Как вырасти из арестантских роб? Стратегия антизрады

Как вырасти из арестантских роб? Стратегия антизрады

Аналитика
703
Ukrinform
Поиск зрады в других, чтобы оправдать собственную, стал трендом. Власть предает народ, народ – власть.

Не об Иване Бубенчике (хотя и о нем тоже), и не о Надежде Савченко и других реальных арестантах пойдет речь. А об определенной черте нашего характера, описанной в одном психологическом эксперименте. Он стал известным под названием «парадокс заключенного».

Для тех, кто не знает, коротко о его сути.

Есть два условных сообщника, которые попали в тюрьму. Неважно, виноваты они или нет, за коррупцию брошены за решетку или за сопротивление преступной власти. И доказательств для полноценного срока у полиции не хватает. Поэтому она разделяет арестантов по разным камерам и прессует. А параллельно каждому обещает: будь послушным, сдай своего партнера - и все ограничится условным сроком.

Времени у заключенных мало, а на кону – свобода. Начинают лихорадочно взвешивать варианты. Если оба будут молчать, как партизаны, то доказательств для серьезного наказания мало, следовательно им светит незначительный срок, и вскоре оба выйдут на свободу. Если сообщники синхронно «развяжут языки», то у суда будут доказательства и наказание будет суровее – но прокуроры добьются смягчения приговора «за сотрудничество со следствием». Когда же один будет молчать, а второй его «сдаст», то «предатель» получит, как договорено, условный срок и свободу, а «принципиального» засудят по полной программе – в качестве наказания «за простоватость».

Мы с вами люди благородные. И теоретически каждый выбрал бы стратегию «совместных действий» - ты не предаешь меня, я не предаю тебя.

Однако, это лишь в теории все так однозначно. На практике же, под прессом, в одиночестве, без возможности перемолвиться с сообщником словом человека мучают сомнения: «А стоит ли переживать за другого, когда тебе грозит неволя? И есть ли гарантия, что товарищ выдержит давление? И как бы не «лохануться» со своим альтруизмом?» Ведь расплата за него может быть слишком высокой.

Психологи провели немало экспериментов с добровольцами, чтобы выяснить, как будет действовать человек в подобной ситуации. И пришли к неутешительному выводу: альтруистов среди участников эксперимента оказалась мизерное меньшинство. Большинство после тяжких раздумий склонялись к предательству. Ведь элементарная логика подсказывает: «зрада» сводит до нуля вероятность самого тяжелого наказания и повышает шансы выйти на свободу.

И вот что самое интересное: кроме сомнений в добропорядочности партнера и слишком высокой ставки в игре, выявлен еще и третий мотив. Эволюционный биолог Ричард Докинз (который принимал участие в ролевых играх на тему «парадокса заключенного») объясняет его так: предав товарища и уговорив себя, что друг поступил (или поступил бы) так же, человек испытывает драйв победителя и вожделенную награду воспринимает уже не как 30 сребреников, а как заслуженный приз за сообразительность.

Как там у одного известного французского дипломата: «Вовремя предать - это не предать, а предвидеть»?

В чем же тут «парадокс», спросите? А в том, что победной стратегия «превентивной измены» является только тогда, когда партнер предателя - добропорядочный простак, или, говоря современным языком, – «непуганый лох». Если же ваш сообщник такой же эгоист, как и вы, и тоже вас «сдаст», то вы оба немного выиграете. Причем наказание за взаимное предательство будет гораздо суровее, чем если бы вы друг друга «отбелили».

Понимают ли это люди, которые оказались в шкуре «арестанта»? Понимают. Но, несмотря на это, большинство все равно готовы предать! В этом и заключается упомянутый «парадокс».

В нашей политической жизни все так и происходит. Как не пауки в банке, так жучки в аквариуме. Вчерашние партайгеноссе, чкурнув от следствия за границу, спешат скомпрометировать начальство, пока оно не скопрометировало их. Потому что с детства все знают: первое слово – дороже второго». И даже такое святое дело, как объединение вокруг «единого кандидата», напоминает порой беготню от кассы к кассе в супермаркете – в поисках более близкого места в очереди.

