Денис Чернышов, заместитель министра юстиции Украины
В большинстве цивилизованных стран уже отказались от пожизненного заключения женщин
12.03.2019 17:24

Законопроектом «О пенитенциарной системе», который был разработан в 2017 году Министерством юстиции совместно с рядом народных депутатов и международных экспертов, предлагается возможность замены наказания в виде пожизненного лишения свободы лицам, которые не имеют высокого риска совершения повторного правонарушения, на наказание на определенный срок.

Заместитель министра юстиции Денис Чернышов объяснил, что, согласно законопроекту, замена может быть применена, если осужденный отбыл не менее 10 лет заключения и составил личный план реинтеграции в общество. В таком случае пожизненное заключение может быть заменено на 15 лет, а исчисление срока нового наказания начинается со дня замены наказания более мягким.

Таким образом, отмечает он, осужденный будет мотивирован ресоциализоваться, быть готовым к возвращению в общество.

В интервью Укринформу Чернышов рассказал, почему возникла необходимость замены пожизненного заключения на конкретный срок отбытия наказания, сколько необходимо средств на реформирование пенитенциарной системы и о ситуации с привлечением инвесторов для строительства новых следственных изоляторов.

ДО КОНЦА ЭТОГО ГОДА ВСЛЕДСТВИЕ НЕЭФФЕКТИВНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЗАКРОЮТ ОКОЛО 10 УЧРЕЖДЕНИЙ ГУИС

- Почему тормозится принятие законопроекта «О пенитенциарной системе», которым предлагается заменить пожизненное заключение на наказание на определенный срок?

Человек, осужденный к пожизненному сроку, должен иметь мотивацию к ресоциализации

- К сожалению, до сих пор не все понимают важность пенитенциарной системы для безопасности общества, исправления и ресоциализации лиц, вступивших в конфликт с законом.

В Украине среди почти 55 тысяч заключенных – всего полторы тысячи пожизненников, остальные – после отбывания наказания выйдут на волю, будут ходить с нами по одним улицам, жить в соседних квартирах, посещать магазины. От того, какими они выйдут на волю, зависит безопасность общества.

К сожалению, общество еще не осознает того, насколько важно нормальное функционирование пенитенциарной системы. Мы понимаем, что сейчас проводятся медицинская реформа, образовательная, которые, конечно, точно охватывают большее количество лиц, чем реформа пенитенциарной системы, но безопасность общества – важна.

Сегодня для пожизненников нет другого пути выйти на свободу, кроме помилования

Например, человек получил приговор пожизненного заключения в 25-летнем возрасте, а проживет, допустим, 75. Получается, 50 лет из 75 он проведет в тюрьме, и находиться в клетке в течение этого времени – очень опасно и для осужденного, и для персонала, о котором тоже надо думать.

Представьте себе, если у человека, находящегося за решеткой, нет никакой мотивации меняться, то какой поступок он может совершить, учитывая то, что больше пожизненного заключения ему не дадут?

А мы мотивируем, люди начинают работать, ресоциализироваться.

Действительно, на сегодня, кроме института помилования, для пожизненников нет другого пути выйти на свободу. Тем не менее, мы проводим большую просветительскую работу, рассказываем об опыте других стран.

- Обсуждая инициативу относительно отмены пожизненного заключения, упоминают только женщин. А как насчет заключенных мужчин?

Мы предлагаем заменять пожизненный срок в отдельных случаях 20-25 годами заключения

- Вопрос надо разделить на две части. Прежде всего, все должны понимать, что сегодня только полтора процента женщин, а это – 23 лица среди общего количества осужденных пожизненно, отбывающих пожизненное лишение свободы, и 98,5% составляют мужчины. У женщин динамика изменений намного лучше, чем у мужчин. В большинстве цивилизованных стран, а иногда и в таких, которые мы считаем не совсем цивилизованными, в той же Российской Федерации, уже отказались от пожизненного заключения женщин.

Сегодня в Украине максимальный срок заключения, определенный законом, составляет 15 лет, далее суд назначает пожизненное. Мы предлагаем уменьшить эту пропасть и вводить срок заключения на 20 лет, 25 и т. д. Сейчас в Уголовном кодексе Украины таких сроков нет.

Если человек готов вернуться в общество – надо его возвращать. Да, это может быть через 20, 25 лет, но пожизненное для женщин – нецелесообразно.

