Владыка Сергий, митрополит Донецкий и Мариупольский
В окопах и на функциональной кровати атеистов не существует
22.02.2022 19:30

Тревожно. Очень тревожно за Мариуполь и подконтрольную Украине территорию.

На следующее утро после той самой ночи, как Путин объявил о признании "Л/ДНР" и призвал вооруженные силы РФ «поддержать функцию по поддержанию мира на территории "Л/ДНР"», мы позвонили в Мариуполь, чтобы поговорить с главой Православной церкви Украины на этой территории владыкой митрополитом Донецким и Мариупольским Сергием, который последние 13 лет руководит епархией ПЦУ на Востоке, из них 8 лет – в состоянии войны.

Владыка, который переехал в Мариуполь из Донецка, – известный в регионе человек, потому что его епархия осуществляет все виды благотворительности, которые только можно придумать. А сам он играет в шахматы, играет на фортепиано. Он создал приют-хоспис по самому модному образцу, где каждой бабушке разрешил иметь своего кота. И порой сам и уколы им делал, и на рояле им играл. Его знает каждая многодетная семья Донбасса.

Владыка ежедневно получает звонки от иностранных журналистов, но этим утром мы были первыми.

УКРАИНСКАЯ ЦЕРКОВЬ НА ДОНБАССЕ - ГАРАНТ ВДОХНОВЕНИЯ И СПОКОЙСТВИЯ, ЗАЛОГ ВЕРЫ, ЧТО С НАМИ БОГ

- Владыка Сергий, война подходит к вашим домам, какие настроения в Мариуполе?

Мы спокойные. Наши люди знают, что такое, когда в вас целятся. Мы закаленные. И мы верим в Бога

- Мы спокойные. У наших людей есть опыт войны, они знают, что такое взрывы, многие из них знают, как терять родных, они знают – что такое, когда в вас целятся и когда враг уничтожает инфраструктуру города, в котором ты живешь. Мы закаленные. Но мы верим в Бога. Рассчитываем на Вооруженные Силы Украины и поддерживаем территориальную оборону. С первых дней эскалации, когда Россия шла по пути к признанию ОРДЛО, мы понимали, что они признают и будут готовиться к войне. 

За восемь лет у нас появилась армия, мощные друзья, выкристаллизовались ценности, и как мы можем не иметь веры?

- Как ведет себя Моспатриархат?

- Теперь затих. Раньше многие из их клириков вопили, что придут, мол, "наши", россияне типа принесут "русский мир". Мне об этом говорили сами священники Московского патриархата. А сейчас они замолчали, потому что, наверное, поняли, что уничтожают не только суверенитет, но и все живое и светлое, все, что связано со свободой. Я и наше духовенство, поддерживая людей, вспоминал сюжет, когда Давид победил Голиафа. Юноша, веривший в Бога, за несколько минут победил великана, которого никто не мог победить. Но, конечно, у части людей есть тревога, и мы много работаем с переселенцами. Есть люди, которые на временно оккупированных территориях потеряли работу, дом, близких, родных, они приехали на неоккупированную территорию, заработали, приобрели жилье, – и вновь появилась угроза "русского мира". Мы работаем с ними. Я вспоминаю, как мы выстояли в 2014-м, когда не было серьезного оружия, у части людей не было мотивации, у многих растерявшихся не было веры. Мы говорим, что за восемь лет у нас появилась армия, у нас с вами выкристаллизовались ценности, у нас появились мощные друзья, и как мы можем не иметь веры? Разве мы можем не иметь веры, когда огромное количество людей готово защищать нашу землю до последней капли крови. Нам некуда идти.

Был интересный случай. В начале февраля я дал много интервью западным медиа, в которых говорил, что на нашей стороне Бог, а также география и природа, и что вражеские танки утонут в черноземах. А через неделю российские танки застряли в грязи под Ростовом, словно иллюстрируя мои слова. Все, о чем я говорил, произошло.

- Так вы прозорливый, владыка? Видите будущее?

Я всегда говорю: оружие Сатаны – паника, он хочет, чтобы вы подумали, что Бог оставил вас

- Я знаю, как много в Украине и на Донбассе ветеранов, которые видели войну. И они не будут жертвовать ни малейшим клочком нашей земли. Все готовы брать оружие и до последнего вздоха защищать священные границы Родины. И я лично наблюдаю, что для них это не только работа или служба, это очень-очень глубокие чувства – и у бойцов Нацгвардии, и у полиции, у МЧС-ников, и у просто студентов. Это фундамент единства и веры в нашу победу. Это все я транслирую нашим верующим. А также учу их медиагигиене, показывая, как проверять информацию. Я всегда говорю: оружие Сатаны - паника, который хочет, чтобы вы подумали, что Бог оставил вас. Проверяйте информацию, у нас мощные союзники. Нам дадут возможность защищаться. Украинская церковь на Донбассе – гарант вдохновения и спокойствия, залог веры, что с нами Бог.

- Вы готовили духовенство выступать с такими психологическими тренингами?

- Да. У нас все священники работают 24/7 и проповедниками, и психологами. Когда враг стучится в твою дверь, тебе нужна опора и друг. Церковь – это и проповедь, и друг, адекватный, зрелый и образованный собеседник, который знает правдивую историю и который сможет помочь не только при бомбовых ударах. Мы можем, элементарно, посоветовать, какие сайты читать и где брать информацию. Потому что современная война - это и информационные удары. 90% наших людей мотивированы. Я недавно награждал одну женщину, которой 79 лет и которая помогает добробатам и Вооруженным силам Украины, вяжет кикиморы, защитные сетки. Так во время награждения она говорит: "Владыка, у меня есть «Пенсионный фонд» – около сорока человек, моих подруг. Мы готовы помогать: если надо – то оружием, если надо – рыть окопы". Чтобы вы понимали: от подростка до пожилого человека готовы защищать Донбасс. Бог не в силе, а в правде.

