Как убить Ленина, отменить Октябрь и… помешать Акунину

Как убить Ленина, отменить Октябрь и… помешать Акунину

Блоги
1221
Ukrinform
«Красные фонари Кремля» - моя история революции 1917 года

Это давно уже никакой не праздник. И сейчас мало кто помнит, что празднование в СССР было не строго 7-го, а 7-8 ноября, поскольку и большевистский переворот случился в ночь в 24 на 25 октября по юлианскому календарю (с 7 на 8 ноября по григорианскому). Поэтому это довольно длинное воспоминание мне хочется опубликовать именно в ночь столетия этого страшного события.

Так получилось, что мои личные отношения с Октябрьской революцией очень личные. И не только потому, что мой прадед был одесским эсером, а значит противником большевиков (его расстреляли в 38-м как кулака, но и эсеровскую биографию припомнили). Когда случилась описанная далее история, я об этом еще не знал.

Другой повод для этого воспоминания – недавно стало известно, что Борис Акунин написал последнюю книгу из своего главного цикла – о Фандорине. И это важно…

Эта фарсовая история о том, как я убил Ленина, отменил Великий Октябрь и по сути вызвал на творческий поединок писателя Акунина-Чхартишвили, забавна и поучительна. В ней будут многие известные персонажи и точные выходы на современность.

СЛЕДИТЕ ЗА РУКАМИ: ЭРАСТ ФАНДОРИН ПРЕВРАЩАЕТСЯ В ОРЕСТА ФОНДУРИНА

Итак, я жил тогда в Москве. Довоенной Москве, нужно добавлять сегодня. Двенадцать лет назад мои друзья из «Что? Где? Когда?», сотрудничавшие с одним крупным российским издательством, сказали, что там появилась гениальная идея написать пародию на Акунина, восходившего тогда на первый пик Популярности. Причем пародию, которая могла бы стать серийной, с продолжением.

Издательство это называлось АСТ-Пресс. Оно специализировалось на словарях, разнообразных пособиях, а также нескольких развлекательных сериях боевиков-детективов. Для начала я написал им главу-пробник. Изначальный прием бурлеска был прост и достаточно эффективен. Вместо Фандорина, потомка благородного фон Дорна, – Фондурин, потомок умнейшего фон Дура. Ну, и Орест вместо Эраста. Пробник был принят издателями с изрядной ажитацией.

Начались обсуждения, о чем же будет первая книга. Издатель сказал, что у него в загашнике есть хорошее каламбурное название «Красные фонари Кремля». Название мне чрезвычайно понравилось. Тем более что уже из него совершенно логично вытекал сюжет. Ведь «красные фонари», они же Красные звезды над Кремлем, появились только при большевиках, а до того были двуглавые орлы. Значит, нужно схлестнуть Ореста Фондурина, как-то очень быстро ставшего мне родным, с большевиками. А когда же еще это делать, как ни в революцию, ни в 1917-м?

Тут еще имелось одно важное обстоятельство. В то время шли разговоры, будто Акунин-Чхартишвили хочет написать роман о Фандорине именно что в условиях 1917 года. Говорят, будто об этом автора просил лично Олег Янковский, мечтавший сыграть постаревшего Фандорина (к началу революции этому герою исполнился бы 61 год). И это было круто. Получалось, что я бросаю прямой вызов Мастеру. Амбициозно!

Итак, 1917 год. Идем дальше – «Красные фонари Кремля». Над Кремлем адски красные пентаграммы. Напрашивался следующий ход для бурлескного изображения. Большевики во главе с Лениным – сатанисты. Ну а тема «Москва и сатана» не менее логично взывала к наследию Булгакова и его вдохновителя Гоголя. Нечто и страшное, и смешное, с элементами мистики. Йес!

Однако Москва в той революции была не главной. Значит, нужно от нее оттолкнуться и привести героя в конце в Петроград. Но не сразу, а дать попутешествовать. Но где? В революции, да еще фарсовой, без евреев будет скучно. Значит, нужно будет моему Фондурину съездить в черту оседлости, лучше в Украину. Очевидно на фронт. Отправим-ка его, и не одного, а с любимой женщиной, под Тарнополь (так тогда назывался Тернополь). Но обязательно через Киев, чтобы посмотреть еще и на ход революции в Украине.