Только мотивация человека к изменениям может уменьшить риск и для наших сотрудников, и для общества в целом

Вместе с этим, луч надежды мы должны предоставить и мужчинам, которые отбывают пожизненное лишение свободы, но важно, чтобы читатели поняли, что шанс выйти на свободу будет только у тех лиц, которые не несут угрозы обществу, то есть будет низкая вероятность совершения ими повторного правонарушения. Механизм замены пожизненного лишения свободы на лишение свободы на определенный срок предусмотрен законопроектом «О пенитенциарной системе».

Таким образом, речь идет о двух разных инструментах, которые имеют общую цель – ресоциализацию лиц, осужденных даже пожизненно, увеличение безопасности общества и обеспечение безопасности наших сотрудников. Ведь больше, чем пожизненное, лицо не получит, поэтому наш сотрудник всегда находится в зоне риска. И лишь мотивация человека к изменениям может уменьшить риск и для наших сотрудников, и для общества в целом!

- А сколько стоит государству содержать пожизненников?

- Отдельно по категориям не считается — пожизненники это или нет. Сумма на содержание заключенных динамично меняется, поскольку меняется стоимость коммунальных услуг, питания.

Например, когда я пришел на должность (заместителя министра юстиции – ред.) в 2016 году, то эта сумма в среднем колебалась от 37 тысяч до 53 тысяч гривен в год.

В этом году будем еще считать, потому что закладывались в бюджетный запрос одни тарифы, а сегодня другие. Та сумма, которую вам сейчас назову, будет некорректной, поскольку 100% изменится до конца года.

На самом деле, это тоже проблема, потому что финансирование некоторых направлений, например, оплата коммунальных услуг, составляет 50-60%, а должно бы – 100%.

Собственно, из-за этих проблем мы и начали процесс оптимизации учреждений. До конца этого года будет закрыто около 10 учреждений Государственной уголовно-исполнительной службы (ГУИС) вследствие неэффективного их использования. Таким образом, общее количество закрытых учреждений ГУИС, с учетом двух предыдущих лет, составит 20, а это уже более двухсот миллионов гривен ежегодной экономии.

Также в прошлом году в результате замены обычных лампочек на энергоэффективные мы сэкономили на освещении несколько миллионов гривен.

Процесс совершенствования идет постоянно, однако есть вещи, которые мы унаследовали еще со времен Советского Союза, например – систему безопасности. Уже и заменителей деталей нет, а механизмы еще есть.

ОСНОВНЫЕ ИГРОКИ В ВОПРОСЕ ПЕРЕВОДА ОСУЖДЕННЫХ С НЕПОДКОНТРОЛЬНЫХ ТЕРРИТОРИЙ УКРАИНЫ НА ПОДКОНТРОЛЬНЫЕ – ОФИС ОМБУДСМЕНА

- Время от времени появляется информация о задержании руководства или работников СИЗО на вымогательстве взяток от заключенных, например, во Львовском СИЗО, Киевском, недавно – в Одесском. Как реагируете на такие случаи? Есть ли объявленные приговоры?

- В большинстве случаев, думаю, даже в 95%, – это совместные операции отделов внутренней безопасности ГУИС с различными органами, в зависимости от подследственности: Национальной полицией, Государственным бюро расследования, Службой безопасности Украины, Национальным антикоррупционным бюро Украины.

Есть определенное количество приговоров, но, понимаете, — преступления разные. Не за все преступления человек попадает за решетку, хотя оправдательных приговоров не было.

- В начале февраля из пенитенциарных учреждений в отдельных районах оккупированных территории Луганской области передали 33 осужденных для отбывания наказания на подконтрольной Украине территории. Сколько заключенных передано всего из ОРДЛО и Крыма? Планируете ли очередной перевод?

Планируется очередной перевод осужденных с неподконтрольных Украине территорий

- Основное количество осужденных было переведено из так называемой «ДНР» – 199 человек, из Крыма перевели 12 человек, еще два перевода осужденных — в прошлом году и в феврале этого года — из так называемой «ЛНР» – 75 человек. Всего было переведено 286 человек.

Вопрос перевода осужденных с неподконтрольных Украине территорий на подконтрольные непростой. Основные игроки здесь – Офис Уполномоченного Верховной Рады по правам человека, куда поступают ходатайства о переводе.

Мы же – участники процесса, потому что принимаем этих осужденных, проводим определенные карантинные мероприятия.

Планируется ли очередной перевод? Да, планируется, а как скоро и в каком количестве – не могу вам сказать.