Я РЕШИЛ: ЕСЛИ МОСПАТРИАРХАТ НА ТОЙ СТОРОНЕ ЗАБЕРЕТ У МЕНЯ ХОТЯ БЫ ОДИН ХРАМ, ТО ЗА КАЖДЫЙ ХРАМ Я ПОСТРОЮ ПЯТЬ. И ВЫ ЗНАЕТЕ, КАК-ТО ТАК И ПОЛУЧАЕТСЯ

- Владыка, насколько я знаю, из оккупированного региона переехали многие священники, чья жизнь была в опасности. Как обустроилась церковь на неоккупированном Донбассе?

Каждый священник на Востоке Украины одновременно и капеллан-психолог, и преподаватель, и врач, а есть священник-травматолог

- Хочу отметить, выехали не все. Несколько священников остались, даже рискуя жизнью. Потому что там есть верующие, они не могут уехать, но им нужны богослужения. Там огромное давление, однако несколько священников остались и исполняют свои пастырские обязанности. Это герои. Есть священники, которые служат на территории, подконтрольной властям - в Краматорске, Дружковке, Славянске, Волновахе – для своих верующих они и пасторы, и хорошие друзья. Война наносит страшные потери, но дом священника ПЦУ всегда открыт – чай, кофе, ночевка, разговор, помощь с лекарствами. Наша церковь открыта для всех, но вынужденные переселенцы – особая для нас категория. Мы построили церкви. Небольшие. Я для себя поставил цель. Если Моспатриархат на той стороне заберет у меня хотя бы один храм, то за каждый храм я построю пять. И вы знаете, как-то так и получается. Храмы небольшие, но я давно считал, что Украинской церкви не нужно страдать гигантоманией. Лучше эти деньги пусть идут инвалидам, нуждающимся. Небольшие храмы, но мне говорят: у вас уютно, как у мамы в родном доме.

ПЦУ на Донбассе - это единая православная украинская семья

И уровень доверия к ПЦУ на Востоке колоссальный. Потому что у каждого священника на Востоке несколько профилей: он одновременно и священник-капеллан-психолог, и при этом и преподаватель, и шахтер, и врач, у нас есть и священник-травматолог. Они служат, но не чураются и другой работы. У апостолов тоже были другие работы, а служение – это служение. Я называю их "пять в одном". Люди видят, что мы не убегаем. Мы строим храмы, где каждую неделю проходят занятия воскресной школы, открыли школу украинской бандуры. У нас широкая благотворительность. Кроме хосписа, у нас в Мариуполе и Константиновке две благотворительные столовые. Эти столовые не простаивали ни одного дня. Мы ежедневно кормим по триста - триста пятьдесят душ. А порой кто-то просит инсулин, или памперсы. ПЦУ на Донбассе - это единая современная православная украинская семья.

- Сколькими людьми занимается священник ПЦУ на Донбассе?

- Днем я принимаю от двух десятков до шестидесяти душ. Приходы, литургии - это от 60 до 120 человек каждую неделю. На большие праздники ко мне в храм приходят почти все переселенцы из Старобешевского и Тельмановского районов, которые помнят меня по тем храмам, которые мы вместе строили в Донецке.

Мое сердце и сейчас на временно оккупированной территории. Я очень волнуюсь за тех, кто не смог переехать. Оккупационные власти уже запретили переезжать. 

- Владыка, Донбасс – в основном русскоязычный регион. Как Донбасс воспринимает украиноязычные службы? МП служит на церковнославянском.

- Знаете, я лично этот путь прошел в 1990-х. Я же сам, когда учился в семинарии, то служил на церковнославянском. Мы постепенно переходили на украинский, и я на Донбассе очень переживал – как люди будут воспринимать украинский язык. Но эта ласковая украинизация принесла колоссальные плоды.

Свою долю внесли и Революция Достоинства, и война. Люди полюбили украинский язык в церкви. Я думаю, что мы дали возможность услышать его красоту именно в богослужебных текстах. Как человек, который имеет музыкальное образование, говорю, что на украинском языке все антифоны, все звучит намного лучше. Ко мне приходит пограничник из Николаевской области и говорит: наконец я почувствовал, что во время богослужений говорю с Богом, все понимаю, слышу, что говорит священник, понимаю, за что благодарен Богу. 

Но мы никогда не ломали через колено. Порой, когда хотят заказать требы, то спрашивают, могут ли исполнить на церковнославянском, так я говорю: да хоть на греческом, хоть на церковнославянском, хоть на украинском. Наши приходы увеличиваются, верующих становится все больше и больше.

Не так давно я разговаривал с чиновником, который занимается ритуальными услугами. Он сказал, что во время похорон 60% родственников умерших просят, чтобы погребальный обряд и заупокойный чин были на украинском языке. 

- Владыка, ваши верующие – это закваска христианства и украинства, но это – не весь Донбасс. А каковы настроения всего Донбасса, и неверующих людей?

- Когда трудно, то все приходят к Богу. В окопах и на функциональной кровати атеистов не существует. Донбасс становится все более религиозным и все более украинским.

Лана Самохвалова, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-