Президент Сербии призывает прекратить жить стремлением к реваншу

Президент Сербии призывает прекратить жить стремлением к реваншу

Аналитика
375
Ukrinform
Сегодняшняя Сербия показывает, что шовинизм как идеология или мировоззрение обречены на проигрыш в соревновании с элементарным стремлением людей к безопасности и благосостояния. Россия, слышишь?

Президент Сербии Александар Вучич в воскресенье был с визитом в Косово — бывшей автономии в составе Сербии, а ныне фактически независимом государстве, суверенность которого признана далеко не всем миром, а Сербия продолжает считать своей частью.

Про сам визит — обстоятельства, причины и последствия — это отдельная тема, но его важнейшей частью, на наш взгляд, стало выступление Вучича в Митровице, городе на севере Косово, где живут преимущественно сербы.

Выступление, безусловно программное. В нем президент провозгласил необходимость кардинальной, что называется — на 180 градусов — смены политики Сербии в отношениях с соседними государствами и народами. Если совсем коротко, то это переход от политики войны с соседями к политике мира с ними. Кому-то это, возможно, покажется странным: разве Сербия сейчас воюет? С кем? Да, независимость Косово не признает, но ведь войны нет и не видно, чтобы когда-нибудь была?

В Вучича речь идет не о формальном состоянии войны или мира. Со времени начала развала Югославии (формально — 1992 год), где Сербия занимала господствующее положение, она потерпела несколько сокрушительных военных поражений, в результате чего потеряла территории, которые считала своими, потому что там жили сербы. Разумеется, моральное настроение нации до сих пор подавленное, очень трудно нормально жить тому, кто считает себя униженным. Понятно, что чувство мести и “восстановление справедливости” питают реваншизм. Тем временем жизнь продолжается, и перед Сербией все острее встает вопрос: как жить дальше? В частности, с Европейским Союзом, куда вступили уже все, кажется, соседи — отдельно от Европы как Робинзон? Эмоциями униженного сыт и счастлив не будешь. Готовиться к новой войне? Не получается, потому что всем очевидно: в новой войне обязательно будет новое, еще более страшное, поражение.

Вучич предлагает выход: он призывает соотечественников прекратить жить стремлением к реваншу. Вместо этого нужно договариваться с соседями, договариваться с миром, и только тогда у Сербии и сербов есть будущее. Иначе — гибель. С подробным содержанием речи можно ознакомиться здесь.

Если сербы пойдут за своим президентом, если они согласятся забыть о войне, о мести, смириться с потерянными землями, то это будет означать действительно судьбоносный поворот в жизни этой нации. Ведь независимое сербское государство новейшего времени с самого своего рождения (сербско-турецкой войны 1876-1877 годов, после которой Сербия стала полностью независимой от османской Турции), практически постоянно враждовала с соседями. В Югославии, “дружба народов” была такой же “крепкой”, как и в СССР. Не удивительно, что развал Югославии сопровождалось жестокими войнами.

Очень интересно, что сам Вучич как политик начинал в Сербской радикальной партии — крупнейшей ультраправой националистической партии Сербии, лидер которой Воислав Шешель осужден Гаагским трибуналом для бывшей Югославии как участник военных преступлений. Вучич был даже генеральным секретарем этой партии (это, конечно, не такой же властный партийный статус, который был у генсека ЦК КПСС). Не так уж и много в Сербии националистов, более радикальных, чем президент Вучич. И с репутацией демократа в Вучича тоже не все в порядке. 2 апреля он победил на выборах президента страны, а перед этим предыдущий президент Борис Тадич о Вучиче высказывался так: “Мы увидим северокорейский сценарий для Сербии, если он победит на выборах”. Тадич, как оказалось, преувеличивал, но определенные основания для таких высказываний у него безусловно были.

Конечно, Вучич, провозглашая, по сути, новый стратегический курс для государства и нации, не перестал быть сербским националистом. Просто отныне мы можем считать ими не только тех, кто призывает силой (а кто же добровольно отдаст?) вернуть сербские этнические территории и для кого “Великая Сербия” это прежде всего вся территория, где когда-то ступала нога серба. До сих пор именно такие люди и политики определяли лицо сербского национализма. Теперь будут и другие националисты, которые будут видеть Сербию такой, о которой говорит Вучич: “Я не хочу знать про ту великую Сербию, которая идет в берцах и с ружьем в руке. Я знаю ту, которая сильна с книгой, карандашом, ноутбуком. Трудом и знаниями. Я не знаю о достоинстве в страхе от бомб. Я знаю о той, которая строит школы, детские сады, заводы. Безопасностью и миром. И это я предлагаю вам сегодня, и это мое предложение и на завтра... Я хочу, чтобы мы победили. Пусть Сербия победит, впервые не знаю за сколько лет. Без крови, без мертвых, без ужасов и могил. И я хочу чтобы эта страна была великой не завоеванием Балкан или мира, а тем, что она завоюет свое будущее. Работой, знаниями, детьми - так это будущее будет завоевано”.

Собственно, понятно, почему президент Сербии большинство сербов (иначе Вучич вряд ли решился бы на провозглашение нового курса) склоняются к переосмыслению политики как минимум предыдущих десятилетий. Желание быть вместе с Европой, что гарантирует высокий уровень благосостояния, безопасность и прогнозируемое счастливое будущее (то есть, все то, о чем эмоционально говорил Вучич) постепенно, но необратимо преобладает над жаждой реванша. В конце концов, тут и особо ничего сложного для понимания нет: или война, где неизбежны новые поражения, и нищета, или благосостояние и безопасность. За войну только эмоции, за мир — здравый смысл. Вучич это прекрасно понимает, поэтому так много в его речи эмоциональных патриотических высказываний, которые должны смягчить для сербов горечь осознания, что реванша уже не будет, и облегчить восприятие новой реальности.

Сегодняшняя Сербия показывает, что шовинизм как идеология или мировоззрение обречены на проигрыш в соревновании с элементарным стремлением людей к безопасности и благосостоянию. Конечно, если это соревнование, так сказать, мирное, без вмешательства грубой силы. Сербский шовинизм, как и любой другой шовинизм, царит лишь тогда, когда он может своих оппонентов — внешних и внутренних — подавить силой. Большинство сербов после развала Югославии были убеждены, что у них есть сила побороть всех врагов “Великой Сербии”, причем едва ли не решающей составляющей этой силы был расчет на мощную поддержку Великой России, которая, конечно же, не оставит без помощи “братский народ”. Все оказалось иллюзией, включая помощь России. Все с кем воевали сербы — хорваты, боснийцы, албанцы, НАТО — оказались сильнее, и даже Россия ничего поделать не смогла. Сербский шовинизм потерял силовую поддержку — внешнюю и внутреннюю, и поэтому вынужден уступать место в мозгах сербов стремлению жить богато и в мире.

Юрий Сандул. Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с маркировкой «Реклама» и «PR» публикуются на правах рекламы.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-
*/ ?>