Ингушетия/Чечня – первый звоночек развала «единой и неделимой»?

Ингушетия/Чечня – первый звоночек развала «единой и неделимой»?

Аналитика
1055
Ukrinform
Массовые выступления в Ингушетии доказали: считать Северный Кавказ «политической крепостью» нынешнего российского диктаторского режима – это ошибка

Регион, который стабильно дает 90%+ за Владимира Путина на президентских «выборах» и за «Единую Россию» на парламентских, доказал: есть вещи, которые выше политики как таковой и выше лояльности, как одного из ее публичных проявлений, в частности. Более того – оказывается, что граждане хорошо помнят историю и болезненно реагируют на попытки ее новой трактовки.

Как запутаться в «этнических» соснах?

Напряжение росло постепенно: 26 сентября главы Чеченской и Ингушской республик Рамзан Кадыров и Юнус-Бек Евкуров подписали соглашение об обмене незаселенными территориями в Надтеречном району Чечни и Малгобекском районе Ингушетии. Что это за формулировка – «незаселенные территории» так и осталось неразъясненным, вроде бы речь ша о лесных и горных местностях. Были ли они равнозначны по площади? По информации правозащитников и представителей местной оппозиции, уже полтора месяца на территории другого района Ингушетии – Сунженского – якобы присутствуют спецподразделения из Чечни, а чеченская же дорожная компания строит автодорогу на территории заповедника «Эрзи». А еще рядом находится Датыхское нефтяное месторождение, которое уже некоторое время не дает покоя главе Чечни Рамзану Кадырову, но до 2042 года находится в распоряжении и эксплуатации госкорпорации «Роснефть». И вот именно это обстоятельство и всколыхнуло общественность: не «прикрывают» ли соглашением об обмене переход контроля от Ингушетии к Чечне над другими, более значимыми территориями?

Если окунуться немного глубже (без этого тут никак), выясняется, что в основе – интересная история глубиной в несколько десятилетий. Территории, о которых идет речь в обоих случаях – и в официальном соглашении, и там, где якобы находится чеченский спецназ – стали частью тогда еще Чечено-Ингушской АССР только в 1957 году. Тогда, собственно, чеченцам и ингушам было разрешено вернуться на родину после депортации 1944 года. Эти бывшие территории Ставропольского края были равнинными и никогда не относились к этническим чеченским или ингушским. Они были переданы вроде как «извинение» советской власти, но отнюдь не за депортацию, а за то, что в 1944 году Пригородный район был передан в состав Северной Осетии. И, кстати, этнический состав этой территории был преимущественно славянским – большинство составляли русские и украинцы, во время Первой чеченской войны и сразу после нее почти все они были вынуждены покинуть свои дома под угрозой физического уничтожения.

И это еще не все. К этой территории относится место проживания отдельной этнической группы или вольного сообщества горцев – орстхойцев – происхождение которых можно определить «общим» как для чеченцев, так и ингушей (на флагах обеих республик они считаются «своим» тейпом и обозначаются, соответственно, 9-й звездой у чеченцев или 5-й звездой у ингушей), а территория их проживания поделена между тем самым Сунженским районом Ингушетии и Ачхой-Мартановским районом Чечни. Решить вопрос принадлежности этой территории после раздела Чечено-Ингушской АССР пытались с начала 90-х. Сначала первые президенты Чечни и Ингушетии Джохар Дудаев и Руслан Аушев заключили джентльменское соглашение без подписания бумаг: Сунженский район закрепляется за Ингушетией, а в обмен на это в составе Чечни остаются несколько населенных пунктов. В «нулевых» следующее поколение руководителей Ахмат Кадыров и Мурат Зязиков сначала разорвали договоренность предшественников, потом – восстановили. Попытались «поиграть мускулами» и нынешние руководители – Кадыров-младший и Евкуров, даже, в течение последнего года, взаимно обвиняли друг друга в недружественных шагах и нарушении договоренностей, достигнутых при посредничестве центральной российской власти. И вот – новость о соглашении про обмен территориями и слова Кадырова о «братском» характере этого шага, от которого выигрывают обе республики и народы. Но в Ингушетии это известие восприняли в прямом смысле – в штыки.

