Из архива: голодомор, конец украинизации и нетерпеливое ожидание пролетариев (1933-1934)

Из архива: голодомор, конец украинизации и нетерпеливое ожидание пролетариев (1933-1934)

Укринформу 100
622
Ukrinform
Проект Укринформа по случаю столетнего юбилея агентства: «100 лет – 100 новостей»

Чем дольше существует большевистский режим, тем острее классовая борьба – говорил когда-то Сталин, и, очевидно, эти его слова неоднократно повторялись в сообщениях РАТАУ 30-х годов. Но и за строками о «расцвете советской Украины в семье народов» тоже кроется и борьба, и трагедия.

«Кулацкий саботаж хлебозаготовок»

4 января 1933 года. Харьков. РАТАУ. «Перебіг хлібозаготівель свідчить, що й далі більшість районів України недозволено затягують застосування постанов партії й уряду до злісних зривачів хлібозаготівель. І далі більшість районів виявляють опортуністичну бездіяльність, цим прямо потураючи куркульському саботажеві хлібозаготівель».

В тот же день РАТАУ обнародовало статью Григория Петровского «Ударно вивершити хлібозаготівлі», в которой отмечалось, что «класовий ворог – куркуль і підкуркульник зробили все, щоб зірвати хлібозаготівлі».

Виїзд червоної валки з хлібом, колгосп «Хвиля пролетарської революції» на Харківщині, 1932 рік. Фото: Укрінформ
Выезд красного обоза с хлебом, колхоз «Волна пролетарской революции» на Харьковщине, 1932 год. Фото: Укринформ

Справочно: Политика коллективизации в Украине, которая проходила в начале 1930-х годов, потерпела крах. Вместе с тем, хлебозаготовительная кампания 1931 года вызвала в Украине голод. До весны 1932 года голодной смертью умерло больше 100 тыс. украинцев. Эта ситуация еще более обострила антикоммунистические настроения в обществе. Селяне массово выходили из колхозов и забирали свое имущество: скот, инвентарь, заработанное зерно. По Украине катятся протесты. Это движение сопротивления селян показал власти что, несмотря на все давление и террор, украинское село не смирилось.

Колгоспники під час здачі хліба, смт. Чубарівка, Дніпропетровська область, 1932 рік. Фото: avr.org.ua
Колхозники во время сдачи хлеба, пгт. Чубаровка, Днепропетровская область, 1932 год. Фото: avr.org.ua

Для сохранения колхозов и имущества в руках государства 7 августа 1932 года Кремль принял постановление «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперативов и об укреплении общественной (социалистической) собственности», которое в народе получило название «закон о пяти колосках». Этим постановлением хищение имущества колхозов наказывалось расстрелом, а при «смягчающих обстоятельствах» – лишением свободы на срок не менее 10 лет.

Озброєний комсомолець охороняє комору зі збіжжям сільгоспартілі імені Г.Петровського, село Вільшани, Харківська область, 1933 рік. Фото: avr.org.ua
Вооруженный комсомолец охраняет амбар с зерном сельхозартели имени Г. Петровского, село Ольшаны, Харьковская область, 1933 год. Фото: avr.org.ua

18 ноября 1932 года вышло постановление ЦК КП(б)У «О мерах по усилению хлебозаготовок», которое предусматривало наказание за невыполнение планов заготовки зерна – сельские хозяйства карались натуральными штрафами, то есть конфискацией 15-месячной нормы мяса. Впоследствии перечень компенсационных продуктов был расширен картошкой и салом, в конце года – продуктами длительного хранения. Кроме того, выданное в тот же день постановление «О ликвидации контрреволюционных гнезд и разгроме кулацких групп» позволяло отбирать у селян хлеб по статье «контрреволюционные преступления».

Уже через несколько дней, 26 ноября, вышел приказ наркома юстиции и генерального прокурора УССР, в котором подчеркивалось, что «репрессии являются одним из мощных средств преодоления классового сопротивления хлебозаготовкам». Таким образом, искусственно созданный голод стал хорошо продуманной и тщательно замаскированной карательной операцией.

