Освобождение украинцев из российских тюрем: помочь может каждый

Освобождение украинцев из российских тюрем: помочь может каждый

427
Ukrinform
Яркий пример недостатка общественного внимания - наша “Википедия”, где о большинстве украинских заложников Кремля ни слуху, ни духу

“...Российские психиатры довели украинского узника до комы: состояние Станислава Клыха резко ухудшилось”, “...Олега Сенцова перевели в штрафной изолятор колонии (ШИЗО) в российском Ямало-Ненецком автономном округе”. Сообщения, подобные этим двум новостям, регулярно публикуются в СМИ, а значит - регулярно вызывают и заметную реакцию соцсетей, общества в целом. “Государство должно приложить все усилия, для освобождения своего гражданина”, - звучит из сотен источников. Впрочем, не слишком долго... Подобную реакцию, которая часто выглядит, как некий всплеск активности и носит волнообразный характер, наблюдаем с начала военной агрессии РФ. Разговоров хватает – результата мало... Все ли возможное делает Украина для освобождения своих? Где и в чем можно добавить в этой работе?

По официальным данным МИД, сейчас только в тюрьмах РФ находятся 38 украинских политзаключенных. Не учтены разнообразные СИЗО и КПЗ, не говоря уже про подвалах ОРДЛО. Активисты правозащитной организации “Let my people go” уверяют, что заключенных - гораздо больше. Не будем говорить, что государство вообще не делает никаких шагов в направлении освобождения украинцев. Делает, правда не такими быстрыми темпами. Например, между предыдущим освобождением крымчанина Геннадия Афанасьева и пенсионера Юрия Солошенко (14 июня 2016-го) и последним - заместителей председателя Меджлиса крымскотатарского народа Ахтема Чийгоза и Ильми Умерова (25 октября 2017-го) - прошло почти полтора года, долгие 16 месяцев. Очевидно, процесс освобождения наших узников и пленных непрост. И все же, насколько реально его ускорить и что можно еще добавить к государственным механизмам освобождения заложников и политзаключенных?

С этими вопросами Укринформ обратился к правозащитникам: главе правления Центра гражданских свобод, координирующего правозащитную организацию LetMyPeopleGo Александре Матвийчук и юристу Украинского Хельсинского союза по правам человека Надежде Волковой.

Нужен единый государственный механизм, которого — нет

Эксперты убеждают, что механизмы существуют, государство пытается делать все от него зависящее: и Уполномоченный по правам человека обращается к своей коллеге в России, и МИД реагирует нотами на новые нарушения, и на минских переговорах несмотря на возражения российской стороны ставятся вопросы, и правоохранительные органы сотрудничают с адвокатами и так далее. Но, по их мнению, все эти усилия никак не складываются в одно целое - единый механизм отсутствует.

Олександра Матвійчук
Александра Матвийчук

Матвийчук: “Часто левая рука не знает, что делает правая, и родные политзаключенных вынуждены выступать в роли посредников. Что уж говорить, если государственные органы в своей работе оперируют разными цифрами, и даже единого согласованного списка политзаключенных до сих пор нет. У родных это вызывает уже даже не возмущение, а просто усталость.

Другая проблема, что большинство этих усилий представляют собой, скорее, реакцию на те или иные события. У нас почти полностью отсутствует проактивная стратегия. Еще в прошлом году Путин четко заявил, что вопрос освобождения политзаключенных не охватывается мандатом минских переговоров. И что Украина? Мы будем искать другие площадки для решения этих вопросов, привлекать эффективных посредников, придумывать новые формы влияния, что мы в этих обстоятельствах будем делать? Количество заключенных по политическим мотивам постоянно растет. В оккупированном Крыму люди в группе риска спят одетыми, потому что никогда не знают, когда к ним придут с обыском и что после этого будет. У многих заключенных довольно серьезные проблемы со здоровьем. В случае со Станиславом Клыхом речь уже идет о мерах срочного спасения. Поэтому в условиях, когда созданные для предупреждения конфликтов и восстановления мира международные организации давно уже не справляются с этими функциями, нужно быть проактивными. А это значит инициировать новые ходы и форматы.

Наименьшее, что в этой ситуации государство должно было бы сделать, это создать единую структуру с участием всех имеющих к этой теме отношение государственных органов. Это необходимо для координации их работы по освобождению политзаключенных и надлежащей коммуникации с родными. Проект концепта такой структуры был разработан уже много месяцев назад, но не вызвал у чиновников особого энтузиазма, поэтому до сих пор лежит и пылится”.

Надія Волкова
Надежда Волкова

Волкова: “Мое понимание - создание такого механизма должно состоять из нескольких этапов:

Во-первых, это скрупулезное изучение, полное понимание особенностей присущих именно этой ситуации, кто пленник, с какой целью его арестовали.

