Эмилия Мадяр, тренер
Паралимпийское фехтование – это как шахматы, но в движении
22.09.2018 09:00 776

Феномен ужгородки Эмилии Мадяр-Фазекаш – в 28 лет готовить спортсменов-паралимпийцев так, чтобы о них знал и говорил весь мир. Сейчас Украину и Закарпатье узнают на мировых и европейских зачетах, потому что наши спортсмены занимают призовые места – речь о таких, как Максим Магула или Надежда Дёлог. В их достижениях большая заслуга тренера, которая такого же возраста, как и они, а иногда даже моложе. Следовательно, мы расспросили талантливую ужгородку – в чем секрет ее работы с паралимпийцами и как вдохновить людей на достижение высот в спорте.

ДЛЯ МЕНЯ СПОРТ БЫЛ РАЗВЛЕЧЕНИЕМ, У МЕНЯ НЕ БЫЛО АМБИЦИЙ ОЛИМПИЙСКОЙ ЧЕМПИОНКИ

- Эмилия, знаю – что вы сама мастер спорта, вероятно, у вас была своя спортивная карьера. Почему отказались от нее в пользу тренерской?

- Да, я мастер спорта по фехтованию. Занималась фехтованием в секции у Оксаны Рапинец с третьего класса в Ужгороде. После школы-интерната, которую заканчивала уже в Киеве, я перешла в училище, получила степень младшего специалиста, а потом во Львове уже окончила университет. Тогда мой ужгородский тренер как раз открыла здесь секцию по паралимпийскому фехтованию – и предложила пойти к ней. Так в 2011-м стала тренером. Мы начали работать как коллеги.

- У вас не было амбиций как у спортсменки? Ведь, все-таки, это разные виды достижений -спортсмена и тренера?

- Не было, честно говоря. У меня на тот момент умер отец, и мама осталась в Ужгороде сама, потому что сестра как раз стала студенткой в Киеве, и я понимала, что ей нужна поддержка. Ну, а кроме того, осознавала, что здоровый спорт у нас не так оплачивается, как паралимпийский – здесь больше помощь от государства в плане инвентаря и выезда на соревнования.

- Насколько это дорого – в сравнении?

- Вот, например, сам клинок от оружия – стартует цена от 2 до 5 тыс. грн. Плюс все остальные маленькие детальки к оружию, потому что шпага или рапира собирается из нескольких частей – то есть, само оружие стоит 7-8 тыс. грн. Их, таких комплектов оружия, чтобы вы понимали, на соревнования надо иметь минимум три – а еще они ломаются в процессе тренировок примерно раз в месяц. И если у человека средняя зарплата – 5-6 тысяч, то покупать такую амуницию родителям затратно. А еще плюс маска, костюм, выезды на соревнования. В здоровом спорте это вообще не финансируется – если на старты по Украине еще дают деньги, то международные – только за собственный счет.

- Хотите сказать, что в смысле вашего выбора карьеры сыграли роль и деньги? Решили, что тренером быть дешевле?

- Можно сказать и так. Я поняла, что спорт – это большие затраты, постоянные поездки, травмы... Но больше все-таки психология: хотелось поддержать маму. Поэтому я осознанно сделала свой выбор, получила приглашение тренировать паралимпийцев от своего бывшего тренера – и воспользовалась выпавшим шансом.

- А каковы были ваши личные достижения?

- Я была в сборной Украины, участвовала в международных турнирах, была на чемпионате мира, но выступила неудачно, имею звание мастера спорта Украины. У меня не было грандиозных амбиций – это было на каком-то достаточно детском уровне: пойду попробую, получится – хорошо, нет – то нет, попробую еще раз. Не было такого, что хочу стать олимпийской чемпионкой. Но когда начала работать с паралимпийцами – почувствовала, что все кардинально изменилось: мне хочется достижений своих спортсменов, и хочется паралимпийских медалей – для них.

ТРУДНЕЕ ВСЕГО УБЕДИТЬ СЕСТЬ В КОЛЯСКУ

- Ваша секция относительно молодая – работаете 7 лет, с 2011-го. Как удалось за это время достичь таких результатов?

- Первых людей набрала Оксана Рапинец, это было не так легко, потому что это же не дети. Люди с инвалидностью имеют специфическую психологию, их довольно трудно уговаривать. Она их сама искала повсюду – в школах, больницах, реабилитационных центрах. Это были, в основном, колясочники. А со временем начали появляться новые люди, мы начали проводить отбор – говорили, есть смысл дальше посещать секцию или нет, также начали больше внимания уделять тем, у кого получалось. Сейчас у нас есть отбор.