Дело оставалось за знанием исторических реалий и подробно расписанным сюжетом. Я обложился всеми вышедшими к тому времени детективами Акунина, с одной стороны, и мемуарами, историческими работами о 1917 годе, с другой. А с третьей – издатель по своим каналам предоставил мне редкие старинные путеводители Москвы, Петрограда, Киева (и Одессы, я, правда, уже знал, что там у меня сюжетных действий не будет, но не смог удержаться – уж очень интересно было почитать о дореволюционной Одессе). Все это прямиком из главной Библиотеки России, которую по традиции называют «Ленинкой».

Читать Акунина с карандашом в руках и рисованием сюжетных схем была интересно и радостно. Стал абсолютно ясен, прозрачен его метод составления сюжета, набор приемов, им используемых. Достаточно разнообразных, но, в конечном счете, все же ограниченных, технологичных.

А вот ознакомление с мемуарами, историческими работами по 1917 году ввергло в глубокое уныние. Тот год был тяжелым для всех. Но с гордостью о нем могут говорить и читать только поляки, финны, эстонцы, латыши, литовцы. Они тогда, несмотря ни на что, заложили основы будущей государственности, будущего процветания. А все остальные народы, входившие тогда в империю, этот период безнадежно проиграли, что стало причиной их будущих (и нынешних) проблем.

При этом больше всего потрясал беспредельный веселый цинизм большевиков, их жестокий кураж. Для них принципиально не существовало низости, лжи, зверства, на которые они бы не могли пойти ради своей цели. А все, кто не разделяли такой подход, были для большевиков наивными дурачками, не понимающими железного хода истории…

СУПЕРПРОФИ, ИЛИ «КОМУ НУЖНЫ ЭТИ ЛИТЕРАТУРНЫЕ ЖУРНАЛЫ?»

В результате 1917 год просто вселился в меня, приведя к перебоям в работе сердца. Из-за чего даже пришлось пойти на обследование в знаменитую Бакулевку (за счет издателя, за что ему большое спасибо). Там сказали, что все мои боли психологические. Значит, и избавиться от них можно было, только излив все это на жесткий диск компа.

Представленный синопсис романа был принят «на ура». Дальше книга писалась болезненно, яростно. Ненависть к авантюристам, тянущим всех в пропасть, продолжала бурлить, требуя выхода. Параллельно можно было резвиться со словами, доводя до абсурда акунинскую стилизацию под старину. Но при всем этом и боль сердечная за происходящий трагифарс ощущалась.

По мере работы проявился еще один эффект – прочитанные в большом количестве мемуары, свидетельства очевидцев привели к тому, что их герои просто сами просились в роман. Всех конечно, впихнуть туда не получилось. Но очень многие протиснулись (с изменением 1-3 букв их фамилий). В итоге в коктейль «Красных фонарей Кремля», в его затейливый сюжет попали: Корнилов, Моэм, Рейли, Катаев, Булгаков, Ленин, Зиновьев, братья Фридлянды, то есть журналист Кольцов и карикатурист Ефимов...

Ну и главное. По сюжету я взял да отменил Октябрьский переворот – Октябрьскую революцию. В финале у меня Фондурин по-звериному перегрызает горло Ленину. И конфедерация народов бывшей империи, не без проблем, но все же идет по демократическому пути.

Рукопись я сдал точно к сроку. Издатель сказал, что все класс. Однако еще нужно время, чтобы осмыслить величие проекта и технологию продвижения продукта.

Вдохновленный такими словами, я вконец обнаглел и отнес рукопись на показ в журнал «Октябрь», где у меня недавно случилась первая публикация. На что я надеялся, отдавая дурацкий, пародийный роман, который так легко упрекнуть в эпигонстве, в серьезный литературный журнал? Не знаю.

