Карим Хан, прокурор Международного уголовного суда
Я сосредоточен на том, чтобы расследование было эффективным, а не медленным
19.07.2022 18:30

Он уже трижды был в Украине и своими глазами видел зверства россиян. В частности, во время недавнего визита в июне прокурор Международного уголовного суда (МУС) Карим Хан посетил наиболее пострадавшие районы Харькова.

После полномасштабного вторжения россии в Украину, уже 2 марта, прокурор МУС объявил о начале сбора доказательств по самым тяжким международным преступлениям, совершенным в Украине.

42 страны обратились в Международный уголовный суд в связи с военными преступлениями в Украине. И именно эти обращения позволили начать расследование, поскольку Украина не ратифицировала Римский статут, однако признала юрисдикцию МУС.

В компетенции Международного уголовного суда в Гааге – преследование в судебном порядке конкретных лиц, ответственных за военные преступления, геноцид и преступления против человечности. Поэтому для Украины это шанс привлечь к ответственности как военных, так и гражданских чиновников россии.

Карим Хан, британский специалист по международному праву, был избран третьим главным прокурором Международного уголовного суда в феврале прошлого года на последнем заседании 19-й сессии Ассамблеи стран-участников Римского статута. Срок его полномочий начался 16 июня 2021 года. До этого он уже имел возможность поработать в Международном уголовном суде, но как прокурор и адвокат. В частности, речь идет о делах относительно Кении, Ливии и Судана.

В интервью Укринформу прокурор Международного уголовного суда Карим Хан рассказал, на каком этапе расследование военных преступлений, совершенных на территории Украины, и когда может начаться судебный процесс.

МЕСТО РАСПОЛОЖЕНИЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА ОФИСА ПРОКУРОРА МУС В КИЕВЕ УЖЕ СОГЛАСОВАНО

– На какой стадии сейчас находится дело Украины в Международном уголовном суде? Собрали ли вы достаточно доказательств?

- Я не комментирую расследования, которые еще продолжаются. Я был в Украине трижды, а команду отправил в Украину на следующий день после того, как 2 марта объявил решение, что Офис прокурора МУС начинает расследование.

У нас постоянное, полное присутствие в Украине. Мы открываем офис в Киеве, я надеюсь, что формальности скоро будут завершены. Мы уже согласовали месторасположение.

– Вы отметили, что посещали Украину трижды. Что вы почувствовали во время первого визита? Какими были ваши эмоции? Были ли вы шокированы увиденным, например, в Киевской области?

- Я считаю, что мои личные эмоции здесь не имеют значения, потому что я посещал (Украину – ред.) не как частное лицо, а как прокурор. Я должен быть объективным, должен быть беспристрастным.

Конечно, я был по всему миру: в Азии, во всех частях Африки, в Европе, и я видел страшные преступления. В 1990-х годах я привлекал к судебной ответственности на трибуналах по Руанде и бывшей Югославии. Эта реальность, когда видишь беженцев в дороге с полиэтиленовыми пакетами или разбомбленные детские площадки или разрушенные здания, отрезвляет. Но эмоции, на самом деле, это второстепенный вопрос, я занимаюсь доказательствами. Война – ужасная, жестокая, люди страдают. Я сосредотачиваю внимание на преступлениях: были ли обстрелы мирных жителей, сознательно ли уничтожались гражданские объекты? И кто ответственен за эти преступления? Почему я это говорю? Потому что такая ситуация требует от нас не эмоциональной реакции, а судебной реакции. Это то, что отличает судебный процесс от многих других.

– В конце апреля впервые в истории Офис прокурора Международного уголовного суда присоединился к совместной следственной группе по расследованию военных преступлений в Украине. Сколько может занять расследование в Украине? О каких именно преступлениях идет речь?

- Согласно Римскому статуту, Международный уголовный суд имеет юрисдикцию относительно военных преступлений, преступлений против человечности и геноцида. Мы работаем и с Генеральной прокуратурой Украины, и с национальными органами, и с совместной следственной группой (JIT), и с Евроюстом. Мы работаем независимо и сотрудничаем, чтобы докопаться до истины. И все, что я могу сказать – я не верю в бесконечные расследования. Нужно сфокусироваться, чтобы закон имел влияние. И это то, к чему мы стремимся.

Я ОБРАЩУСЬ В СУД, КОГДА БУДУТ СОБРАНЫ КАЧЕСТВЕННЫЕ И БЕЗОГОВОРОЧНЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА

– По вашему мнению, когда может начаться судебный процесс?

– Судебное заседание начнется, когда об этом скажут судьи. Чтобы я мог обратиться в суд, нужны доказательства. И я не собираюсь этого делать, пока у меня не будет качественных, безоговорочных доказательств. В то же время я не собираюсь медлить или тянуть время, пока продолжается конфликт. Это баланс.

Я, конечно, сосредоточен на том, чтобы расследование было эффективным, а не медленным. Впрочем, оно будет продолжаться до тех пор, пока мы не сможем собрать доказательства. И об этом важно знать не только команде, которая этим занимается. Я надеюсь, что мы будем достойно и честно действовать таким образом, чтобы не разочаровать жертв и пострадавших.

И это важно не только для Украины. По всему миру жертвы и пострадавшие должны понять, что международное правосудие не может сделать все. Оно вносит важный вклад, я должен выполнять свою работу, но в мире много других рычагов, которые должны работать слаженно ради справедливости.