Во-вторых, изучение практик, которые уже есть в других странах. Мы должны помнить, что конфликт в Украине не уникален. Да, он имеет свои особенности, которые необходимо учитывать, но Украина не первая и, увы, не последняя. Поэтому на этом этапе стоит привлекать (международных) экспертов (особенно тех, кто имеет опыт возврата и освобождения людей).

В-третьих, должна быть постоянная площадка для проведения переговоров. Она может существовать на уровне президента, СНБО, МЮ, МИД, неважно, но специалисты, представители всех ведомств должны быть привлечены к этой работе. Сейчас, в нашем случае: а) такой площадки в принципе нет, б) люди которые занимаются (или делают пустые неэффективные потуги) не являются специалистами, профессионалами и мало что вообще понимают в вопросах обмена.

В-четвертых, сами переговоры – это ювелирный процесс. Очень сложный и очень глубокий, особенно, когда твой оппонент – Путин. Роковая ошибка считать его идиотом, глупым или человеком, говорящим только на языке силы (да, он говорит на языке силы, но не физической). И это тоже ключевой момент. То есть, если вести переговоры с таким как он, человек должен иметь минимум такой же уровень силы. Очень важно адекватно оценивать кто твой оппонент. Впрочем я не уверена, что в нашей стране это понимают. России - с мощной армией, с мощными спецслужбами и с ядерным оружием незачем бояться физических угроз”.

Продолжая мысль Надежды Волковой о важности уровня представительства, напомним, как недавно турецкий президент Реджеп Эрдоган добился освобождения заместителей председателя Меджлиса крымскотатарского народа Ильми Умерова и Ахтема Чийгоза. Очевидно, что-то из этого выгадала себе и Москва. Тем не менее, украинские политзаключенные освобождены.

Как бы это ни звучало странно, но ради жизни и свободы наших людей, иногда стоит задуматься и об откровенно нестандартных шагах. Вплоть до того, чтобы обратиться за помощью к кому-то из друзей Путина. Ничего конкретного не предлагаем, но, скажем, бывший премьер-министр Италии Сильвио Берлускони разве не имеет влияния на «кремлевского начальника»? Может, этот 81-летний дедушка, “ценитель” несовершеннолетних девушек, вместо очередного секс-скандала, наконец сделает в своей жизни доброе дело?

... И вы знаете, все таки Сильвио далеко не один в мире.

Львівські студенти вийшли на акцію у підтримку українських політв’язнів Кремля (22 вересня, 2017) // Фото: Zik
Львовские студенты вышли на акцию в поддержку украинских политзаключенных Кремля (22 сентября, 2017) // Фото: Zik

Не только на государственном уровне

Вопрос освобождения украинских политзаключенных должен стать центром общественного внимания, настоятельным напоминанием. А пока все наоборот. Как уже говорилось, реакция общества, словно всплеск, волна: нарастает, спадает... А что в результате? Ярких маркеров дефицита внимания общества к судьбе политзаключенных, к сожалению, хватает. Но может ли быть что-то ярче, чем печальный факт: в украинском варианте онлайн-энциклопедии “Википедия” нет даже статьи о том же Станиславе Клыхе. Это при том, что в "Википедии" - и это главная особенность проекта - каждый может создать или редактировать контент.

Как же усилить общественное внимание к проблеме освобождения украинцев из российских тюрем?

По мнению правозащитницы Александры Матвийчук, трудно сравнивать биографии и судьбы известного режиссера Олега Сенцова и собирателя металлолома Сергея Литвинова. Но бороться нужно за всех.

Матвийчук: “...Их имена должны звучать постоянно как внутри страны, так и на международной арене. Нет новостей о заключенном, значит наша задача находить поводы, чтобы о нем говорили. Собственно, кампании LetMyPeopleGo во многом на это и направлены. Мы привлекаем людей к марафонам, написанию писем, бомбим международные инстанции обращениями, информируем о ходе дел, проводим акции, выставки и флеш-мобы. Нас поддерживают многие инициативные группы за рубежом, в Германии, США, Франции. Даже такой простой и символический жест как отправить открытку для человека за решеткой имеет весомое значение. Важно понять, что помочь может каждый”.

Вместо заключения

Упомянутая украинская “Википедия” - это лишь маленький пример “искреннего интереса» общества этим вопросом. Мы любим пообвинять власть в бездействии, очередной #зраде (да, причин хватает, но есть же разумные пределы), а сами ничего не делаем там, где делать, болеть – наш прямой гражданский долг. Обвинять и поучать мы никого не собираемся – все этим грешим. Не знаете, как перейти на сайт “Википедии” и написать там про украинского заключенного? Писать статьи — не ваше? Так сделайте, как предлагает эксперт: просто отправьте открытку с тремя словами “О тебе помнят”.

Мирослав Лискович, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-
*/ ?>