Но не зря говорят, что дуракам и новичкам везет. Журнал «Октябрь» сказал, что роман об отмене Великого Октября к публикации берёт (в обозримой дали как раз виднелось 90-летие революции). А ведь романы Акунина в литжурналах не печатали. Ну, нельзя сказать, что я уже победил, но все же «нанес заносчивой Вандербильдихе первый меткий удар».

Я чуть не задохнулся от счастья. Впрочем, на этом оно, как водится, и закончилось.

Издатель сказал, что роман они издадут – для начала тиражом в сто тысяч. И проведут мощную его раскрутку, в чем они, как люди опытные, большие умельцы. А я всего лишь должен буду писать подобные книги серийно, регулярно. Причем, за счет издательства периодически смогу это делать на каком-нибудь не очень дорогом курорте, например, на Кипре.

Да, но про публикацию в «Октябре» мне нужно забыть: «Кому сейчас нужны эти литературные журналы?» Все мои попытки объяснить, что литжурналы, «толстяки», как их называют в России, определяют мнение референтной группы, «тусовки», критиков, ничего не дали.

А ведь график выстраивался идеально. В наступившем 2006 году можно дать время журналу для публикации, для отзывов журнальной критики. А потом в начале 2007 года, к 90-летию революции, объявить о выходе книги и делать ее презентацию к любой удобной дате: хоть Февральская революция, хоть Октябрьская, хоть неудавшийся мятеж большевиков 3-4 июля… Самое обидное, что и забрать рукопись у Издательства я уже не мог, потому что в подписанном договоре были прописаны невероятные штрафы (налагавшиеся, кстати, и на журнал, если бы он опубликовал роман).

Увы – лучшее враг хорошего. Проблема была в том, что издатели слишком сильно полюбили мою рукопись и хотели пустить ее в дело как можно быстрее. Если точно – к началу сентября, к большой Московской международной книжной выставке-ярмарке (ММКВЯ) на ВДНХ. А уже весна в разгаре. Времени оставалось мало. К тому же издатель решил самостоятельно и высокопрофессионально доработать текст. А что же редакторы, спросите вы, в большом количестве существующие в таких солидных издательствах? Тут случились первые жертвы этой чертовой рукописи о, напомню, большевиках-сатанистах.

Первый редактор, месяц работавший с ней и выполнивший всю полагавшуюся редакторскую работу, в принципе отказался корёжить текст, сказав, что… что просто не может это сделать. Человека тут же объявили непрофессионалом и отстранили от работы. А через скорое время уволили из издательства.

К рукописи был поставлен другой редактор. Он оказался похитрее, внешне не спорил с Издателем, но при этом текст трогал не так уж сильно. Тогда Издатель окончательно понял, какие бездари его окружают и сказал, что все сделает сам. Поскольку весна уже заканчивалась, а сентябрьская ММКВЯ-2006 надвигалась неудержимо. Издатель взял месячный отпуск и закрылся в своем загородном доме в сосновом Подмосковье.

Мир застыл в ожидании шедевра.

…ДО ПУТИНА НА ОБЛОЖКУ

Зато я почти успокоился. И вот наступил долгожданный день получения моей рукописи, окончательно отредактированной для печати профессионалом.

…………………………………………………………………………………..

Трудно передать словами, что я говорил и кричал при чтении (тот вариант, после правки изорванный на мелкие кусочки, давно уже истлел в подмосковных свалках). Но два коротких предложения навсегда врезались в память и до сих пор вызывают нервный смех: «Он вышел наружу. Как хорошо – солнце светит, птички поют».

Времени до ММКВЯ уже почти не оставалось. Тут бы и вернуться к «журнальному» варианту издания. Но нет – это было бы слишком хорошо. Вместо этого мы, Издатель, я и второй редактор собрались в офисе, вырабатывая текст, который бы оказался приемлемым для всех сторон. О боже, что это за полемические баталии творились. Думаю, на Версальской или Потсдамской мирных конференциях все же было попроще.