- Сколько остается осужденных на неподконтрольных территориях Донбасса и в Крыму?

- Если мы потеряли контроль, как можем знать, сколько их там осталось? К нам даже обращаются с вопросами: в каких условиях там сидят наши родственники? Мы не знаем, потому что у нас нет контроля за теми территориями и возможности выяснить этот вопрос.

Мы имеем информацию, сколько было заключенных на момент потери контроля Украины над определенной частью территорий Луганской и Донецкой областей и Крыма.

По состоянию на начало 2014 года в учреждениях АР Крым содержалось 3295 человек, в учреждениях Донецкой области – 9511 человек, Луганской области – 6426 человек. А сколько из них были освобождены и сколько так называемые «ЛНР» и «ДНР», оккупационные власти Крыма вынесли приговоров и посадили новых лиц, мы не знаем, потому что эти суды перед нами не отчитываются. Соответственно, любая информация, которую я предоставлю, будет некорректной.

У РАБОТНИКОВ ПЕНИТЕНЦИАРНОЙ СИСТЕМЫ САМЫЕ НИЗКИЕ ЗАРПЛАТЫ СРЕДИ ВСЕХ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ

- Помнится, вы говорили, что никак не можете договориться с Министерством финансов о выделении необходимых средств на пенитенциарную систему. Сдвиги есть?

- Пенитенциарная система – это страна в стране, и нас услышали, за что благодарность госпоже Маркаровой (Оксана Маркарова – министр финансов Украины – ред.), и впервые за десятилетие выделены деньги на проведение капитальных ремонтов двух следственных изоляторов — Херсонского и Киевского.

Сейчас идет подготовка проектной документации, проведение конкурсов и тому подобное.

Тем более, это же объекты определенного уровня секретности, поэтому не все могут участвовать в проектировании и проведении ремонтных работ.

Также отмечу, что за 2017-2018 год зарплата работников пенитенциарной системы поднялась в среднем больше, чем на 230%. Догоняет ли это рост стоимости жизни? Пожалуй, нет. Поэтому понятно, что люди недовольны.

К тому же зарплаты в нашей системе самые низкие среди всех правоохранительных органов. И это вопрос, который я поднимаю постоянно на всех правительственных совещаниях.

- А как насчет самих заключенных? В августе прошлого года омбудсмен заявляла о ненадлежащих условиях содержания заключенных Киевского СИЗО. Как реагируете на подобные заявления?

- Если бы мои заявления отличались от заявлений омбудсмена, то между нами были бы недоразумения. Но я и сам говорю, что нужны изменения.

Сейчас имеем следующее: в 10 колониях хорошие условия содержания, еще в 10 — нормальные, а большинство, особенно СИЗО, надо перестраивать из-за несоответствия нормам.

Поэтому в таких заявлениях нет новости, я говорю о том же.

Но пинг-понг ничего не решит. Надо браться за руки, идти в Министерство финансов, Бюджетный комитет Верховной Рады и «выбивать» деньги на изменения.

- Вы оценивали, сколько именно нужно денег на эту перестройку?

- Понятно, что оценивали. По нашим подсчетам, сумма бюджетного заказа на всю пенитенциарную систему, имеются в виду и здания, и система безопасности, сигнализация и тому подобное, на три года составляет более 20 миллиардов гривен.

Это те деньги, которые мы сможем освоить. А если говорить в целом, то даже не буду называть сумму, потому что она астрономическая.

Пока что у нас спросили, какая сумма необходима, мы ответили. Далее будут определяться приоритеты.

- В конце декабря прошлого года состоялось открытие отремонтированных помещений Киевского СИЗО. Начальник Администрации государственной уголовно-исполнительной службы Украины Александр Крикушенко заявлял, что переселение состоится уже до нового года. Так состоялось ли?

- Пока что нет, но состоится в ближайшие недели. Ведь лица, содержащиеся в СИЗО, должны ежедневно выходить на свежий воздух в прогулочный дворик, а его обустройство еще продолжается.

ИНВЕСТОРЫ ОТМЕЧАЮТ НЕОБХОДИМОСТЬ ИЗМЕНЕНИЙ УСЛОВИЙ КОНКУРСА ОТНОСИТЕЛЬНО СТРОИТЕЛЬСТВА НОВЫХ СИЗО В КИЕВЕ И ЛЬВОВЕ

- В день открытия обновленного корпуса вы заявили, что добились от парламента выделения средств на ремонт «Катьки» (самого старого корпуса Киевского СИЗО – ред.), а с начала года должны были начать работы в основном корпусе Киевского СИЗО. Начали?