- В июне судьи Международного уголовного суда выдали ордера на арест трех подозреваемых, в том числе двух граждан россии, в военных преступлениях во время войны в Грузии в 2008 году. Расскажите о механизме выдачи ордеров на арест лицам, подозреваемым в совершении военных преступлений.

- Дело в том, что ордер на арест требует определенного уровня доказательств, которые являются основанием считать в пределах юрисдикции суда, что лицо совершило преступление.

Начинать дело нужно, когда вы считаете, что соблюдены стандарты, которые не подлежат сомнению. Или есть реальная перспектива осуждения. Нам нужно обеспечить высокое качество расследования, чтобы доказательства, которые мы подаем в суд, могли выдержать проверку. И я думаю, что это в интересах как правосудия, так и жертв.

– В июне в Нидерландах задержали шпиона рф, пытавшегося попасть в Международный уголовный суд. Русский представился бразильцем, желающим работать в МУС как стажер. За чем, по вашему мнению, охотились россияне? Может ли это касаться украинского дела? И, возможно, теперь у вас другая система безопасности или еще более усиленная система безопасности, чтобы защитить находящиеся в МУС доказательства?

- Во-первых, я не комментирую вопрос о внутренней безопасности. Нидерланды объявили о действиях, предпринятых в отношении лица, которого они назвали. Я бы прокомментировал любой другой вопрос, но по этому поводу будут лишь предположения или нарушение конфиденциальности. Но я понимаю ваш интерес к этому вопросу.

С ПОТЕРПЕВШИМИ И СВИДЕТЕЛЯМИ НУЖНО БЫТЬ ОТКРЫТЫМИ ОТНОСИТЕЛЬНО ТОГО, ЧТО МОЖЕТ СДЕЛАТЬ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО, А ЧТО – НЕТ

– Украина не ратифицировала Римский статут, но признала юрисдикцию МУС. До 24 февраля многие эксперты говорили, что это влияет на скорость начала расследования МУС относительно преступлений россии в Крыму и на Донбассе. Важно ли для Украины ратифицировать Римский статут, который лежит в основе работы Международного уголовного суда?

– Украина сама решает, хочет ли она его ратифицировать. Сегодня об этом много говорят, но для меня это вопрос суверенной воли Украины. Что должна делать Украина, так это соблюдать международное право. В 2014 и 2015 годах она сделала декларации относительно принятия юрисдикции МУС, что позволяет ей полноценно сотрудничать с Офисом прокурора МУС.

В остальном Украина должна обсуждать это с каждым членом Европейского Союза, уже подписавшим Римский статут. И я знаю: это проблематично для Украины, это сейчас публично обсуждается.

Я имею дело с юридическими обязанностями, а не с общими нормативными ценностями. Нам, чтобы мы могли сотрудничать, нужен закон о сотрудничестве.

И нам нужно продолжать строить доверие и сотрудничать с украинскими коллегами, чтобы мы могли узнать правду.

Я знаю, что некоторым может не понравиться, что я скажу. Но я также обратился к российской федерации по поводу сотрудничества. У меня нет фаворитов. Мои фавориты – это человечность, мои фавориты – наиболее уязвимые, мои фавориты – это те, кто живет в страхе. На самом деле, это моя ответственность и долг. Поэтому я снова обращусь к российской федерации, потому что они не дали ответа. Ответ из Украины есть.

В конце концов, мое дело – докопаться до истины, тогда процесс будет достоверным и объективным. А именно к этому мы стремимся.

- Расскажите о бюджете МУС. Какой процент выделяется Украине? И существует ли сегодня необходимость в дополнительном финансировании?

– Суд функционирует уже более 20 лет. В марте я попросил дополнительное финансирование не только для Украины. У меня есть и другие обязанности, а это примерно 16 ситуаций по всему миру. Мы проводим расследование в Венесуэле, а также рассматриваем дела в Бангладеш, Филиппинах, Афганистане, Судане и Ливии, Мали и Центральноафриканской Республике, и этот список можно продолжать. Поэтому ресурсы будут распределяться по ситуациям в соответствии с приоритетами. Нам нужна дополнительная помощь. Я считаю, что принятие следующего бюджета Ассамблеи стран-участников Римского статута важно.

В настоящее время Украина ничего не платит за судебную поддержку. Конечно, во время войны это тяжело. Но мы стараемся получить эти ресурсы от других стран, чтобы убедиться, что различные ситуации, с которыми нам приходится иметь дело, должным образом финансируются и обеспечены ресурсами. Иначе ожидания превзойдут наши возможности. Нам нужно быть откровенными с потерпевшими и свидетелями о том, что может сделать международное право, а что - нет.

К сожалению, нужно набраться терпения. Но я надеюсь, что мы сможем двигаться быстрее. Время покажет.

Ирина Драбок, Гаага

Фото: Ирина Драбок, Dutch Ministry of Foreign Affairs, International Criminal Court

При цитировании и использовании каких-либо материалов в Интернете открытые для поисковых систем гиперссылки не ниже первого абзаца на «ukrinform.ru» — обязательны, кроме того, цитирование переводов материалов иностранных СМИ возможно только при условии гиперссылки на сайт ukrinform.ru и на сайт иноземного СМИ. Цитирование и использование материалов в офлайн-медиа, мобильных приложениях, SmartTV возможно только с письменного разрешения "ukrinform.ua". Материалы с пометкой «Реклама», «PR», а также материалы в блоке «Релизы» публикуются на правах рекламы, ответственность за их содержание несет рекламодатель.

© 2015-2022 Укринформ. Все права соблюдены.

Дизайн сайта — Студия «Laconica»

Расширенный поискСпрятать расширенный поиск
За период:
-