Прежде всего, у украинских селян было отобрано выращенное ими зерно, далее многочисленными натуральными штрафами и обысками были отобраны последние запасы продовольствия. В декабре 1932 года в 82 районах Украины была запрещена торговля продуктами, также прекратились поставки промышленных товаров. В начале 1933 года запретом выезда из охваченной голодом Украины селян лишили последних надежд на спасение.

Конфискация всех выявленных продовольственных запасов привела к массовому голоду зимы 1932-1933 годов. Оставшись без хлеба, голодающие семьи селян употребляли в пищу различные суррогаты: кукурузные початки и стебли, просеянную шелуху, сушеную солому, гнилые арбузы и буряки, картофельную шелуху, стручки акации, толченую кору и листья деревьев.

Второй пик голода пришелся на апрель-июнь 1933 года. Это был апогей Голодомора. В те месяцы в Украине каждую минуту умирало 24 человека, каждый час – 1440, каждые сутки – 34 560. За короткий промежуток времени Москва убила, по разным оценкам, около 4,5 миллиона украинцев.

Эта карательно-репрессивная акция была направлена на усмирение украинского селянства, на уничтожение самостоятельных селянских хозяйств – социально-экономических основ украинской нации. Украинские селяне стали следующими жертвами сталинского режима после тотальных репрессий в отношении украинской интеллигенции и духовенства.

«Вредители» на языковом фронте

29 апреля 1933 года. Харьков. РАТАУ. «...Стан на мовному фронті України потребує негайних заходів. Українські націоналістичні буржуазні елементи на цій дільниці провели шкідницьку роботу. Вони ширили буржуазні націоналістичні теорії й намагалися спрямувати процес розвитку української мови на буржуазно-націоналістичні шляхи...»

Праці Миколи Скрипника. Фото: Укрінформ
Работы Николая Скрипника. Фото: Укринформ

Справочно: именно с такими или подобными текстами весной и летом 1933 года выходило много заметок. Политика украинизации, которая проводилась последние 10 лет, сходила на нет. Все началось с травли бывшего наркома образования УССР Николая Скрипника.

Именно его партия назвала ответственным в попустительстве национал-уклонизма. 22 февраля 1933 года политбюро ЦК КП(б) назначило нового наркома образования Владимира Затонского, а его первым заместителем стал известный борец с национал-уклонизмом Андрей Хвыля.

Власть обвинила Скрипника в создании преград между русской и украинской культурами, ориентации развития украинского языка на буржуазную Польшу, поддержке националистических организаций и группировок – таких, как ВАПЛИТЕ и «Березиль», принудительной украинизации национальных меньшинств. Даже придумали термин – «скрипниковщина». В конце концов, не выдержав давления, в июле 1933 года Скрипник сам ушел из жизни.

На самом же деле дело было не в Скрипнике. Москве нужен был повод, чтобы начать масштабные чистки в системе Наркомата образования и, соответственно, в науке и культуре, которыми он занимался.

Впоследствии 1-й секретарь Харьковского областного комитета КП(б)У Павел Постышев докладывал, что из системы Наркомпроса было выгнано 2 тыс. человек националистического элемента.

Представник харківського райкому компартії дає в клубі залізничників консультацію з питань підготовки до чищення партії, г. Харьков, 1933 рік. Фото: avr.org.ua
Представитель харьковского райкома компартии дает в клубе железнодорожников консультацию по вопросам подготовки к чистке партии, г. Харьков, 1933 год. Фото: avr.org.ua

В целом в течение 1933 года в областных управлениях образования по политическим мотивам поменяли 100% руководства, в районных – до 90%. Все они подверглись различным формам репрессий. Из школ «как классово враждебные элементы» были уволены 4 тыс. учителей. Сворачивание украинизации сопровождалось расширением сети русских школ и классов. Из 29 директоров педагогических вузов работу потеряли 18, а также 201 преподаватель.

