Сербия&Косово: территории в обмен на «евромечту»

Сербия&Косово: территории в обмен на «евромечту»

429
Ukrinform
Станет ли «худой мир» между Сербией и Косово со взаимным обменом территориями выходом из многовекового «балканского тупика»?

Сейчас на Балканах начат процесс, который может как положительный прецедент в мировой политике создать, так и немало новых конфликтов породить.

Невозможное возможно?

Действительно, фразы, прозвучавшие из уст президента Сербии Александара Вучича и главы Косово Хашима Тачи на прошлых выходных в Вене, стоят того, чтобы получить маркер исторических. Оба балканских лидера впервые публично высказались одобрительно в унисон об идее обмена территориями между своими странами, что открыло бы двери к началу переговоров между ними о признании и к будущему членству в ЕС. Господин Тачи так выразил позицию своего частично признанного правительства: «Страны нашего региона, государства-члены ЕС или другие страны мира не должны противостоять или бояться потенциального мирного соглашения между Косово и Сербией, даже если такое соглашение будет включать коррекцию границ», а господин Вучич вообще был куда откровеннее: «Почему вас так беспокоит то, что мы делаем? Мы делаем что-то для будущего сербов и албанцев. И мы должны заботиться о себе, никому не причиняя вреда, не влияя на других в регионе».

Если сказать, что этим слова предшествовали годы борьбы и взаимоуничтожения – это просто не сказать ничего. Ведь чтобы понять глубину проблемы сербско-косовских отношений, надо заглянуть в годы Второй мировой и послевоенные времена. Именно тогда населенная преимущественно сербами Косово и Метохия частично оказалась в составе Албании, оккупированной фашистской Италией. После освобождения новый руководитель только что созданной социалистической Югославии Иосип Броз Тито сделал Косово автономным краем в составе Сербии, исходя из исторических факторов. Действительно, эти земли имели большое значение для становления сербской государственности еще со Средневековья, именно здесь сербы сражались с османскими завоевателями, стремившимися покорить Балканы. Но так Тито и породил проблему: играя в «отца народов» на Балканах, он способствовал с 70-х годов прошлого века открытию границы между Косово и Албанией – как раз для свободной эмиграции албанцев, бежавшего от тоталитарного режима Энвера Ходжи в гораздо более привлекательную и богатую СФРЮ. Албанцы с их высокой рождаемостью в мусульманских семьях, постепенно, но уверенно становились большинством населения. Взорвалась эта ситуация после смерти Тито – при развале СФРЮ. Новый президент Югославии, а затем Сербии Слободан Милошевич не шел ни на какие уступки албанскому большинству края, с середины 90-х там началась вооруженная борьба албанцев (под руководством того же господина Тачи, кстати) за отделение региона от Сербии.

Слободан Мілошевич
Слободан Милошевич

Этнические чистки, совершенніе по указанию Милошевича в конце 1998 года, привели к вторжению коалиции НАТО во главе с США, бомбежке Сербии, падению режима Милошевича и фактической потере контроля над Косово, где сначала действовала международная администрация, а в 2008 году – в одностороннем порядке была провозглашена независимость. С тех пор в мире есть страны, которые признали Косово независимым (прежде всего США и большинство стран ЕС), или не сделали этого (в частности, Украина, Китай, Россия, Испания и другие). Стоит ли говорить, что очень долго никаких контактов между Белградом и Приштиной не было вообще?

И вот – такой неожиданный поворот. О каком обмене территориями говорят руководители Сербии и Косово? Дело в том, что на территории Косово остался довольно концентрированный анклав с сербским большинством населения, граничащий с Сербией. Его так и окрестили «Северным Косово», это 11% территории Косово, там до сих пор действует международная администрация, ходит сербский динар, а контроль из Приштины – даже не условный, его просто нет по факту. Стоит сказать, что доля албанского населения в этом анклаве за эти годы уменьшилась до символических 2 с «копейками» процентов. Но в составе Сербии есть так называемая «Прешевская долина» с албанским большинством, территория которой также должна была стать частью Косово по расчетам албанских сепаратистов, но там сербская армия смогла установить контроль над ситуацией. И вот сейчас именно про взаимный и согласованный обмен этими «этническими» анклавами и заговорили господин Вучич и господин Тачи. Впрочем, у красивого сценария нашлись противники.

Излишняя осторожность Ангелы Меркель или угроза новой «пороховой бочки» на Балканах?