Неделя тяжкий битв – и мы согласовали текст. И всё издательство начало проявлять массовый героизм, чтобы издать книгу к сроку. Речь, однако, зашла об обложке и оформлении. Издатель сказал, что для того, чтобы продать запланированный тираж в 100 тысяч, нужна броская обложка и изображение какого-то узнаваемого, очень популярного человека в образе Фондурина. Ну а какой человек в России 2006 года был популярен и узнаваем? А?

Правильно, Путин. И это, напомню, было еще до войны 08.08.08 в Грузии. Президент России тогда еще считался ВВП, а не ВВХ. И я спорить не стал, тем более что мой Фондурин был хоть и неплохим человеком, но все же неисправимым имперцем, готовым смириться с демократией и конфедерацией только с учетом того, что они помогали избежать бОльших жертв.

Более того, я и сам, дурилка картонная, поучаствовал в оформлении такой идиотской обложки. Поскольку в газете, где я тогда работал, недавно прошел большой материал о дирижере военного оркестра в одной из академий, очень похожем на Путина. Его и пригласили в качестве модели. И из двух фотографий большой фото-сессии сделали две яркие аляповатые комиксовые обложки, лицевую и заднюю.

Следом Издатель сказал, что им же предложенное название «Красные фонари Кремля», с чего все начиналось, неудачное. До сих пор удивляюсь своему идиотизму, поскольку тогда я ничего не понял. То есть политической причины не увидел. Хотя совершенно очевидно, что «Красные фонари Кремля», с учетом того, кто сидел в нем в 2006 году, было уже сомнительным названием. А уж с такой обложкой – так просто совершенно запредельной фрондой.

Нет, я тогда отнесся с полным доверием к словам, что такое название недостаточно прекрасно для книги с таким большим тиражом и будущим. Ну а как не поверить, если я имел дело с гениями маркетинга и продвижения…

PRO ET CONTRA: БЫКОВ & ЛУКЬЯНЕНКО

Новое название придумал второй редактор: «Фондурин 917». Выглядело и звучало вроде бы достаточно броско, завлекательно. Был, правда, у книги подзаголовок, на который я по своей тогдашней наивности внимания не обратил. Зря…

А может просто не до того было. Я ведь тоже не бездельничал. И по мере возможностей способствовал продвижению нашего совместного издательского шедевра. В родном «Собеседнике» мне пошли навстречу и выделили под публикацию целый разворот с выносом анонса с небольшой фотографией на первую страницу.

Но не давать же просто отрывок! Нет, конечно. А что давать? Народ любит споры, сшибку умов. Видные писатели Земли Русской Дмитрий Быков и Сергей Лукьяненко, с которыми я тогда был в приятельских отношениях, согласились написать рецензии с распределением ролей Pro et Contra.

Быков, как мой коллега по «Собеседнику» был Pro. Он, будучи натурой увлекающейся, своё «за» написал так, что я и сейчас краснею, увидев это… Знаете, с тех пор прошло довольно много лет. И когда мне удается где-то крупно обделаться, то для повышения самооценки читаю эти его слова о себе. Как правило, помогает. Что не удивительно, судите сами.

«Книга Кудрина увлекательна. Это серьезное достоинство для сатирического произведения – украинец Кудрин отлично помнит уроки Ильфа и Петрова, понимавших, что для комической прозы железная, сильная, авантюрная фабула даже нужней, чем для детективной. И все пародии, издевательские наблюдения и ехидные афоризмы Кудрина нанизаны на четко построенный сюжет. Кстати, Кудрин не просто многому научился у Акунина – он применил к нему его любимые приемы – и мы увидели, как, в сущности, легко все это делается… Это не совсем альтернативная история. Это скорее попытка разобраться в подсознании русской литературы. Олег Кудрин блестяще справился с трудной задачей – переакунить Акунина в смысле постмодернизма и переленинить Ленина в смысле вседозволенности. В общем, интересное, веселое и поучительное чтение».

Сергей Лукьяненко, который тогда не был такой контрой, как сейчас, а просто Contra по своей роли в диалоге, имел возможность оценить полученный результат более критически и объективно.