- Как вы его проводите?

- По возрасту, по виду поражения, по физическому развитию спортсмена в процессе тренировок сразу становится видно, кто более перспективен, а кто вообще не потянет этого. Все это определяем мы по собственному опыту в спорте, также в начале подсказывали коллеги-тренеры из Львова, Николаева...

- Не чувствуете себя виноватыми, когда говорите человеку с инвалидностью, что у тебя нет шансов и лучше заняться чем-то другим?

- Нет. И они, и мы четко понимаем, что у нас – не секция реабилитации, это спорт, и мы работаем на результат. Если человек хочет заниматься, у него есть перспективы и это видно, мы ему сразу говорим, что стоит попробовать. Если я вижу, что у него нет перспектив, тоже сразу об этом говорю – потому что это, в конце концов, впустую потраченное время. Для меня они особенные, они такие, как и все, более того, они – спортсмены. Сказать, что они в чем-то ограничены – нет, это люди удивительной силы воли, они могут так же, как и здоровые, добиваться результата, если хорошо будут работать, если переступят собственные комплексы. У нас общество с такими консервативными взглядами относительно этого! Я помню, как бабушка в детстве говорила мне: “Ой, не смотри на инвалида на коляске, потому что сама такой будешь!” Моя дочь сейчас в зале садится на коляски, ездит с ребятами наперегонки... Родные это не воспринимали сначала, ты, мол, зачем ребенка в инвалидную коляску посадила?! Это – спортивная коляска, говорю им, и неважно, здоровый человек там сидит, или больной.

- Как находите слова поощрения для спортсменов, когда приглашаете в секцию?

- Когда вижу ребеночка, 8 или 9 класс, обращаюсь к родителям, говорю им, что он перспективный. Тогда у него будет больше шансов, он сможет лучше подготовиться. Потому что это не тот спорт, где накачал мышцы и имеешь результат – это как шахматы, но в движении. Это надо осознать. Был случай, когда разговаривала с родителями – там ребенок имел поражения, но не был колясочником. А тут такой спорт, что надо садиться на коляску. Это иногда трудный психологический порог – сесть на коляску, если ты имеешь проблемы со здоровьем, но способен держаться на своих двоих. Многие спортсмены приходят и говорят: я буду фехтовать – но стоя. Нет, стоя здесь нельзя – надо на коляске. Это как в футболе – ты не можешь бегать на руках, потому что у тебя руки сильнее.

МАГИЯ ЗАКАРПАТСКОЙ ШКОЛЫ ФЕХТОВАНИЯ – В БОЛЬШОЙ РАБОТЕ

- Ощутимый ли был стимул работать дальше, после того, как появились первые медали?

- Конечно, это окрыляет. У нас такой подъем начался после 2012-го – когда увидели результат национальной паралимпийской сборной на Паралимпиаде. На Паралимпиаду в 2016 году у нашего воспитанника Максима Магулы были шансы отобраться, но мы не получили лицензию. Сейчас отбор начинается с ноября: будет чемпионат Европы, потом этап кубка мира в Грузии – там надо показать результаты. Планируем, что Максим и Надежда Дёлог попадут в национальную сборную на следующие игры.

- За счет чего Закарпатье имеет такую фехтовальную славу? Это касается не только паралимпийцев, но и в здоровом спорте имеем звезду – Анатолия Герея. Это магия так называемой закарпатской школы фехтования?

- Не знаю по поводу магии, потому что это – результат большой работы. У нас есть традиция тренеров, есть школа, действительно, есть хорошая материально-техническая база... Да, у нас нет своего зала до сих пор – делим его с другими секциями, да, здесь зимой и летом ужасные условия. Но у нас есть платформа (потому что до этого тренировались на стульчиках: спортсмен сидит, одной рукой держится, второй фехтует. Боже, сколько мы их переломали!). Спортсменам дают амуницию, спонсируют выезды. Все, что надо, есть. Новая спортсменка, которая сейчас пришла, полностью обеспечена инвентарем.

- Какие люди у вас сейчас занимаются? Есть разные возрастные группы?

- У нас сейчас занимаются пять профессиональных спортсменов, возрастом от 18 до 32 лет. Разный не только возраст, но и поражения, в нашем спорте есть три категории: первая – это ампутанты и легкая форма ДЦП, вторая – это поражение поясничного и грудного отдела позвоночника, третья – это поражение шейного отдела. В нашей секции – только спортсмены А и В категории. По времени дольше всего занимаются Максим Магула и Тимур Попадич, они с первого набора. Немного позже пришла Надя Дёлог – она тренируется 4 года, за три года попала в сборную. Она звезда в нашей команде, моя сестра подсказала ей попробовать в свое время, потому что знала, что Надя тогда уже завершала карьеру в пауэрлифтинге. Вадим Шутко занимался лыжными гонками – попробовал фехтование и показывает результаты.