Мы есть народ!

Известие о подписании главами республик подобного соглашения вызвала взрыв: в столицу Ингушетии Магас были введены спецподразделения Росгвардии, специализирующейся на действиях против акций гражданского неповиновения, или просто – на разгоне согласованных митингов. А именно такие и начались в городе, несмотря на блокирование въездов и выездов из него и фактически – режим так называемой контртеррористической операции – не объявленной ни в Магасе, ни в Сунженском районе, значительная часть которого якобы занята чеченскими силами. Размах протестов – не менее сорока тысяч человек, и это при населении всей Ингушетии почти полмиллиона, а Магаса – ... менее девяти тысяч человек.

Требования простые: нельзя отдавать этническую ингушскую землю Чечне, надо соглашение отменить, а главу республики Евкурова отправить в отставку. Власть не реагировала на протест, а 4 октября Народное Собрание республики ратифицировало соглашение с Чечней. Однако группа депутатов заявила, что на самом деле голосов против было больше. Это повысило градус противостояния и эмоций. Грозный и Рамзан Кадыров демонстрируют спокойствие и молчание, Москва – только констатирует наличие конфликта и делает вид, что ситуация под контролем. Тем временем, силовики-мусульмане, охраняющие непрерывный митинг в Магасе начали участвовать в намазах вместе с протестующими, а это – очень мощный сигнал о понимании требований. 6-го октября удалось согласовать проведение недельной санкционированной акции, но число ее участников должно сократиться до пяти тысяч человек. В воскресенье же Народное Собрание аннулировало предыдущее голосование о ратификации соглашения и назначило «второй тур» по тому же вопросу на понедельник. Но по факту – митинг продолжается, к протестующим приехал самый авторитетный представитель элиты ингушей – первый президент республики, генерал-афганец Руслан Аушев, которого недолюбливают в Москве за независимость, и заявил о поддержке требований народа и неуклюжести власти и лично Евкурова. Итак – ситуация взрывоопасна.

Почему это все произошло? На поверхности – аппетиты Рамзана Кадырова, который, кроме безумных дотаций из российского бюджета, претендует на титул «собирателя чеченских земель». Да еще и Датыхское нефтяное месторождение... Очевидно и то, что ни Моска, ни, тем более, Евкуров противостоять давлению абсолютного «султана» из Грозного не в силах.

Особый привкус ситуации придает тот факт, что в отличие от Кадырова, которому звания и награды давались за «замирение» России с Чечней (он, кстати, герой России, что выглядит издевательством, учитывая роль Кадырова-младшего в Первой чеченской войне), Евкуров реальный кадровый офицер и свой генеральский мундир и звание героя России получил, выполняя реальные боевые задачи. Разница имиджей настолько наглядна, что уступки Евкурова Кадырову выглядят как унижение, причем не только жесткого, но уважаемого в республике руководителя, но и всего ингушского народа. Более того, есть впечатление, что происходит это все с благословения Москвы.

Дело в том, что Ингушетия – самая маленькая республика в составе РФ. Фактический проигрыш в конфликте из-за территории с Северной Осетией еще в начале 90-х делает любую тему уступок территорий чрезвычайно болезненной. Особенно когда это касается целостности народа, ведь орстхойцы «свои» как для чеченцев, так и ингушей, причем сами они себя ни к тем, ни к другим не относят. Присутствие же такой фигуры, как Кадыров, с его амбициями на роль «султана» всего Северного Кавказа делает Ингушетию уязвимой для самых нежелательных сценариев со стороны соседей.