«Зачем же тут Фондурин? Маркетинговый ход? Попытка автора начать с пародии, переросшая в самостоятельный роман? Увы, в любом случае выстрел произведен мимо цели, мимо «таргет-группы», как принято со значением говорить в рекламных агентствах. Ах, если бы Ореста Фондурина звали иначе! Я бы с удовольствием порекомендовал эту книгу любителям альтернативной истории. А так очень боюсь, что и поклонники Акунина (не говоря уже о нем самом) останутся разочарованы, и те, кто с удовольствием прочитал бы фантастическую книгу о том, как предотвратили Октябрьскую революцию в России, ее просто-напросто не прочитают…»

И это еще он промолчал по поводу странной обложки, вводившей читателя в еще большее недоумение.

НАШЕ РАЗВЕСЕЛОЕ «КАБАРЕ “ФОНДУРИН”»

А то, что происходило на книжной выставке-ярмарке на ВДНХ, разум вообще отказывался воспринимать.

К павильону 57, где проходила ММКВЯ-2006, Издатель пригнал настоящий броневик из музея военной техники. Вокруг действующей старинной железяки ходил солдат Шадрин с чайником и винтовкой. (Кажется, первое было настоящим, а второе – бутафорским. Впрочем, не уверен). На броневичке висел щит с обложкой нашей книги, то есть, напомню, человеком, похожим на Путина, на фоне ведьм, летающих на мётлах, и кровавых кремлевских пентаграмм.

Что характерно, неблагодарные потенциальные читатели вместо того, чтобы подбегать к актеру-красноармейцу и спрашивать, где продается это увлекательное чтение, испуганно вздрагивали, и, боясь за свое психическое здоровье, быстро пробегали мимо.

Не менее интересно было и внутри павильона. Большая торговая площадка АСТ-Пресс располагалась сразу по адресу № С19-Д16 за другими такими же лидерами рынка АСТ (просто, без «Пресса») и ЭКСМО. Она вся (вся!) была оформлена на тему нашей книжки. Это называлось «Кабаре “Фондурин”». Соответственно – колонны, кулисы и фонари (не красные) «под старину». Но раз кабаре – то и концертная программа. Все пять дней, что длилась ярмарка, на этой сцене давался настоящий сорокаминутный концерт, причем вполне профессиональный – фокусник, мим, музыканты-виртуозы. По окончании концерта, пока зеваки не разошлись, выходил ваш покорный слуга и говорил пару слов за свою незабываемую книгу.

Конферанс в Кабаре делала популярная в Москве актерская пара, недавние выпускники эстрадного факультета РАТИ (мастерская Геннадия Хазанова). Причем первые два дня одного из ведущих многообещающего тандема подменял дублер. Как узнал я позже из интервью с Нонной Гришаевой, это был ее муж, который именно в те два дня увез любимую в Прагу на законное бракосочетание (до сих пор удивляюсь наглости этого человека – как можно было отвлекаться на подобные пустяки, когда существует «Кабаре “Фондурин”»).

Но это было не единственное пересечение в те волшебные дни. За автором всех вариантов советских/российских гимнов Сергеем Михалковым я охотился с его 90-летия, то есть 2003 года. Он твердо пообещал мне, что однажды найдет время для встречи со мной. И нашел.

Время это пришлось именно на один из ярких концертов в «Кабаре “Фондурин”». Сергей Владимирович внимательно выслушал мои сбивчивые заикающиеся пояснения, сказал, что прекрасно меня понимает и встретиться со мной как-нибудь позже. Увы, к сожалению, найти другое время для встречи со мной он так и не успел, поскольку умер в 2009 году. Очень жаль, потому что я к тому времени был уже совершенно свободен.

Ну, и конечно, наш Ленин на зарплате. О, он был великолепен. Это без сомнения был лучший Ильич из тех, что работали или продолжают работать на Красной площади. И тут я совершенно согласен с его мнением, что по сравнению с ним «все эти фуфлыжники в кепках – гопота голимая». Наш Ленин работал творчески и вдохновенно. Он ходил по павильону, раздавая листовки (с цитатами из Быкова) и газету, специально изданную нами к этому случаю (забыл сказать, а это ведь второе светлое воспоминание после Ленина – наша газета «СобЪседникЪ» получилась даже смешнее, чем «Правда» или «Искра»).