У Максима – два третьих места по сабле и рапире на мировых чемпионатах, и второе – на шпаге. Он также многократный чемпион Украины. Надежда – чемпионка мира, в 2017 заняла первое место в составе команды на ЧМ, Тимур Попадич – многократный призер чемпионатов Украины, на международные старты он не выезжал. Собственно, я уже говорила, что с Максимом и Надеждой нацеливаемся на олимпиаду.

СТУДЕНТКА ПРИНЕСЛА МНЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ ФИЗКУЛЬТУРЫ, А ЧЕРЕЗ ТРИ МЕСЯЦА ПОЕХАЛА НА ЧМ

- Легко убедить спортсмена перейти на фехтование? Вроде не такой популярный вид спорта...

- Нет, почему, популярный, хотя, да, конечно меньше, чем футбол. Но в нем у паралимпийцев есть достижения. Убеждать трудно только из-за коляски – вот у людей есть этот психологический барьер, и они считают, что когда сядут на коляску, станут тогда какими-то ущербными.

Вот буквально в январе в секцию пришла Валерия Сичко – студентка УжНУ, я вела пары у них по физкультуре, она мне принесла справку об освобождении от физкультуры, а я взамен ей предложила попробовать позаниматься. Она через три месяца тренировок поехала на чемпионат мира для юниоров и показала достойный результат (8-я в зачете), и думаю, что она в фехтовании надолго.

- Что значит быть хорошим тренером для паралимпийца?

- Это иметь хороших спортсменов и давать результат.

- А от вас что зависит?

- Быть человеком и находить подход к спортсмену. У меня были хорошие тренеры – мне есть на кого равняться. Тренер должен быть наставником, мамой, подругой, сестрой, вместе с тем – психологом, менеджером. Это все в одном. Были моменты, когда я не всем могла с мамой поделиться, а с тренером – могла. Недавно мой тренер нашла старое письмо из интерната из Киева, мы долго смеялись. Я маме письма не писала, а ей написала. Это близкие отношения, которые остаются на всю жизнь.

В ГОРОДЕ И ОБЛАСТИ НАС ОЦЕНИЛИ, ЭТО ЧУВСТВУЕТСЯ

- Есть ощущение в городе, что вы известны, что вашу работу оценивают?

- Есть, потому что имеем поддержку от города, от областной администрации, нет спонсоров – есть люди, готовые нам помогать. Мы не тренеры сборной – если хотим ехать на соревнования, должны искать деньги для этого, а ехать надо, потому что свой тренер на соревнованиях – это дополнительная мотивация.

- Довольны отдачей от своей работы?

- Да, я получаю от этого удовольствие. Хочется, чтобы было лучше, но когда есть более низкие места, чем те, на которые рассчитывали – это для нас дополнительный стимул еще раз лучше проработать определенные моменты. Это нельзя заранее спрогнозировать, потому что в нашем спорте все зависит не только от тебя, но и от соперника, с которым тебя поставили в пару. Есть жеребьевка, система отбора...

ХОЧУ ДЛЯ НИХ ОЛИМПИЙСКИХ МЕДАЛЕЙ

- Как считаете, что дает вашим воспитанникам работа с вами?

- Для таких спортсменов спорт – это в первую очередь социализация. Если человек занимается в какой-либо секции, речь сейчас не только о фехтовании, он находит больше друзей, может выходить в город, ему есть с кем погулять. Более того – здесь он находит людей, близких по духу, с общими интересами. В спорте такие люди могут себя реализовать – они имеют контракты, определенную финансовую поддержку, в университете им идут на уступки. Они и образование имеют, и когда завершают карьеру, смогут потом реализовать себя как тренеры или социальные работники. Словом, спорт – это для них дополнительный шанс себя реализовать, не просто закрыться в компьютере, а вести реальную насыщенную жизнь. Мне хочется, чтобы этот запал был и у меня, и у моих спортсменов, чтобы нас становилось больше, тогда будет жить Закарпатская школа фехтования. Ну, и конечно – мне хочется медалей на Паралимпийских играх. Сейчас уже эти амбиции у меня есть.

Татьяна Когутич, Ужгород
Фото Сергея Гудака

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-