Чем больше ты видишь вокруг зрады, тем легче предать самому. И психология арестанта присуща не только «зрадофилам». Не меньше ее и у певцов побед. Потому что те, кто обожают победителей, недостаточную пользу для себя от этих побед воспринимают как «зраду». Фраза другого известного политика «Нет вечных друзей, есть только вечные интересы» многими моими земляками воспринимается совсем по другой шкале ценностей, чем это предполагал сам ее автор.

Все понимают, что вечные подножки не позволят подняться в полный рост. Все понимают, но не могут остановиться. Ричард Докинз успокаивает: эгоистичная «арестантская» стратегия - это фундаментальное правило биологической эволюции, согласно которого: не предашь – не выживешь.

Но если все народы учились этому правилу, то почему мы, говоря словами из известного фильма, «оказались первыми учениками»?

Возможно, потому, что лучше всего «стратегия превентивного предательства» действует там, где для этого есть питательный бульон – в обществе «простаков» и «лохов». Таким был наш народ, вырвавшись в свое время из патерналистского муравейника под названием СССР – наивным, доверчивым к аферистам. Мои ровесники охотно поведают, как в те времена заряжали воду на сеансах Алана Чумака, как вкладывали деньги в МММ и «Меркурий» Семена Юфы, носились, как дурак с писаной торбой, с приватизационными сертификатами.

Среди 54 миллионов постсоветских терпил, в ноздри которых ударил и сбил с толку ветер свободы, безнаказанно витала какая-то тысяча ястребов-кидал, которые стремительно жирели, обманывая и обдирая других.

Об их житье-бытье лучше могли бы рассказать некоторые лидеры «президентских рейтингов». Например, тот из них, кто в конце 80-х прошлого века сел на 15 лет за «хищение народной собственности в особо крупных размерах»», и освобожден был только с наступлением Независимости. Или счастливый "лотерейщик", осужденный в свое время за мошенничество. Они учат нас гуманизму и демократии, и невольно задумываешься: а так ли случайны их высокие рейтинги? Или до сих пор украинцев считают простаками в тюремном эксперименте?

Наши политические выборы - находка для эволюциониста. Нигде больше так не проявляется «арестантская» психика. Начиная с «каневской четверки» и многочисленных последующих клятв: «не предавать майдан!»...

Все это тянется красной нитью сквозь нашу новейшую историю - сквозь «ширки» и универсалы, переписанные на бабушек и их кошек бизнес и виллы, через кнопокодавство в ВР, которое КС, вынося вердикт относительно языкового закона, признал, по меньшей мере, попыткой «кинуть» все украинское общество. И не оказалось ли это общество с юридически ничтожной законодательной базой на грани морального вымирания?

Поиск зрады в других, чтобы оправдать собственную, стал нашим трендом. Четверть века перманентного кидалова приучили действовать на опережение. Власть предает народ, народ – власть.

Не потому ли пренебрегли присягой крымские солдаты и офицеры, и донбасская милиция, что безопастнее казалось оказаться в роли преданных? («Он не сам ушел, это я его прогнала»). Не потому ли бывшие добровольцы и волонтеры не верят власти, что чувствуют себя «простаками», которым со стороны элиты (еще недавно такой благосклонной) уже западло что-то плебсу объяснять?

Вот почему так примечательна судьба Ивана Бубенчика. Четыре года назад со сцены Майдана его призывали: «К оружию!» А сегодня подчиненные тех, кто призывал, судят того, кто откликнулся?

Из фильма «Темные времена» узнал, что в британской армии времен Второй мировой был приказ: «Каждый - за себя!». Отдавался он воинам подразделения, обреченного на гибель. После него хочешь - беги с поля боя, хочешь - сдавайся в плен, а хочешь - стой до конца; кого на что хватало. Неужели и мы сегодня, как после того приказа? Неужели мы можем называть себя нацией после этого?