Ильич периодически выбегал на улицу, как объяснял организаторам, «Пйовести агитацию возле бйоневичка». На самом деле – покурить с красноармейцем Шадриным. О высоком профессионализме нашего Ильича говорит тот факт, что когда кто-то из посетителей, застав его с сигареткой, строго отчитал, он всерьез расстроился. И оставив на время картавленье, самокритично сказал: «Черт! Смолить надо по нычке будет. Ленин-то вправду не курил». Во время перекура Ильич рассказал мне и человеку с ружьем у броневика с пулеметом, что довольно долги жил и работал в Греции, но там у него получились какие-то нелады с законом (причем не по политической) – пришлось вернуться в Россию.

Потом, затушив окурок, Ленин решительно хватал новую пачку агитматериала и шел работать. «Товайищи! Фондуйин-917 – чейтовски пйавильная книга. Вот, возьмите газетку. И пейедайте дйугим. Но! Конспийация, конспийация и еще йаз конспийация!». Если бы все в нашем безнадежном предприятии работали так же хорошо и четко, как наш дорогой Ильич из Греции, вероятно и результат был бы другим. А так…

Сам я уже к концу третьего дня начал чувствовать себя товарищем Бендером в конце сеанса одновременной игры. Правда, предчувствия, что побьют, не было, но ощущение, что гроссмейстера вот-вот разоблачат, становилось все сильнее. Особенно после того, как крутясь в районе «Кабаре “Фондурин”» и окрестностей довелось услышать фразы такого типа: «–Ух ты! А чёй-то за книжка? –Та хрень какая-то. Хорошую книгу так рекламировать не будут».

Мимо всех «таргет-групп».

«ТУЗИК И ПУЗИК» – КСЕНОФОБИЯ ДЛЯ ДЕТЕЙ

Старт продаж был впечатляющим. С заявленных 150 рублей «Фондурин» уверенно соскочил на отметку 120. Не останавливаясь на достигнутом, быстро пробил психологически важный барьер 100 рублей. И всем своим видом продолжал показывать, что это еще не предел.

Я выждал мудрую паузу (надо же когда-то мудреть) и купил сотню «Фондуриных», когда они были по 30 рублей. Впрочем, и тут, как позже оказалось, поторопился. Поскольку самые последние остатки тиража в стоковых лавках продавались за десятку.

К счастью (для издателей) весь тираж в сто тысяч издать не успели. Напечатали лишь жалкие 30 тысяч, заплатив небольшой (по сравнению с другими расходами) штраф за остальные 70.

Прошло 12 лет, много чего поменялось. Я поругался с Быковым. Но если он скажет или напишет что-то стоящее, могу послушать или почитать. Что до Лукьяненко, то после начала войны я его не читаю, не слушаю и слышать о нем не хочу. Нонна Гришаева, вроде бы, счастлива во втором браке. Ее двоюродный брат задерживался в Одессе по «делу 2 мая», но она сама об Украине высказывалась аккуратно и до недавнего времени приезжала к нам на отдых и гастроли. Однако прошедшим летом не смогла избежать поездки в оккупированный Крым, в Артек (с 2014 года Нонна – художественный руководитель Московского областного театра юного зрителя). Естественно, что теперь одесситка Гришаева в Одессе – персона нон-грата… Первый редактор рукописи тяжело переболел, сейчас – на инвалидности...

И о себе. Возникает естественный вопрос: жалел ли я о том, что так случилось с книгой? Логичный ответ: не, ну а вы как думаете? Если вам говорят, что ваше будущее – занимаясь любимым делом, жить у любимого моря где-то в Одессе или на Кипре, лишь изредка наезжая в Москву, чтобы оставить автограф на новых договорах и книгах. А тут такой пшик.

