что урвать, даже на войне, хотя это и заработок на чужих жизнях. Нет ни одной сферы, где бы чиновники не зарабатывали...

Но думаю, в Европу нас примут – из-за военной ситуации. Третья мировая война началась ровно в тот день, когда нога русского солдата ступила на крымскую землю.

А относительно нынешних событий – я еще в 87-м году нарисовал картину «Возраст антихриста». Так вот, он уже овладел миром, это явно, и он не отпустит. Самый большой дьявол – это Путин, если люди думают, что он уступит под натиском Европы – ерунда. Ситуация очень тревожная – а для нас и подавно.

СВЕРХУ НАМ РУКОВОДИТЕЛЕЙ НЕ СТАВИЛИ

- Как и большинство закарпатцев, которым чуть за 85, – шутя начинает свой рассказ Николай Бидзиля, ученый, председатель общественного объединения «Общества Закарпатцев в Киеве», который тоже родился на Закарпатье, в селе Сасово на Виноградовщине, – могу тоже похвастаться тем, что я уже жил в Европе. До сих пор шучу с украинцами, что Закарпатье присоединило Украину в конце 40-х годов – и теперь мы вместе, уже десятилетия подряд, идем в Европу. Свой опыт европейской жизни мне приятно вспоминать – хотя бы потому, что это были детские годы, а они всегда светлые. И как большинство закарпатцев, наверное, отметил бы именно чешский период – как лучшие годы в Европе.

Микола Бідзіля. Фото: zakarpattya.net.ua

Я могу рассказать об образовании – в школу пошел при чехах. В селе еще до того, при Австро-Венгрии, было две школы – так называемая церковная и государственная («аломская» – от слова венгерского «алом» – государство). Я ходил в церковную, потому что отец был куратором церкви, директовали там русские учителя. Также и вся управа в селе была местной – «сверху» никого нам не ставили. Наш биров (сельский председатель, - авт.) не менялся в течение нескольких десятилетий – он был при власти еще со времен Чехии, это 20 лет, и недолгий период Карпатской Украины. Его сместили потом с приходом мадьяр в 39-м – тогда поставили венгров управлять, но он все равно стал заместителем – потому что нужен был переводчик для понимания местных, которые не все говорили или писали по-венгерски.

МАДЬЯРЫ СЧИТАЛИ РУСИНОВ НИЗШЕЙ НАЦИЕЙ

Если сравнивать наше положение как простых граждан – во время правления двух европейских государств Чехословакии и Венгрии – то жаловаться можно разве что на то, что при мадьярах было к местным русинам пренебрежительное отношение. На бытовом уровне, на уровне власти – тоже. При чехах дышалось, работалось, думалось и говорилось свободно. В школе преподавали на нашем языке, единственное, что напоминало о чехословацкой власти – это то, что перед началом службы в церкви пели три гимна: чешский, словацкий и русинский.

С приходом мадьяр церковная школа осталась с украинским языком преподавания, а в аломской преподавать начали исключительно на мадьярском, также на государственный перевели все делопроизводство, поставили своих чиновников – и на местах, и в районе.

Я очень хорошо помню день, когда к нам в село Сасово (это Виноградовщина) зашли мадьяры – это произошло около 11 часов около полудня, в тот день в марте, который печально известен расстрелами карпатских сечевиков на Красном поле возле Хуста. Тот день начался со стрельбы, а потом по улице прошла колонна – сначала добровольцы, затем бициглишты (военные на велосипедах), после них – ряды пехоты, а замыкала колонну очередь автомобилей с автоматчиками на кузовах и пушками, прицепленными сзади. Они прошли по селу, распевая громко мадьярские песни, спокойно, без мародерства.

Мы жили на границе Чехословакии и Венгрии – она проходила между Сасово и Чорнотисово. Границу образовывали две телеги, поставленные друг к другу задними колесами и связанные цепями. Возле них стояли люди в форме – мы их называли «финансы», это были таможенники. До начала военных действий в марте 1939-го здесь, на границе, ничего не происходило – мы часто ходили в другое государство – в Мадярщину – в магазин, чаще всего меня мама отправляла за дрожжами. Когда не было денег, выменивали их за домашние яйца. Так что уже тогда у нас был вот такой безвиз. Хотя и с телегами, – шутит Николай Иванович.