«Эффект Крыма», или Где спрятана смерть российского федерализма

Без преувеличения мы все свидетели конца советской национальной политики. Ведь только совковым деятелям могло прийти в голову создавать все эти Карачаево-Черкесские, Кабардино-Балкарские и Чечено-Ингушские АССР. Их существование было искусственным с самого начала – ну почему бы не дать каждому народу по отдельной маленькой республике, исходя из того же принципа интернационализма? Но нет: вы – родственные народы, вместе и стройте коммунизм. Вот и получили осетинский народ, разделенный между Россией и Грузией, кабардинцев, которые далеко не во всем воспринимают балкарцев, да и между карачаевцами и черкесами совместную жизнь идиллией не назовешь. Эти сложные ситуации так и остались законсервированы во время распада СССР и российской властью до сих пор не решены. В 1999-м этническое противостояние захлестнуло Карачаево-Черкессию, в последние годы в Кабардино-Балкарии также вспыхивали локальные конфликты, а вот Чечня с Ингушетией не могли договориться о разделе территорий.

Протесты в Магасе – это звоночек для всего Северного Кавказа, для всей России. Рамзан Кадыров не зря называл себя «пехотинцем» и учеником Путина. Хоть и на своем уровне, но он повторяет то, что продемонстрировал четыре с лишним года назад президент РФ. Ведь территория Ингушетии настолько мала, что проверить факты можно очень быстро, поэтому информация о введении чеченского спецназа на ее территорию – скорее всего, реальна. И что это, как не повторение действий России в Крыму? Да, это в пределах одного государства, но что мы имеем? Более сильная республика силами военных в тайном режиме занимает территорию соседней меньшей и более слабой в военном плане республики. Если это будет закреплено, то что помешает Кадырову говорить о возвращении «исторических чеченских территорий» в «родную гавань»? Конечно, есть и третья сторона конфликта – «Роснефть», которая не горит желанием передавать что-то на территорию Чечни, потому что знает – контроль над этим имуществом будет утерян.

Самое интересное, что думают обо всем этом в Москве? Ведь раньше такое мог позволить себе один лишь Путин, что и сделало его рейтинг недостижимым внутри страны, но во всем цивилизованном мире – составило имидж международного преступника. А теперь Кадыров недвусмысленно демонстрирует: я тоже почти так могу – и чем вы мне помешаете? Наблюдая реакцию официальной Москвы, устами пресс-секретаря Кремля Дмитрия Пескова только констатирующей наличие напряженности и конфликта, российская власть предпочитает чтобы ситуация «остыла» сама по себе и территории закрепились за Чечней де-факто.

Здесь как раз и проходит очень опасная граница для всего кремлевского режима. Он не способен реагировать на реально опасные шаги одного субъекта федерации к другому. И это – свидетельство слабости федерального центра. Рамзан Кадыров постоянно добавляет к особому статуса Чечни все новые и новые атрибуты, фактически получив самостоятельность даже в таком принципиальном вопросе как добыча газа и нефти. И каких-то рамок центральная власть установить ему не в силах. Неписанное соглашение «мир в обмен на пожизненное дотационное содержание Чечни» сейчас проходит очередную проверку.

А вот протест в Ингушетии, готовность дать отпор – характеризует ингушей с самой лучшей стороны. Но для Москвы вновь создает проблемы: Евкуров может открыто сказать в высоких кабинетах – вы меня вынудили на этот обмен, но против своего народа я не пойду. И это опять таки продемонстрирует отсутствие у Москвы инструментов для разрешения ситуации. Разве что, как в случае с Чечней, «залить деньгами», которых нет, теперь Ингушетию? Это называется – кризис российского федерализма, а несправедливое разрешение конфликта в Ингушетии будет означать его углубление и приближение времени, когда такие же проблемы в других республиках выйдут на поверхность. Тогда Российская Федерация станет перед выбором: или подавлять протест силой (со всеми вытекающими), или – перестать существовать в сегодняшнем виде.

Виктор Чопа, Киев

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2018 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»
Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-