Стратегия «спасайся сам, потопив ближнего» - выигрышная, писал Ричард Докинз, - но только в краткосрочной перспективе. А в долгосрочной - приводит к вымиранию всей популяции.

Нация – это та сама популяция. И если ситуация с выбором «предать или поверить» каждый раз повторяется, и «непуганые лохи», «неисправимые простаки» и «убежденные альтруисты» в ней проигрывают и эмигрируют, уходят на обочину, «вымирают» духовно и физически, то все, что остается «кидалам» - это обманывать и предавать друг друга. И эта взаимная зрада не приводит ни к какой выгоде, изматывает и обескровливает самих победителей эволюции, которые вымирают вслед за «лохами».

Как же все остальные нации прошли через это горнило? Возможно, не все. Возможно, и нас это ждет. Но теоретики нашли стратегию для «парадокса заключенных» более успешную, чем «Каждый за себя!» Докинз назвал ее так: «Око за Око».

«Око за Око» - это не наивный альтруизм, не «святая простота», это – справедливость, основанная на презумпции добропорядочности. Формула ее проста.

Когда ты делаешь первый шаг в отношениях с людьми, всегда исходи из постулата, что твой новый партнер не навредит твоим интересам, а дальше - просто повторяй его действия. Если он тебя кинул с первого раза, смело кидай и его. Кидай снова и снова, пока он не задумается и не попытается исправить ситуацию, ответив альтруизмом на твой кидок. Если же вы с первого раза оба поступите, как альтруисты, то выиграете как сообщество и будете побеждать в дальнейшем.

Однако, это еще не все. Есть, оказывается, еще более необычная стратегия борьбы с эгоистами - «око за два ока»! То есть, если все же тебя предали (в первый раз), ты не отказываешся от добрых намерений и даешь человеку второй шанс. А потом – снова, как и в стратегии «Око за Око», просто повторяешь его поступки. Нам, воспитанным на недоверии, это может показаться невероятным. Но математические расчеты доказали: эта стратегия действует!

А теперь задумаемся: а не тот ли самый это фундаментальный христианский принцип, который мы знаем по формуле – «ударили по одной щеке, подставь другую»? Нигде ведь не сказано, что надо смолчать и после второй пощечины... Оказывается, этот принцип заложен даже в основу эволюции «по Дарвину»? Почему же мы так трудно к нему идем?

Дело политиков - перевести эту стратегию на язык поступков. Кто-то же должен начать с того, что - поверить?

Когда-то за океаном, в Америке, мне рассказали про две категории американских граждан – законопослушных и тех, кто «на картотеке». Первые никогда не нарушали закон, не врали под присягой, и ими никогда не интересовалась полиция. Им верят на слово и при оформлении бизнеса или других правовых актов часто не требуют документальных подтверждений. Но если ты хоть раз соврал, предал или нарушил нормы сожительства, ты попадаешь в базу данных «не до конца благонадежных» и тебя могут полноправно поднять ночью с полицейским обыском.

В 15-16 веках на украинских землях таких называли «люди добрые» и «люди злые». Не правители определяли кто есть кто, не судьи – а общественное мнение. Джентльменскому слову первых верили безоговорочно, вторых по требованию общественности лишали всех привилегий и вольностей. Видимо, действительно гражданским может быть только общество, где обман и предательство даже во имя каких-то «вечных интересов» не могут быть оправданы.

Эрих Фромм писал, что любую личность формирует баланс между стремлением к власти над людьми и умением поступиться собственными интересами ради интересов других. Возможно, когда мы воспитаем в себе и наших согражданах умение держать этот баланс, когда зрада перестанет восприниматься, как победа, а украинцы перестанут делить себя на лохов и кидал - может тогда мы перестанем быть нацией арестантов?

Евгений Якунов

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-
*/ ?>