Правда, не так давно я ознакомился с другим проектом от моего дорогого Издателя. И мое мнение сильно поменялось. Эта книжка из серии «Школа доброты Пузика и Тузика» была издана в АСР-Пресс давным-давно, в 2008-м.

Долгое время на нее не обращали внимания. Но после дела «болотников», разгрома российского протеста и ужесточения антизападнической пропаганды название «Как Пузик и Тузик раскрыли заговор» стало как-то очень точно соответствующим духу времени. В книге три «сказки» (если это можно назвать «сказкой»). Первая – та, что дала название всей книжке. В ней злые люди присаживают кота Пузика на гадкую пищу – Котси-колу и котбургеры. Но друг Пузика пёс Тузик пробирается в Котдональдс, где подслушивает разговор злодеев.

«Ты не забывай подсыпать в товар побольше «порошка радости», тогда покупатели будут в восторге от любой дряни, хоть старую подмётку им предложи, — говорил хозяин. — Порошок, конечно, химический и для здоровья вредный, зато для нашего бизнеса очень даже полезный».

Вторая «сказка» называется «Настоящие друзья». Там много хороших героев с нормальными именами: Тузик, Пузик, Дуся, Барсик, мальчик Петя и девочка Катя. Но вот в деревню приезжают мерзкие богатые городские коты по имени Макс и Рекс с заграничной одеждой и разными модными причиндалами. Дуся сначала ведется на их фишки, носит сумку Boss. Но когда она попадает в беду, низкопоклонники Макс и Рекс, оказавшиеся трусами, ее бросают. А спасают все те, кто с нормальными именами.

Ну и последняя сказка «Снежный городок». Намучившись зимой с играми в необустроенных пространствах, друзья делают снежный городок. И вот скорая награда.

«Прошло ещё немного времени, и глава сельской администрации вместе с котом Пузиком были приглашены в Кремль на приём к очень высокому начальству. За создание Снежного городка и детского пансионата им вручили медали, а Пузик получил ещё и ценный подарок — золотые часы — из лап чёрного Лабрадора Конни».

Итого. Шпиономания в первом тексте. Плюс ксенофобия во втором. Плюс прогиб перед Кремлем (уже без «красных фонарей»). При этом – сама по себе абсолютная убогость, бездарность «сказок», как текстовая, так и сюжетная. Навсегда мне запомнившееся: «Как хорошо – солнце светит, птички поют». Не говоря уж об общей подлости – неужели не ясно, что нельзя издавать для детей такие гаденькие деструктивные книжечки.

И тут вспомнилось, что у «Фондурина 917» имелся подзаголовок, который на некоторых сайтах выносился наравне с названием: «Фондурина 917. Кто Save Russia, если не он». Ёлы-палы, я-то был по уши в тексте. И не представлял, что эти слова, дописанные издателем, адресуются не моему герою, а личности, которую «выставили на обложку для узнаваемости». Достал книжку. Еще раз пересмотрел. Господи, как стыдно – как я раньше не замечал. На задней обложке вокруг головы Фондурина-Путина белый круг, отдаленно похожий на сияние святого. Чёрт!

Нет, с таким Издателем я бы все равно не смог работать. Тут жалеть нечего.

Но одного все же жалко: что не удалось напечатать в «Октябре» тот первый вариант рукописи.

Хотя нет, и второго жалко. Что Акунин-Чхартишвили не написал романа о Фандорине в 1917 году. Извините, Григорий Шалвович, наломал.

Правда, с другой стороны, его новая книга, последний роман об Эрасте Петровиче, выйдет только в феврале 2018-го. О чем она, пока не известно. Может, как раз в ней Фандорин займется революцией 17-го года. А если так, то тогда творческий спор все же состоится. И это будет замечательно.

И еще одно хорошее обстоятельство: 30 тысяч экземпляров книги, в которой Ленина ликвидировали и Октябрьский переворот отменили, все же ушли к читателям.

Олег Кудрин
 

* Мнение автора публикации может не совпадать с позицией агентства

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2017 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-