Принятие нового Украинского правописания 1933 года стало основанием для чистки среди сотрудников Института научного языка при ВУАН. Тотальной чистке подвергся Наркомат юстиции, издательство «Украинской советской энциклопедии».

Итак, проект «коренизация», который начался в 1923 году и вроде как предусматривал превращение СССР в государство равных национальностей, оказался мыльным пузырем. Уже через 10 лет империя начала возрождаться. «Местный национализм» был назван главной опасностью, а это означало конец украинизации и начало притеснений украинской культуры. Параллельно подчеркивалась ведущая роль России в СССР, который впоследствии стал ассоциироваться исключительно с российский нацией.

Киев – столица Украины

22 июня 1934 года. Киев. РАТАУ. «Пролетарі Києва нетерпляче чекають на приїзд Центрального Комітету партії та уряду. Про це говорять скрізь: у цехах, на вулицях, у будинках... 24 червня оголошено в Києві загально-вихідним днем для всіх підприємств та установ».

 Хрещатик (тоді вулиця Воровського), 1930-ті роки. Фото: tsdkffa.archives.gov.ua
Крещатик (тогда улица Воровского), 1930-е годы. Фото: tsdkffa.archives.gov.ua

Справочно: вот так, бравурно, возвещало наше агентство о переносе столицы Украины в Киев.

Как известно, после захвата Украины большевиками и установления советской власти, некоторое время столицей республики де-факто был Харьков. Именно де-факто, ведь официального провозглашения Харькова столицей советской Украины так и не произошло, только в Конституции УССР 1929 года город получил этот статус.

Но уже в конце 1920-х годов среди властных кругов, а потом и в прессе обсуждался вопрос о переносе столицы из Харькова в другой город, в частности, в Киев.

18 января 1934 года на пленуме ЦК КП(б)У второй секретарь ЦК КП(б) Украины и одновременно первый секретарь Харьковского обкома Павел Постышев сообщил, что ЦК ВКП(б) и лично товарищ Сталин» предлагают перенести столицу из Харькова в Киев.

Через несколько дней это решение было утверждено официально: сначала ХІІ съездом КП(б)У и в тот же день – постановлением президиума ВУЦИК. Окончательно новый статус Киева в январе 1935 года утвердил ХІІІ Всеукраинский съезд советов, внеся соответствующие изменения в 82 ст. Конституции: «Столицей Украинской Социалистической Советской Республики является город Киев».

Керівники КП(б)У і уряду України на Привокзальній площі в Києві під час зустрічі з жителями міста в день переїзду з Харкова. Фото: tsdkffa.archives.gov.ua

Руководители КП(б)У и правительства Украины на Привокзальной площади в Киеве во время встречи с жителями города в день переезда из Харькова. Фото: tsdkffa.archives.gov.ua

Киев вновь стал столицей, но уже советской Украины. Тогдашняя власть объясняла: столицу перенесли из экономических соображений, чтобы правительство было ближе к сельскохозяйственным районам Правобережья. Так коммунисты пытались скрыть последствия организованного ими же искусственного голода, от которого существенно пострадала Слобожанщина.

Но есть и другая версия. В начале 1920-х годов, чтобы заручиться поддержкой населения и укрепить свою власть в Украине, большевики ввели политику украинизации. В органы власти привлекали украинцев, способствовали развитию украинского языка и культуры. Через 10 лет, в начале 1930-х, в Харькове сформировалась проукраинская политическая элита. И здесь Москва сыграла на опережение: украинизацию свернули, столицу перенесли в Киев, а харьковскую властную верхушку ждали сталинские репрессии.

Переезжали в новую столицу в спешке: сначала переезд запланировали на осень, а потом перенесли на начало лета. В Харькове чиновникам устроили громкие проводы, не менее громко их встречали в Киеве: с военным парадом и торжественным пленумом.

(Продолжение следует)

Хроника предыдущих лет: 1918, 1919, 1920-1921, 1922-1923, 1924-1925, 1926-1927, 1928-1929, 1930-1932.

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» и «PR» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-
*/ ?>