Интересной стала реакция международного сообщества. Советник президента США по национальной безопасности Джон Болтон, фактически почти благословил такой обмен: «Мы не будем мешать решению, и не думаю, что в Европе кто-то будет это делать. Если две стороны смогут достичь приемлемого для них решение, мы его поддержим». Позиция Евросоюза из уст еврокомиссара Иоханнеса Хана была выдержана в сугубо дипломатическом и сдержанном стиле: «Речь идет о двустороннем решение, которое не должно служить в качестве плана для других вопросов». В Москве сказали – что это внутренние дела Сербии. А вот принципиально против выступила канцлер Германии Ангела Меркель, недвусмысленно отметив: «Территориальная целостность государств западных Балкан установлена и неприкосновенна. Это нужно повторять снова и снова, потому что снова и снова делаются попытки поговорить о границах, а мы не можем этого делать».

Что же стоит за столь разной риторикой? Позиции администрации Дональда Трампа и Кремля – прозрачно ясны: как сообщают, 16 июля на встрече Трампа и Путина в Хельсинки именно такой подход к решению «сербско-косовского» вопроса был одобрен обоими участниками рандеву.

Осторожная, но одобрительная мотивация ЕС – тоже понятна: Брюссель заинтересован принять к себе во-первых Сербию с ее медленно растущей экономикой, способную быстро интегрироваться в общий рынок и имеющую перспективные для европейцев инвестиционные проекты. Да и Сербия в составе или в интеграции с ЕС поможет сбалансировать религиозный фактор на Балканах, ведь Косово в Европе сейчас – де-факто второе мусульманское государство.

Для Белграда и Приштины эта договоренность – очень выгодный внутриполитический «товар»: оба руководителя – что Вучич, что Тачи могут на все лады петь своим избирателям песню о «возвращении исторических земель в родную семью» и о «воссоединении разделенных народов», каждый со своей стороны.

Хашим Тачі, Ангела Меркель, Александр Вучич
Хашим Тачи, Ангела Меркель, Александар Вучич

А вот почему же против Ангела Меркель? Чтобы понять это, надо немного посмотреть в историю. Такая «мода» может перекинуться на другие, достаточно слабые государственные образования на тех же Балканах. Прежде всего, в зону рисков попадают Босния и Герцеговина и Македония. Первая страна – это федерация в рамках искусственно созданной в свое время при Тито социалистической республики, включавшей большую территорию, населенную сербами, хорватами и босняками – сербами, которые во времена Османской империи приняли ислам. Для чего тогда это образование было «рождено» – сказать трудно, скорее всего Тито хотел нивелировать влияние ислама в СФРЮ. Но, если пойти еще немного дальше, то надо вспомнить, что в хорватской части – Герцеговине – всегда был серьезное именно немецкое и австрийское влияние, а попытки Сербии доминировать в Боснии в начале ХХ века и привели к убийству эрцгерцога Франца-Фердинанда в Сараево, что стало поводом к Первой мировой войне. Поэтому этот регион всегда был знаковым для Германии. Собственно, самый кровавый конфликт в 90-х годов в бывшей Югославии вспыхнул именно в Боснии – режим Милошевича хотел любой ценой оставить под своим влиянием Республику Сербскую. Кто же даст гарантию, что успешный обмен территориями не повлечет новую волну среди боснийских сербов, не скрывающих своего желания стать частью Сербии и имеющих вполне решительное политическое руководство?

За Македонию переживание еще прозрачнее: в ее западной части живет многочисленная албанская община, которая также может поднять знамя борьбы за присоединение или к Косово или к Албании. Вот все это не дает покоя Берлину и фрау канцлерин. Как бы так не вышло, что успешный пример одних станет прологом для раздувания конфликта у других. Откровенно скажем: представить где на самом деле заканчиваются аппетиты что Вучича (а у него неплохие отношения с Москвой), что Тачи (а за ним – мусульманский мир, хотя бы представленный членом НАТО Турцией) – сегодня невозможно.

Но пока стоит констатировать: сам факт взаимного желания Сербии и Косово решить чрезвычайно сложную проблему, которая стоила тысяч жизней и сломанных шансов целых поколений, исключительно дипломатическим путем – это однозначный плюс и действительно прецедент, который дает надежду на если не исключительно справедливое, то мирное решение таких вот споров. Международному сообществу сегодня необходимо очень бережно ценить такую возможность, которая бывших врагов делает если не друзьями, то хотя бы соседями, нейтрально смотрящими друг на друга. Кажется, эта история символизирует еще одну надежду: мирная и свободная Европа таки возможна. Если все готовы в это поверить и приложить все возможные усилия.

Александр Севастьянов, кандидат исторических наук

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-