- Будут начинать. Но опять же повторюсь: первое, что надо сделать – проанализировать состояние помещений и зданий, где будет проводиться ремонт, то есть выяснить, какой там фундамент, какую дополнительную нагрузку выдержит и т.д. Мы хотим поменять вентиляцию, канализацию, водопровод, которые не менялись десятками лет. Да и анализ состояния помещений ни «Катьки», ни «Столыпина» (одного из самых старых корпусов Киевского СИЗО – ред.) никогда не проводили.

Сейчас этот анализ продолжается. После его завершения будем вести переговоры и готовить проекты.

В этом году ремонтные работы начнутся обязательно.

Понимаете, цель - не просто снести какую-то несущую стену, чтобы все рухнуло. Это же историческое здание, и мы даже не знаем, как что построено, потому что нет документации. «Катьку» же построили в 1859 году!

- В таких обстоятельствах не удобнее ли на месте старых зданий построить новые?

- В том же была цель проанонсированного несколько лет назад конкурса по государственно-частному партнерству, которым предусматривалось, чтобы инвестор построил на участке, предоставленном государством, новое СИЗО, ввел бы его в эксплуатацию, туда бы перевели заключенных, а инвестору в распоряжение отдали бы участок, где раньше было СИЗО.

Однако сколько переговоров мы не провели, а инвесторы не видят своих доходов в этом проекте.

И условия заключенных надо улучшать, поэтому мы обратились в Министерство финансов с заявлением о необходимости искать на это деньги.

- Так, собственно, что с этим проектом? Его заморозили?

- Проект открыт. Если найдется инвестор, который хочет на этих условиях принять участие в проекте, дверь для него открыта.

Один инвестор уже заинтересовался Львовским СИЗО, но возникли определенные проблемы.

Понимаем, что без львовских городских властей мы ничего не сделаем, а они заняли позицию, что это историческое здание в центре города и хотят, чтобы его передали городу. А как быть с заключенными?

Поэтому у нас вызвало удивление отправленное Львовским горсоветом безапелляционное письмо по этому поводу. Тем более, что до него у нас было несколько переговоров с господином Садовым (Андрей Садовый – мэр Львова – ред.), и уже ощущались положительные сдвиги в этом вопросе.

Поэтому скажем так: потенциальный инвестор есть, но проект еще не утвержден. На комиссии Министерства юстиции мы рассмотрели тот проект, решили, что его целесообразно внедрять, но он еще должен пройти финансовую экспертизу в Министерстве финансов, экономическую – в Министерстве экономического развития и торговли. Процесс продолжается.

Но при таком отношении львовских властей есть сомнения в простой реализации этого проекта.

- Говорите, что инвесторы не видят своих доходов в этих проектах. Не планируете ли изменить условия конкурса?

- Что вы вкладываете в слова «изменить условия»? Инвестор должен увидеть прибыль.

Например, он строит СИЗО, на что тратит около трех лет, а может и больше, вкладывает в это деньги, несет определенные риски. Затем инвестору надо учесть, сколько будет стоить реализация второго проекта — использование земельного участка, где стоит помещение СИЗО.

Инвестору надо прийти к согласию с городскими властями, что можно построить на этом участке, понять, какой это может быть проект и сколько он будет стоить.

Вот они и считают – стоит ли им вкладывать деньги в эти проекты, или лучше вложить в другие.

Если бы государство дало под реализацию проекта еще несколько участков, чтобы можно было выбирать, возможно, ситуация изменилась бы.

Однако опять же — все считают вложения и риски, поэтому на многих встречах от инвесторов звучало предложение вернуться к разговору после выборов.

Но условия конкурса надо менять. Это отмечают сами инвесторы.

- Есть готовность менять эти условия?

- Я хочу менять, потому что понимаю, что без изменения ничего не произойдет. Но мы общаемся с Фондом государственного имущества, с МЭРТом, Минфином относительно того, как можно это сделать. У всех мнения разные, надо прийти к консенсусу.

Это вопрос диалога, чтобы государство сформулировало свои желания и готовность к сотрудничеству и дополнительному стимулу для инвестора.

Юлия Гайдина. Киев

Фото: Даниил Шамкин

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2019 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-