Отравление Скрипаля не сойдет Кремлю с рук, как убийство Литвиненко

Отравление Скрипаля не сойдет Кремлю с рук, как убийство Литвиненко

Аналитика
708
Ukrinform
Чтобы изменилась политика Запада в отношении России, сначала должен измениться характер ее восприятия Западом

Президент России Путин заявил журналистам в Анкаре (столица Турции, у Путина туда визит), что яд “Новичок”, который подсунули Сергею Скрипалю и его дочке, могли изготовить “примерно в 20 странах мира”.

Таким образом, официальная Россия, теперь уже на самом высоком уровне, продолжает по делу Скрипаля “ваньку валять” (по-украински - “дурня клеїти”).

Чего хочет Россия? Она хочет, чтобы Великобритания в частности и Запад в целом придерживались правовых норм в отношениях с Россией. Конкретно: никаких публичных обвинений, а тем более — никаких карательных санкций, не может быть до тех пор, пока вина России не будет установлена в судебном порядке (конечно, с соблюдением всех судебных процедур), причем приговор должен быть окончательный и настолько юридически безупречный, чтобы даже осужденный не мог сказать ни слова возражения. Иными словами, в Кремле хотят, чтобы британцы заткнулись и не раскрывали рта, потому что есть священный принцип “не пойман — не вор”, а также не менее священная презумпция невиновности.

И, поскольку британцы не молчат и даже собираются применять какие-то санкции (начали с высылки дипломатов), то сам Путин вынужден им так или иначе напоминать об упомянутых нами правовых нормах и таких сопутствующих им факторах, как обязанность следствия проверять все версии и учитывать всю информацию.

Все понятно. Россия хочет безусловного соблюдения права, потому что, во-первых, это очень хлопотное и долгое дело, которое в невероятных количествах пожирает время; во-вторых, юридически безупречно доказать, что отравление Сергея Скрипаля и его дочери совершены по заказу государства Россия, - невозможно. В этом деле никто из юристов никогда не осмелится утверждать вину России больше, чем на ”99,9%”. Судебная процедура по таким делам может тянуться годами (а если одна из сторон заинтересована в этом — то обязательно так и будет), а без решения суда никто не может быть назван виновным. Ведь именно так говорит закон, в преданности которому так любят клясться на Западе? На практике это означает, что государство Великобритания никогда не сможет применить наказание к государству Россия.

Одним словом, Россия хочет, чтобы Запад придерживался правил борьбы, а чтобы Россия действовала не по правилам. Это привычная стратегия государственной политики Кремля, причем и во внутренней, и во внешней политике.

В принципе, эта стратегия не представляет собой чего-то неизведанного для Запада. Вовсе нет. Можно сказать, что там к ней уже привыкли и даже, в какой-то момент, выработали некую «противостратегию». Она заключается в том, чтобы прощать России ее неправовые (то есть, вне правил) действия, утешаясь тем, что они, в общем, не несут смертельной угрозы для Запада. Нет, разумеется, должны быть протесты, предупреждения, иногда — отмена гастролей Большого театра (хотя, Большой — это слишком, хватит и выставки картин из областных музеев), но не более, потому что все-таки выгоды от “диалога” больше, чем вред от убийства русских эмигрантов. История о том, чем закончилась история с убийством Александра Литвиненко, - прекрасная иллюстрация к упомянутой “противостратегии”. Подобной иллюстрацией пока служит и ситуация вокруг малайзийского “Боинга”, но здесь еще возможно принципиальное изменение.

И вот сегодня, когда еще не закончилась история с отравлением Скрипаля (она уже превзошла дело Литвиненко), все — и на Западе, и в Кремле прекрасно понимают, что соблюдение всех правовых норм и процедур только тогда имеет определяющее значение, когда Великобритания не захочет или не сможет всерьез ссориться с Россией. То есть, когда указанное соблюдение правил послужит (как уже много раз) идеальным оправданием, почему России не объявлена война (по сути, а не по форме). Мол, мы не сделали этого не потому, что боимся России, а потому, что нет неоспоримых доказательств, что это она совершила против нас преступление.

Значит, вопрос сводится к очень простому: Великобритания (шире — Запад) опять испугались России или на этот раз нет?

Четкого ответа пока нет. С одной стороны, реакция на отравление Скрипаля уже стала беспрецедентной (вспомним коллективный демарш 27 стран, которые выслали российских дипломатов), с другой — пока действительно жестких санкций против России нет, в том числе и от Великобритании. Их, правда, обещают, но пока нет.

И все-таки, к счастью, мы не осмелимся утверждать, что России отравление Скрипаля сойдет с рук так же, как, к примеру, убийство Литвиненко. Новых жестких санкций против России нет (повторим, пока нет), зато есть очевидная смена риторики на Западе: там про Россию начали говорить, как не говорили никогда.

В этом смысле очень показательна речь министра иностранных дел Великобритании Бориса Джонсона в британском парламенте 28 марта. Здесь важно отметить не столько конкретные высказывания в адрес России, сколько их характер — откровенный в смысле раскованности использования недипломатичных выражений, то есть без страха, что какое-то свободное слово не соответствует дипломатическому этикету; дерзкий в смысле, что есть понимание: Россия обязательно попытается отомстить за такие ее характеристики; гордый, как у человека, уже сделавшего свой сознательный выбор и готового его отстаивать любой ценой.

Вот несколько отрывков-цитат:

“Если они думали, что мы настолько морально слабы, настолько зависимы от углеводородов, настолько боимся рисков и России, что не посмеем ответить – так вот им ответ”.

“Я верю, что эти высылки демонстрируют нам именно тот момент, когда определенное чувство уже выкристаллизовалось, когда годы раздражения и провокаций довели общее терпение до точки слома, и когда по всему миру на трех континентах — уже есть страны, готовые сказать «хватит».

“После аннексии Крыма, после вторжения на Донбасс, после сбития MH17, кибератак, попытки переворота в Черногории, сокрытия химических атак в Сирии, взлома (имеется в виду кибератака — ред.) Бундестага, вмешательства в выборы - в мире просто стало слишком много стран, которые убедились: поведение российского государства разрушительно и коварно”.

“Эта неделя стала тем самым временем, когда мир решил сказать «хватит!» потоку российской лжи, словесных трюков и межконтинентального баллистического мошенничества”.

Конечно, Борис Джонсон — не самый главный на Западе, он не президент США, хотя явно опережает Дональда Трампа в трезвости оценок политики Кремля. Но правда и то, что Джонсон уже давно не одинок на Западе в своем отношении к России. Под его речью подписались бы уже десятки, если не сотни политиков, экспертов, политологов-ученых, одним словом, тех интеллектуалов, кто определяет характер, а значит практическую политику Запада.

Чтобы изменилась политика Запада в отношении России, сначала должен измениться характер ее восприятия Западом. И здесь очевидны бурные изменения.

Юрий Сандул. Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» и «PR» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-
*/ ?>