Единственное, что изменилось для селян в тот день утром, когда в село зашли мадьяры, – чешские «финансы» сбежали.

ТЕПЕРЬ УЖЕ НАДО ЗДОРОВАТЬСЯ НЕ «СЛАВА ИИСУСУ ХРИСТУ!», А «СЛАВА УКРАИНЕ!»

Перед тем был небольшой период, когда на Закарпатье власть была у Карпатской Украины. Я его запомнил тем, что как-то брат пришел и говорит: Микуль, теперь уже надо здороваться не «Слава Иисусу Христу» – потому что именно так у нас на Закарпатье и до сих пор здороваются, а «Слава Украине!» Я на это растерянно ответил вопросом: «А отвечать как – тоже «Навеки слава?» Брат растерялся – того ответа «Героям слава!» мы еще не знали.

Относительно мадьяризации должен сказать, что я на себе ее не слишком почувствовал, разве в виде насмешек венгерских ребят в Королевской горожанской школе – они постоянно насмехались над украинцами, прозвали нас «буковыми языками» или «чуйошами» (от слова «слышишь», которым мы обращались друг к другу) и считали ниже себя – это правда. Но относительно какого-то тотального контроля – не скажу, потому что я в те времена даже выписывал журнал «Литературная неделя», который издавала «Просвита». До сих пор жалею, что не сохранилась подшивка – очевидно, ее уничтожили папа или сестра – уже тогда, когда пришли «советы». То есть, при мадьярах это было возможно - выписывать украинскую периодику, при советах – уже боялись.

ГОСУДАРСТВО ИНТЕРЕСОВАЛО ДАЖЕ ТО, ОТ КАКОГО БЫКА КОРОВА РОДИТ ТЕЛЕНКА

А вот интересный пример из, так сказать, мадьяризации, как она ощущалась на селе. В то время, в конце 30-х, Венгрия воевала с Румынией, и в селах бубнаши (это такие глашатаи, сообщавшие новости на углах) постоянно давали новостные сводки – сколько румын погибло от мадьярских солдат за последнюю неделю. Однажды кто-то из односельчан спросил у бубнаша, мол, а сколько же мадьярских солдат погибло в бою с румынами? Бубнаш ему дипломатично посоветовал: «Это вам пусть скажут на румынской стороне!»

Зато нельзя не отметить порядок, который существовал во всем при мадьярах. Даже в таких незначительных, казалось бы, моментах сельской жизни, как чистка обочин. Для этого из казны специально давали деньги тому, кто будет косить сельские шанцы – они должны быть аккуратными, без сорняков и зарослей. Уже тогда для этого выдавали суперфосфаты, их пропагандировали как новое минеральное удобрение – то есть, такая практика вводилась повсеместно по всей Европе, и даже в закарпатской глубинке. Также власть следила за тем, чтобы развивалось животноводство: помню, как вводили новую породу коров, и следили, чтобы размножали животных селяне правильно. Единственное, что не нравилось людям – что надо было идти в мадьярскую армию. Сосед, который хотел схитрить и прикинуться больным вл время мобилизации, по какому-то народному рецепту выпил раствор медного купороса, чтобы вызвать высокую температуру и не подпадать под мобилизацию – и умер так, отравился, пытаясь избежать службы в мадьярской армии. А отца моего призвали в возрасте 47 лет – хотя возраст уже непризывной, он через день дежурил в форме на железнодорожном узле.

Значительно изменилось их отношение к местным, когда мадьяры отступали под натиском «советов» – тогда отца заставил на своих лошадях везти куда-то в Мадярщину на эвакуацию семью венгерского чиновника. Отец отказался – потому что осень, надо собирать урожай, дома остаются дети (мама умерла уже), но за отказ его сильно избили, и он таки повез. Мы остались вдвоем с братом. Вернулся потом аж весной – без телеги и с чужим конем, который едва не сдох от истощения. А что мы, дети, пережили за те полгода – не передать. Что и говорить! Но такие были времена...

Татьяна Когутич, Ужгород

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-